ValVox

Яркий свет пентолуны заливал салон роскошного лимузина двух влиятельных демонов.     ТВ-демон мерно стучал пальцами по двери автомобиля, чем сильно раздражал порно магната. У Валентино и так в последнее время нервы ни к чёрту, а он тут поиздеваться решил! Подняв на Вокса проницательный взгляд, прежде сфокусированный на телефоне, мотылёк беззвучно попросил его прекратить. Вокс лишь издевательски посмотрел на партнёра, наконец-то добившись от него внимания.    — Напомни-ка мне, Вал, почему ты весь день ведёшь себя как сучка с ПМС?    Отложив телефон на сидение, мотылёк испустил протяжный вздох и верхней парой рук потёр виски, желая хоть чуть-чуть уменьшить головную боль.    — Этот ебучий Энджел! Он думает, что может в один день уйти и бросить всё, что создавалось годами!? В этот чёртов счастливый отель?!    Продолжить сутенёру не дали. Заливистый смех, смешиваемый с помехами, раздался от собеседника. Вокс смахнул несуществующую слезинку с экрана и поймал на себе разъярённый взгляд порно магната.    — Серьёзно? Ты владеешь всей порноиндустрией в Аду, а тебя волнует какая-то шлюшка?    — Он не "какая-то шлюшка", Вокс. Он был одним из главных источников дохода, порнушку с его участием просмотрели миллионы, а заказы на него поступают каждый день, понимаешь? Энджел был одной из моих любимых шлюх! И он ушёл! Как утром уходят после бурного секса, оставляя тебя одного.    Телеведущий был удивлён такой резкой сменой настроения партнёра, но тут же вспомнив, кто перед ним сидит, он лишь закатил глаза и поднял руки в знак того, что спорить не станет.    Вскоре между ними воцарилось молчание, прерываемая лишь гулом операционной системы ТВ-демона. Головная боль мотылька усилилась. Невыносимо захотелось выпить, а после, желательно, позвать пару "ночных бабочек" и расслабиться. О да, так он и сделает.    Тишина пробыла недолго. Лимузин остановился у особняка Валентино. Выйдя из машины, сутенёр почувствовал лёгкий прохладный ветерок, опаляющий лицо. Прикрыв глаза, он продолжал так стоять, пытаясь забыть Даста, пытаясь расслабиться и освежиться. Странно, но порно магнат всё же ощутил себя лучше. В голове прояснилось, а на лице сияла самая похотливая улыбка, на которую только он был способен. У Валентино появился план.    Как можно забыть шлюшку, с которой работал много лет? Можно заменить её на более хорошую шлюху. Ну или его.    Вокс сидел на тёмном диване, попивая вино и глядя на своего партнёра. С прошлого раза, как они говорили, сутенёр стал странно, если этот термин можно было применить к Валентино, себя вести, похотливо наблюдая за каждым движением Тв-демона. Не то, чтобы он так никогда не делал по отношению к телеведущему, но он обязательно приправлял всё это пошлым юмором и заигрываниями, а сейчас порно магнат молчал. Что-то должно было случиться. Жаль, что захмелевший от выпитого вина Вокс даже не подозревал, о чём думает партнёр.    Валентино тем временем продумывал план соблазнения телеведущего. Поправив так не вовремя съехавшие очки-сердечки, мотылёк подсел к Воксу на диван, обнимая его верхней рукой за плечи. ТВ-демон вздрогнул, но перечить не стал, наслаждаясь вкусом вина, а зря.    Если бы телевизионный демон заметил бы, что рука, лежавшая на плече, медленно съехала вниз, то не уронил бы от неожиданности бокал с недопитым напитком на пол. Звон разбитого стекла отразился эхом по комнате. Осколки валялись на полу вместе с капельками бордовой жидкости.    — Что за чёрт, Вал? — сказал Вокс, вопросительно глядя на демона, который спокойно сидел на его коленях и явно потирался своей промежностью о его. В самом начале их сотрудничества они договорились, точнее ТВ-демон поставил условие, что никакого секса во время работы. Это отвлекает, да и потом в восьмидесяти процентов случаев после первого секса появляется привязанность, а это в Аду ой как не хорошо. Точнее опасно.    Валентино ответил премерзкой ухмылочкой и приблизился к экрану ТВ-демона. Верхняя пара рук мотылька огладила края заднего корпуса телевизора.    — Развлекаюсь, разве не видно?    — Я не твоя личная шлюха, ублюдок.    Вокс уже собрался толкнуть нарушителя личного пространства, но был перехвачен нижней парой рук Валентино. Сутенёр прижал руки телеведущего к спине, а верхней потянулся к антеннам, невинно выглядывающим из-под шляпы.    — Не трогай их, — повелитель электричества старался держать голос прямо и спокойно, но тот предательски дрогнул на последнем слове, с головой выдавая всю напряжённость партнёра. Конечно, ведь это самая чувствительная и слабая часть его тела! Их можно было легко переломить и заставить весь город стоять во тьме, пока Вокс не направит свою магию на регенерацию этой части тела, что, стоит сказать, дело не из приятных.    Порно магнат проигнорировал слова ТВ-демона, слегка коснувшись оголённых антенн. Они были гладкими и горячими, как будто через них непрерывно проходит магия. Возможно, так и есть. Судя по тому, как отреагировал Вокс на такое лёгкое, даже нежное прикосновение, это была одна из его эрогенных зон.    — Ох, а ты знал, что твоё тело намного честнее тебя, Вокси? — нарочито нежно пропел Валентино. Довольно большой бугорок в штанах говорил о явном удовольствии. Пальцы горели от маленького тока, проходящего через две антенны. По ощущениям даже слабее шокеров, используемых в сексе. Значит ли это, что ТВ-демон не хочет, чтобы тот останавливался, ведь в любой момент он мог бы поджарить мотылька, что так близко подлетел к свету. Эта мысль заставила Валентино усмехнуться.    Мотылёк начал тереть их между пальцами, ловя все изменения в мимике экранноголового, а именно: его глаза непроизвольно расширились то ли от удивления, то ли от возбуждения, улыбка сжалась, будто он с трудом сдерживал стоны, экран нагрелся и стал таким же горячим, как и антенны. Ведь каждое действие порно магната заставляло тело напрягаться от разрядов тока, проходивших через всё его существо. Буквально.    — Я с-сказал, перестань их трогать! — телеведущий перешёл на крик, когда Валентино не услышал или, что более вероятно, сделал вид, что не услышал его в первый раз, взвывая к разуму сутенёра.    — А ты заставь меня, — пошло  прошептал сутенёр, проводя языком по железной палке и морщась от покалывающего ощущения статики на своём языке.    — Блядь, Вал, если ты продолжишь, то, — Валентино не дал Воксу закончить предложение, поскольку засунул всю антенну, посасывая.    Телеведущий резко дёрнулся, скинув с себя ничего не подозревавшего мотылька. Заглушённый белым шумом стон раздался по комнате. Лампочки в комнате стали мигать от перенапряжения и лопаться, разбрасывая осколки вокруг. Затем комната погрузилась во тьму, как и полгорода. Ну вот, теперь Вокс без сомнений получит от Люцифера за перепады электричества, но сейчас не об этом.    Белый шум затих, наполняя пространство тихими ругательствами порно магната. Валентино осторожно прислушался, вроде всё прекратилось. Оттряхнув осколки с шубы, он кое-как поднялся и пытался приглядеться, но во тьме это сделать практически невозможно, только не со зрением Валентино, это точно. Заметив тусклый экранный свет на диване, мотылёк медленно подошёл к нему и увидел кучу сообщений о перегреве системы и различных ошибках.    О Дьявол, он сломал Вокса? Почему-то от этой мысли неприятно защемило в груди.    — Эм, Вокс? — в голосе сутенёра слышались нотки беспокойства. Неужели он перестарался? Не заметил, когда простая игра перешла в это? Валентино аккуратно ткнул в экран ТВ-демона и испуганно убрал руку. Он был горяч. И в том, и в том смысле. Вскоре на экране появилась надпись: "Пожалуйста, ожидайте... Перезагрузка выполнена на три процента". Валентино спокойно выдохнул, такое бывало раньше, так что придётся просто немного подождать. Только сейчас мотылёк понял, насколько возбуждён. Его собственная эрекция болезненно давила на штаны. Что ж, время приниматься за вторую часть плана.    Бонус      "Перезагрузка выполнена на сто процентов". Экран заморгал, прежде чем выдать привычное изображение ТВ-демона. Он удивлённо поморгал, пытаясь вспомнить события этой ночи.    Он лежал на чём-то определённо мягком и приятном на ощупь, вокруг было темно, не считая нескольких свечек, стоящих на полу около кровати. Было так странно прохладно и легко, что двигаться просто не хотелось, но видимо у Валентино есть привычка портить такую идиллию.    — Ты как, детка?    Вокс, окончательно вспомнив события прошлого, оскалился и хотел было призвать все свои силы для испепеления этой букашки, но не смог. Оказывается, когда он кончил, ТВ-демон выбросил половину силы, обесточив тем самым полгорода. Телеведущий смог только приподняться и яростно посмотреть прямо в красные зенки.    — Знаю, знаю. Но пойми, перегреть тебя, не входило в мои планы. Кстати о моих планах... Готов ко второму раунду?    — Ч-что? — Вокс вздрогнул, когда Валентино провёл рукой по его  голому бедру. Стоп. Голому!? Этот мудак уже успел его раздеть?! — Вал, ты что оху—?    Его прервали два пальца, заботливо смазанные лубрикатом и нагло лезущие в него. Вокс сдавленно зашипел и руками сжал простыни под собой.    — Чёрт возьми, Вал, — простонал Вокс, когда сутенёр, который раз попадал прямо в то место, которое заставляло искры вылетать из глаз. Буквально. Тогда порно магнат остановился, проверяя не слишком нагрелся ли ТВ-демон. —Если ты ещё раз остановишься, я позабочусь о том, чтобы у тебя не было интернета оставшуюся вечность.    Валентино усмехнулся, но спорить не стал. Заменяя пальцы своим членом, он ждал, когда приспособится Вокс. А дальше он наконец получил то, что хотел. Жёстко, без жалости. Сутенёр драл его, больше не скрываясь за маской нежности, будто им овладели животные инстинкты. Что ж, это было не далеко от правды. Воксу оставалось лишь стонать и извиваться, как шлюшка. Он уже сломлен. Больше не будет как прежде. Он погряз в этом грехе. Это конец его жизни в Аду как могущественного демона, теперь он лишь очередная сучка Валентино, ха.    — Валентино, — это было последнее, что сказал Вокс до того, как провалиться в пропасть блаженства, уводя за собой и мотылька.    Почистив телеведущего и прикрыв его одеялом, четырёхрукий демон закурил у окна. Теперь его больше не волнует Энджел. У него есть Вокс. Ведь даже Валентино заботится о своих шлюшках. И каждый раз  задерживая свой взгляд на теле "партнёра", разговаривая с ним или трахаясь, он будет до последнего уверять себя в том, что это не любовь.    Не любовь?