Люди, попавшие в шторм

- Саске, я люблю тебя, - шепчу я в сонном бреду на ушко человеку, к которому прижимаюсь так отчаянно, словно боясь упустить. - Люблю, - поцелуй, - люблю, - снова... Саске лениво открывает один глаз, косясь на меня со своим обычным выражением лица: "Наруто - придурок". Ну да, конечно, Наруто просто идиот, что влюбился в такого, как ты, вот что я тебе скажу! Или промолчу... Саске терпеть не может разговаривать прежде, чем почистит зубы - у него хронический тонзиллит, и поэтому с самого утра неразработанное горло очень уязвимо. А когда у него что-то болит, страдаем обычно мы оба. И вот я смотрю, как он удаляется от меня, шлепая босыми ногами по раскаленному линолеуму, закрывает за собой дверь в нашу маленькую уборную, оставляя мне для обзора только полотенце для купания на вбитом в нее крючке на фоне белой краски. Лето еще только началось, мы уже готовы стать взрослыми, мы уже забыли про детские выходки и звонки родителям после неудачного дня. Жара будто выжигает в моем мозгу то единственное, что может здесь еще отбрасывать тень: никак не странно, что это - его имя. Я лежу на нагретых нами скомканных простынях, и слушаю, как медленно и шумно бежит вода, которую он включил; как звенит сдвинутое им с насиженного места старое ведро; как он тихо чертыхается, забыв, что поначалу вода всегда ледяная. Сейчас у меня такое чувство, что это не закончится никогда: что я целую вечность смогу лежать вот так на горячей постели, краем глаза подмечая вмятину от его головы на соседней подушке, слушая, как он живет и двигается, там, за соседней стеной, за дверью, в покорном ожидании момента, когда она откроется, чтобы я мог налюбоваться им сполна, и даже... Почему люди так любят праздники? Я имею ввиду, непьющие люди. Дети, к примеру. Почему? Потому, что нет ничего слаще ожидания чуда. И, пока ты ждешь, тебе кажется, что все будет хорошо. - Нару, - слышу я тихий, приятный голос, но повернуть к нему голову почему-то нет сил. Еще не очнувшись до конца, пытаюсь быть честным: - Сколько раз говорить тебе, что, если ты будешь сокращать мое имя, я буду сокращать твое, "Сасу"? Самое приятное - это услышать в ответ его тихий снисходительный смех. - Эта твоя интонация на "Сасу"... Так эротично... Меня подхватывает чувство падения где-то в районе пупка, а после тяжесть чужого тела продавливает нашу общую с ним кровать, и я перестаю думать об этом. - Люблю... Люблю... тебя... - Я знаю, - слышится снисходительный шепот мне в ответ. Он такой предсказуемый, этот мой Саске. ***