The Crowned Horse

Каким же жалким он был детективом. Шуичи раскрыл большинство своих дел благодаря чистой удаче. Его следственные навыки были в лучшем случае среднего уровня, — лишь в редких случаях их было достаточно, чтобы выявить преступника — и у Шуичи даже не хватало смелости броситься в погоню. Телефон в его руках — всё ещё показывающий карту с городскими переулками — был тому доказательством. Коронованный Конь сбежал, и это была вина Шуичи. Машина детективов подъехала к автомастерской, и к ним подошла Мию. — Эй, придурки! Чё вы тут крутитесь? Разве какой-то вор не должен прийти и украсть тачку из моей мастерской? Разве вы, блять, не должны пытаться его остановить? Мию не знает. Наверное она была слишком занята, наслаждаясь кайфом в подсобке, чтобы заметить Коронованного Коня, выезжающего на её машине. — Мисс Ирума… — начал Шуичи, но она его перекрикнула. — Вам очень повезло, что эта чёртова машина всё ещё здесь! Иначе я бы позвонила вашим боссам и попросила их надрать вам задницы. Ещё… здесь? Шуичи выглянул за спину Мию, заглядывая внутрь мастерской. И действительно, синий Феррари стоял именно там, где стоял до того, как его украл Коронованный Конь. Что? Зачем так рисковать, угоняя машину, если ты даже не собираешься её оставлять? Парень поспешил к Феррари, нервы сковали его грудную клетку, расслабившись только тогда, когда он увидел, что внутри никого нет. Ладонь, прижатая к капоту машины, подсказала ему, что мотор тёплый. Коронованный Конь был здесь несколько минут назад. — Ха? Для чего ты использовал мою новую камеру? — Мию стояла рядом с ним, заглядывая в окно машины. — Я не… — Не пытайся меня наебать. Маленький огонёк включен. Значит, она записывает. — Девушка окинула Шуичи беглым взглядом. — О, я поняла. — Ты… поняла? — Ага, очевидно, ты проскользнул внутрь, чтобы передёрнуть, пока твой босс не видит, и не смог удержаться, чтобы не опробовать моё новое изобретение, пока это делаешь! — Н-Нет! Ты всё неправильно поняла! — Хах! Похоже, ты не такой скромняшка, как я думала. Если тебе нужно видео, я могу тебе его скачать. Я почти уверена, что у меня здесь была запасная флешка… — Мисс Ирума, это действительно не… — Шуичи замолчал. Должно быть, Коронованный Конь записал что-то на камеру. Может, что-то, чтобы его подразнить? Как бы то ни было, Шуичи, скорее всего, снова увидит его озорные глаза. Парень попытался игнорировать, как от этой мысли в его груди разлилось тепло, а по щекам пополз румянец. Вот только не Мию. — Вау, ты так взволнован от того, что посмотришь на то, как дрочишь, — захохотала Мию. — Чувак, я встречала много самовлюблённых нарциссов, но блять, с тобой они не сравнятся! — Это не… — Пошли за мной. Я всё подготовлю. — Мию вошла в подсобку мастерской. Шуичи нерешительно последовал за ней.

***

— Вот. Тебе это пригодится. — Мию положила в руки Шуичи VR шлем. Затем она плюхнулась перед компьютером, подключила к нему камеру и принялась загружать видео. — Только не говори об этом моему боссу. Он думает, что я использую этот комп, чтобы отслеживать расходы, — сказала девушка, сворачивая окно с таблицами и открывая фотографии… себя? Оу. Фотографии голой себя. Шуичи отвернулся, пытаясь игнорировать реакцию, которую они вызывали. — Ха-ха, твою мать! Ты передёрнул буквально когда, десять минут назад? И ты всё ещё возбуждаешься, просто увидев фотку моих сисек? Ну, они довольно роскошные. Если хочешь, я могу скачать пару моих фоток вместе с твоим видео. — Не стоит… спасибо. Мию пожала плечами. — Ты упускаешь одну из лучших возможностей в твоей жизни. Хотя пофиг. Это твоя потеря. — Она кликнула на пару кнопок. — Отлично. Видео должно проигрываться. Просто возьми флешку, когда закончишь. Можешь забрать её домой, смотреть видео поздно ночью, залить его на порно сайт, что захочешь. — …Конечно. — Что ж, так как я надышалась машинным маслом, и у меня теперь куча идей, я пойду добавлю Феррари ещё чего-нибудь. — Хохоча, Мию вышла из комнаты. Шуичи надвинул шлем на глаза и тут же почувствовал, как он уменьшился. Парень сидел на заднем сиденье Феррари, слушая тихое урчание мотора. Нижняя часть его тела, видимо, находилась где-то внутри самих сидений — не то чтобы у него вообще было что-то похожее на тело, когда он смотрел вниз. По сути Шуичи представлял собой бестелесную голову, привязанную к одной определённой точке в воздухе. — Хей, смотри! Кажется, она заработала! — Это был голос Коронованного Коня. Как бы он ни старался этому сопротивляться, теперь, когда Шуичи знал, что Коронованный Конь был виновным, его следовательские инстинкты заставили его рассмотреть каждую деталь во внешнем виде вора: его белую, похожую на смирительную рубашку одежду, его клетчатую бандану, даже фиолетовую маску-домино — хлипкая маскировка, которую ожидаешь увидеть на персонаже манги. Всё вокруг закружилось, когда Коронованный Конь повертел в руках камеру, осматривая её. Шуичи зажмурился, жалея, что не стоит рядом со стулом или столом, чтобы не упасть. Когда он открыл глаза, вор наклонился так близко, что его дыхание затуманило объективы камеры, заставляя его казаться белым и нечётким. И всё же его ясные, искренние глаза были видны хорошо. Несмотря на то, что инстинкты Шуичи побуждали его осмотреть остальную часть машины, он обнаружил, что не может оторвать взгляд от вора. — Приветик, Мистер Детектив! Я рад, что ты взялся за моё дело. Это погоня была такой, такооой весёлой! Учитывая преувеличенный тон вора, это был сарказм. — Но ты не гнался за мной долго, — продолжил Коронованный Конь, его плечи поникли, а брови нахмурились. — Наверное, моё внезапное появление застало тебя врасплох, а это так несправедливо! У меня всегда так много времени, чтобы спланировать свои ограбления, а у тебя почти нет времени отреагировать на них. Поэтому моё следующее ограбление произойдет только через четыре дня в 4 часа вечера. Что? Зачем ему так выкладывать свои планы? Может, это какой-то трюк? — Никаких трюков. Никакой лжи. Я всегда серьёзно отношусь к своим играм. А игры, где у одного из игроков нет и шанса на выигрыш, не весёлые. У тебя будет ровно столько же времени на подготовку, сколько и у меня, слово вора. — Какое «слово»? — спросил парень в маске на водительском сидении. Он, должно быть, его сообщник, а учитывая их схожие белые костюмы и клетчатые банданы, они, вероятно, были частью одной банды. — Не обращай внимания. Он мой подручный, — сказал Коронованный Конь. — Я, на самом деле, лидер супер-секретной злобной организации. У нас более 9000 членов, и, пока действует иерархия, этот парень… — Вор ткнул большим пальцем в сторону своего сообщника, — … Примерно 8999-й. — А кто 9000-й? — спросил сообщник. — Голубь, который обосрал всю мою кровать на прошлой неделе. — Голубь тоже член? Какая низкая планка… — И ты едва её преодолел! — Голос Коронованного Коня звучал весело для того, кто выдавал такие грубые оскорбления. Щёлкнул ключ зажигания, и рокот мотора машины затих. Из того немногого, что Шуичи мог видеть из окон, они находились внутри здания — скорее всего, это была автомастерская. — Нищищи, похоже, мне пора! — Коронованный Конь почти смущённо огляделся, его взгляд остановился на парне за рулём. Когда его подручный вышел из машины, голос вора опустился до шёпота. — Иметь противника, который не старается изо всех сил, — один из самых скучных путей развития игры, так что я рассчитываю на тебя, чтобы было весело! — Коронованный Конь на мгновенье уставился на Шуичи — или, скорее, в камеру. Затем он обхватил её руками. Лицо вора заполнило всё поле зрения Шуичи, его руки были по обе сторону от головы парня, и он почти ощущал тяжесть тела Коронованного Коня, прижатого к нему. Коронованный Конь ухмыльнулся и поцеловал экран, прямо там, где был нос Шуичи. Хоть прикосновения и не было, от этого жеста в груди парня почувствовалась лёгкость. Всё. Хватит. Шуичи сдёрнул шлем и снова вернулся в реальность. Коронованный Конь исчез, но от этого псевдо-прикосновения дыхание детектива стало прерывистым, щёки пылали, а тело испытывало более сильную реакцию, чем даже после фотографий Мию. Коронованный Конь сбежал, потому что Шуичи не хотел встречаться с ним лицом к лицу. Он думал, что боится быть пойманным взглядом ещё одного преступника. Но, может, в игре было что-то ещё — что-то помимо страха. Шуичи подавил бурлящую в нем бурю эмоций и снова надел шлем, на этот раз осматривая каждый кадр видео в поисках улик. И когда вор оставил ещё один поцелуй, Шуичи сделал вид, что он этого не заметил.

***

Каедэ бы никогда не назвала себя талантливой. Конечно, она всем сердцем посвятила себя игре на фортепиано. Это было первое, что она делала, вернувшись из школы, и последнее, что она делала перед тем, как лечь спать. Но сколько бы усилий она ни прилагала — занимаясь до тех пор, пока плечи не одеревенеют, запястья не заболят, а резкие, фальшивые ноты не начнут медленно просачиваться в её мелодии, — она знала, что никогда не станет кем-то особенным. На каждом крупном конкурсе, который она посещала, она встречала пианистов, которые вкладывали десятую часть усилий, которые прилагала она, и занимали первые места, вторые места, третьи… …Каедэ считала, что ей повезло, если она была пятая. Она никогда не будет играть для короля, никогда не поступит в Джульярд. Это были просто фантазии, которые она придумала, чтобы побудить себя заниматься как можно больше. Но практика не может дать тебе большего. Поэтому вместо того, чтобы сосредоточиться на завоевании наград или впечатлениях судей, Каедэ считала свои маленькие победы: играла пьесы для школьных мюзиклов и смотрела, как зрители аплодируют после каждого номера; проводила недели, пытаясь понять, почему она сбивалась с ритма, и кричала от радости, когда после нескольких часов работы над проблемными местами, она наконец понимала. Даже старые детские воспоминания, вроде тех, как она постукивала пальцами по игрушечному пианино, играя «Ты свети, свети, звезда», в то время как её сестра-близнец пела в пластиковый микрофон, — все они вызывали улыбку на её лице. Пока её музыка делала кого-то счастливым, долгие часы практики того стоили. На самом деле, именно из-за долгих часов практики она сейчас стояла на сцене перед блестящим чёрным роялем, одетая в своё самое красивое платье с оборками. Справа от неё полукругом поднимались ряды бархатных кресел. Через четыре дня все они будут заполнены. От этой мысли на лбу Каедэ выступили капельки пота, но она подавила своё волнение. Оркестр, который должен будет здесь играть, устроил конкурс среди местных старших школ — рекламный трюк, не больше — и победителю было позволено сыграть пьесу для публики перед концертом оркестра. К большому удивлению Каедэ, она победила! …получив второе место. Но победитель, занявший первое место, сломал запястье, так что эта честь выпала на долю Каедэ, и она собиралась извлечь из этого максимум пользы. Никто не ожидал от неё многого. Её выступление даже не будет главным. Но несмотря на это, она будет практиковаться и практиковаться, пока не привыкнет к сцене. Этот вечер будет её генеральной репетицией. Когда она сядет играть для своей публики, она будет в своей тарелке. Никакой мягкой игры из-за стеснения. Никаких пропущенных нот из-за дрожащих рук. Никаких повторений одной и той же части пять раз подряд, чтобы растянуть время, потому что она забудет следующую часть пьесы. Она будет уверена в себе. Она не будет бояться. И она надеялась, что зрители уйдут с улыбками на лицах, и их день станет немного светлее благодаря её игре. Когда она села на сидение у рояля, что-то привлекло её внимание: карточка с изображением лошади с золотой короной на голове. Это… это, должно быть, шутка… верно?