Девять ошибок

Эй! Чего тебе, непризнанный? Нет у меня на тебя времени, так что говори, что нужно, и вали. Слушай, не мямли, мне сейчас не до этого, стоит скорее вернуться в Ад к семье. Если в прошлый раз я позволил себе рассказать тебе что-то интересное, это не значит, что так будет и сейчас. Я был пьян, ясно? Глифт развязал мне язык, а опьянение заставило забыть, что ты лишь человек. Хм, кстати, а куда вы, мелкие человеческие отродья, отправляетесь? Неужели вас пихают по сторонам раньше времени? Оу, и ты что, собрался к ангелочкам? Ну что молчишь, я прав? Ох, глупые, глупые Непризнанные, как вы не понимаете, что ангелы иногда хуже нас, дьявольских созданий. Они лицемеры и лжецы, твари в белом, которые за своей добродушностью и невинностью прячут сучьи сущности. Ладно, ты успел меня развеселить, так что спрашивай, что тебе так нужно было. Нет, ну ты, конечно, молодец, на носу война, а ты меня снова про эту пару идиотов спрашиваешь? Да-да, ты не ослушался, полнейших идиотов. Почему? Хах, я тебе все так просто не расскажу. Давай договоримся, ты тащишь мои чемоданы и провожаешь до пятого круга, а я тебе раскрою все карты этого мироздания. Согласен? Ну в путь, смотри, крылышки не спали. Даже не знаю, с чего начать. В прошлый раз я закончил инцидентом в коридоре, и, казалось бы, это должна была быть последняя ошибка Люцифера, но нет, похоже тяга к приключениям и тупость от Уокер передались даже сыну Сатаны. Он хотел извиниться, скорее всего, впервые в жизни, впервые чувствовал вину, потому пришёл к Вики в комнату. Всё было бы хорошо, если бы не его несдержанность. Четыре. Он позволил себе нарушить закон Неприкосновения, из-за чего на суде у обоих могли быть серьёзные проблемы. Почему именно он? Да я думаю, у Уокер такой штуки, как дальновидность, нет. Но благо, адмирон Винчесто не сдал их. После этого Люцифер взял себя в руки, оттолкнул от себя девушку, что могло обезопасить их двоих. Но если хоть раз свяжешься с Уокер, — мне кажется, уже любой, — она из твоей жизни не уйдёт. И как бы демон не старался, к Вики тянуло, ужасно тянуло. И пусть их отношения сначала строились на подколах и оскорблениях, Уокер была первой, кто нашёл, что ему ответить, смог завести его в тупик и заставил ревновать. Это… привлекало. Интересно и крайне забавно смотреть, как существа меняются. Слушай, не подумай, что наследник адского престола монстр и что-то вроде того, может раньше он и был таким, теперь все изменилось. Ему теперь не наплевать на тех, кто рядом, и кто может попасть под удар из-за него. Слушай, если ты записываешь все это, то я тебя прибью! Тебе повезло, что эту историю знаю я один, потому ещё никому не рассказывал, хоть желание большое было. Всё как в прошлый раз, вот только я не пьян. Сначала меня найдёт сын Сатаны, а позже я найду тебя. Ты ведь видел его выступление на празднике Рождества? Это было прекрасно, сын владыки вновь надел хорошо сделанную маску сатаниста, позволяя себе ещё сильнее разжечь вражду между ангелами и демонами. Знаешь, как приятно наблюдать за всеми ними со стороны, медленно смакуя виски и осознавая, что это все плоды твоих рук? Вот только для полного спокойствия не хватало лишь постоянно удержание в поле зрения той самой Непризнанной, которая уже давно засела в голове. Он бы, возможно, и дальше стойко держался, но спустя некоторое время Вики сама к нему пришла. Я говорил, что она совершила девять ошибок? Забудь, просто забудь. Она достойна большего числа, определённо. Десять. Она решила выпустить мальчика из башни, который там сидит всю свою жизнь, и она это сделала. Ты не ослышался, я на полном серьёзе. Снова привлекла Люцифера, зная, что им обоим не поздоровится, если хоть кто-то узнает об этом. Да и демон сам не очень сопротивлялся, только пускал пошлые шуточки, да прикрывал девушку от архангелов. Зато Люцифер вполне превратил все в игру, раззадоривая Вики. Не заметил, что кто-то покидал зал после турнира вверх задницей? Хах, да, это была Уокер на плече у сына Сатаны. И я бы хотел остановиться, но нет, похоже, дочь Серафима никогда не остановится. Одиннадцать и двенадцать. Нагрубила Сатане во время их первой встречи. Она точно не умеет держать язык за зубами. Пока Люцифер мысленно чертыхался, стоя за спиной владыки, Вики пускала оскорбления и дерзости одни за другими. Она действительно принесёт не только дьяволу, но и небесам больше проблем, чем её дорогая матушка. Вернее, уже принесла своими ошибками. Видимо, у Уокер действительно нет инстинкта самосохранения, раз она умудрилась пошутить и в тот момент, когда правитель Преисподней держал её за шею, готовый в любой момент её свернуть. Но и тут она уже ошиблась ни одна. Пять. Я снова не сбился. Люцифер тогда, смотря как в руках у дьявола Вики, показал отцу свою главную слабость. Свою симпатию к девушке, свои первые появившиеся тёплые чувства, свои изменения в своей чёрствой душе. Возможно, и сердце теперь забилось сильнее, а после сделало кульбит и замерло, когда послышался тот самый хруст девичьих костей. Он и не думал, что так быстро потеряет её. Эту глупую и дерзкую непризнанную, эту маленькую и хрупкую девушку, что своими противоречиями вскружила голову. Её тело упало в ноги Сатане, и тот, как ни в чем не бывало, продолжил свой путь на казнь адмирона. Вот только Люцифер не мог сдвинуться с места. Всё так стоял перед Вики, что, казалось, уже не дышала, а после резко бросился на землю. Подполз ближе, бережно взял в руки её голову, аккуратно положил на свои колени, смахивая появившиеся слезинки с лица, что теряло свои живые краски. Прижался лбом ко лбу, старался заметить её пульс, её дыхание, но ничего не понимал. Было больно. Наверное, уже во второй раз, после той пощечины, её пятой ошибки. Вики научила его чувствовать душевную боль, и она оказалась сильнее физической. Более то выражение отца не играло смысла. Боль — это не иллюзия. Боль — это мы, это наша часть, это то, без чего мы не можем быть сильными. Вот только придётся вновь учиться быть такими. И то ожидание было словно самый действенный яд: он боялся, ужасно боялся, а понимания всего произошедшего не было. Глупо, не правда ли? Сам дьявол волнуется за кого-то, кроме себя. Забавно, ведь Уокер все же формально проиграла. Она не вылетела из школы, но поплатилась своей второй жизнью за все свои грубости и дерзости. Вот только, казалось, выбыв из игры, она оставила там единственного участника действия, который сам себя уже победить не сможет. Вот такой парадокс. Видел бы ты лицо Люцифера, когда на всю округу прозвучал громкий вскрик. Уокер выжила в очередной раз. Глотала воздух, пыталась прийти в себя, пока демон прижимал её к себе, стараясь не выдать своего волнения за фразой: «В следующий раз держи язык за зубами, глупая ты Непризнанная!». И снова ошибся. Шесть. Нежно коснулся её виска, щеки, подарил лёгкий поцелуй. Проиграл.