проклятие

Прошла всего минута с того момента, как он расстался со своими друзьями, но на душе у него лишь горечь от несказанных и неуслышанных им слов, и это вновь вызывает у него слёзы. Шею сквозит и обдувает горячим пеплом. — Гин?.. — слышит он срывающийся голос где-то вдалеке, сквозь чужое рыдание и мольбы оставить его в живых, а после – сквозь предсмертные вопли, на которые он давно научился не обращать внимания. Он слышит стремительно приближающиеся к нему шаги, чувствует на себе знакомые объятия и дёргается. В воспоминаниях ещё свежи такие же – Алекса и Лизы. Он может лишь обнять Александра в ответ и уткнуться подбородком в его макушку, давно уже не боясь плакать перед ним. И шептать отчаянное "всё будет хорошо", когда всё на самом деле не хорошо, когда мир буквально рассыпается на части, когда он сам чувствует тянущую пустоту в своём сердце, стремительно разрастающуюся по всему его телу. Он не может бросить его сейчас, но не способен сделать хоть что-то для того, чтобы остаться. От осознания этого на его лице появляется горькая усмешка, и он отстраняется от Александра, когда чувствует, что вот-вот начнёт рассыпаться вместе со своим обречённым миром. На его лице ничего, кроме этой усмешки. В глазах – разбитые надежды, а прикосновения полны сожаления за всё то, что он не сделал для его счастья. Он не заслуживает даже называться его другом. Какой друг бросит в беде, когда ты нуждаешься в нём больше всего на свете? Только Гин. — Г-гин, я... боюсь... — всхлипывает Александр, со страхом и недоумением смотрит на рассыпающегося в пепел Гина и сильнее сжимает его плечи, боясь отпускать, боясь того, что он исчезнет и оставит его одного. Он ведь и правда исчезнет и оставит его одного, и ничто здесь не будет зависеть от его действий. Это он знает точно, но всё равно не отпустит его, будет ждать до последнего и верить в то, что что-то пойдёт не так, что его друг не бросит его, что... Вера в это покидает его, когда Гин почти что рассыпается прахом на его глазах, когда крепко прижимает его к себе и говорит никогда не сдаваться. Никогда. А потом исчезает, растворяется в бушующем ветре, в кровавом дожде и в огненном хаосе позади. А потом исчезает всё, оставляя Александра одного в пустоте.