Нулёвка. Неудавшийся ваншот

      — Ты хочешь жить?       Лина протёрла глаза. Она чувствовала себя как после сна. Долгого, глубокого сна. Лина увидела перед собой человека с серым изящным лицом и уставшими глазами цвета пепла. Он вздохнул.       — Мне неприятно это говорить, но у меня нет другого выхода.       Было темно. Лина видела лишь освещённый свечами стол. И его.       — Я сплю всё дольше. Всё реже встречаю полную луну. Вопрос времени, когда я больше не проснусь.       Человек сидел на другом конце длинного стола. Но Лине казалось, что его можно потрогать, просто протянув руку, что любой его шёпот будет слышен ясно.       — Мне нужен помощник. Я не справляюсь с делами прошлой жизни. Человек во мне слишком силён, и я не в праве его подводить. Я должен закончить многое, что я начал.       Бархатный голос пленил Лину. Мягкий, монотонный тембр погружал её в транс, вёл сознание из стороны в сторону, как неспокойный маятник.       — Но я не могу жить под дневным светом. Мне нужен кто-то, кто сможет. Мне нужна ты.       Вдруг воздух вокруг замер. Гудение в висках стрельнуло резкой болью и отступило, а сознание прояснилось и собралось в одну точку. Лина открыла глаза. В этот раз она видела всё так, как оно есть.       — И я вынужден задать тебе этот вопрос.       Лину сковал ужас. Он оказался прямо перед ней. Спокойные глаза были залиты кровью. Обнажив клыки, он спросил:       — Ты хочешь жить?

***

       — Давай ещё раз.       Слёзы брызнули у Хельма из глаз. Сколько уже можно повторять эту пьесу!       — Я не хочу больше играть… Я не хочу…       Элия вздохнула. Ей было больно смотреть на крестника в таком положении духа. Она мягко взяла скрипку из его рук, положила на рояль и повела его к креслу. Тихо плачущий Хельм повиновался её движениям, не отпуская лица руками. Элия усадила его себе на колени.       — Дорогой, не переживай ты так, — она гладила Хельма по огненно-рыжим волосам, — сделаем передышку пока.       — Не хочу, — тихо говорил он сквозь всхлипы, — не хочу…       У Элии подступил ком к горлу, пока она пыталась сдержать слёзы. Она любила мальчика всем сердцем, и ей тяжело было видеть, как ему плохо. Она смахнула со своего чуть мокрого лица белые, как снег, волосы и обняла его так крепко, как только могла.       — Всё будет хорошо, дорогой, всё будет хорошо…       Хельм не сразу оторвал руки от лица, но всё-таки обнял в ответ, и его всхлипы стали реже. Так они и сидели. Столько, сколько нужно было. Когда Хельм успокоился, Элия отпустила его и посмотрела в красные от слёз глаза. Она аккуратно их вытерла и улыбнулась.       — Всё будет хорошо.       Хельм с мокрыми глазами улыбнулся в ответ.       Элия потрепала его за волосы, хитро прищурилась и ущипнула Хельма за острые ушки. Он звонко рассмеялся и закрыл уши руками.       — Не надо щипаться! — с наигранной обидой вскрикнул Хельм.       — Хорошо, не буду, — сказала Элия, после чего Хельм осторожно убрал руки. Элия сделала вид, что сдержит слово, но спустя мгновение снова схватила за ушки, — Ну только один разочек!       Ещё немного они подурачились, прежде чем успокоиться и замолчать, глядя друг другу в глаза. Элия вздохнула.       — Ладно, на сегодня пока хватит занятий, можешь идти к себе. До вступления в коллегию у нас ещё есть время…

***

      Четырнадцатилетний Дитрих возвращался из училища. Подходя к дому он увидел множество стражников и людей. Толпа погрязла в громких разговорах и редких тяжёлых вздохах. Не понимая, что происходит, Дитрих начал пробираться сквозь людей.       — Чёрт возьми, опять она, — стал слышен зычный бас служителя закона.       — Третье появление за месяц. Колдунов не зовут что ли в этот раз?       — Роза не отслеживается их магическими свистелками, так что попросили их больше не трогать по этому делу.       — Что тут произошло? — вскричал Дитрих, подбегая к стражникам. Они переглянулись.       — Дитрих Морион? — спросил дядька в форме капитана стражи.       — Да, чёрт возьми! А теперь объясните, что тут происходит? Нас ограбили? Где мои родители?       Капитан провёл рукой по седым усам и вздохнул.       — Сынок, мне очень жаль. Боюсь, ваш дом посетила...       Капитан не договорил, увидев лицо мальчика. У Дитриха спёрло дыхание, он смог только беззвучно прошептать:       — Нет…       — Мне больно это говорить, но твои… — капитан положил руку на плечо Дитриха. Он резко вырвался из его рук и ринулся сквозь толпу зевак.       — Прочь! — кричал Дитрих, — Расступитесь! Я не верю вам, черти! Я не…       Он прорвался к центру толпы и увидел два силуэта под невесомой белой тканью. Рядом лежала фиолетовая роза, покрытая росой.       Прошло семь лет. Дитрих стоял над двумя надгробными плитами. Он не мог не рыдать, даже спустя годы. Он сложил по две красные розы на одну и другую могилу, не переставая лить слёзы. Красная роза — фамильный герб рода Морион.       Его боль не утихает никогда. И когда он приходит сюда, она только становится сильнее. Но иначе он не может.       Он достал из-под плаща ещё одну розу. Фиолетовую. Она была свежа, как и в тот день, проклятый им тысячу раз. Она была наполнена магией. Заколдована той, кто это сделал. Дитрих смотрел на неё со жгучей ненавистью и страхом. Её нельзя было сломать, сжечь или заморозить. Роза жива без солнца, земли и воды. Иногда она заново наполнялась тонким ароматом и покрывалась блестящими капельками росы. Дитрих знал, что это значит. Когда это происходит, он наполняется яростью и решимостью. Он знал, что будет тем, кто это прекратит. Он заставит эту розу увянуть.

***

      — Серьёзно, Егор? Серьёзно? — сказал Мастер после того, как выслушал предысторию до конца, — Месть за родителей? Ещё более заезженной мотивации придумать не мог?       — Да не будь ты таким занудой. И вообще, ты сам меня это придумывать заставил, а я тебе предлагал самому историю написать.       — Ладно, чёрт с тобой. Алён, ты уверена насчёт этой своей предыстории и характеристики персонажа?       — Да, я буду часто мотаться по делам в воскресенье, так что если вдруг прийти не смогу — значит, покровитель вызвал, что-нибудь такое. А то я не знаю наперёд, когда свободна бываю.       — А на следующей неделе? Нулёвку пропускать нельзя.       — Буду я на следующей неделе, буду.       — Ладно, — протянул Мастер, — Так, ну, а Сёма, как я понял, в этот раз тоже не запаривался насчёт предыстории своего Хельма.       — А смысл? Всё равно себя отыгрываю только, не получается у меня персонажей писать. Бард и бард, чего тут выдумывать.       — Наказание какое-то, а не игроки, — буркнул Мастер под нос, — Ладно, всех выслушал, со всеми согласен. По итогу мы имеем: Алёну в качестве полуэльфа колдуна Лины; Семёна в роли Семёна и набор новичка "человек-файтер с предысторией о мести" под управлением Егора. Хоть без плута-клептомана обошлись... Так, жду всех в субботу после школы, обговорить детали вселенной.