Нежданное счастье.

      Утро. За окном тихо щебетали одинокие птички. Комната была залита теплым солнечным светом. Изуку лежал, закутавшись в одеяло. Вставать не хотелось. Он спокойно, размеренно дышал, стараясь не шевелится. Но неожиданно ему стало очень душно. Мидория откинулся назад и врезался локтем во что-то твёрдое. Изуку удивлённо вздрогнул и с ужасом понял, что это не его комната. Парнишка оглянулся по сторонам, и по спине пробежался холодок. Под боком мирно спал Кацуки, обнимая Изуку за талию. Тот пребывая в неоднозначных чувствах, скинул его руку и постарался встать. Его зашатало от сильной головной боли, а, когда он сделал шаг, ноги подкосились и Мидория упал, сбив электронные часы с тумбочки, в тщетной попытке удержать равновесие. Изуку удивлённо обнаружил боль в пояснице и бедрах. Надо признать, задница болела очень сильно, как будто его хорошенько так отшлепали. Хотя, в какой-то степени это было правдой. Изуку тихо вздохнул, вспоминая события вчерашней ночи. Однако в голову ничего не лезло. Пусто. «Что вообще вчера произошло?» — безрезультатно пытался вспомнить он. Будить Кацуки, чтобы узнать, он не решался. Всё тело ныло. Исследуя собственные ноги на места повреждений, Мидория с ужасом обнаружил на руках вокруг запястий небольшие красные полосы. Изуку в шоке подполз к зеркальному шкафу. Оттуда на него смотрел уставший, всклокоченный, потрёпанный мужчина с огромным количеством засосов на шее и плечах. Только сейчас Мидория понял, что полностью обнажен. Всё это время за ним с кровати одним глазом наблюдал Кацуки. Видя, как тот в шоке рассматривает собственное тело, Бакуго поднялся. В отличии от Мидории, он запомнил почти всё.       —Деку, ты пойдешь в душ? — очень осторожно начал он. Мидория вздрогнул и очень медленно обернулся.       —Кач-чан? — очень тихо отозвался он, — Что вчера произошло? — наконец собрался с силами, чтобы задать вопрос. Но стоило его взгляду скользнуть по обнаженному телу Кацуки, вопрос отпал сам собой. Воспоминания резко пронзили голову, мутя сознание.       —С тобой всё в порядке? — обеспокоенно продолжил Бакуго.       —Ага, я в душ! — вскрикнул Изуку. Ему очень сильно захотелось спрятаться от нахлынувшего смущения. Он резко поднялся и, делая уверенный шаг в сторону двери, споткнулся — ноги не держали. Благо, сильный и заботливый Кацуки всегда рядом, чтобы поймать.       —Я донесу тебя, — сочувственно сказал он и, ухмыльнувшись, добавил, —Кажется, вчера я перестарался, — аккуратно, стараясь не трясти, Кацуки донес его до туалета и посадил в ванную. Включив теплую воду и заткнув затычку, предложил:       —Посидишь в теплой воде, думаю тебе станет получше. В душе ты всё равно на ногах не устоишь, — прикрыл дверь и ушёл. Изуку ничего не ответил. События вчерашнего вечера и ночи не давали ему покоя.       —Хей, ты там в порядке? — постучались в дверцу, — Уже сорок минут сидишь!       «Сорок минут!» — Мидория совсем не заметил.       —Ты там уснул, что ли? — встревоженно переспросил Бакуго. А потом дверь приоткрылась, и в проём просунулась блондинистая голова.       —Я скор-ро выйд-ду, — вздрогнул Изуку.       —Не торопись, я просто забеспокоился, — тепло улыбнулся ему Кацуки. От этой улыбочки Изуку напрягся ещё сильнее. Что за супер-пупер добрая улыбочка? Такую Мидория никогда не видел. Несмотря на то, что сказал Бакуго, он решил выйти. Вынул затычку, сливая воду. Когда она вся вытекла, Изуку попытался встать. Но безуспешно. Ещё несколько попыток — без результата. Решив, что уже и так нечего терять, решил позвать Кацуки. Сильная рука Кацуки появилась через несколько секунд в щели между дверью и стеной. Он принес одежду.       —Вот твои вещи, одевайся, — потряс кистью Бакугоу.       —Кач-чан… — неуверенно позвал Мидория ещё раз.       —Ну чего ещё? — открыл дверь он полностью, заходя внутрь.       —М… Я не могу встать, — промямлил Изуку, но Кацуки его понял. Его глаза округлились от удивления.       —Что я вчера с тобой такое делал, раз теперь тебя ноги вообще не держат? — задумчиво протянул он. Изуку смущенно потупил взгляд. Кацуки обнял его за талию и поднял. Обернул в полотенце и потащил в комнату.       —Дальше я сам, — попытался избавиться от него Мидория, но Бакуго был не преклонен, вытирая и одевая своего Изуку.       —У тебя ничего не болит? — внимательно посмотрел Кацуки на него, разглядывая засосы на его шее.       Сейчас Изуку выглядел как-то уж очень замученно. И да, у него много чего болело, но говорить это было как-то неловко и лень, поэтому он просто завертел головой.       —Да? А здесь? — Бакуго медленно провел ладонью по его пояснице, спускаясь на бедра. Мидория неприятно поморщился, — Ага! А говоришь ничего не болит. Извини, я не хотел так сильно.       —Так сильно? — не понял его наивный Мидория.       —Да, так сильно. И поясница, наверное, ноет. Я прав? — устало наклонил он голову в бок.       —Ага.       —Сегодня ты не куда не пойдешь, — безапелляционно заявил Кацуки, хотя, Мидория и не собирался с ним спорить, — Думаю, я тоже сегодня не куда не пойду.       —Тебе не нужно, — начал было Изуку, но его перебили.       —Уверен? Да ты же на овощ сейчас похож, и в этом моя вина. Лааадно... — Кацуки глубоко вздохнул и поднялся, — Хочешь есть? — спросил он, одеваясь.       —Есть? — растерялся Изуку, — Я сейчас что-нибудь приготовлю, — заторопился он.       —Не стоит, — отрицательно покачал головой Кацуки.       —А кто же тогда?       —Ха, а ты прав. Я, в конце концов, даже яичницу сам не пожарю, — глубокомысленно протянул он, а заметив, что Мидория захихикал, нахмурился и, наклонившись к его уху, тихо добавил, — Зато я хорош в кое-чём другом, хочешь покажу?       —О ч-чём эт-то т-ты? — испуганно отозвался смеющийся.       —Вчера, кажется, ты плохо запомнил, — усмехнулся Бакугоу.       —Лучше я пойду готовить! — и сразу после слов вскочил. В принципе, если быть осторожным, то можно ходить и не падать, хотя бедра очень болели, а ноги непроизвольно разъезжались в стороны.       —Давай помогу, — предложил Кацуки, обхватывая Изуку за талию. Так они дошли до кухни, где Мидория начал колдовать над плитой. После случившегося, Бакуго, по логичным причинам, мог называть их с Мидорией парой, что он и делал. Однако сам Изуку этого то ли не хотел признавать, толи просто не понимал.       Этот новый день прошёл очень хорошо и легко. Возможно этим двоим стоило сходить погулять, но учитывая слабость Изуку, они остались дома. Позавтракав, отправились смотреть фильм, хотя оба почти не смотрели на экран.       Сознание Кацуки рисовало счастливые картинки, а сам он чувствовал себя просто превосходно. Чего нельзя было сказать о Мидории, сидящим в объятьях Кацуки. Его мысли были не столь радужными. Мозг терзали тысячи вопросов, но он не решался их озвучить. Как дальше будут складываться их отношения? Что делать дальше? И еще множество в таком духе. Но один вопрос очень остро прорезал сознание. От одной этой мысли сердце Мидории бросалось в пляс. И не понятно от радости, страха или чего-то ещё. Сам Изуку очень смутно помнил события вчерашней ночи и то, только отрывки их бурного с_кса, но что-то в голове подсказывало, что при виде течного Изуку контрацепция - последнее о чём позаботился Бакуго.       Пару раз во время просмотра Изуку поднимал голову, чтобы уточнить это, но, встретившись со взглядом Кацуки, терял всю свою решительность. Единственное что он решил — надо сходить к врачу и как можно скорее. Однако эта идея вылетела из головы. Точнее её вышибла оттуда эйфория. Непонятно откуда взявшееся чувство безопасности и радости. Как будто он уже нашёл всё, что искал. Что-то изнутри наполняло их обоих радостью и счастьем. Все планы вылетели, оставляя только спокойствие и наполненность. Весь день так и прошёл. Оба смеялись, занимаясь какой-то ерундой и не думали ни о чём. Когда вечером Изуку ушёл к себе в комнату, возмущению Кацуки не было предела. Долго не думая, он просто отправился вслед за ним, ложась на одну кровать. Мидория не возражал. И это было не просто равнодушие, нет, он действительно был не против.       Спустя какое-то время Изуку и Кацуки переехали в частный собственный дом.       На следующий день, убегая на работу, оба думали только друг о друге.       —Бакуго-кун! Что случилось? — весело спросила Ашидо за обедом.       —Ничего не случилось, — не понял такого вопроса Кацуки.       —Она имеет в виду, — решил пояснить Каминари, — Почему ты сегодня светишься от радости? Случилось что-то хорошее?       —Да нет, — отозвался Кацуки и уставился взглядом в свой бенто.       —Да неужели, — присоединился к расспросам Киришима, — У тебя же всё на лице написано! Только мы ещё не поняли в чём конкретно причина.       —Не хочет, пусть не рассказывает, — пожал плечами Денки. Все трое уставились на него. Как этот любитель сплетен, мог сказать что-то подобное!       —Самому что ли есть что рассказать? — прищурилась Мина.       —Между прочим да! А вы все как будто и не замечаете! — обиженно задрал носик он.       Судя по всему, счастьем светился не только Кацуки, потому что Тодороки Шото с работы Изуку задавал ему примерно те же вопросы. К тому же Мидория выглядел очень счастливым. О том, что ему очень срочно надо сходить к врачу, Изуку благополучно забыл. И не только сегодня, но и в последующие дни тоже.       Совместная жизнь Кацуки и Изуку выглядела, как сказка. По факту, почти ничего и не изменилось, разве что Бакуго всегда приходил спать к Мидории, хотя ничего непристойного они больше не делали, а также иногда неожиданно обнимал его со спины, целуя в шею или висок. Почему же жизнь походила на сказку? Просто их отношение ко всему изменилось. Кацуки был очень сильно всем доволен, ну, а Изуку… Изуку тоже можно было назвать счастливым.       В таком режиме прошло две недели, и все эти дни можно было назвать идеальными, наполненными спокойствием. На огромную радость Кацуки, Изуку начал много говорить. Говорят, над отношениями надо работать, но у этих двоих всё шло само собой, как по написанному сценарию. Пока в один прекрасный день кое-что не изменилось.       —Можно попробовать твой бенто? — в очередной раз спрашивал Киришима, стараясь залезть своими палочками в еду Бакуго.       —Нет, своё жри, — грозно отказывал Кацуки.       —Да я не против, но Изуку-кун очень вкусно готовит! Я так не умею, — грустно качнул он головой.       —Так учись, а моего Изуку больше так не называй!       —Странный какой-то вкус, — протянул Каминари. Которого не заметили и он спокойно украл еду у Бакуго.       —Ты как посмел! — взревел Кацуки, хотя слова Денки его насторожили. Попробовав, он понял, что тот явно прав.       —Может быть Мидория-кун за что-то на тебя обиделся? — предположила Мина, — И в отместку положил тебе невкусную еду?       —Вряд ли, — покачал головой Бакуго.       —Надо признать, онигири с вареньем это очень странно, — поморщился Киришима, разглядывая еду, — Ашидо может права, и это месть за что-то.       —Вот только за что?       Домой Бакуго ехал в смятении. «Может я правда где-то накосячил?» — всерьез раздумывал Кацуки. Хотя даже если так, он был немного доволен. Изуку начал проявлять такую инициативу и смелость в последние дни. А теперь даже такое! Как в других нормальных парах.       —Я дома, — крикнул с порога Кацуки. На его голос в дверной проём с кухни высунулась темноволосая голова.       —А… Это ты, — грустно вздохнул Изуку.       «А кого он ещё ожидал увидеть?» — гневно подумал Кацуки. —Ты что, ждешь кого-то?       —Нет, я так рад, что ты пришел, Каччан! — вдруг воскликнул Изуку и побежал обнять Бакуго. Тот на мгновение растерялся - такого раньше не было - но быстро сориентировался и обнял Изуку в ответ. Мидория стоял, уткнувшись Кацуки в грудь и глубоко дышал. Такая реакция очень сильно понравилась Бакуго, но и испугала тоже.       —Ты это чего? — неуверенно спросил он, целуя «ангелочка» в макушку.       —Ничего, прости, — оторвался от него Изуку и побежал на кухню. Бакуго только плечами пожал. Какая разница, в конце концов, зачем он это делает, если это так хорошо.       —Ты знаешь, что положил мне в бенто? — спросил Кацуки из своей комнаты, переодеваясь.       —Э… Карри? — предположил Мидория. Такой ответ очень насторожил Бакуго, и он поспешил на кухню.       —Нет, ты что же не помнишь?       —Ну… — Изуку задумчиво уставился в кастрюлю.       —Значит, нет, — качнул головой Кацуки и встал рядом, тоже заглядывая в кастрюлю.       —А что? Было невкусно? — поднял голову Изуку.       —Сам попробуй, — предложил Бакуго, доставая почти полный судок с едой.       —Онигири? — очень сильно удивился Мидория, — Хм… — протянул он, пробуя.       —Ну как? — подозрительно учтиво спросил Кацуки.       —Рис немного переварен, — глубокомысленно заметил Мидория, — а так в целом вкусно.       —Вкусно, — у Бакуго отвисла челюсть.       —Да… Тебе не понравилось?       —А с чем они? — нахмурился Кацуки. Не могло же ему и его коллегам просто показаться.       —Э… — в недоумении уставился Изуку на еду в своих руках, — С вареньем я полагаю…       —С каким вареньем! И тебя ничего не смущает, — им всё-таки не показалось.       —С клубничным, — отозвался Изуку, продолжая жевать, — а что? Ты больше любишь вишневое?       —Ты серьезно или издеваешься! — начал сердиться Кацуки.       —Э… — непонимающе уставился на него Мидория. Кажется, он реально не понимает.       —Деку, иди-ка сюда, — позвали его на диван, и Изуку послушно сел.       —Чего?       —Деку, послушай, — глубоко вздохнул Кацуки, — В онигири не кладут варенье. И любые другие сладости, — очень четко проговорил он, разговаривая как с полоумным. Изуку несколько секунд глупо моргал, переваривая услышанное. Потом его глаза медленно расширились, и в них промелькнуло понимание.       —О боже, — испуганно приложил он руки ко рту.       —Вот именно! — щелкнул его по лбу Кацуки, — Хотя меня больше интересует, как ты это ел?       —Не знаю. Пошли лучше ужинать, — пожал он плечами и смущенно подбежал к кастрюле.       В полном молчание они разливали по тарелкам мисо-суп, но, когда Бакуго попробовал еду, сдержать возмущенные вопли было нереально.       —Что ты туда положил?       —М… Как обычно вроде, — неопределенно качнул головой Мидория, пробуя супчик.       —Ну как? — хмуро уставился на него Бакуго.       —Нормально, — непонимающе отозвался Изуку. Для убедительности, он даже попробовал из тарелки Кацуки.       —Тебе правда нормально?       —Да… И я не понимаю, Каччан, почему тебе не нравится, — грустно пожал он плечами. Они так и сидели в молчание, но потом вдруг лицо Изуку перекосилось, и он, поднеся ладошки ко рту, куда-то убежал.       —Плохо от этой дряни стало, — крикнул ему вслед Бакуго. К тому времени Мидория съел уже почти всё.       В этот момент над унитазом скрючился в три погибели Мидория. Его ужасно вырвало. Желудок усердно освобождался от всего содержимого.       —Ты там как, совсем плохо? — бесшумно подошел к туалету Кацуки.       —Буэ, буэ, — Изуку всё ещё рвало. Закончив, он смыл воду и устало расселся на холодном кафеле.       —Не надо на холодном сидеть, — покачал головой Бакуго, поднимая Мидорию на руки, — лучше прополоскай рот, и пойдем сядем.       —Суп тут не причем, — возмущенно вопил Мидория, пока Бакуго выливал содержимое кастрюли в унитаз.       —Ага, не причём. Тогда почему тебя вырвало? Хотя, возможно, ты заболел, — задумчиво протянул Бакуго. — Хотя температуры, вроде, нет, — добавил он, прикладывая руку ко лбу Изуку.       —Заболел?       —Ну да. Сам посуди, тебя вырвало, ты не помнил, что клал мне в обед и положил, надо признать редкостную муть. Потом этот суп! Как можно сварить что-то такое красивое и невкусное? К тому же, ты знаешь… у тебя так резко меняется настроение, — вспомнил он.       —Да? — и тут до Изуку дошло. Как он мог забыть? Мысль, что так усердно старалась пробиться в сознание, но чувство счастья её отгоняло. «Мне же надо было к врачу!» — с ужасом подумал Изуку. Так странно, что он напрочь забыл об этом, хотя продолжал пить таблетки и выполнять все рекомендации врача. «Хикару-сан будет недовольна», — грустно вздохнул он.       —Ты чего? Плохо? — испуганно окликнул его Бакуго. Наверное, у Мидории весь ужас на лице написан.       —Ничего, я хочу спать.       Кацуки, как и всегда, заснул быстро, обнимая своего Мидорию. А вот Изуку долго ворочался. За эти шестнадцать дней он уже привык, что они спят вместе. Даже странно, но постепенно, он начинал думать о них как о паре. И эта мысль действительно приносила радость. Создавалась иллюзия реальной семьи. Однако мысль о враче не давала покоя. Как можно было просто забыть о такой важной веще? Глупо, очень глупо.       Проснувшись утром, Изуку чувствовал себя очень вялым, ведь заснул только под три утра. Кацуки, конечно, знал об этом - чувствовал, как «чудо» крутился и бормотал себе под нос, и поэтому беспокоился. Уж очень такое поведение напоминало его поведение в прошлом. Тогда ещё Мидория просыпался от любого шороха и был очень нервный. «Он не должен вернуться в такое состояние», — думал Кацуки про себя, пока Изуку готовил завтрак.       У самого Изуку в этот момент в голове крутилась только одна мысль — нужно сходить в аптеку, а потом к врачу. Погруженный в свои раздумья, он не замечал ничего вокруг.       На работу оба ехали очень встревоженные. А потом не смогли нормально делать дела. Киришиме и Ашидо приходилось постоянно одергивать Бакуго, чтобы тот делал хоть что-то. А Мидории влетело от Тодороки, из-за несданного вовремя отчета.       Дома Кацуки ждала очень гнетущая атмосфера.       —Я дома, — как и всегда крикнул он с порога. Встретить его не вышли. Также ужином не пахло, кажется Изуку даже не преступал. Мидорию Кацуки нашёл сидящим на диване с пустым взглядом. Он что-то очень крепко сжимал в своей руке.       —П-привет, — мертвым голосом поздоровался Мидория, не поднимая глаз.       —Что случилось? — гневно спросил Кацуки.       —Ничего, — соврал Изуку и встал, — Извини, меня задержали на работе, я ещё не успел ничего приготовить. Подождешь здесь, ладно? — и убежал. У Бакуго отвисла челюсть. Как это Изуку так легко всё рассказал. Бакуго точно видел в каком тот состоянии. Мидория сам был от себя в шоке. Никогда ему ещё не удавалось так легко врать. Сердце колотилось как бешеное, ведь ему казалось, что Кацуки умеет читать его как открытую книгу. «Неужели не догадался?» — спрашивал сам себя Изуку. Кацуки не пошел за ним, и это очень хорошо.       Мидория постарался успокоиться. Он глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Сейчас ему нужно просто приготовить ужин. Но сил нет. Мидория выкинул сжимаемый его рукой тест в мусорное ведро. Хотя ему стоило быть осторожнее. Руки мелко тряслись, а зрачки глаз нервно бегали по стенам. Однако Бакуго усердно делал вид, что ничего не замечает. Вдруг сам расскажет, но Изуку упорно молчал, что в конце концов Бакуго не выдержал:       —Ничего не хочешь сказать? — осторожно начал он.       —Нет, — уверенно помотал головой Изуку. «Неужели догадался!» — в шоке подумал Мидория.       —Может тебя что-то беспокоит? — внимательно посмотрел Кацуки ему в глаза.       —М…       —Давай же, — не уступал Бакуго.       —Мне так жаль, что вчера я приготовил тебе плохой обед, — выпалил Изуку первое, что пришло на ум.       —Э… — Бакуго точно не это хотел услышать, — ничего страшного.       —И ещё…       —Что? — насторожился Кацуки, ожидая.       —Спасибо, — очень тихо пролепетал Мидория. Конечно, это совсем не то, что он скрывал, но… он же достаточно давно хотел сказать это.       —За что? — глупо заморгал Бакуго. И это тоже не то, чего он ожидал.       —Ну… Ты со мной, — пробормотал Изуку.       —Деку… — тяжело проговорил он, от его голоса Мидория вздрогнул, — мы же не чужие друг другу люди, в конце концов.       —Ты прав, — кивнул Мидория.       —Согласен со мной, значит. Тогда, я вот подумал, может поженимся? — абсолютно спокойно предложил Кацуки.       —Ч-че-г-го? — в шоке протянул Изуку и чуть со стула не упал.       —Я серьезно. Завтра же можно подать заявление в ЗАГС.       —Но как же так! Кацуки, я не понимаю, — неуверенно пожал плечами Изуку. Бакуго от его слов передернуло.       —Не зови меня так, — нахмурился он, — ты не хочешь выходить за меня?       —Я… не в этом дело… Но зачем?       —Как это зачем? Во-первых, мы же пара, во-вторых, дети должны рождаться в законном браке, — преспокойненько продолжал он. От его объяснений Изуку поперхнулся чаем и начал кашлять. Бакуго неуверенно почесал затылок. Он вовсе не хотел так быстро рассказывать все свои планы.       —Не надо так, — покачал наконец головой Мидория.       —Так - это как? — Кацуки начал злиться от чувства неловкости.       —Я не хочу выходить замуж по залету, — очень тихо отозвался Изуку. В его голове сложился вполне логичный ход событий - Кацуки как-то узнал о его беременности и теперь собирался взять на себя ответственность. Но Мидория вовсе не собирался его обязывать. Думал, что поедет к маме.       —По какому ещё залету? Ты же не беременный сейчас! — в растерянности воскликнул Бакуго.       —Так ты не знал? Тогда зачем… Я не понимаю…       —Погоди, так что же это. Ты всё-таки беременный? — очень осторожно уточнил Кацуки. Изуку сидел, в шоке опустив голову. Получается, это он сам всё сейчас рассказал.       —Угу, — очень, очень тихо подтвердил он. Почему-то казалось, что Бакуго сейчас закричит или что-то такое.       —Ребенок? От меня! У нас с тобой будет малыш! — его лицо разгладилось, и появилась ослепительная улыбка, — Это правда? Я так рад! — он вскочил со своего стула и набросился на Мидорию. Начал его целовать, обнимать, прижимая как можно ближе.       —Ты что же, рад?       —Конечно, глупый Деку! — Бакуго не мог нарадоваться. В один миг свершилось его заветное желание! За один месяц друзья детства сблизились от просто сожителей до пары с ребенком! Разве мечты сбываются так быстро, — Думаю раз ты беременный, нас распишут очень быстро.       —Распишут? — глупо моргал Изуку, до сих пор не веря в происходящее.       —Это на тебя так беременность влияет? Как-то поглупел резко, — вздохнул Кацуки, увлекая жениха в глубокий поцелуй. Мидории даже не нужно было отвечать - Бакуго сам всё сделает.       Легко подхватив Изуку под попу, Бакуго понес его в спальню. Вот они долго и томно целуются, ложась на кровать. Воздух в комнатке накаляется и пропитывается запахом возбуждения. Кацуки стянул свою футболку и свитерок Изуку, кидая их на пол. В этот раз Бакуго делал всё очень медленно, нежно и аккуратно. Во-первых, в их первый раз Мидория почти ничего не запомнил, во-вторых, надо же чтоб он запомнил всё как можно приятнее, ну и в-третьих, Изуку беременный, ему ни в коем разе нельзя навредить.       Изуку неуверенно обнял Кацуки за шею, тоже желая что-то сделать. Вот он потянулся к его щеке за поцелуем, но тот его остановил.       —Не стоит, просто лежи, ладно?       —Просто лежать? — неуверенно переспросил Изуку, пока Кацуки стягивал его штаны вместе с боксерами.       —Ага, тебе будет хорошо, — зашептал Бакуго ему прямо в ухо, поцеловал в висок, беря своей рукой чл_н Мидории. Верх, вниз, верх, вниз, и Мидория кончает Бакуго в ладонь.       —У… — издает он протяжный стон.       —Как ты больше хочешь? — спрашивает его Кацуки.       —Чего? — не понял его Изуку.       —В какой позе, я имею в виду, — пояснил Бакуго, с удовольствием наблюдая, как Изуку краснеет, — Может вот так? — Бакуго развел ноги Мидории в стороны, присев между ними и взяв Изуку за талию.       —Э… — испуганно протянул Изуку.       —Эх, давай так, — сам решил Кацуки, облизнув пальцы, подставил их ко входу Мидории. Тот был довольно влажный, всё-таки Мидория недавно кончил. Исправляя ошибки прошлого раза, Бакуго сначала ввел один пальчик и медленно подвигал.       —М… — тихо пискнул Изуку.       —Нормально? — спросил Бакуго, когда ввел второй пальчик.       — Ага, — кивнул он. Кацуки начал двигать рукой быстрее, заставляя смазку течь активнее. Думаю, достаточно, - глубоко вздохнул он и подставил к мокренькой дырочке Мидории свой чл_н, собираясь входить, как вдруг его лицо перекосило, и он остановился. Изуку до сих пор ничего не сказал. А хочет ли он вообще? — Деку…       —М… — приподнялся на локтях Изуку и внимательно заглянул в глаза Бакуго.       —Э… А можно вообще? — уточнил Кацуки. Может Мидория и не хочет.       —Э… — завис Изуку, а потом на его лице появилась растерянность, — А ты ведь прав! — в шоке прошептал он. Быстренько вырвался из объятий       Кацуки встал с кровати. Бакуго так и застыл.       —Если ты не хочешь, почему раньше не сказал! — гневно воскликнул он.       —Чего? — глупо уставился на него Мидория. Он медленно положил руку на свой живот, — Ты не понимаешь, что ли? — медленно проговорил он.       —Чего это я не понимаю? — вскинулся Кацуки, — Если ты не хочешь, то так и скажи, нечего мне голову морочить.       —Эх, я еду к врачу, — качнул головой Изуку и начал одеваться.       —Что произошло, ты объяснишь! — удивился до сих пор дико возбужденный Бакуго.       —Когда ты спросил: «А можно вообще?», я вдруг понял, — бодро начал рассказывать Мидория, — На некоторых неделях беременности могут запретить заниматься этим… — и тут же стушевался.       —Почему? — сразу видно Бакуго вообще по части беременности полный ноль.       —Как это почему! Врачи запрещают это, если есть угроза выкидыша в первом триместре или угроза преждевременных родов в третьем, — объяснил Изуку.       —Э… у тебя что же? Есть угроза выкидыша? — никак не мог понять Бакуго.       —Я не знаю, — очень серьезно проговорил Мидория. Тупость Кацуки, кажется, его абсолютно не напрягала, — Поэтому и стоит сходить к врачу, — он замолчал, а потом накрывая ручками свой ещё плоский животик, испуганно добавил, — Ты же не хочешь навредить нашему малышу?       —Нет, — твердо отозвался Кацуки и тоже начал одеваться, — Я еду с тобой.       —Зачем?       —Поздно уже, — хмуро отозвался он.       —Да? — Изуку посмотрел в окно. Было уже очень темно, а на часах - девять.       —Подождешь меня в коридоре, — попросил Мидория, открывая дверь кабинета.       —Ну уж нет! — отказался Бакуго, следуя за своим Изуку.       —Добрый вечер, Хикари-сан, — неловко поздоровался Изуку.       — Добрый, Изуку-кун. О! Ты сегодня не один. Привет, Кацуки-кун, — поздоровалась врач.       —Здравствуйте.       —По какому вопросу вы так поздно?       —Э… — попытался было начать Мидория, но его перебили.       —Изуку беременный, — сказал Бакуго.       —Как? — в шоке Хикари захлопала глазами.       —Ну да… тест так показал, — закивал Мидория в подтверждение головой, — я хотел взять направление на УЗИ и…       —Ясно, вот значит как. А кто отец?       —Я, — поднял руку Кацуки.       —Ах, вот оно что, — захихикала она, — Хорошо, я выпишу тебе направление и вот эти таблеточки пропей. А фолиевую увеличиваем в два раза и это тоже… — врач быстренько начеркала рецепт, — Кстати, Изуку-кун, так нельзя, конечно, но для тебя сделаю исключение. Можешь идти на УЗИ прямо сейчас, без направления. Там сейчас молоденькая аспирантка, точно тебя примет.       Домой они возвращались в очень уж растроганных чувствах. Изуку очень крепко сжимал руку Кацуки, чтобы не упасть. Перед его глазами до сих пор стоял аппарат УЗИ, где на экране был виден зародыш, размером не больше горошины, но Мидория всё равно умилялся. Бакуго его радости не разделял. Нет, конечно, он был очень счастлив, но теперь у него появилось ужасно сильное чувство беспокойства. Беспокойство, которое нарастало с каждой секундой.       Когда Кацуки думал о детях, он представлял самих детей. То как будет сидеть с ними играть, учить уроки, ходить гулять и всё прочее. Он никогда не думал о том, что ребенка ведь ещё надо выносить и родить. А сейчас, в одно мгновение, осознание прорезало голову. Что же будет с его Мидорией? Роды - это ведь очень тяжело! А вдруг что-то пойдет не по плану. К тому же, Бакуго был уверен, что теперь ему придется взять на себя все домашние работы Изуку, то есть готовку и уборку. И если с уборкой всё было более, менее понятно, то что делать с готовкой? Неужели опять придется переходить на магазинную еду! Полуфабрикаты там всякие, которыми Кацуки питался раньше. Или лучше заказывать еду из ресторанов? Кстати, аспирантка на УЗИ сказала, что надо слушать собственное тело. Если хочется, то надо, если не хочется, то никакого с_кса! Домой они вернулись только пол одиннадцатого. Несмотря на своё дикое желание, помня слова девушки, Кацуки прям с порога спросил:       —Ну что? Раз мы уже дома, может продолжим, где остановились?       —Э… о чём ты? — не догадался Изуку.       —Хочешь со мной с_ксом заняться? — очень серьезно пояснил Бакуго. От его слов Изуку вспыхнул. Он поморщился, а потом выдал:       —Неа, — и покачав головой, направился к себе в комнату. Бакуго так и завис. Он, конечно, всё понимает, да и спрашивал именно на такой случай, но это было разочаровывающе.       —Ладно, — грустно вздохнул Кацуки. Мужчины разошлись каждый по своим комнатам и начали готовиться ко сну. «В конце концов», — думал про себя Бакуго, — «Я же раньше как-то справлялся, когда мы ещё не были вместе. Можно и передернуть разок», — решил он, стягивая штаны.       Вдруг в дверь тихо постучали. Кацуки удивился, а тихий томный голос спросил:       —Ты спишь?       —Нет, что-то случилось? — Бакуго застегнул брюки и пошёл открывать дверь.       —Ничего не случилось, просто… — Мидория, стоящий на пороге, выглядел уж очень разбитым и потеряным.       —Просто что?       —Э… т-твоё предложение ещё в силе? — смущенно протянул тот.       —Какое? Ты о браке? Хочешь, чтобы я сделал предложение, как полагается? С кольцом, рестораном и в костюме? — не понял его Кацуки.       —Да нет же! — воскликнул Мидория и протянул свои ручки, чтобы обнять Кацуки.       —Обнять тебя? — неуверенно предположил Бакуго.       —М… ты нарочно? — Изуку встал на носочки и поцеловал Кацуки в шею.       —А… Хочешь заняться с_ксом? — наконец-то дошло до Бакуго.       —А ты больше не хочешь? — испуганно и расстроенно сжался он. Ответом ему был долгий и глубокий поцелуй. Кацуки подхватил Мидорию за попу, а тот обхватил его за талию своими ногами. Они легли в постель, не прекращая целоваться. Очень медленно Бакуго начал задирать пижамную майку Изуку вверх. Мидория лежал головой на подушке, а всё его тело утопало в большом мягком одеяле. Бакуго покрывал каждый миллиметр кожи Мидории поцелуями. Когда он добрался до груди, то аккуратно взял один сосок в рот, а другой несильно оттянул пальцами. От этого действия, Изуку выгнулся и громко вскрикнул:       —К-ка-ач-чан! — тот удивленно на него посмотрел, но очень быстро до него дошло.       —Из-за беременности твоя грудь стала очень чувствительной? — усмехнулся он, продолжая теребить соски.       —Эй, — оскорбился Изуку, прикрывая чувствительные места ладошками, — не делай так!       —Может лучше здесь? — засунул руку ему в штаны Бакуго и с удивлением обнаружил, что Мидория уже весь мокренький. На самом деле было удивительно, что Бакуго этого раньше не заметил. Всё в комнате уже пропахло ванильным зефиром. Кацуки стянул с него штаны и вставил пальчик, — Нормально? — спросил он.       — Нет, — замотал головой Мидория, а тот сразу же вынул палец.       — Тебе больно? Я думал, смазки достаточно, — неуверенно протянул Бакугоу.       —Нет же. Я не это имел в виду, — всё лицо Мидории стало очень красным, — Давай скорее, — попросил он очень тихо, но Кацуки всё равно его услышал.       —Ах, вот ты чего, ну ладно, — он схватил Мидорию под коленки, положил их себе на плечи и уперся своим чл_ном в дырочку, — Я вхожу, — объявил он и подался всем телом вперед. Послышался громкий стон, и Изуку выгнулся в спине, цепляясь Кацуки за плечи.       —Ха, ха! — тяжело задышал он, — ах, ха-а, — видимо Изуку переоценил свои силы. Бакуго вошёл всего-то на половину, а Мидории уже тяжело дышать. Воздуха в легких катастрофически не хватало.       —Я двигаться начинаю, — предупредил Бакуго, внимательно наблюдая за реакцией своей пары. Небольшой толчок, и Изуку снова громко стонет. Вперед - назад, вперед - назад. Изуку не в состоянии больше держаться за плечи Кацуки, поэтому разжимает руки и падает на подушки. Испуганный Бакуго подхватил его и начал двигаться быстрее. После нескольких особенно интенсивных толчков оба кончили. Бакуго вышел и спросил:       —Ещё разок? — ухмыльнулся и перевернул Мидорию, ставя его на четвереньки.       —Нет, — замотал головой Мидория, — Я так не хочу.       —Что ж, ладно, — разочарованно лег рядышком Кацуки. Сейчас Изуку выглядел так привлекательно, жаль было отпускать. Большие блестящие глаза, раскрасневшиеся щечки, выгнутая спина в пояснице, что так удачно оттопыривала задницу. Мидория удивленно посмотрел на лежащего.       —Но я не это имел в виду, — сел он рядышком.       —В смысле? А что тогда?       —М… Просто такая поза не удобная, — неловко опустил глаза Изуку.       — Так бы сразу и сказал, что тебе не нравится раком, — воодушевленно поднялся Кацуки, — Как тогда?       Долго не думая, Мидория снова лег на спину. И всё началось заново. Громкие стоны и тихий хрип Бакуго у Изуку над ухом. Мидория обхватил Бакуго за талию ногами, а тот, подхватив Изуку за спину своими сильными руками, принял вертикальное положение. Гравитация опустила бедра Изуку ниже, чем обычно, и тот вскрикнул.       —Ай, слишком глубоко, слишком, — он зажмурился и уткнулся личиком в плечо Кацуки. В уголках глаз образовались маленькие слезки.       —Эй, я не хотел, — прохрипел Бакуго и положил того обратно на кровать. Ещё несколько глубоких толчков и оба кончают.       —Я в порядке, — дрогнул он и поежился.       —А что собственно стало не так? — уточнил Кацуки и обнял его.       —Ну… Больно, когда что-то толкается в шейку матки, — неловко пояснил он. На самом деле, Бакуго это мало о чём сказало.       Проснувшись, рядом с собой Кацуки никого не обнаружил. Но в комнате были их общие запахи, что было подтверждением того, что вчерашняя ночь - не сон. Бакуго направился на кухню, думая о вкуснейшем завтраке, но такого там не оказалось.       На плите стояла кастрюля с рисом в воде, но тот не был сварен. Некоторые овощи были не до конца нарезаны, и в целом создавалось ощущение, что всё просто брошено. Понятное дело, Изуку здесь не было.       —Деку, ты где? — позвал недовольный Кацуки. Ответом ему был слив воды в туалете.       —Извини, я с-сейчас всё приготовлю, — он был весь бледный, на шатающихся ногах.       —Э… Тебя опять тошнило? — мягко уточнил Бакуго, хотя всё и так понятно.       —Ага, — Изуку подошёл и обнял Бакуго, — Я так устал, — грустно вздохнул он.       —Я тут подумал. Тебе нужно думать о нашем ребенке, а не об этом, — махнул Кацуки рукой на стол, — так что с этого дня убираться и готовить буду я.       —Хорошо, — просто согласился Изуку. На споры сил не было, хотя он и не представлял, как Бакуго собирается готовить. Поймав его скептический взгляд, Кацуки сказал:       —Думаешь я рис не смогу сварить? И овощи нарезать! — гневно рыкнул он.       Видимо, свои способности Бакуго сильно переоценил. Рис был сожжен к чертям, а овощи больше походили на куски, чем на нарезанные ножом кусочки.       —Не смей смеяться надо мной, — раздосадовано прошипел Бакуго.       —Да ладно. Меня всё равно скорее всего вырвет. А овощи - очень легкая пища, так что салатик - лучший вариант, — примирительно улыбнулся Изуку.       —А это точно нормально? — обеспокоенно уточнил Кацуки.       —Что именно?       —Что тебя постоянно рвёт? — пояснил он.       —Ах, это! Ну вообще-то меня не только рвёт, ещё кружится голова и совсем нет ни на что сил. Но это нормально.       —Голова кружится? Почему ты не говорил? — нахмурился Бакуго.       —А зачем? Ты же не сможешь всё равно ничего сделать, — устало вздохнул Изуку. В этот момент Бакуго стало так тоскливо. Ведь он действительно ничего не может сделать. А так получалось, что для их общего ребёнка только Изуку напрягается.       —Сходим сегодня в ЗАГС?       —Э… Хорошо.       —Хочешь сыграть пышную свадьбу? — внимательно посмотрел на него Бакуго.       —Нет, что ты! Я не хочу, — покачал головой Изуку.       Так они и поступили. Инко-сан была очень счастлива. Так как Изуку беременный, расписали их очень быстро. Мидория даже взял декретный отпуск. В целом их жизнь почти не изменилась, разве что Кацуки, как и обещал, взял на себя уборку. С готовкой пришлось повременить. Всё равно на первых месяцах Изуку было не сложно, хотя приходилось очень серьезно следить за тем, что именно он готовит. Так прошло четыре месяца.       Изуку чувствовал, что с каждым днем всё сложнее и сложнее приседать или наклонятся. На удивление, Бакуго был очень внимательным. Старался приходить домой пораньше и ходить вместе гулять. А с_кс у них стал прям весь такой ванильный… Мягкий и нежный. Мидория очень боялся экспериментировать с позами, поэтому Кацуки всегда был сверху, а Изуку лежал на подушках. Это было так медленно и приятно каждый раз. Мидория не переставал удивляться выдержке Кацуки, ведь уже успел уяснить, как сильно тот любит пожёстче и побыстрее. А Кацуки же всегда казалось, что он делает недостаточно. Ведь его Изуку там один дома, отдает свои силы на здоровье их малыша, а он на работе. В таком режиме прошло ещё три месяца.       Бакуго всё чаще замечал, как Мидории тяжело стало наклоняться, и у него появилась отдышка.       Девочка, да у них оказалась именно девочка, чему сам Кацуки был неслыханно рад, иногда пинала Изуку ножками прямо под ребра. В такие моменты он резко вздыхал и начинал гладить свой живот.       Однажды уже на тридцатой недели Мидория неожиданно проснулся по среди ночи. Такое часто случалось, ведь уже большой ребеночек давил на все внутренности, от чего Изуку часто хотелось в туалет. Он, конечно, предусмотрительно старался не пить много воды перед сном, но это всё равно не помогало. Кацуки в такие моменты тоже мгновенно просыпался. Но в этот раз Мидория не вернулся через пару минут, как бывало обычно. Так что взволнованный Бакуго пошёл проверить всё ли с Изуку в порядке. Тот был обнаружен на кухне, жующий огурчик. Он ходил туда-сюда, поглаживая свой уже очень большой животик и что-то приговаривал.       —Ну, ну, не стоит, — покачал он головой, — Мне вообще-то спать хочется, а ты балуешься…       —Ты чего делаешь? — растерянно посмотрел на него Кацуки.       —Разговариваю, — поведал Мидория, не прекращая гладить свой животик.       —С кем? — в шоке огляделся Бакугоу.       —Как это с кем! — оскорбился Изуку, отворачиваясь. Бакуго медленно подошёл к нему сзади, обнимая за плечи. Изуку взял его ладонь в свою и положил к себе на живот, — Чувствуешь? — тихо спросил он. У Кацуки расширились глаза. Он, конечно, и раньше трогал живот Мидории, когда малыш двигался, но сейчас он прямо-таки пинался и довольно сильно.       —Ты это с ним?       —Ага, просто малыш заскучал и решил поиграть, — устало зевнул Изуку.       —Поиграть? — не понял Кацуки.       —Да, он пинается, если хочет, чтобы с ним поговорили, — рассказал Изуку.       —И часто такое происходит?       —Последнее время почти каждый день. Это на самом деле очень тяжело.       —Почему? Больно, когда пинается? — испугался Бакуго.       —Нет, просто его надо укачать, а для этого надо ходить, — объяснил Мидория. Было видно, что он уже очень устал. Кацуки неуверенно застыл. Что он мог сделать? В растерянности, он решил просто спросить об этом.       —Я что-то могу сделать?       —Иди-ка лучше спать, тебе завтра на работу, — покачал головой Изуку. Его веки слипались, а сам он немного пошатывался.       —Ну уж нет! Помнишь, ты говорил, что малышу нравится, если ты в тепле! Может в ванне посидишь?       —Э… Думаю не стоит. Если залезу, то потом уже не вылезу…       —Почему? — не понял Кацуки. Изуку многозначительно посмотрел на свой живот, — Ах, это! Я тебя вытащу.       Так прошло ещё восемь недель. Молодожены уже почти никуда не ходили, а только сидели дома и смотрели фильмы. Ничего не предвещало беды, день был просто отличный. Ярко светило солнце, пели птички. Кацуки медленно нарезал овощи, он всё-таки взял на себя такие простые дела готовки, как вдруг услышал грохот из комнаты. Кацуки пулей кинулся туда, и как оказалось не зря.       Изуку стоял посреди комнаты с выпученными глазами. Одной рукой он хватался за свой живот, а другой за стену. На полу валялась раскрытая книга, но больше ничего.       —Что случилось, ты чего? — не догадался Кацуки.       —А… — протянул Мидория, тяжело дыша.       —Чего? — подошёл к нему Бакуго, поддерживая за плечи.       —Кажись, началось, — завыл Изуку.       —Чего?       —Кач-чан! Я рожаю, придурок, — закричал Изуку. После этих слов Кацуки начал действовать молниеносно. Он собрал все необходимые вещи, и пара поехала в роддом.       Всё происходило очень быстро. Несмотря на просьбы Бакуго, Мидория не пустил его к себе на роды. Тот только зло ходил вдоль двери в кабинет. Ему было очень тяжело слушать крики боли и не иметь возможности находиться рядом. Роды длились долго. Мучительно долго. Кацуки показалось, что прошла целая вечность. Изуку громко кричал, а потом резко замолк. Бакуго дернулся, собираясь ворваться в кабинет, но тут услышал детский плач.