Борьба внутри нас...

С закатом солнца на озере похолодало, и ребята, уставшие от дружеских соревнований, понемногу перераставшие в борьбу за абсолютное лидерство, после очередной ничьи, пошли в дом. Шумной гурьбой все первым делом помчались на кухню, то и дело пихая друг друга локтями. У всех был лишь один животрепещущий вопрос: «Скоро ли будем есть?». Соффи, тщетно пыталась найти хоть одну тарелку, и в конечном итоге, вздохнув, сказала: - Есть будем с кастрюли, - девушка, переставила огромную посудину на середину стола и раздала столовые приборы. Все тут же накинулись на ароматное варево, что оказалось мясным супом, послышался возглас Джоанны: - Я протестую, я не ем мясо, я вегетарианка!! - Как? Ты не ешь мясо? – удивленно спросил Феникс, усиленно разжевывая кость, которую минутой ранее выловил из кастрюли. - Не думаю, что это будет приятно, если я съем тебя, перед этим зверски убив, – с серьезным видом, парировала Джоанна, искоса осуждающе посмотрев на Феникса, высасывающего костный мозг. Острые зубы анимага старательно разгрызали кость, казалось еще чуть-чуть и все услышат довольное урчание сытого кота. За столом повисла тишина, все задумчиво посмотрели в посудину, и каждый в это момент представил в ней голову парня. - Доедать не будете? – спросил Феникс, с явным интересом. - Как ты можешь после такого есть? – спросил Рок, - тебе себя не жалко? - Если бы вы знали, сколько я повидал: я служил вместе с Сехмет и защищал Баст при правлении Эхнатона, искал части тела Анубиса, присутствовал при пытках во время инквизиции, участвовал в войне в Ираке, работал в морге, - не прерывая трапезы, с увлечением рассказывал Феникс. У всех совсем пропал аппетит после перечисления подробностей жизней Феникса. В конце ужина Француа сказал: - У нас небольшие изменения. Теперь Джоанна будет спать с Берсабой, которая сейчас отсутствует, оповестишь ее. Соффи с Фениксом. Ну, а я, к сожалению, с Роком. На этом закончили, пойдемте все спать! **** В эту ночь Француа не мог заснуть, он с беспокойством вслушивался в каждый шорох, в надежде услышать легкие шаги. Девушки не было весь день, она должна была уже успокоиться, поразмыслить и вернуться. Парень не мог осуждать Берсабу, многие в первый же день могли бы закатить и не такую истерику. Но француза смущала вся эта ситуация. Девушка изначально показалась ему рассудительной и рациональной, в отличие от взбалмошной Джоанны. И вся утренняя сцена вызывала стойкое чувство несостыковки. Он что-то упускает. Вдобавок к беспокойству, на его грудь легла тяжелая рука Рока. Когда часы пробили полночь, парня покинуло терпение, и он, с трудом убрав конечность, пошел к двери девушек. Тихонько притворив скрипящую дверь, он заметил на кровати спящую Джоанну. Поняв, что дело принимает нешуточный поворот, Француа решил отправиться на поиски девушки. Ведь в мире порталов бывают, и разбойники и обозленные на людей, магические существа. Француз не боялся, что с ней могут что-то сделать, мало кто осмелится тронуть гостью Хранителей. Но никто не застрахован, так ведь? **** Джоанна размышляя о Берсабе, и унимая тревогу, сверлила взглядом дырку в потолке. Определенно голод и бессонница идеальный повод для ночных глубоких философских мыслей. Внезапно она услышала медленные шаги, которые уверенно приближались в сторону ее двери. Размечтавшись, девушка подумала, что это Феникс и демонстративно притворилась мирно спящей, выбрав самую умилительную позу для, но когда скрипнула дверь, она услышала тихий возглас: «Porte du diable»*. «Что здесь забыл Француа?» - промелькнула мысль в голове. Убедившись, что парень отошел на значительное расстояние, Джоанна оделась, и для надежности обернулась в простыню, на улице здорово похолодало. Она вышла на скошенное крыльцо сруба, и направилась за исчезающим силуэтом парня. Француа резко обернулся, так как услышал чьи-то шажки, уверенно наступающие на все ссохшиеся травки. Девушка, которая хотела остаться незамеченной, шустро прыгнула в сторону и кубарем свалилась в какие-то колючие кусты. Ее волосы зацепились за колючки. Обернувшийся парень, увидел внизу тропы распластавшееся белое пятно. С улыбкой на лице Хранитель Книги подошел к кустам и сказал: - Кажется, я знаю, кто здесь прячется. Однако в маскировке и слежке тебе нет равных. Джоанна запаниковала, и решила импровизировать. Она накинула край простыни на голову, и сказала первое, что пришло ей в голову: - Я привееедееениеее! У - у – у – у – у! Бойся меня! – истошно завывала преемница милого и доброго приведения с мотором. - Не, не прокатит Джоанна,- со смехом сказал Француа, - но креативно, мне нравится. - Возьми меня с собой, я тоже волнуюсь за нее,- прошипела девушка, старательно вырывая свои волосы и оставляя их на колючках, серебряными нитями. Француз внимательно посмотрел на нее и задумался на пару минут: - Ладно, адекватным меня уже никто не назовет раз, если я возьму тебя с собой… Но время терять нельзя. Почему-то мне очень неспокойно, видишь свежие капли крови на тропе, - указал он и начал тихо нашептывать незнакомые слова над ладонью. - Или моя, я здорово поцарапалась в кустах! – Джоанна прищурившись, пыталась рассмотреть единственные следы, оставленные подругой, по несчастью. Через минуту Француа закончил шептать и вокруг них заполыхали маленькие огненные шары. В свете огоньков кровь блестела как драгоценные камни. - Пошли быстрей, я сильно волнуюсь за нее! Они потихоньку продвигались по каплям рубиновой крови, количество которой увеличивалось. Хранитель не мог понять, почему истекая кровью и испытывая боль, девушка не повернула обратно. Когда они подходили к развалинам домов, друзья заметили белое пятно вдалеке. Француа побежал к нему, и через пару минут он нес на руках Берсабу, потерявшую сознание. Она была чертовски холодна, ее губы начали синеть. Время играло против них. Парень, освещенный огоньками, быстрым шагом, пошел к дому, виднеющимся вдалеке. Джоанна в беспокойстве, накинула свою простыню на девушку, и устремилась за парнем… *** Рок, в очередной раз, раскинув свои конечности по кровати, почувствовал, что на ней определенно стало больше место. Резко распахнув глаза, он сел. Не обнаружив своего друга, парень побежал к комнате девушек, наверно пришла Берсаба, и Француа решил убедиться, что с ней все в порядке. Но войдя в комнату, увидел, что в помещении нет, ни Француа, ни Джоанны, ни Берсабы. Рок с криками: «Куда все делись? Подъем!», ворвался в комнату Соффи и Феникса. Девушка с возмущением прокричала: -Тебя, что стучаться не учили? А вдруг мы с Фениксом. … Да ладно, неважно! - махнула она рукой. Анимаг, глупо хлопая глазами, спросил: - Что случилось? - Все пропали! - схватившись за голову, сказал Рок. Как человек, что отвечал за безопасность дома и хранителей в том числе, он понимал, что оплошал. Все шло наперекосяк с того момента, как появились Сосуды. Грозный, опасный и предусмотрительный – этими тремя словами можно было описать укротителя, но долгое отсутствие проблем и размеренная жизнь, что текла в этом мире, расслабила его. И не только его… «Что же стало с нами?» - Как, все пропали? Ты же здесь? - с сонным видом сказал парень, и явно собирался опять лечь спать. - Француа, Берсаба и Джоанна, их нет! – говорил парень, пытаясь найти свой топор, и попутно раздумывая над дальнейшими действиями. - Как Джоанна пропала? – резко проснувшись и пытаясь найти свою простыню, спросил Феникс. - По – обычному,- дерзко ответила за Рока, Соффи,- надо ждать до утра. Если, что случилось, хоть похороним. - Как ты можешь такое говорить? Может они сейчас в беде? Может, им нужна помощь? - разгневанно закричал анимаг, готовясь обратиться. - Тише, вы! Кто – то зашел в дом, слышали, дверь скрипнула? Берите оружие, и идем в зал. Только тихо! – прошептал Рок. *** Уже дойдя до дома, Француа, попросил Джоанну открыть дверь. А сам в это время потушил фонарики, сказав лишь одно слово. Пытаясь незаметно войти в зал, они аккуратно, стараясь ничего не задеть в темноте, шли по коридору. Практически достигнув цели, Француа понял, что давно не слышал шагов Джоанны. Шепотом, обращаясь в темноту: - Джоанна, где ты там застряла? Пойдем пока нас остальные не услышали. - Француа, ты? Где был? – знакомый бас, раздался в темноте. - Рок? Прекращай это, включи лучше свет, – ответил Француа, уже в полный голос. Раздался щелчок и с потолка полился неприятный для глаз свет. Яркие неоновые лампы (единственная прелесть цивилизации в этом доме, ну кроме водопровода, который был подведен только к раковине), ослепили друзей. Картина, увиденная каждым из них, не на шутку всех встревожила. Особенно топор у горла Джоанны, которая от страха перестала дышать и немного посинела. - Рок, может ты, уберешь топор? – еле дыша, спросила девушка, в мыслях, прочитавшая молитву. - Конечно, извини! - Да, ладно, с кем не бывает, - дрожащим голосом, пытаясь улыбнуться, ответила Джоанна. В это время Француа положил Берсабу на один из диванов, и подозвал Соффи. Она осмотрела раны на руках, которые оказались глубокими, в некоторых еще оставались мелкие осколки посуды. По бледности лица, да и всего тела можно было сказать, что потеряно много крови. А переохлаждение грозило воспалением легких. Соффи быстро нашла бинты и нужные травы. Хотя руки так и тянулись к ядовитому соцветию, чтобы покончить хотя бы с одной помехой. Как удачно эта мстительница разбила флакон, измельченной красной муролы.* Если добавить еще одну безобидную на вид травку, то все закончиться мгновенно. «Тцц. Будет подозрительно. Хотя в нее впиталось столько этой отравы, что и без моей «помощи» она вскоре отправиться звезды считать. Если нет, то глаберию* или маленький надрез серпом, никто не отметал». Соффи начала нехотя промывать раны. После оказания первой помощи ей помогли перенести девушку в каморку, где пучками висели целебные травы и стояли сосуды и разная утварь для лечения. Там же стоял большой стол, на который клали больных, куда сейчас и положили Берсабу. Проверив перевязанные раны, Соффи повернулась к двери, где стояли все остальные, и сказала: - Не знаю, что с ней будет до утра. Если потянется душа к свету, выживет, а если нет, то… Ждите рассвета, - спрогнозировала девушка. Все разошлись по комнатам, одна Соффи осталась возле раненой, ведь до восхода солнца оставалось пару часов. Все должно решиться в это мгновение. *** Звонкая тишина, заполнила лечебную комнату. Пряный и резкий запах сушеных трав успокаивал и баюкал, но Соффи ни на минуту не сомкнула глаз. Решила еще раз поменять повязки, она потянулась к тазу с водой, стоявшем на тумбе. Уже заканчивая, девушка заметила свой золотой серп, для сбора трав. Она провела рукой по острию оружия. Как же соблазнительна была мысль, что возможно скоро лишь одним движением руки сможет избавиться от одной из бед. Соффи взялась за рукоять, и поднесла серп к шее Берсабы. Она слышала ее слабое дыхание, чувствовала, как пульсировала кровь в ее шее. Девушка предвкушала и представляла убийство, и медленно водила серпом по ее белоснежной коже, со злорадной ухмылкой на лице. Наконец, она избавиться от приказов человека в черном. Выполнив этот договор в награду ей положена ее свобода. Он отпустить душу, которую забрал в обмен на дар целительства. Забрал душу, ту душу, которая любила и хотела спасти свою мать от страшной болезни: черной немочи. Да, этот дар ей очень помог бы тогда. Лечить травами – это не всегда эффективно. А так, дар, идущий от сердца, собирающий всю мощь стихий, лечит глубокие раны за несколько дней, ставит на ноги безнадежных. Ее желания почти сбылись, но на обратном пути из Ада, она задержалась в дороге, и мать умерла, а оживлять мертвых, увы, дар не мог. Они жили одни, и одинокий дом стал, угнетать ее, после скромных похорон в нем стало еще тоскливее. Девушка, впав в отчаянье, в один прекрасный день вышла налегке из дома и ушла в неизвестном направлении. Много несчастий было на ее пути. Ее сердце зачерствело, она перестала ощущать счастье и любовь. В одном из городов она встретила парня – анимага. Он обогрел ее, и предложил ей остаться у него. Так и стала его невестой, и одним из хранителей мира порталов. Историю своей жизни девушка не рассказывала никому, даже ее «жениху». Да, сейчас она убьет ее и в очередной раз отомстит. Только кому? Вопрос заставил остановить занесенную руку, над шеей Берсабы. Разве эта девушка виновата в том, что случилось с ней. Разве за нее не переживает Француа? Он заменил ей брата в трудную минуту, помогал ей, был искренен с ней. Неужели она сможет сделать больно всем этим людям? Рука начала опускаться и слабеть, но серп все еще оставался в руке. Выбор был сделан. В голове звучало: «Я убью, но попозже, не сейчас, и не от моей руки». Неожиданно дверь в комнату отворилась, и туда вошли Француа и Феникс. Горизонт постепенно светлел, тоненькая полоска света, окрашивала небо в сочный оранжевый свет. Занималась заря. - Я подежурю за тебя, - сказал Француа, Соффи. - Я схожу за свежими травами, - сжав в руках серп, она вылетела из комнаты, задев плечом Феникса, как-то со злобой на него посмотрев. Тот лишь удивленно проводил ее взглядом, и странное чувство недоверия пронзило его. Соффи отправилась в степь, ища ненужные травы. Внезапно, ладонь обожгло огнем, и на ней проявилась метка дьявола, которая больше не исчезала, служащая напоминанием о не исполненном приказе. Бог мертвых в очередной раз наказал ее. Только вот зачем, куда больше? А, стать изгоем, одиночкой, ее судьба, если кто – то увидит метку предателя. Слезы ручьями потекли по щекам. «Сколько можно? Куда еще страдания. Ладно, я сама выбрала такой путь, такая моя ноша. Но я своими руками не убью их. Я выполню приказ, подстрою, какой - нибудь несчастный случай. Боже, как я устала скрываться. Теперь эта метка не исчезает, но ничего у меня есть перчатки. Они как раз закрывают ладони, а пальцы свободны. Феникс наверняка не знает значение этой татуировки, так что в комнате буду снимать перчатки. Главное, чтобы она не попалась на глаза Француа, и Року». Соффи, успокаивая себя таким способом, гуляла по степи до тех пор, пока роса не исчезла с травинок. За это время ее душа превратилась в выжженную солнцем прерию, на которой больше не появиться зелень, и не будет гулять веселый ветерок, разносящий запах медовых трав. Ветер будет играться, только пеплом, пеплом боли, и отчаянья. Пеплом человека без права выбора, но в тоже время где – то вдалеке этой души, есть ручей, который готов возродить всю выжженную землю. До этого ручейка, по имени Надежда, никому не добраться. Такая у нее судьба, стать сильным и счастливым человеком, жертвуя и страдая. Но, в конце концов, человека же ждет вознаграждение? Ожидает ли ее оно? *** Берсаба открыла глаза, немного привстав, осмотрелась. То место, где она находилась нельзя описать, как комнату или степь. Это было пространство, разделенное чертой напополам. Ни на одной стороне не было видно конца. Одна половина была залита белым светом, и от нее веяло свежестью и нежным запахом свежескошенной травы. Вторая сторона была полной противоположностью первой: все было залито черным, и пахло какой - то затхлостью. Девушка встала и оказалась на ровно на черте. Внезапно на белой, половине появился ее отец, а на черной – Француа, который шепотом звал ее к себе. Отец же стоял молча, внимательно рассматривая ее. Берсаба повернулась к белой части, и хотела прокричать: «Папа!», но вдруг на черной стороне начали слышаться знакомые голоса. Там уже кроме Француа, стоял Феникс, шаловливо виляя хвостиком, Джоанна, скромно улыбаясь, держала за руку анимага, девушка появилась как луч света, в этом мраке, как луч надежды. Соффи и Рок появились одновременно. Рок громко смеялся над Соффи, которая притворно надула губки, но глаза ее были счастливы, что бывает очень редко. Берсаба застыла в нерешительности: в какую сторону пойти? Ее новые друзья выглядели очень счастливыми, от них исходило сияние, а внутри горел огонь жизни, что теплом отзывался и в ее груди. Посмотрев еще раз на отца, девушка поняла, что прошлого не вернуть, и ступить на сторону папы, значит умереть, не дав себе шанса на будущее. Но расстаться с ним было труднее, чем казалось. Девушка застыла в нерешительности. Неожиданно цвета начали меняться местами: перетекая ручьями, они вытесняли друг друга за черту. С белой стороны появилось облако, с женственными очертаниями фигуры, которое меняло свой цвет. Тихо плывя в сторону Берсабы, оно обращалась к ней шепотом. Чем ближе облако подплывало к девушке, тем отчетливый был голос, который менялся от звонкого детского до хриплого старческого. Подплыв к ней вплотную, облако толкнула ее в сторону друзей. Берсабе казалось, что она упадет возле ног товарищей, но девушка начала уходить все ниже и ниже. Облако сверху отчетливо и громко сказало: - Твоя прошлая любовь и твое счастье переродятся в будущем! – эхо этих слов разнеслось по всему пространству. Берсаба чувствуя, что скоро долетит до дна этой пропасти, прокричала: - Кто ты? - Я судьба! – сказав это, облако превратилось в маленькую девчонку, и заразительно захохотала. Девушка почувствовала толчок. Резко открыв глаза, увидела потолок увешанный травами и почувствовала боль во всем теле. Усталость навалилась на нее, тяжелой плитой, доказывая, что она вернулась в реальность. Повернув немного голову, увидела Француа, который держал ее за руку. Слезы стыда, за то, что она здесь натворила, потекли по лицу. Хотелось произнести: «Простите меня!». Но ужасная слабость не позволила издать и звука. *** Француа поднял голову. Он увидел лицо Берсабы, которое плачет. Глаза полные слез, заставили сердце сжаться в болезненный комок. Когда она стала так важна для него? Именно для него, а не для всех Хранителей? Ему вдруг захотелось не отпускать ее никогда, видеть ее веселые глаза, и каждое утро просыпаться рядом, будя ее ласковыми поцелуями. Защищать ее, чтобы ничто не сломало и не испортило этот хрупкий полевой колокольчик. Парню захотелось рассказать всему миру о его чувствах, и начал с самой Берсабы. Немного привстав, он поцеловал ее в лоб и прошептал: - Я буду тебя всегда защищать, ты никогда больше не будешь страдать…*