Алфавит

      Мукуро оставил дома пиджак и сильно подвернул брюки — они заканчивались теперь чуть ниже колен. На его кистях чернели тонкие кожаные перчатки. Летом, в жару, они выглядели комично.       Если бы кто-то так носил форму средней Нами — Хибари бы разозлился.       Он спрыгнул с энгавы, и одновременно Мукуро призвал трезубец.       Между плоским камнем, травой и краем энгавы — Хибари выбрал последнее: подтолкнул Мукуро в нужную сторону, усадил на тёплую надёжную древесину, сразу потянулся к его пальцам и на себя дёрнул перчатку. Она сдвинулась, но Мукуро, мешая её снять, тут же сжал руку в кулак.       Завязалась новая битва.       Перчатка лежала на энгаве сброшенной змеиной кожей.       Отдышавшись от сдавленного смеха — щекотка была не совсем честным приёмом, — Мукуро посмотрел из-под ресниц и самодовольно сказал:       — На самом деле я просто хотел посмотреть, что ты будешь делать с другой рукой.       Он поднял её, на этот раз сжав ладонь в кулак заранее. Перчатка с надетыми поверх неё кольцами сидела плотно; это мешало потянуть её на себя.       За последний год Хибари изъял у нарушителей пачек пять сигарет, экземпляров двадцать оружия и столько незаконно добытых иен, что их было скучно считать. Перчатки он отбирал впервые — но ему уже понравилось что-то отбирать у Мукуро, прижимая его одновременно к доскам.       Зря Мукуро рассчитывал победить.