Мажорный аккорд

— И чего ты так долго? — раздался раздражённый женский голос. Мужчина сам не заметил, как оказался среди небольших ларьков, из которых приветливо высовывались загоревшие лица продавцов. Значит, море недалеко. Юра улыбнулся, отбрасывая любые мысли. — Извини, на репетиции был, — рыжий взглянул на Лизу, — ты сегодня хорошо выглядишь, — Хованский лучезарно улыбнулся. Ох, как же много девушек полегло от его улыбки. — А остальное время я выгляжу плохо? — Лиза приложила указательный палец к подбородку и покивала. Барабанщик в панике замахал руками: — Ты коверкаешь мои слова! — Разве? — она хитро улыбнулась, разворачиваясь и направляясь в сторону иномарки, стоявшей на импровизированной парковке, — я даже удивлена, что ты пришёл. Она села на место водителя, Юрий, закинув вещи в салон, примостился на месте пассажира впереди. — Я же проиграл спор, — признался он, почёсывая затылок, — а это больно будет? — Смотря, как хорошо ты себя будешь вести, — Лиза завела иномарку, тронувшись с места. Хованский развернулся к окну. И кто его за язык дёргал? — Да ты прямо романтик, — фыркнула девушка, стоя перед игровыми автоматами. Юрий самодовольно улыбнулся, потащив Лизу к одному из автоматов, что рассчитан на два игрока. Это была какая-то стрелялка. — Кто убьёт меньше зомби, тот выполняет желание, — Хованский взял игрушечный пистолет, прикреплённый проводом к автомату. — Не собираюсь я с тобой играть, — Лиза даже не прикоснулась к «оружию», скользя по нему взглядом. — Твои проблемы, — мужчина нажал кнопу «начать игру». Несмотря на свой скотский характер, он любил видеоигры. Даже сам Хованский не знает, как обрёл такое хобби. Но это иногда помогало: в игровых автоматах ему не было равных. Поэтому Юра, уверенный в своей победе, хотел, чтобы Лиза была должна ему желание. Мужчина уже убил троих зомби и продолжал увеличивать разрыв. — Чёрт тебя дери! — рыкнула девушка, схватив пистолет и прострелив голову парочке мертвецов. Хованский опешил, однако не сбавил скорость, продолжая ритмично убивать. «Новичкам везёт», — подумал он, краем глаза наблюдая, как Лиза засаживает очередному зомби пулю в лоб. Счёт был 25:30. Победившая Лиза откинула салатовые дреды назад, обмахивая лицо руками и ехидно улыбаясь. — Приехали, — произнесла девушка, вынимая ключ зажигания. Мужчина, выйдя из машины, огляделся: его окружали здания, в которых находились продуктовые и косметические магазины, салоны мобильной связи, пекарни, банкоматы и парикмахерские; рядом шумела дорога. — Идём, «победитель зомби», — улыбнулась Лиза, проходя мимо Юрия и окутывая того запахом своих духов. Хованский поравнялся с ней. — Где ты вообще так играть научилась? — заворожённо спросил мужчина. — У меня есть знакомые, которые любят иногда позабавиться, играя в автоматы. Они и научили. — Круто, — протянул Юра, придерживая Лизе дверь. Ещё немного пройдя вперёд, они оказались в парикмахерской. Девушки-визажисты, которые сидели на уютном диванчике, радостно запищали: — Привет, Лиза! — Давно тебя не было! — Забыла про нас, да? Они все накинулись на неё, тёпло обнимая, пока Юра искал возможные пути отступления. — Не говорите ерунды, — Лиза улыбнулась, притянув Хованского за кисть, — я вам, между прочим, привела жертву. Юра помахал рукой девушкам, увидев узнавание в одной паре глаз. — Это же барабанщик из «5 смертных грехов»! — Он самый, — хмыкнула Лиза, — и вы ему должны сделать пирсинг. Визажисты удивлённо смотрели то на девушку, то на мужчину. Хотелось спросить: где Лиза откопала несильно известного барабанщика и почему Юра решил делать пирсинг? — Улица, — коротко ответила Лиза. — Проспорил, — цыкнул Хованский, сверху вниз поглядывая на обладательницу салатовых дредов. Мужчину усадили в кресло, окружая светом. Одна девушка выставила перед ним коробку с пирсингом, другая всучила ему журнал с типами пирсинга, третья же обрабатывала руки, надевая стерильные перчатки и маску. — А это больно? — сглотнув, вновь поинтересовался Юра. — Больно, — напугала Лиза, улыбаясь растерянному мужчине. — Вы выбрали? Хованский чувствовал, как в висках бьёт кровь. Он к обычному врачу пытается лишний раз не ходить, потому что тот ассоциируется у мужчины с уколами, которых он боится. А тут какая-то штука, больше похожая на неправильные ножницы, будет делать в нём лишнюю дырку. — Давайте бровь, — неуверенно произнёс Юра, выбирая запечатанный пакетик с серебряным украшением. Визажист коротко кивнула, достав иглу. Мужчина сжал кулаки, думая о чём-то постороннем и не слушая, что ему говорит девушка. Прошли какие-то секунды, а рыжая бровь Юрия уже оказалась проколота. Лиза взяла его под руку, быстро попрощавшись с подругами, и вывела из здания. На ватных ногах Хованский дошёл до машины. Девушка ободряюще похлопала его по спине, на что Юрий ответил страдальческим взглядом: — Больше никогда не буду ни с кем спорить, — Юра присел на корточки, глубоко вдыхая и выдыхая. Лиза тихо рассмеялась, подняв лицо Юрия на себя. — Тебе идёт, — сказала девушка, оглядывая бровь и всё лицо мужчины. От этого взгляда у него пробежались приятные мурашки по рукам; Юра переместил маленькую руку девушки на его щёку, закрыв глаза, — старайся не трогать свою бровь, — Лиза ласково провела большим пальцем по лицу Юры. — Может, мне дальше делать что-то страшное, чтобы ты была так нежна со мной? — Юра, словно кот, уткнулся в нежную ладонь носом и легонько поцеловал её. Лиза отдёрнула руку: — Не неси ерунды, — девушка развернулась, сковывая свои движения в напускное равнодушие, — тут недалеко кафе есть. Я проголодалась, — она уверенно зашагала прочь от мужчины, не давая и шанса поравняться с ней. Хованский коротко улыбнулся — ему и со спины отлично видны покрасневшие ушки девушки.

***

      На улице накрапывал небольшой дождь, с каждой новой упавшей каплей становилось легче дышать, желание сорвать с себя кожу и надеть другую «полегче» пропадало. — Дима, нам нужно поговорить, — строго сказала Ольга, стоя в дверях номера мужчины. Дмитрий коротко кивнул, впуская женщину внутрь. — О чём ты хочешь поговорить? — О нас, — Орлова стояла в середине номера, не зная: стоит ей садиться или нет. Беликов плавно усадил её на кровать, сам же сел на пластиковый стул, принесённый с балкончика. — Я тоже давно хотел поговорить об этом, — признался мужчина, поднимая на Ольгу глаза, а после опуская в пол. Врун. Не так давно ты хотел об этом поговорить — с той ночи, когда открылся Гоше и когда, кажется, понял, что тот для тебя не просто «интересная» вещь. — Я думаю, нам стоит прекратить этот цирк, — женщина сжала кулаки, прикусив нижнюю губу. Беликов медленно кивал. — Я хотел сказать то же самое, — мужчина неловко взглянул на Орлову, по её лицу бежали редкие слёзы, которые срывались с её аккуратного подбородка, разбиваясь о холодный паркет. Дмитрий сел перед женщиной на колени, осторожно вытирая своей большой рукой её лицо от слёз. — Оль, ты замечательная, — он сжал её холодные руки в свои, — ты достойна лучшего. Умоляю, не плачь… Беликов поцеловал её руки, крепче сжимая их. — И если сможешь, пожалуйста, прости меня, — он усыпал её кисти и ладони короткими невинными поцелуями. Пусть их брак и не был основан на любви, однако они всё равно за несколько лет перестали быть друг другу чужими. Да, они не знали о друг друге практически ничего, они не говорили по душам, не ходили на свидания или романтичные пикники, не готовили вместе, нелепо измазавшись в муке. Но простого времени, что они пробыли бок о бок, хватило с лихвой, чтобы показать им — всё-таки кто-то был рядом. Всё-таки кто-то мог помочь. Всё-таки кто-то мог поддержать. Они не ценили друг друга. И это их главная ошибка. С этого момента они оба решили для себя, что больше никогда не допустят её. Но люди такие люди… Они всегда могут повторить одни и те же ошибки. Дмитрий уткнулся лбом в колени женщины, продолжая сжимать её ледяные руки. — Будь счастлив, — произнесла она. Голос дрожал, Ольга всеми силами пыталась держать себя в руках, — иначе я приду и точно побью тебя, — женщина слабо улыбнулась, поцеловав мужчину в макушку. Всё-таки Ольга никогда не была Дмитрию женой. Она была хорошим другом, нет, скорее, любящей, но строгой матерью. Провожая женщину, он слабо сказал ей вслед: — И ты.

***

Зной, что стоял весь день, спал, давая место вечерней прохладе. Тёплый ветер, словно кокон, окутывал каждого, дарил свои ласковые поцелуи и ускользал прочь. Вечерний парк мигал и светился всеми цветами радуги: там ярко и красиво светится чёртово колесо, возвышаясь к звёздам, здесь гирляндами и фонарями подсвечивается дорога, по которой катаются на машинках и велосипедах, где-то чуть дальше приветливо мерцают вывески тиров, кафе и автодромов. Несмотря на это обилие пестрящих и цепляющих глаз вещей, лицо девушки всё-таки сияло ярче. — Давай быстрее, — Соня потащила мужчину вглубь парка. — Иду, — ответил Руслан, послушно шагая за ней, — ты точно сюда хотела? — Да! — Соня радостно похлопала в ладоши, думая, на каком аттракционе прокатиться сначала. Руслан кивнул, также оглядывая парк. Скамейки есть — значит в первые минут 10-15 он не умрёт. Мужчина вообще не любил публичные места. Но он по иронии судьбы — вокалист, то есть тот, кто просто обязан работать с публикой. И каждый раз, как его вытаскивали в очередное такое место, помимо концертов, у него срабатывал своеобразный рефлекс — Руслан становился медленным, малоактивным, да и вообще был похож на деда, у которого всё болит и которому хочется поскорее вернуться в уютную кроватку. Чуть-по-чуть этот рефлекс становился его образом жизни, пока и вовсе им не стал. Поэтому Руслана перестали трогать и пытаться хоть куда-то выводить, если он сам того не захочет. Однако Соне по каким-то неясным причинам удавалось вытащить мужчину из его «склепа» и заставить находиться в публичном месте довольно долгое время. В основном вокалисту было даже весело. — Давай на автодром? — выбрала девушка, вопросительно глядя на мужчину. — Ну, хорошо, — он не совсем понял, зачем гитариста спрашивают. Во-первых, с деньгами у него проблем нет, и он может позволить себе хотя бы один день пожить в роскоши или сводить девушку в парк. Во-вторых, это ей кататься, а не ему. Так он думал, пока Соня не всучила ему один из двух билетов на автодром. — А это обязательно? — Руслан покрутил в руках бумажку, с какой-то тоской взглянув на Соню.  — Обязательно. Ты совсем на овощ похож, сейчас фотосинтезировать ещё начнёшь, — хмыкнула она. — Но сейчас же ночь, для фотосинтеза солнце нужно. — Темновая фаза, — подмигнула гитаристка, убрав выбившуюся розовую прядь волос, и потащила мужчину к одной машинке, когда подошла их очередь. Что ж, Руслану досталась жёлтая — под цвет волос, видимо. Соня гордо села в красную, сделав мужчине знак «я слежу за тобой». И что ему делать? Да, проблем с деньгами у Руслана не было, однако он был абсолютным евреем, поэтому не мог позволить билету пропасть зря. Пухлый дядечка нажал нужную кнопку, запустив электричество по сетке, от которой работали машинки. Сейчас мужчина увидел, что, кроме них, по автомобильчикам сели ещё человек 5. Ему же плюс — Соне скучно не будет, а он сможет попрактиковаться избегать удары. Нужный навык, если он хочет сдать на права.       Мужчина нажал на педаль, трогаясь с места, теряясь среди чужих людей. В один момент произошёл сильный толчок в бок. Испуганный до чёртиков, Руслан, повернув голову, столкнулся с довольным лицом Сони. «Я сделаю так ещё раз», — произнесла она губами, профессионально выкручивая руль и начиная преследовать желторотик Руслана. Мужчина начал петлять, заставляя девушку снижать скорость и отставать. Однако она, видимо, не новичок в этом деле и быстро пресекла кошки-мышки, вновь стукнув машинку Руслана. Наверное, сегодня какой-то особенный день — его самые мирные намерения переезжает каток. Что ж, ладно. Вокалист начал действовать: позволил Соне сесть ему на хвост, но, сделав разворот вокруг колонны, перестал быть жертвой — теперь он преследовал Соню, затем несильно врезался в бок её машинки.       После автодрома Руслана будто подменили — он стал более активным, перестал обращать внимание на толпы людей, кружась вокруг одной маленькой розововолосой принцессы, катаясь на разных аттракционах. Когда совсем стемнело, они решили, что пора идти по домам. Главную дорожку парка освещали гирлянды и китайские бумажные шары, придавая ему сказочный вид. — Спасибо большое, Руслан, — Соня ярко улыбнулась, крепко обнимая плюшевого кота, которого ей выиграл мужчина в тире, — мне было весело. — Мне тоже было весело, — Руслан приподнял уголки губ, потрепав девушку по волосам. Это желание преследует его с самой их первой встречи. Им обоим не хотелось уходить, что-то держало, намекая, что они упустили нечто важное. Над их головами раздался взрыв, сопровождаемый восторженным «ах» окружающих. — Фейерверк? — Соня подняла голову вверх. Прямо на неё сыпались блестящие стружки от яркого хлопка, ещё чуть-чуть, и они точно бы упали прямо на её лицо, если бы не растворились, словно сахар, в тёплом воздухе. Руслан обнял Соню за плечи, будто она тоже могла, как эти маленькие падающие звёзды, просто исчезнуть, оставшись лишь в воспоминаниях. — Руслан? — гитаристка оглядела руку мужчины, которая сжимала её плечо, вопросительно глянув в его светлые глаза. Раздались новые залпы, взрывы рассекли небо на миллионы частиц, будто оно было вкуснейшим тортом, которым просто не хочется делиться. Мужчина тоже не хотел ни с кем делиться. Он приподнял подбородок девушки, внимательно всматриваясь в её зелёные глаза. Она не была напугана, это уже радует. — Почему-то с тобой… Я будто становлюсь другим человеком, — тихо начал мужчина, не отводя взгляд от девушки, — ты что-то во мне меняешь, делаешь меня чуть лучше, — в его глазах, обычно таких сухих и холодных, блеснуло что-то тёплое и ласковое, точно мамино прикосновение, — мне хочется защищать тебя, не хочется отпускать. Понимаешь? Кажется, ты украла моё сердце, — он сжал губы, — нет, ты дала мне частичку своего. Девушка смотрела на него немигающим взглядом, у них обоих будто ток прошёлся по кончикам пальцев. — Я пойму, если ты отвергнешь мои чувства. Я не прошу взаимности, — Руслан отпустил подбородок девушки. Соня сжала грудки Руслана, притянув его к себе, и, зажмурившись, кротко поцеловала в губы. В небе раздался ещё один взрыв, мужчина думал, что это взорвалось его сердце, разлетевшись на мельчайшие осколки, больше напоминающие лепестки роз. — Но они взаимны, — тихо произнесла девушка, отпуская Руслана. Она наивно улыбнулась. О Боги, пусть это длится вечно. Мужчина взял её за руку — теперь он точно её не отпустит.

***

      Никто не успел понять, как наступил день концерта. Организаторы, нацепив на себя небольшие микрофоны, носились туда-сюда, выполняя свои обязанности. Продавцы разного мерча стояли на входе, успевая лишь принимать деньги и отдавать вещи. Фанаты, уже прикупившие новые безделушки, пытались протиснуться поближе к сцене, чтобы уж точно подышать тем же воздухом, что и их кумир. В основном, это была молодёжь, однако иногда в толпе проскакивала серая макушка. Прожекторы устремили свой свет чётко в вечернее небо, будто пытаясь проделать в нём парочку новых дырок. Вокруг сцены всё противно ярко мигало и блестело, так и желая вызвать эпилепсию. Однако сегодня это выглядело весело и так здорово. — Вау, было больно? — Миша и Макс заворожённо разглядывали проколотую бровь Юрия. — Немного, — гордо расправил плечи Хованский. — Жаль, что не в носу. Так на быка был бы похож, а не на петуха, — произнёс Гоша, показывая кончик языка другу. — Что сказал? — барабанщик вплотную подошёл к соло-гитаристу. — Ах, конечно… Извини, ты не петух, — Голосенко поднял руки, — ты глухой тетерев, — он ускользнул от шуточного подзатыльника. Руслан закатил глаза, дав оплеуху обоим мужчинам. — Соберитесь, — вокалист высматривал организатора, чтобы тот объявил, когда им выходить. — Ты сегодня активный, — заметил Макс, — что-то хорошее случилось? Руслан потупил взгляд на друге и расплылся в счастливой улыбке: — Можно и так сказать. Члены группы смотрели на лидера, разинув рты. — Рус улыбнулся! — Миша изобразил панику, которую ребята поддержали, хватаясь за головы, — это не учебная тревога! Повторяю! Это не учебная тревога! — Идиоты, — вокалист улыбнулся и продолжил выискивать организатора. Георгий и Макс принялись настраивать гитары, проверяя по десять раз, точно ли они правильно настроили. У Гоши начинали дрожать руки, что-то внутри неприятно сжалось. — Удачи вам, — над самым его ухом раздался знакомый голос. Георгий обернулся, встретившись лицом к лицу с Беликовым, который протягивал ему руку. — Вам тоже, — Георгий пожал ладонь. Дмитрий улыбнулся, кивнув остальным членам группы, и ушёл. Голосенко не мог понять: как давно Дмитрий стал его типажом? Приятная улыбка, добрые голубые глаза, широкие плечи, сильная грудь. Стоп-стоп-стоп! Нет! Бред! Гоша, ты перегрелся. Голосенко пару раз ударил себя по щекам, настраиваясь на новые мысли. Руслан и Соня ласково улыбнулись друг другу, на каком-то телепатическом уровне пожелали удачи, и вернулись к своим делам. Александр и Женя, тоже что-то пожелав Максу и Мише, вернулись к своей команде. Около Юры стояла незнакомая ребятам девушка, которая поправляла Хованскому что-то на лице. — Лиз, хватит, я же не девчонка, —мужчина шутливо поёжился. — Как хочешь, но на фотках и видео ты будешь выглядеть, как один блестящий слой сала, — девушка хмыкнула. — И меня разлюбишь, если я буду салом? — он по-кошачьи улыбнулся, нагнувшись к ней и поцеловав в нос. — Дурак, — Лиза ударила его в живот, — не опозорься на сцене! — Если ты на меня будешь смотреть, то не опозорюсь, — Юра потёр живот, — будешь смотреть? Лиза подозрительно глянула на мужчину, после подошла, поднявшись на цыпочки, шепнула на ухо: — Буду. Она хитро улыбнулась и куда-то ушла, чтобы не мешать организаторам и помочь визажистам, которые не успевали загримировать участников. — «5 смертных грехов», вы выходите через три минуты, — объявила организатор, что-то подчеркнув в своё листе. Сердце Гоши стучало где-то в горле. — Что, испугался? — Юрий хлопнул друга по спине, повиснув на нём. — Ещё чего, — хмыкнул Георгий. Члены группы собрались в круг, кладя руки друг другу на плечи. — Итак, это не первое наше выступление, — начал Руслан, — если кто-то накосячит, лично выбью всю любовь, — он глянул на Юрия. — А что я-то? А сам?! — возмутился Хованский, уже чувствуя пытки Руслана на себе. — Не сравнивай, — фыркнул вокалист. — Вы оба хороши, — усмехнулся Гоша. Руслан и Хованский цокнули. — Удачи нам, — сказал Миша, протянув кулак в центр. — Удачи, — Макс протянул свой кулак рядом. Руслан, Юра и Гоша последовали их примеру. — Помните, мы не просто группа, — Руслан оглядел всех, скрывая улыбку, — мы семья. — Русла-ан, — протянули все мужчины, смотря на лидера как на мамочку. — «5 смертных грехов», минутная готовность! — прервал их голос организатора. — По местам, ребят, — вокалист чувствовал, как его ноги становятся ватными. — Георгий Голосенко, это Вас! — другой организатор подбежал к гитаристу, протягивая телефон. — Алло? — Гоша взял телефон. — Здравствуйте, это Георгий Голосенко? — спросил кто-то на той стороне трубки. — Да, здравствуйте. А кто спрашивает? — Мы районная больница города N. Ваша мать, Евгения Голосенко, в тяжёлом состоянии и находится в реанимации. Вы можете приехать? Мир Гоши поплыл, в ушах стоял гул. Он с мольбой и испугом глянул на группу. — «5 смертных грехов», на сцену! — Гоша? Что случилось? — спросил Руслан, глядя на друга, что становится бледнее и бледнее с каждой секундой. — «5 смертных грехов», время! — Гоша?! — Юра сжал кулаки. — Мама… — дрожащим голосом ответил он.