Восстание Занпакто в Уэко Мундо

Они смотрят. Две пары глаз (одна – обсидианово-черная, наполненная ночными тенями, другая – серебристо-стальная, отливающая словно сталь клинка) пристально смотря на девушку, что стоит посреди погруженного в вечный сумрак и украшенного игрой теней тронного зала. Прямо перед троном Айзена. Она только что явилась из Мира Живых. Была доставлена оттуда Улькиоррой, стоящим сейчас чуть в стороне от своей пленницы. Она все еще облачена в темно-серую униформу школьницы, подчеркивавшую ее вызывающе-женственную фигуру. А ее длинные рыжеватые волосы цвета насыщенной меди поблескивают так, словно в них запутались лучики рассвета. Девушка выглядела по-настоящему доброй и словно бы излучала тепло, от чего казалось, что в Уэко Мундо спустилось солнце. Настоящее, а не та фальшивка, которую самопровозглашённый владыка пустых, непонятно для каких целей, подвесил под куполом Лас Ночес. Айзен что-то говорил, рассуждая о том, что рыжеволосая пленница по имени Иноуэ Орихиме обладает так называемым Отрицанием Реальности и способна обращать вспять произошедшие события. Улькиорра согласно поддакивал, во всем соглашаясь с Владыкой. Гриммджоу как всегда что-то недовольно бурчал, а Люппи Антенор бесновался в бессильной злобе. Черноволосый нарциссист с ярко-фиолетовыми глазами кружил вокруг Орихиме, запугивая ее и осыпая оскорблениями. Наконец, Сексте это надоело, и он устроил очередную потасовку. Они не замечали этого. Ни Шинсо. Ни Кьёка Суйгецу. Все их внимание было поглощено солнечной девушкой, ибо они были единственными во всем Лас Ночес, кто понимал, что ее появление изменит все. В том числе и хрупкое равновесие, кое-как установившееся после того, как Уэко Мундо потрясло Восстание Занпакто. Впрочем, Кьёка довольно скоро переключила внимание на зеленоглазого арранкара, назначенного Стражем Орихиме. Черные глаза сузились. Ее разум лихорадочно работал, просчитывая варианты дерзкого плана, который большинство сочли бы абсурдным и неосуществимым. Шинсо думала о том, что через некоторое время после появления рыжеволосой все придет в движение и ей, неизбежно, придется сделать выбор. Девушки переглянулись и, ни слова не говоря покинули тронный зал, надежно укрытые от посторонних глаз иллюзией Зеркального Цветка. Только Айзен и Гин (если, конечно, последний действительно околачивался поблизости, а не прохлаждался в своих покоях), почувствовали вызванный их уходом легчайший ветерок. — Нам пришла пора поговорить. Ты не находишь? – спросила беловолосая, пристально глядя на подругу. — Вот как? – Кьёка вскинула бровь, пытаясь придать своему лицу самое невинное выражение – И о чем же? — Не играй со мной в эти игры – отрезала Шинсо – Ты прекрасно знаешь, о чем! Их разговор напоминал танец двух королевских кобр: черной и белой, которые кружат друг вокруг друга, ожидая, когда можно будет вонзить в противницу ядовитые клыки. Но пока они лишь танцевали в стиле: «Я знаю, что ты знаешь, что я знаю». — О нашем желании? – все так же невинно поинтересовалась Кьёка, но почти сразу посерьезнела – Да, с этим возникнут проблемы. Желание попасть сюда было нашим общим. Вопрос в том, что делать теперь. — Для того чтобы обнаружить Конец, сначала нужно найти Начало – загадочно изрекла беловолосая. — Прекрати – с явным недовольством одернула ее брюнетка – Нам сейчас только твоих загадок не хватает. — А я вполне серьезно – поискав где бы присесть и не найдя ничего подходящего Шинсо прислонилась к стене, сложив руки на груди. В лунном свете, проникавшим сквозь окно она казалась призрачно-белой тенью. — Мне это не поможет. Прошло слишком много времени…Иногда мне кажется, что он никогда не очнется – в голосе Къёки отчетливо прозвучало сожаление и…боль? Возможно… Девушка подошла к окну и замерла перед ним, купаясь в серебристых лучах, превращавших ее в четко-очерченный, угольно-черный силуэт. — Надежды у тебя всегда было мало. Кого-то просто нельзя спасти – девушки посмотрели друг на друга. — Хм… так может ты попросишь меня не вмешиваться и позволить твоему хозяину убить моего? – с жутковатой усмешкой спросила Кьёка, вполоборота поглядев на Шинсо. Выглядела она в этот момент весьма зловеще. Черные глаза стали провалами во тьму, а улыбка была способна напугать средних размеров адьюкаса. — А даже если и так? – неожиданно ответила блондинка – Даже если и попрошу, Кьёка? — Я тебя поняла – брюнетка уперла руки в свои крутые бедра, странно изогнувшись всем телом а потом неожиданно отвернулась к окну и взмахнула рукой, что вполне можно принять за разрешающий жест – Делай, что хочешь. Можете попытаться взять его жизнь. Но и я попрошу тебя об ответной услуге: не мешай мне. — Я с трудом в это верю – Шинсо позволила себе усмешку – Ты рискнешь жизнью своего любимого Айзена? — Есть вещи гораздо более страшные, чем смерть – тихо ответила Кьёка, и по ее тону становилось ясно, что девушка не шутит – Смерть ничто в сравнении с абсолютным одиночеством, помноженным на Вечность, которая ждет его в случае, если он добьется успеха. И я готова лишить его жизни своими руками, лишь бы уберечь от этой участи. Зловещая фраза повисла в воздухе и минуту-другую после нее девушки молчали. Затем Шинсо приблизилась и порывисто обняла Кьёку, прижав ее к себе. Черные глаза девы зеркального цветка удивленно расширились, однако, быстро справившись с растерянностью она ответила на объятие. — С чего это ты?.. – Суйгетсу пыталась придать своему голосу издевательский оттенок, однако в этот раз блестящие актерские навыки подвели ее. Было совершенно очевидно, что она тронута проявлением участия. — Это наш последний разговор, Кьёка. В следующий раз мы уже встретимся как враги. – Шинсо шепнула ей на ухо очередную загадку или горькое пророчество, которому сама была не очень рада. — Верно – отстранившись, Кьёка взяла руки подруги в свои, и крепко пожала их – А знаешь, мне тебя будет не хватать, змеюка. И почему твой хозяин так ненавидит моего? Ведь они так похожи: оба невероятно сильные, холодные и в определенной степени жестокие. И скрывают свои эмоции за улыбками. — А в душе – мальчишки. Чувствительные, ранимые и озлобленные. Твой на весь мир. А мой на твоего – подхватила Шинсо, отвечая на рукопожатие. Занпакто засмеялись, весело и беззаботно. Если бы кто-нибудь посторонний увидел эту сцену, он бы подумал, что это просто две подружки, сплетничающие о своих парнях. — Но если вдруг ты захочешь меня предать то помни, что я могу рассказать Гину о твоем истинном желании и о том, что ты намереваешься сделать с его любимой Мацумото. И тогда он тебя точно убьет. - нежное дружеское пожатие двух девушек превратилось в стальную хватку змей. Вопрос был в том, кто первый сдавит свою жертву. — Риск делает мою жизнь интереснее – усмехнулась беловолосая - Но помни, что и Айзен не погладит тебя по головке, если я расскажу ему, что ты исподволь направляешь его по пути Койота Старка. — В таком случае, расстанемся подругами - Кьёка с усмешкой высвободилась из хватки Шинсо и направилась к выходу, плавно покачивая бедрами. Затем остановилась в дверях и тихо-тихо, одними губами, прошептала: — Прощай, моя дорогая подруга - эту же саму фразу произнесла и Шинсо, теперь занявшая место у окна. Выбор был сделан и каждая из девушек, являвшихся, по сути, лишь воплощением духовных мечей своих хозяев, отправилась по избранному пути, ведущему к осуществлению Мечты. Пусть даже это значило пожертвовать вековой дружбой.