Порочная гордость

- КАК ТЫ МОГЛА, МАМА? – по всему просторному особняку Гилбертов разнесся крик Катерины. – Ты ведь клялась, что дашь ей выбор!!! Несколько минут назад Кэтрин позвонила Елена, и вся в слезах, всхлипывая и глотая в истерике слова, сообщила сестре, что мать уже заключила с Джоном Дейтом, партнером отчима, свадебный договор, в результате которого, Елена, через два месяца, выходит замуж за престарелого дяденьку, а он, в свою очередь, оказывает материальную поддержку, стремительно падающей в производстве, компании Гилбертов – Мейнов. - Катерина, прекрати кричать, настоящая леди не должна выставлять напоказ свои эмоции, - по кованой лестнице, устеленной красной дорожкой, величественно спускалась Миранда Гилберт. Она остановилась напротив разъяренной дочери и строго посмотрела на нее. - НАСТОЯЩАЯ ЛЕДИ??? А тебе не кажется, МАМА, - Кэт выделила последнее слово, - что с ”леди”, ты загнула? - Катерина, хватит, я больше не желаю слышать твои бессмысленные вопли, переполненные негативом, - женщина намерилась идти дальше, но была остановлена дочерью, которая ухватила ее чуть выше локтя. - Не смей уходить, - со слезами на глазах, прошипела Кэтрин, - ты всегда уходила, соизволь хоть раз выслушать собственную дочь. - Катерина, - Миранда сузила глаза, пристально осматривая дочь, - мое решение неоспоримо и не подлежит изменению. Все свои действия я согласовала с вашим отчимом, он меня полностью поддержал… - Он не мог…. - Мог, Кэтрин, мог. Поверь, если дело всей твоей жизни находится на грани краха, все средства хороши. - Даже ломать жизнь собственной дочери? – тихо спросила Кэт, проводя ладошкой на лице, чтобы убрать слезы. - Почему же сразу ломать? – в недоумении произнесла Миранда, - она сможет ни в чем себе не отказывать, Дейт очень богат, щедр, она будет купаться в роскоши. Женщина вырвала локоть с руки дочери и презрительно окинула ее взглядом с ног до головы, останавливаясь на перекошенном от злости лице. - Если ты так болеешь за судьбу сестры, можешь заменить ее, сама выйти замуж, - предложила она. Глаза Кэтрин стали квадратными от удивления. - Ты с ума сошла, я.…. - Не смей дерзить матери, я долго терпела твои выходки, Катерина, но всему приходит конец. Твой любящий и вечно стающий на вашу с сестрой сторону отчим, на грани банкротства, если в скором времени не будет приплыву серьезного капитала, мы потеряем все, понимаешь, все, - уточнила Миранда. - Деньги всегда были для тебя превыше всего, - заключила девушка. - Ты маленькая и ничего не понимающая дрянь, - процедила Миранда, - ты всегда получала все, что хотела, всегда была лучшей. Думаю, тебе с сестрой пора поблагодарить собственную мать за все те усилия, что я прикладывала для вашего воспитания, я не…., - видимо, “мать десятилетия” хотела еще что – то сказать вдобавок к своей пламенной речи, но ее становила довольно сильная пощечина, которую влепила Катерина. - Спасибо тебе, мама, - бросила Кэт, следя за обескураженной женщиной, потирающую уже красную, от удара, щеку. Ты действительно много для нас сделала. Нам очень понравилось провести десять лет в школе, где обитают, в большей степени, сироты. Тебе моя, да и Елены тоже, благодарность. Кэтрин вылетела с дома, лишь громко хлопнув входной дверью. Слезы жгли веки, разъедая их, как серная кислота. Дрожащими пальцами, она набрала номер сестры и поднесла трубку к уху. - Да, - на том конце быстро подняли телефон. - Елена, - Кэтрин сделала паузу и глубоко вдохнула, пытаясь привести голос в порядок, - тебе не придется выходить замуж за того старика, все будет….., - она прислонила ладонь к губам, чтобы унять рыдания….., - все будет хорошо. Я все улажу. Я сама выйду за него замуж, а ты поедешь учиться в Гарвард, - девушка бросила трубку об дорожку, выложенную из камня, и новенький айпод разлетелся на десятки частиц, точно так же, как и сердце, уже опустившейся на колени и громко рыдающей брюнетки…. *** Кэролайн проснулась от пения птиц, которое вырвало ее из сонного королевства, из мира иллюзий и несбыточных грез. Девушка легла на спину и повернула голову в сторону, с которой исходил звук. Оказалось, она вчера даже не заметила, что в спальне было немного приоткрыто окно, и как результат, комнату заполнил запах хвои, а слух приятно ласкало пение соловья. “Прямо, как в сказке, если бы не вся ужасность ситуации” – пронеслось в голове Кэр. Кэролайн потянулась к небольшим часам, стоявшим на прикроватной тумбочке, циферблат показывал полшестого утра. Здорово. Она опять проснулась ни свет, ни заря. Боль между ног еще не утихла, лишь с сильной и жгучей перешла в тупую, ноющую. Что же он с ней сделал? Как мог? Эти вопросы преследовали блондинку большую часть ночи, пока она пыталась уснуть на новом месте. Ей здесь не нравилось. Нет…дело было не в интерьере. В этом претензии совсем отсутствовали. Дело в компании. Никлаус. Этот урод запретил ей и нос вытыкать из – за высоко огражденной территории дома, иначе…Кэролайн даже боялась подумать, что он мог с ней сделать в противном случае. Ноги Кэр коснулись, приятного на ощупь, плетеного ковра. По телу пробежали мурашки, когда в приоткрытое окно влетел сквозняк и обдал голые участки тела. Девушка поспешила закрыть оконную раму, чтобы в дальнейшем не слечь еще и с простудой. Он ей выделил довольно красивую и просторную спальню. Исполненную в кофейных тонах, с антикварной мебелью, большим, на пол стены, камином, двумя окнами, одно из которых доставало до самого потолка и выходило на балкон. Особенно, девушке понравилась кровать. Высокая, с балдахином, который удерживался на четырех столбиках, на каждому углу по одному. Ну и, конечно, ванная, правда, с нормальными потолками, Форбс уже успела проверить. - Кэролайн, - девушка испуганно отскочила от окна, у которого до этого стояла, и резко повернулась, встречаясь взглядом с вошедшим, без стука, Клаусом. Он, как и при каждой их ранней встрече, был одет в потертые, домашние джинсы, без футболки, вот только, на этот раз с единым отличием. Его руки, как и грудь, были немного измазаны разноцветной краской. Несколько мазков было и на лице. - Пусть я тут и гостья, но правила приличия никто не отменял, мог и постучать, - недовольно бросила блондинка, поплотнее укутываясь в махровый халат, который, у нее хватило ума одеть. – А если бы я еще спала. - Ну, ты ведь не спишь, - невинно заметил Майклсон, заходя вглубь спальни и прикрывая за собою двери. – К тому же, я помню, что ты всегда рано просыпаешься. И на этот раз, я не ошибся. - Я принес тебе лекарство, - Клаус указал на небольшой пузырек, который сжимал в своей ладони. – Доктор, который должен был тебя осмотреть, не сможет вырваться с клиники, следующие несколько дней, поэтому, я объяснил ему твою ситуацию, и он посоветовал одну мазь, если в течение трех дней боль не пройдет, поедем в город, к нему на обследование, - подытожил мужчина, подходя ближе к своей подопечной. - Не приближайся, - предостерегающе произнесла Кэр, выставляя обе руки вперед, и отступая на несколько шагов назад. - Хм…ты меня боишься? - А чего ты хотел? – в недоумении спросила Кэролайн. – Чтобы я бросилась тебе на шею и просила повторения??? - Даже не знаю, - немного с иронией, заметил мужчина. – Мне кажется, повторения ты сама попросишь, и случится это быстрее, чем ты сама можешь предположить. - Наглость – твое второе имя, Никлаус, - бросила Кэр, упираясь спиной в подоконник. Комнату заполнил его заливистый смех. - Я, вообще, по жизни, очень даже наглый, просто умело это скрываю. Ладно, хватит разводить балаган. Ложись, - Ник кивком указал в сторону постели с кроваво – красными, шелковыми простынями, которую девушка недавно покинула. - Что, прости? – в ужасе переспросила Форбс. - Ты еще и глухая. Я сказал, ложись на кровать, - повторил Майклсон. – Я должен тебе помочь нанести лекарство, так будет лучше. - Ты совсем с ума сошел? Или только прикидываешься? Этого никогда не будет, - полностью уверенная в своих словах, Кэр уже направилась на балкон, но была остановлена крепкой мужской рукой, которая ухватила ее выше локтя и оттащила к постели. - Я вижу, моя девочка, ты плохо усваиваешь уроки, - прошипел Клаус, - не заставляй меня делать тебе еще больнее. Не выводи из себя. Кэролайн ничего не оставалось делать, как последовать его приказу. Проглотив комок слез, которые сводили горло спазмом, она медленно подошла к кровати и сбросила с себя халат, оставшись в одной серой майке и коротких шортах. - Не надо, я, правда, сама справлюсь. Прошу тебя, - Форбс умоляюще посмотрела на опекуна, но он был непреклонен. - Снимай, - лишь бросил мужчина, указывая на нижнюю часть ее одежды. И Кэролайн повиновалась. Зацепив пальцами пояс шортов, она вместе с трусиками, стащила их, но не отбросила в сторону, а старалась прикрыться. - Брось, милая, что я там не видел? – ехидно проговорил Клаус, подходя ближе и вырывая с ее рук ненужные тряпки. Она стояла неподвижно, пока его глаза пожирали ее тело, а губы растянулись в похотливой улыбке. Клаус сам легонько толкнул девушку на кровать, жестом приказывая лечь. Кэролайн положила голову на мягкую подушку, закрывая глаза руками, чтобы не видеть этого мерзавца. Она лишь чувствовала, как посторонние руки по – хозяйски раздвинули ее ноги, а, на удивление, теплая ладонь прошлась по внутренней стороне бедра. Прохладная жижа коснулась ее воспаленной плоти на половых губах, а его пальцы начали медленно, плавными движениями, втирать мазь в интимное место. Кэролайн старалась сохранить безразличие ко всему, что делал Майклсон, но девушка не могла не признаться, хотя бы самой себе, что его движения приносят желанное удовольствие. Боль моментально утихает, а вот нечто другое, где – то внизу живота, неумолимо нарастает. Желание. Девушка с ужасом понимает, что хочет его. “Нет, этого не может быть. Глупость. Он изнасиловал ее” – череда таких мыслей проносится в ее белокурой голове, пока посторонние пальцы неутомимо наращивают темп. Кэролайн понимает, что еще минута, и он доведет ее до оргазма. Надо прекратить все это. - Клаус, - она быстро принимает вертикальное положение, перехватывая его ладонь, между своих ног. – Достаточно, послушай меня хоть раз, - просит она, крепче сжимая его руку. Майклсон широко улыбается, и как бы соглашается с подопечной, немного подаваясь назад, и как только Кэролайн расслабляется и отводит руки в стороны, Ник молниеносно вводит два пальца в ее влажное влагалище, закрывая протесты и крики своими губами. От неожиданности, блондинка несколько секунд пребывает в ступоре, лишь чувствуя, как он начинает медленно водить двумя пальцами по стенкам плоти. Его язык требовательно пробирается внутрь ее рта, а вторая рука постепенно укладывает на кровать. Внутри что – то взрывается, такое чувство, что ненависть или отвращение к этому человеку полностью изжило себя. Но эта призрачная уверенность угасает, когда Клаус неосторожно прошелся по половым губам, задевая воспаленные места. Кэролайн находит в себе силы, чтобы оттолкнуть мужчину, попутно натягивая на себя красную простыню. - Я тебя убью, слышишь, убью, если ты еще раз коснешься меня, - истерически шепчет Форбс, метая молнии в сторону опекуна. - Кэрри – Кэрри, если бы не твоя детская наивность, - он поднимается с кровати, - я бы смог многое тебе дать и показать. - Мне от тебя ничего не надо… - Если бы тебе ничего от меня не было надо, ты бы не растеклась по всей кровати, как только я к тебе прикоснулся, - уверенно замечает Ник, блуждая потерянным взглядом по спальне. – Одевайся. Сегодня у нас много дел. Я тебя хочу кое – с кем познакомить…….