Порочная гордость

Плакать? Нет, плакать уже давно перехотелось. Видимо иссякли соленые запасы, посылавшие наружу прозрачные капли стыда и беспомощности. - Куда ты меня привез? – уже несколько минут спрашивала Кэролайн, пока Никлаус что – то доставал из бардачка машины. - Домой, - безлико сообщил он, даже не взглянув на перепуганную девушку. - Лучше убей меня, - выпалила Форбс, крепче укутываясь в клетчатый плед. - Осторожней, милая. Желания, хоть и иногда, но все – таки имеют свойства сбываться, - заметил он и вышел с авто, громко хлопнув дверкой. Сколько точно было времени, Кэролайн не знала. Она помнила, что приехала в офис где – то около пяти дня, а это значило, что с момента надругательства над ней, судя по высоко сияющей луне, прошло почти семь часов. Семь часов, которые выпали из ее памяти, семь часов, которые навсегда разделили жизнь на ”до” и ”после”. А Клаус уже обошел автомобиль и открыл дверь перед Кэролайн. Протянув руки, чтобы поднять девушку, он случайно, блестящей запонкой, задел обвисший клочок материи платья, и не заметив этого, дернул руку дальше. Штучная ткань безжалостным лезвием врезалась между ног блондинки, куда она, до этого, подложила кусок, вместо разодранного белья. Слезы сами, непроизвольно, брызнули с измученных глаз, а девушка крепко вцепилась ему в локоть, пытаясь прекратить свои мучения. - ПЕРЕСТАНЬ!!! ХВАТИТ!!! – ее крик заполнил ночную тишь, перемешиваясь с одинокими совиными кличами, которые доносились из парка неподалеку. Майклсон с долей неожиданности взглянул в искосившееся от боли лицо Кэр и быстро одернул руку, перед этим выпутав пальцами деталь своей рубашки. - Я не хотел, - тихо сказал он, а в его глазах, как показалось на секунду, промелькнуло сожаление. Всхлипывая, Кэролайн, как маленькая девочка, протянула руки к своему насильнику, лишь бы боль утихла. И плевать на гордость, плевать на все. Лишь бы прекратилась обжигающая боль. Клаус надежно прижал свою ношу и пошел в сторону входной двери дома, который станет для девушки на его руках местом закалки характера и рухнувших законов подростковой жизни. - Отпусти меня, - опять молит она, выдыхая просьбу где – то в области шеи своего будущего мучителя! - Если я отпущу, ты сама не дойдешь, - уверяет он, прижимая еще крепче. - Ты сделал меня такой, чего еще хочешь? – задается блондинка очередным вопросом. - Я хочу, - он на секунду заминается, - чтобы ты почувствовала себя женщиной!!! - Насилуя? Таким способом я чувствую себя только пластиковым манекеном, выставленным и одетым по последней моде, но внутри пустым и безжизненным. - Тебе не идет философствовать, - замечает Клаус. - Тебе не идет забота, - вторит ему Кэролайн, но почувствовав, что его руки ослабляют хватку, сильнее цепляется за мужские плечи. Вот так, под спор философа и мучителя, они заходят внутрь просторного дома. Небольшой, с виду больше напоминающий летний коттедж в английских окрестностях. Деревянные потолки, темно – вишневого цвета, резаные люстры с золотой обделкой. Справа от себя, девушка видит несколько дверей, под стать входной, а перед собой уже пылающий камин. Их ждали. Это очевидно. - Где мы? – спрашивает Кэролайн, когда ее ноги касаются скрипящего пола. - Недалеко от Нью – Йорка, в пригороде, - объясняет он спокойным голосом. – Тишь, гладь, за домом есть природное озеро, там всегда очень теплая вода, - замечает Клаус, косясь на фигуру блондинки. - Ты меня похитил, - констатирует Форбс. - Хм…дорогая, я не могу тебя похитить, ты же сама говорила, что я твой опекун, - невинно оправдывается Майклсон. - Меня будет искать Ребекка. - Не будет……Ей не до тебя, она полностью занята Колом, да и ее личная жизнь бурлит ключом. После услышанного, у Кэролайн начинается приступ паники. До города далеко, вблизи нет ни одной живой души. Он может вволю издеваться над ней. - Я хочу домой, хочу в тот дом, в городе, - уточняя Кэр, нервно осматривается по сторонам. Но Клаус уже давно ее не слушает. Мгновенно сокращая между ними расстояние, он становится напротив своей подопечной, хватая подбородок двумя пальцами и заставляя смотреть ее прямо в глаза. - Теперь, на некоторое время, твой дом здесь, подле меня, Кэролайн, - предостерегающе уверяет мужчина. – Если ты посмеешь хоть куда – то сбежать или оставить территорию коттеджа, я за себя не ручаюсь. Все понятно? – девушка отвечает лишь немым кивком, пытаясь отойти от него подальше, но руки Клауса не пускают. С подбородка, они, как пара змей, перемещаются на талию, укутанную в порванные тряпки и плед, немного сжимают худые бока, а после, одна ладонь опять оказывается между ее ног. Но на этот раз нежными, едва уловимыми касаниями, он дотрагивается до воспаленной плоти, не разрывая их зрительного контакта. - Болит? – она кивает, не в состоянии отвести взгляд или прервать его манипуляции. - Завтра я привезу врача, он поможет избавиться от дискомфорта, - бесстрастно обещает он и отступает. - Ты заставишь спать меня возле своей кровати, на коврике? – иронично интересуется Кэролайн. - Нет, к чему же? – бросает Майклсон. – У тебя будет отдельная комната, рядом с моей. Второй этаж, третья дверь справа, - сообщает Клаус и уже уходит, но ступив несколько шагов, останавливается и говорит напоследок, - хотя ковры у меня очень дорогие и комфортные, думаю, у тебя будет возможность в этом убедится…… Получился скорее небольшой диалог их характеров, чем информационная глава. Небольшая, знаю, может с какими – то недочетами или ошибками ( в последнем я уверена), но, в последнее время мне очень трудно писать что – то дельное. Извините!!!