Порочная гордость

цепляться за карниз не выдержать сорваться... Холодный камень на холодной мостовой седой забытый - он ни мертвый не живой... Лежит не дышит, не шевелится, молчит... пропал, упал, но не разбился о гранит. О, как хотела я хоть чем-нибудь помочь! Тебя не знаю, но не убегаю прочь... Хочу согреть, хочу вдохнуть тепло души... Прими меня...проснись...исчезнуть не спеши...

Кэролайн вышла из душного помещения библиотеки Колумбийского университета, устало плюхаясь прямо на каменные сходы перед зданием, раскаленные под кислотно-желтыми лучами сентябрьского солнца. Это ее последний год в университете. Даже не верится. Кажется, только вчера, она доказывала Клаусу, что хочет учиться именно здесь, изучать социологию и социальную работу. Он же в свою очередь, лишь ухмылялся и предлагал девушке что-то вроде журналистики или менеджмента. Победила любовь. - Привет социальным работникам, - бодро выдала Елена Гилберт, приседая рядом с подругой. Бросив рядом вместительную сумку, до краев набитую учебниками по менеджменту, брюнетка локтями оперлась о ступеньки за спиной, чуть ли не ложась туда полностью. - Сегодня как-то не по осеннему душно, - обмахиваясь растопыренной ладонью, заключила девушка, поглядывая на задумавшуюся Кэролайн. – Кэр, ау, ты меня вообще слышишь? - Слышу, - просто ответила блондинка. – У меня какое-то предчувствие непонятное. - Опять ты со своими предчувствиями, Кэр, - затараторила Гилберт, - вспомни, когда они тебя в последний раз одолевали. И что? В результате, Кэт благополучно родила мне племянника и тебе крестника, и малыш не перестает нас радовать. - Предчувствие не плохое, Елена, - выдохнула Форбс, поворачивая голову в сторону расслабившейся подруги, - скорее к переменам. Только пока не могу понять в каком русле. - Все с тобой понятно, - махнула рукой брюнетка, поднимаясь со ступенек, - вот твоя перемена. Кэролайн проследила за взглядом Елены и наткнулась на только что припарковавшийся джип, с которого вышел молодой мужчина в солнцезащитных очках, и простой белой футболке, плотно обтягивающей тело. Он сразу заметил их, не смотря на то, что на многоступенчатой перед библиотекой Колумбийского университета сидело множество студентов, и махнул подругам. - Ник, - улыбнулась Кэролайн, также поднимаясь и наблюдая за приближающимся любимым человеком. - Дамы, - остановившись напротив девушек, Клаус шуточно - учтиво склонил голову, обнажая глубокие ямочки на щеках. – Приветствую. Как проходят ваши тяжелые студенческие будни? - Вечеринки, секс, случайные знакомства ну и пары…иногда, - загибая пальцы, перечислила Елена, подмигнув Никлаусу. Кэролайн покачала головой, целуя Майклсона. Девушка поймала себя на мысли, что за годы обучения в университете, Елена все больше стала напоминать ей Кэтрин во время их пребывания в школе-пансионе: поведением, разговорами, даже жестами. Словно сестры поменялись местами – одна нашла умиротворение в сыне, вторая решила наверстать упущенные в школьные годы прелести беззаботного юношеского минимализма. - Вижу, Елена, менеджмент делает из тихонь настоящих похитительниц мужских сердец и тусовщиц, - не обращая внимания на колкости со стороны подруги любимой девушки, отпарировал мужчина. Елена никогда не любила Ника. В ее представлении, как казалось Кэролайн, и этими мыслями она даже поделилась с Ником, для Гилберт он был сродни бесом, который своими сладкими обещаниями завлек неопытную, беззащитную подопечную в сети, оплел ее душу тенетами и закрыл всего мира, иногда выпуская только «для вида». - Умно, - язвительно подметила брюнетка, вытаскивая с солнцезащитные очки и демонстративно надевая их перед обнимающейся парочкой, будто скрывая за темными стеклами азарт распаляющегося спора. - Если вы закончили, - оборвала их перепалку Кэролайн, - тогда может быть покинем этот солнечный ад и переместимся хотя бы в авто, где есть кондиционер. - Спасибо, я домой пешком. У меня еще встреча, - быстро сказала Елена, сбегая по ступенькам. – Пока, голубки, - уже на бегу попрощалась брюнетка. - Все-таки Елене в плане женственности и тактичности еще расти и расти, - провожая Гилберт беззаботным взглядом пробормотал мужчина, отчего получил локтем в бок со стороны подопечной, точнее, уже бывшей подопечной. – За что? - Она моя подруга и сестра матери твоего племянника. - И иногда та еще стерва. И когда только она переплюнула свою сестру в этом плане? – закатив глаза, будто у самого себя, спросил Клаус, заслуживая от Кэролайн недовольного взгляда. – Ладно, милая, не злись. Поехали домой, у меня для тебя кое-что есть.

***

Вечер накрывал город чернично-синей вуалью, пряча под собой нежные кремовые тучи, выпуская наружу мириады звезд и остроконечную Луну. Кэролайн не уставала наблюдать за закатом. Стоя на двадцать третьем этаже их с Никлаусом новой квартиры, она провожала солнце мечтательной улыбкой. Предчувствие о чем-то новом медленно отступило. Сейчас ей хотелось только принять ванну с ароматными маслами и окунуться в объятия Ника, почувствовать его поцелуи, рассказать о том, как она скучала, не видя его практически весь день. Этот мужчина изменил ее, изменил ее кругозор, восприятие мира, смог дать то, о чем она и не задумывалась. За эти три года, они многое пережили вместе, против многого боролись стоя плечом к плечу. Его недельные запои, отрешенность и звенящее безразличие. Тогда, после смерти братьев и сестры Клауса, Кэролайн казалось, что он не выкарабкается, не сможет перебороть свои внутренние бури и просто канет в эмоциональное небытие, разорвет на куски любовь и поддержку, которые ему оказывали друзья и она, в частности, пустит их по ветру, придаст земле, как это сделала плутовка-судьба с его родными. Спасение пришло внезапно. В лице Кэтрин. Девушка узнала, что беременна, и вечером накануне не желаемой свадьбы вся в слезах пришла к Кэролайн, зная, что понимания ей искать больше негде. Клаус, словно за спасательную соломинку, вцепился за малыша. Фактически, Кэтрин поселилась в их доме. Они до сих пор не знают, как Клаусу удалось всего за несколько часов отменить свадьбу Кэт и Дейта, а также позаботиться о том, чтобы он не позарился и на Елену, правда, последняя об этом даже не знает. И Кэр благодарна сильной и решительной Катерине. Именно посредством ей, Клаусу удалось не сойти с ума. И, конечно же, благодаря Кэролайн. Она стала его всем. Той второй соломинкой, которая крепче всяких железных цепей или веревок, помогала удерживаться ему в мире реальности. Кэролайн смогла выдержать с ним все и теперь награждена спокойствием. А еще, двумя красными полосками на небольшом плоском кусочке пластика, крепко зажатым в ее ладони и который, она знает точно, поможет им перейти на новый этап жизни. Она узнала только сегодня, совсем недавно, хоть и подозревала почти неделю, все никак не решалась открыть дверь какой-нибудь аптеки и купить тест. Потом никак не могла дождаться пока он даст результаты. Эти несколько минут казались ей вечностью или даже больше. Но когда показалось две хорошо различимые полоски – она внезапно испугалась. Клаус чуть ли не маниакально любит своего племянника. Что же будет с его собственным ребенком? Не даст ли эта любовь обратный эффект? Не рано ли? Три года, конечно, большой срок, но все же, чтобы зажили некоторые раны нужно намного больше времени, нежели этот крошечный промежуток. - Милая, солнце уже давно село, - шепнул ей на ухо Никлаус, тихо подойдя сзади и обнимая любимую за талию. - Да, Ник, солнце зашло. Завтра будет новый день. Она сложила уста в тонкую полоску, расплываясь в улыбке. Сейчас, в его руках, ее покинули все тревоги и страхи, стало легко, и уверенность в крепком мужском плече рядом, вселило тепло и веру в будущее. Именно поэтому, прикрыв на секунду веки, она распахнула голубые глаза и вместе с ними вытянутую вперед ладонь, на которой лежало доказательство их победы. Последовала минута молчания, за которой прозвучали слова, после каких больше ничего и не надо. - Спасибо, любовь моя. Она совсем не была порочна. Она просто помогла ему, уцелевшему после падения на гранит, подняться, дала смысл жизни, а затем влюбилась сама. Так до беспамятства. Она окутала его ореолом сияющей надежды, заботливо укрыла от невзгод, которые стаей степных орлов налетели на него, терзая острыми когтями. И он взамен подарил ей все. Сначала так неуверенно, но с каждым днем все больше и больше упиваясь маленькой непорочной девчонкой, на его глазах превратившейся в сильную и прекрасную женщину. Его любовь только сначала было порочной, и гордость была запятнана. Но в новый день, в будущее они пошли вместе. И новый день, тысячи новых дней встречали разом. Я бы хотела сказать спасибо Автору заявки, без тебя эта бы работа не получилась. Спасибо читателям, которые оставляли отзывы, поддерживали, давали пинки. Спасибо своей Музе, она, черт подери, таки помогла закончить мне сие! БЛАГОДАРЮ ВСЕХ!!!