Порочная гордость

Три года спустя Подняв ворот легкого пальто, Кэтрин оглянулась. Не смотря на немного строптивую осеннюю погоду, людей в парке было полно. Кто-то гулял в кругу семьи, кто-то бродил в одиночку. Матери надежно вцепились в алюминиевые ручки разноцветных колясок, мило воркуя со своими малютками, время от времени наклоняясь к ним. Кэтрин улыбнулась. Нежность, до венцов заполнившая ее душу, вылилась в искреннюю и лучезарную улыбку, на которую она совсем недавно стала способна по-настоящему. Мимо нее пронеслась стая крикливых ребятишек и она, обернувшись им вдогонку, остановилась. - Элайджа, - брюнетка окликнула самого маленького по возрасту, но отнюдь не по росту мальчишку, который вмиг отстал от группы детей и быстро направился в ее сторону. - Да, мамочка, - мальчик протянул руки к молодой женщине, и Кэтрин с упоенным чувством счастья подхватила сына на руки. Он был просто до непередаваемости похож на отца. Те же черные, торчащие в разные стороны, так по-особенному не причесаны, волосы, глубокие карие глаза, наполнены таким родным и блаженным чувством родства, милая, еще совсем маленькая ямочка на подбородке, которую Кэт любила по-матерински нежно целовать. - Мы уже уходим? – тем временем не унимался мальчик, обхватив Кэтрин за плечи. - Пора, Эл, погода портится, да и к тому же, нам еще надо заглянуть к дяде, - брюнетка провела пальцами по шевелюре сына и немного пригладила торчавшие пасма, - вот так, ты мой красавиц, - она запечатлела поцелуй на красной, немного холодной щечке ребенка и, наблюдая, как он сразу начал усердно утирать помаду, оставшуюся от маминого проявления нежности, поставила ребенка на землю, позволяя ему немного обогнать ее, полоша небольшие кучки голубей. Сын не позволил ей сойти с ума. Позволил не отчаяться, не сделать что-то с собой, в конце концов. Сын стал смыслом. Кэтрин даже хотелось поверить в переселение душ – так Эл был похож на него, даже сейчас, ведь она не раз пересматривала детские фотографии Элайджи. Кэтрин не устанет благодарить его за сына. За то, что уходя навечно, не оставил одинокой. Она видела его во сне. Так близко и в тоже время невероятно далеко. Он не тянул к ней руки, не позволял прикоснуться к себе, просто смотрел, кротко и любовно, что-то говорил…Если бы только Кэтрин умела читать по губам! Если бы только могла. Но, она уже давно перестала нарекать на свою жизнь. Значит, такая судьба. Остаться навсегда одинокой и любимой только двумя мужчинами – им и их сыном. Да, за три года, Кэтрин так ни с кем и не встречалась. Она не вышла замуж за Дейта. Клаус не позволил. И она будет ему благодарна за это до конца своих дней. Она не могла сказать что-то плохое о Никлаусе Майклсоне. Этому мужчине досталось сполна. И только благодаря ее лучшей подруге – Кэролайн, он не слетел с катушек, не покончил с собой, жил дальше, боролся с самыми жестокими ступенями в своей жизни, целенаправленно переступал их навстречу новому дню, новым событиям, новым целям. И Клаус безумно любил племянника. С этим даже спорить не престало бы. Он, узнав о беременности Кэтрин, которая стала результатов пусть и спонтанного, но такого желанного ею секса с любимым мужчиной, будто немного ожил, начал улыбаться, строить планы. Вот только услышав имя будущего племянника, на минуту затих, наградил девушку тоскливым взглядом серых глаз, но вновь усмехнулся, одобрительно кивая головой. Кэтрин даже познакомилась с женой Элайджи – Элизабет. Нет, они не разговаривали, специально не искали встреч друг с другом, просто случайно пересеклись в доме Клауса. Уже от Кэролайн, Кэт узнала, что Элизабет знает о ее беременности, догадывается кто отец, а еще – она сама не может иметь детей. Кэтрин не видела Элизабет почти три года, с той первой и единственной встречи и что случилось с ней дальше – девушка может только догадываться. - Мама, ты слишком медлительная, - через чур энергичный мальчик ухватил Кэтрин за руку, потянув в сторону остановки. Сегодня ей совершенно не хотелось вести авто, хотелось слиться с толпой, за что, недавно звонивший Клаус уже успел отчитать ее и, выведав, где именно она находится, сказал не идти пешком, а ждать около ближайшей остановки. Кэтрин ответственно выполнила просьбу Клауса и, накинув на голову сына капюшон, спряталась вместе с мальчиков под пластмассовым навесом остановки от мелко моросящего дождя, окутывающего мглой золотые, почти голые ветви деревьев парка. Они оказались единственными на этой остановке. Большинство гуляющих особо не прятались и только мамы с колясками поспешно скрылись по машинам или ближним домам. Спустя пять минут ожиданий возле них остановился джип. С железного чудища, как успел окрестить его Эл, поднимая брызги в небольших лужах на асфальте, вышел молодой мужчина с приветливой улыбкой и неопрятно торчащими в разные стороны волосами. - Здравствуйте, вы Кэтрин? – она молча кивнула. – Я друг Ника, он попросила забрать вас. Меня зовут Стефан. - Очень приятно, Стефан, рада с вами познакомиться… Она не могла назвать себя порочной. Нет, никогда. Она умела любить, переступать через свою гордость ради дорогого сердцу человека. А он стал ее всем. Вот так неожиданно, тихой поступью, словно во сне – не наяву. Да, ее гордость однажды стала порочной. В тот миг, в тот вечер, когда она отдалась любимому человеку, полностью, без остатка. Он наградил ее сыном, она успела отблагодарить во сне и он отпустил. Уже давно. Она чиста и ее история только-только вошла в новое русло...