Come and fade me

Есть много отстойных вещей во вселенной. Последняя серия последнего сезона твоего любимого сериала (и осознание, что ты не знаешь, будет ли еще сезон или нет), когда в кофейне на углу заканчивается ваш любимый чай с молоком и, конечно, худшая из них, свидания. Свидания, если вы спросите Луку, это вторая худшая вещь, которую ему может подбросить жизнь. Они близки к ужасному, типа как вкус-сгоревшего-ужина-дотронувшегося-до-вашего-языка по ужасности. У него нет намерений назначать свидания, несмотря на бесчисленные попытки, которые его друзья потратили, объясняя методику. И на вершине всего этого - абсолютно ужасающая и жалкая вещь, забытое богом приложение Тиндер. Лука думает, это совершенная человеческая мерзость, это изобретение – последнее, до чего могут опуститься люди. (Конечно, есть много вещей похуже, думает Лука. Он просто немного королева драмы.) И неважно, как часто он повторяет все те же фразы снова и снова и снова, пока у него не заканчиваются основания продолжать говорить, почему свидания должны быть запрещены. (Это ложь; у Луки никогда не закончатся основания, он просто сдается под взглядом мальчиков (или Элиотта), которые они бросают на него). И друзья принимают его попытки, его мольбы остановиться. И всегда, как по накатанной, это заканчивает на том, что они назначают ему встречу с первым попавшимся парнем. Как сейчас. - Ты видел его аву, Янн? Это конек. Лука не знает, называет ли Базиль парня, чей профиль они рассматривают, коньком или игроком. В любом случае, его не может это не беспокоить, потому что он знает, что в конце он либо уйдет со свидания сам, либо парень не достаточно заинтересуется в нем. (Из всех восьми свиданий что он посетил, первые пять прошли по первому сценарию, остальные три - по второму.) - Ну, по крайней мере, не жаба! – Говорит Артур, заставляя Базиля пробубнить что-то неумное о прошлом коньке, с которым Лука ходил на свидание. У парней есть шкала: жаба, конек и игрок, где жаба – крайне слева, а игрок – крайне справа. Они продолжают корпеть в поиске парня, с которым можно свести Луку, намеренно игнорируя его мнения, потому что они знают, что Лука полезен как камень в процессе. ( И Лука не может быть более благодарным за то, что его не просят вставить свои пять копеек.) Итак, жаба – это кто-то, чье описание профиля состоит из бесполезного хвастовства. Конек, находящийся посередине шкалы - кто-то обычный (как думают парни) и кажется нормальным. И игрок - человек, чьи фотографии состоят из кого-то, из кого могла бы выйти неплохая модель, и Лука старается уводить парней от таких профилей, потому что он знает, что они, ну, игроки. (Ложь. Снова. Потому что Элиотт Демори настолько игрок, насколько может быть.) Это то, как мальчики нарекают парней, на которых они натыкаются. Лука, с другой стороны, имеет совершенно другую шкалу, « шкала трех «н»»: надменный, надоедливый и невыносимый. ( За восемь свиданий, которые он посетил, только три парня действительно пришли, один был надменным, один был невыносимым и третий был странной смесью из всех трех «н»). - Что думаешь о нем, Лука? Вскрикнул Базиль, кажущийся гордым своим выбором, поворачивая экран телефона к нему. Лукас может почувствовать «Мне все равно», зарождающееся на его губах, как через слои безразличия просачивается клокочущее раздражение, которое он скрывал. Он останавливает себя в последний момент. Он вздыхает, мечтая, чтобы Элиотт был с ним, чтобы спасти его от нападок. Но в конце концов он понимает, что Элиотт стал бы причиной, по которой Лука согласился бы на еще одно слепое свидание. Но ему не нужен Элиотт, чтобы делать решения, о которых он будет жалеть - заключает Лукас, пока дает свое согласие. Он и без него будет идиотом.

***

Элиотт: Я в 10 минутах от тебя. Тебе что-нибудь нужно?

Лука: Здравого смысла, если можно

И чая с молоком, пожалуйста

Элиотт: Лука-

Лука: Элиотт-

Без понятия, что мне надеть

Элиотт: дай мне 10 минут

Лукас: :(((

Элиотт: ☕

Лука: :)))

***

Элиотт Демори, по словам Луки, сгусток тепла. Как ядра радиоактивного атома,он всегда излучает энергию, привязанность, и ты не можешь не испытывать счастье, когда он рядом. По крайней мере, Лука не может. Физический феномен, с которым Лука только что сравнил Элиотта - Лука знает, Элиотт отдает слишком много себя людям, которых он любит. Медленно угасая и борясь с природой, Элиотт любит сильнее всех, и, как результат - это больнее в десять раз. Элиотту больно так, что Лука не может его утешить, что заставляет его сердце соскребать с себя часть своей ткани, кусочки которой умирают и через поток его крови, пробираются по телу, распределяясь как пыль в звездах или железо в гемоглобине. Не из-за этого Лука сейчас ощущает спокойствие, несмотря на то, как тяжело его сердце бьется в его груди и нервы сверлят в его животе, пока он готовится на свидание с парнем, с которым его свели, но он знает отчасти, что это имеет какое-то отношение к Элиотту, и тому как он в данный момент разлегся на его кровати, почти растворился в ней. Он приехал десять минут назад с обещанным чаем с молоком, искра понимания сверкнула в его глазах, когда он увидел растрепанного Луку и его тревожное лицо, и ногти, погрызанные до мякоти. Сердце Луки бьется в ушах, поднимается от живота до кончиков пальцев, а также к конечностям, заставляя его ноги застыть на полу, когда он стоит напротив открытого шкафа. Ритмичное щелканье ручки - единственный звук, наполняющий уши Луки, помимо биения его сердца. Элиотт просматривает эссе Луки по английскому, исправляя ошибки, которые он, должно быть, допустил. Он неохотно стягивает черное поло, такое, которое вы ожидаете, что наденет Гарри Стайлз и точно останется в выигрыше. Но зная Луку, он скорее будет выглядеть как большая картошина - достаточно уродливо, чтобы отшить любого парня. - Элиотт, что думаешь по поводу этой рубашки? И тот взгляд, которым окидывает его Элиотт, говорит ему, что он видит его сквозь всю херню. Его брови поднялись в вопросе, Лукас чувствует себя обнаженным под его взглядом. - Надень голубую. Просто голубую, не ту гавайскую. – он инструктирует, быстро добавляя последнюю часть, будто знает, какую рубашку Лука выберет. - Ты понимаешь, что цель свидания – на самом деле применить усилия? Элиотт сейчас сидит на кровати, окруженный книгами и смотрит на Луку выжидающе. Лукас вздыхает, плюхается на край кровати, прижимая верхушки ладоней к глазам. Голова болит, его уже наперед ужасает свидание. - В чем разница? – Лука вздыхает, предпочтя вид своих стоп, нежели наполненного надеждой взгляда Элиотта. – Они либо оценивают свои задницы слишком высоко, чтобы хотя бы прийти, либо если они и придут, кто сказал, что они заинтересуются мной? - Никогда не узнаешь, пока не попробуешь. – Говорит Элиотт, кладя свою кисть на его плечо и мягко похлопывая, - И если ты себя чувствуешь некомфортно, ты всегда можешь мне позвонить или написать. Я придумаю причину сбежать оттуда. Это заставляет сердце Луки резко перевернуться в его груди, желудок подойти ко рту и руки задрожать на коленях. Он легонько кивает, чувствуя себя одновременно удрученно и зло. Удрученно из-за того, что он думает, что Элиотт может иметь крохотные, или даже подсознательны чувства к Лукасу, и зло из-за того, что он позволяет себе такое думать. Потому что так же, заставляя Луку ходить на свидания множественное количество раз до этого, Элиотт указывал на то, как на много невзаимных чувств Луки он отвечает взаимностью.

***

Свидание Луки, за отсутствием слова получше, идет скучно. Они в каком-то ресторане под названием «Le Couloir», и Лука никогда ранее не мечтал так сильно оказаться в другом месте. Черт возьми, даже задний двор из его детства в разгар жары кажется лучшим местом, чем то здание, где он находится в данный момент. Его спутник появился, удивительно худощавый парень с улыбкой, заставляющей солнце позавидовать ее сиянию. Если бы ситуация была иной, Лука с вероятностью сто процентов запал бы на парня, теперь известного как Габриель. Но почему-то Лука не мог заставить себя сосредоточиться на красоте Габриеля, на его прекрасной улыбке, или грации, которой он обладал. Лука просто не мог заставить себя выкинуть Элиотта из головы. И это просто отстой, потому что Габриель – очень умный и чрезвычайно милый парень. Он не попадает ни под одно описание из шкалы парней или Луки. Лука делает ментальную заметку, чтобы поощрить мальчиков позже, за то, что выбрали порядочного человека для его свидания первый раз в жизни. Любой человек был бы счастлив иметь с ним дело. Но Лука чувствует, как воздух вокруг него душит его слова, когда Габриель заканчивает говорить ему о своей академической карьере, перенаправляя диалог в строну Луки. - У меня еще есть два месяца до того, как выпущусь из школы, - говорит ему Лука, попивая сок, который он заказал, теперь жалея о своем выборе, потому что алкоголь хотя бы мог помочь ему избавиться от неловкости, которую он ощущал. Лука не неловкий человек. Какой угодно, но не неловкий. Он просто не в своей тарелке, думает он, тяжело сглатывая. Это все из-за перевозбужденных друзей, этого ужасного приложения, и печально известного, совершенно печально известного человека, лучше узнаваемого под именем Элиотт Демори, который, скорее всего, сейчас лежит на удобной кровати Луки. Он сейчас жалеет о том, что не заказал алкоголь. Раньше думая, что, может быть, ясная голова и воздержание от алкоголя, возможно, помогут ему ощутить искру между ним и парнем, с которым у него назначено свидание (если бы он пришел), но все чувства сейчас в ужасе ползают по его желудку и отчаянно просятся убежать прочь. За километры отсюда. И когда все становится слишком, когда его ноги становятся беспокойными и отказываются держаться неподвижными, и его желудок подходит к горлу и его почти тошнит, он встает. - Мне... Мне нужно в туалет. Он заикается, и слава Габриелю, он ничего не говорит, даже если и что-то замечает. И когда его улыбка доходит до лица, Лука осознает, что не замечает. Он одаривает Габриеля тугой улыбкой и тихо проскальзывает в туалетную кабинку, разум неустойчив. И если ты себя чувствуешь некомфортно, ты всегда можешь мне позвонить или написать. Я придумаю причину сбежать оттуда. И это то, что делает Лука, быстро вынимая свой мобильник, опираясь спиной на стену.

Элиотт

Убей меня сейчас же

Он отвечает почти мгновенно Все так плохо хах?

НАИХУДШАЙШЕ На самом деле, он очень милый, не знаю что делать, не хочется разбивать его сердце:(

Лука ощущает, его ладони вспотели, когда желчь поднялась к его горлу. Лука Лалльман, еж всех ежей, король прокрастинации, любитель чая с молоком, теперь разбиватель сердец я-

Хорошо копировать игру престолов и думать, что это может стать оправданием не вытаскивать меня отсюда!!

Позвоню через 10 минут Лука аккуратно кладет телефон в карман и идет к месту, где сидит Габриель, стараясь изо всех сил не показывать свое огорчение. Это приводит его к заключению, что Габриель довольно невнимательный - тип, который он знает. Он выбрасывает мысль из головы, здесь нет вины Габриеля. Но он все еще не может перестать думать, что если бы Элиотт был здесь, он бы заметил, что с Лукасом что-то не так, в ту же минуту, как они сели рядом. Габриель пытается вовлечь Луку в беззаботный разговор, а Лука не может заставить часы идти быстрее. Это нечестно, то, как время медленно движется, когда ты хочешь, чтобы оно ускорилось, и ускоряется, когда ты хочешь, чтобы оно остановилось. Десять минут – долгая, мучительная боль. И Лука не может сказать, проходил ли он через что-то более болезненное. И когда он думает, что уже начинает разлагаться, его телефон звонит. Лука почти подпрыгивает и видит имя Элиотта, вспыхивающее на экране, и это немного успокаивает его. - Мне нужно ответить – он говорит Габриелю, который вежливо кивает. Лука не уходит, потому что он думает, что Габриель должен тоже это увидеть. И его живот болит из-за того, что он должен сделать с Габриелем. - Алло? – он слышит тихое «подыгрывай» и голос Элиотта наполняет динамик. - Мэгги в больнице. И Лука хочет смеяться, но он заставляет панику вспыхнуть на его лице и голос зазвучать высоко. Он говорит ему стоять у фасада, и что он скоро будет там. Элиотт тихо смеется, звуча как музыка в ушах у Луки. Габриель смотрит обеспокоенно, и Лука чувствует себя ужасно. - Прости, я должен идти. Моя ах… тетя в больнице. И Габриель кивает. -Да, конечно. Хочешь чтобы я по… -Нет, нет! Я не позволю тебе разрушить свой вечер из-за меня. – Лукас встает, оставляя деньги на столе. - Ты не долж… Начинает Габриель, но Лука прерывает его снова, - Я хочу. – Это меньшее, что он может сделать так или иначе. И он уходит, смс Элиотта высвечивается на мобильном. Я здесь. И Лука никогда в жизни не торопился настолько быстро. Вступая в ночь, он ищет высокого парня, глаза впиваются в каждого, идущего мимо. -Эй – Лука поворачивает голову, находя глаза Элиотта, и улыбается ему. Лука улыбается своей улыбкой, замечая, что каким-то образом Элиотт поднимает его настроение. Они продолжают идти, растворяясь в гармонии друг друга. -Мог придумать какое-нибудь другое имя, помимо имени моей мертвой рыбки? Лука поднимает свои глаза на него, и его улыбка почти ослепляет Луку. Ночь тиха для всех других людей, что сейчас на улице, но для Луки она полна симфоний Элиотта, его глаз, его тепла. -Дай мне отдохнуть, – он посмеивается – я вывел тебя отсюда. И Лука вздыхает, снова чувствуя себя ужасно. Врать – никогда не было просто для него, но как-то, проводя время с Элиоттом, он научился врать как профессионал. -Чувствую себя ужасно. Элиотт вешает свою руку на плечи Луки, уводя его в направлении автобусной остановки. – Пошли со мной, - он говорит, кусая свою нижнюю губу, - я знаю, что взбодрит тебя.

***

Пять минут непрерывного надоедания Лукаса Элиотту, прося сказать ему, куда он его ведет, и они стоят напротив круглосуточного супермаркета. Лука не может сказать, что он удивлен, Элиотт славится своими безумными идеями. -Супермаркет? Так ты хочешь взбодрить меня? И Элиотт застенчиво улыбается, губы изгибаются как лепестки, Лукас очень хочет их потрогать, чтобы ощутить мягкость. – Закупаться весело! Ну, Лука так не думает. Его тревожная задница всегда забывает сделать список и затем продолжает обламываться посреди магазина. – Я не согласен с тобой. - Тогда мне нужно переубедить тебя. Утверждение вырывает смешок из груди Луки. Элиотт никогда не выглядел настолько уверенным. И из-за этого Лука соглашается. -Окей. Тогда веди. Они выбирают тележку, и Элиотт начинает двигаться по направлению к полкам со сладостями, заставляя Луку остановить его. Он начинает отодвигать тележку по направлению влево, где находится секция с овощами. -Мама всегда говорит, что сперва необходимое. Элиотт прелестно надувает губы, и Лука смеется, почти сдаваясь. Они движутся сквозь различные стенды с овощами, и Лука заставляет Элиотта выбрать брокколи, цветную и обычную капусту, несмотря на то, что старший жаловался на то, как сильно он ненавидит эти проклятые вещи. И Лука никогда бы не догадался, что выбирать овощи в супермаркете в девять часов вечера может сделать его настолько счастливым. Он все еще находит себя хохочущим вместе с Элиоттом над тупыми украшениями салатов и шутками про томатный кетчуп и над различными анекдотами про студенческую жизнь Элиотта. Суть в том, что Лука встретил Элиотта на его втором году обучения в школе, когда Дафна попросила его закрасить граффити в фойе. Он не знал что она также наняла другого человека для работы. Лука не мог бы догадаться что этот человек, который непреднамеренно заставлял Луку чувствовать себя тупым из-за его познаний в искусстве, станет значить для него так много за такой короткий промежуток времени. И после этого Элиотт быстро вплелся в его жизнь и стал частью его круга, заставляя Луку влюбляться в него со скоростью меда, стекающего с ложки. Элиотт не знает о его чувствах, так же как и не чувствует к нему ничего подобного (Лукас догадывается об этом), и если покупка продуктов после ужасного свидания – ближайшая из возможностей побыть парой – он в деле. Лукас, к своему большому удивлению, видит, как струйки воды начинают орошать овощи. – Элиотт, что происходит? Элиотт смотрит на него и улыбается. - Они так делают. Это мини-дождь, чтобы овощи оставались свежими. И Лука может сказать точно, что он не видел или не слышал ничего подобного раньше. Он все еще переваривает информацию, когда частично громкий звук гремит громовым эхом сквозь магазин, заставляя его вскрикнуть и повиснуть на руке Элиотта. Его смешок заполняет уши Луки, и он чувствует, как кровь достигает его щек, согревая их. -Не переживай, это просто записанный звук, чтобы добавить эффектности. Они вытаскивают тележку из секции, Лука все еще держит руку Элиота. Гром страшит его даже больше темноты. Лука отпускает руку Элиотта, когда они подходят к следующему отделу: сладости. Улыбка изгибает губы Элиотта, когда он видит, что Лука все еще дрожит. Последний мягко подталкивает старшего локтем, не спускающего улыбки со своих губ. -Заткнись и делай свою работу. Элиотт сгребает почти весь шоколад с полок в тележку, и если бы Лука не упрекал его каждые две секунды в его гниющих зубах и всегда присутствующей угрозе диабета, Элиотт скупил бы весь предложенный магазином ассортимент шоколада. Серьезно, мальчишка употреблял шоколад как воду. - У тебя уже есть два батончика Сникерс! Тебе не хватит зубов, чтобы съесть все, что ты купишь. -Но Лука… -Элиотт, нет! Скулеж Элиотта наполняет воздух, пока они выбираются из секции. Лука не позволил купить ему больше двух шоколадок каждого вида. Он продолжает жаловаться, что Лукас оставляет его без топлива. Тот посмеивается, вставая на носочки, чтобы разгладить линии, образовавшиеся на лбу Элиотта. -Это твоя вина. Ты решил взять меня с собой. Со своего ракурса, Лука может увидеть чистый зеленый в глазах Элиотта, замечая, как зрачки рассыпали разноцветные пигменты, которые как маленькие звезды образуют собственные галактики и вселенные, которые Лука очень хочет посетить. Лицо Элиотта смягчается, когда Лука отступает, мягкая улыбка робко играет на губах. - И что ты думаешь? Он знает, что Элиотт спрашивает его о вещах, которых он сказал раньше. Тогда мне нужно переубедить тебя. Лука пожимает плечами. - Та часть с громом забавной не была. Но та, в которой ты сражался за шоколад, который я не позволял тебе купить – да! Улыбка Элиотта ни на секунду не покидает его губ. -То есть, ты подтверждаешь, что это забавно? -Очень. – Лука причмокивает губами – Честно говоря, тебе нужно начать встречаться с кем-то, так что я смогу предупредить их о твоих ужасных идеях, касательно подбадривания людей. Лука шутит, и конечно Элиотт знает это. Мягкая улыбка скользит по его губам, первая капля дождя мягко приземляется на землю. -Но нет никого, кого бы я хотел взбодрить. Помимо тебя. И сердце Лукаса может выпрыгнуть из его груди, потому что оно бьется с огромной силой. Лука боится, что Элиотт может услышать со своего места. Забыв, что они стоят посреди супермаркета, Лука упивается мягкостью Лица Элиотта. Серьезно, как он может говорить такие вещи и выглядеть так, и не ожидать от Лукаса, что он влюбится в него сильнее, чем раньше. -Эм… Спасибо? Элиотт посмеивается над ответом Луки, свет лампочки, горящей над ними, виден в его глазах. -Пошли. У нас еще много вещей осталось. Так они идут к следующему стенду за стендом с Элиоттом, толкающим тележку и Лукой, идущим рядом, его руки погружены в карманы джинс. Лука боится, что если он этого не сделает, то будет намного сложнее остановить себя от соблазна погладить черты лица Элиотта своими пальцами, и размышлений, как его кожа будет ощущаться под скольжением его пальцев - выступы его челюсти и мягкость его щек. Их плечи трутся друг о друга бесчисленное количество раз, и Элиотт останавливается, чтобы выбрать между двумя видами хлопьев с прилавка. -Ты не любишь эти – говорит Лука, подняв брови, сосредотачиваясь. -Но ты любишь, - отвечает Элиотт, глаза бегают и губы чуть кривятся, - это для тех случаев, когда ты остаешься на ночь. Я думаю, с хватит с меня заставлять тебя есть мои хлопья, когда тебе они очевидно не нравятся. И сердце Луки почти выпрыгивает от мысли, что Элиотт заметил, что ему не нравится. -Ну, спасибо тогда. То же самое с остальными вещами. Элиотту нравится обычный йогурт, а Луке со вкусом клубники. Так что Элиотт покупает оба. Лука, будучи королевой драмы, уже несколько раз ранее жаловался Элиотту, как он постоянно кормит его полуфабрикатами , когда Лука приходит. Элиотт напоминает ему об этом, пока наполняет тележку необходимой едой. -Ты постоянно жалуешься на мои пищевые привычки, так что ты сделаешь мне пиццу с нуля, когда мы придем домой. Домой. Лукас думает об этом, когда они все перепроверяют. Дом, мозг Луки цепляется за слово. Сперва д, потом о, и потом м.Оно повторяется снова и снова, и когда пожилая дама за кассой смотрит на них своими добрыми глазами, и Лука замечает, но никак не может заставить себя поправить ее, когда она говорит: -Наслаждайтесь оставшейся ночью. Элиотт благодарит ее и Лука кивает, помогая ему, держа два пакета в руках, пока Элиотт держит остальное. С точки зрения человека не вовлеченного, Лука верит, что они могут выглядеть как пара, совершающая покупки вместе. Они могут выглядеть как пара из-за того как близко они идут, и как часто их плечи трутся друг о друга, и как Лука смотрит на Элиотта так, как будто он причина по которой небо выглядит настолько красиво. Будь проклят Лука, если его сердце не разрывается при мысли о том, как будет делать это же с Элиоттом каждую следующую неделю или месяц, и как после этого они оба будут пытаться готовить еду вместе в их собственной общей квартире. Лука почти может видеть, как это происходит, чувствовать, как его мир останавливается на секунду. Элиотт и Лука, Лука и Элиотт, ЭлиоттЛука, ЛукаЭлио….. Но Земля все еще вращается, и ночные любовники поют свои песни, и звезды все еще светят, и Лука все еще верит. Если Лука будет верить достаточно сильно, это может почти случиться. Если Лука верит достаточно сильно, это правда.