Слепец

      В столице Огня была дождливая погода. Нет, не было грома и молний — лил обычный, средний дождь, немного нервируя жителей своим постукиванием по крышам огненного цвета. Простой, обыденный дождь был далеко не обыденным явлением для жителей столицы, которая располагалась в самом жерле вулкана. Иногда накатывал шторм, иногда — буран. Но зачастую стояла жаркая или, максимум, прохладная погода. Но вот средней интенсивности дождь — редкость. Жители даже считали такую погоду предвестником бед.       К несчастью всей нации, в ту ночь это оказалось правдой.       У Лорда Огня Озая и Леди Огня Урсы родился прямой наследник престола. О его печальной судьбе стало известно на всю страну на следующее же пасмурное утро — ребёнок родился слепым. Это вызвало неоднозначную реакцию: Редкие группы жалобно сетовали на нового наследника, а вот многие были возмущены. Некоторые особо резвые личности предлагали убийство, но таких радикалов быстро устранили «при неизвестных обстоятельствах».       Многие слуги дворца в ту ночь рождения принца надолго запомнят реакцию родителей. Когда младенца впервые показали матери, она лишь печально промолвила:       — О, Агни… За что?       Уловив нотки отчаяния в голосе жены, Озай мгновенно выхватил ребёнка. На него вместо ожидаемого золота уставился холодный утренний туман в глазах младенца. Несколько долгих минут отец смотрел на сына, а затем брезгливо положил его на кровать.       — Какое разочарование, — в тишине эти слова отразились как удар молота о наковальню — неожиданно, резко, больно. Урса не выдержала и заплакала. Вслед за ней зарыдал и ребёнок, и служанки засуетились.       Что удержало Озая от того, чтобы убить сына и избавить его тем самым от ненужных страданий? Никто не знает. Может, в нём тогда ещё были остатки человечности. А может, причина крылась в чём-то другом. Несмотря на кажущееся спокойствие, Лорд сразу отправился в тренажёрный зал. К утру от того помещения почти ничего не осталось. В это время ребёнок лишь плакал и плакал. Темнота пугала его, как и тьма его будущего пугала Урсу.       — Тише, принц Зуко. Сын мой, я здесь, я с тобой…

***

      Оглушительный раскат грома вырвал Зуко из сна. Он резко встал и привычно прислушался. От его движений ветхий сарайчик, в котором он заночевал, пошатнулся, и через множество трещин на крыше покапала вода, затекая за шиворот. Неприятные холодные дорожки поползли по спине, вызывая табуны мурашек. Ливень стремительно продолжал стучать по дереву, громким эхом отражаясь в ушах. Запах плесени вперемешку с озоном щекотал нос, а ветер, почти насквозь продувающий здание, в котором Зуко с трудом уместился, пронизывал тело, заставляя зубы стучать от холода раннего весеннего утра.       Разочарование.       Первым делом он открыл уже давно опустошённый бурдюк и повесил на дверь. Водоёмов он уже два дня не встречал, а пить хотелось очень сильно. Оставив бурдюк, он вышел под бушующий дождь и ветер. Снова прислушался. Никого. Так и должно быть. Нет людей — хорошо, просто отлично. Да и никто в здравом рассудке не станет разгуливать в такую погоду. Это был гром. Зуко был слишком на нервах. Они у него в последнее время словно оголены — раздражаются даже от простого ветерка. Голод и жажда терзали, но опальный принц выдерживал — он сказал дяде, что уходит на поиски себя. Так просто он не сдастся. Никогда не выживал в одиночку? Никогда не поздно научиться. Пора быть самостоятельным, а не мальчиком рядом с дядюшкой!       Разочарование!       Зуко с силой дал себе пощёчину. Не время для воспоминаний и отчаяния. Он с удовольствием подставил лицо под дождь, сняв повязку, закрывающую половину его лица. Капли дождя агрессивно били по загрубевшим шрамам, но Зуко было плевать — он любил дождь. Он родился в дождь и спал спокойно только под его шум, под мрачное завывание порывистого ветра, пробивающегося сквозь оконные створки дворцовых покоев. Редкие порывы ветра колыхали его простолюдинскую одежду — вот и чистящие процедуры впервые за всю неделю.       — Шрамам, как и коже, тоже нужен воздух. Так они станут выглядеть лучше. Снимите вы уже эту повязку. Ну же, принц Зуко! — говорил дядя, когда обычно они оставались одни.       Но Зуко лишь сильнее сжимал зубы и качал головой. Эти два пожизненных клейма, изуродовавшие его вдобавок к слепоте, указывали на него как на изгнанника. А теперь он ещё и предатель. Как он мог повестись на сладкие уговоры Азулы?       «Отец тебя простил и хочет видеть…»       Да плевать Озаю на своего сынка! Приказал Азуле схватить его, дабы не позорить королевский род. Теперь он не просто изгнанник — он предатель, за его голову и голову дяди назначена награда, а его портрет, скорее всего, висит на одной доске с жалкими головорезами и шайкой Аватара.       Аватар. Он не смог его поймать. Он был уже в его руках, но та девчонка одним ударом смела его, как какую-то муху! Он скитался по северному морю, питаясь сырыми птицами и рыбой, и вместо отдыха получил клеймо предателя и государственного преступника. Азула права: Он жалок и беспомощен. Отец отказался от него с самого рождения, стоило ему взглянуть в глаза Зуко. Он слаб, слеп и ни на что не годен.       Как же всё достало!       Звук от очередной пощёчины пронзил воздух и тут же затерялся в ливне. Не то время. Зуко зашёл в своё временное убежище, надел повязку и забрал уже наполненный бурдюк. Ливень начинал помаленьку стихать, а передвигаясь в такую погоду, вряд ли встретишь кого-то. Он любил дождь ещё и потому, что его зрение в ливне улучшается. Он не видит глазами, но не слеп — он видит ушами с рождения. Отличный слух — вот его преимущество. Зуко прекрасно воспринимал все звуковые волны, отражающиеся от любой поверхности. Так он видел. Капли дождя создавали бесплатный источник постоянного шума — они стучали по всему вокруг Зуко, создавая звуковое отражение предметов. А ветер помогал, донося до ушей даже самые далёкие «предметы». Максимум его зрения при хорошем ветре и дожде составляет примерно сто метров. В спокойную погоду — не более пятидесяти.       Возможно, только благодаря этим особенностям он так любил дождь и ветер. А может, просто потому, что так надо. Так лучше. Спокойнее.       Грязь противно хлюпала под промокшими сандалиями. Вода стремительно проникала сквозь его дешёвую краденую одежду, а ветер заставлял постоянно дышать. Дыхание Дракона. Внутренний огонь, как его учил дядя. Просто дышать. Вот уже пять дней он без своего постоянного сопровождающего. Это один из немногих случаев, когда после изгнания они расставались. Этот случай по времени побил все прошлые рекорды. Такой факт немного грел гордость — конечно, он слепой, а выживает уже целых пять дней — но тревожные мысли не покидали голову. Впрочем, как и всегда. Как он без него будет? Ищет ли он своего племянника или просто сидит в той же пещере, где Зуко его оставил, и неизменно пьёт свой чай? Зуко оставил много денег, которые украл у богатых торговцев. Красть у них оказалось намного легче, чем он предполагал, — вид злобного духа без лица всех вводил в оцепенение, а холодная сталь не давала забыть о весьма щедрых пожертвованиях. А не то злой дух проявит свою тёмную сущность.       Зуко усмехнулся, вспоминая ощущения от грабежа и, увернувшись от тяжело летящего шершня, пошёл дальше сквозь дождь. Да, он крал только чтобы дяде было хорошо и удобно, но в то же время чувства от кражи были непередаваемые. Ощущение вседозволенности и небывалой свободы пьянило и застилало разум. Он прятался в деревьях у торговых дорог, в нетерпении застыв, как подобает невозмутимому духу. Звук дорогих телег разительно отличался от звуков бедных. На бедных он никогда не нападал, да и встречались они редко. А вот напыщенные, шикарные колесницы с щедро смазанными колёсами, набитые ценным товаром и сундуками с золотом, с жирным торговцем проезжали не в пример чаще.       Удивительно, как других разбойников ещё не завелось на той дороге.       Когда он облачался в одежду Гисо Ками — злого духа, он словно мгновенно забывал о том, что он принц и покоритель Огня. Нет, он — слепой дух, карающий, по слухам, чёрт-те знает за что. Но ему не нужно объяснять, что богатые всегда с грешком. По крайней мере, большинство. К тому же, он облачался в духа не только ради грабежа. Раньше, поскольку ввиду его изгнания он не имел права присутствовать на территории Народа Огня и в его колониях, он в таком образе разведывал политическую ситуацию в стране, крал важные документы, учился создавать ссоры и скандалы, заводить интриги для создания благоприятных условий для своего корабля и экипажа. Конечно, особенно в интригах он не был мастером — тут Азуле не было равных, но он старался. В одну из таких вылазок он спас Аватара. Естественно, только для себя. Правда, это вышло ему боком. Точнее, взрывом на собственном корабле и предсмертным состоянием.       Но Зуко было необходимо, чтобы дядя ни в чём не нуждался. Он просто заботился о нём. Но почему же его уход так походил на простой откуп? На предательство? Зуко хорошо чувствовал настроение и чувства собеседника — от дяди тогда веяло печалью и даже неким раздражением. Но Зуко всё же ушёл. Ему просто надо побыть одному. Просто собраться с мыслями.       Но чем дольше он был один, тем больше он понимал, что без постоянных дядиных слов он всё сильнее и сильнее теряется. Предатель он, кронпринц или всё ещё изгнанник? Он вернётся домой? Или нет? Чего он на самом деле хочет? На все эти вопросы у него уже давно заготовлен ответ. Ещё с самого порога дворца, с того самого дня, когда он был изгнан, когда был там последний раз. И в то же время какой-то голос в глубине сознания тихо, медленно, но верно подтачивает устоявшиеся убеждения. И всё больше он удивлённо подмечал, что голос этот в основном приобретает нотки голоса дяди. Он — законный наследник престола, он — принц Зуко, он вернёт свою честь, поймав Аватара.       Зуко в изнеможении ухватился за тряпичный хвостик банданы, которая покрывала волосы и шрамы на лице. Как же он устал. На протяжении трёх лет он повторял себе это как заведённый, как мантру, молитву. И сейчас, уже имея за плечами горький опыт постоянных поражений, монументальные фразы в его мозгу безжалостно атаковались острыми лезвиями сомнения и отчаяния. А тут ещё и голос дяди в голове, где его подбадривания и наставления внезапно принимали скрытые формы изменения его убеждения. Стань добрым, смирись, откажись от верности Хозяину Огня, живи простой жизнью и другой бред.       Как же всё достало.       Дождь начинал заканчиваться — где-то вдали, вероятно, выглянуло солнце, так как температура ветра едва заметно изменилась. Вот и анализ местности осязанием. Дождь уже не так явно обозначал предметы, и Зуко немного сбавил шаг. Самым ценным предметом на его пути была карта — с тончайшими выпуклостями, пометками и толстыми надписями — он знал её почти наизусть. Не зря он упорно учил письмо и географию, несмотря на то, что отец устыдился отправлять его в Академию. Он многому научился с мамой. Она помогала ему всегда, до последней секунды, пока однажды ночью она не попрощалась с ним и не бросила его навсегда.       «Никогда не забывай, кто ты».       Забудь. Сейчас он просто двигался на юго-восток. Шёл, размышляя и ища себя. Но чем больше размышлял, тем больше он понимал: без дяди тяжело. Но когда ему было легко? На этот вопрос, немедля ни секунды, Зуко кивнул. И упрямо продолжал движение, постукивая своим неизменным посохом. Он никогда не был оптимистом, но упрямцем — ещё каким. Если духи пытаются навязать ему свой сценарий, то он обязательно будет действовать так, как посчитает нужным. Несмотря ни на что.       Природа вступала в свои права — Зуко всё чаще ощущал на себе лучи рассвета, порывы утихающего ветра, доносящего пение птиц и шевеление листвы. Ощущал запахи леса — свежесть, немного сырости древесины и едва заметные запахи пары животных, проходивших ночью неподалёку. Вот совсем близко пролетела котосова, обдав его лицо потоком утреннего воздуха. Очередной шершень врезался в место, где должен быть глаз, но была ткань. Словно ругнувшись, шершень прерывисто зажужжал и полетел дальше. В небе, где облака стремительно отступали, пролетела одна-другая стайка птиц. В кустах испуганно подпрыгнул суркозаяц, слишком поздно заметив тихую поступь Зуко, стряхнув множество сухих листьев. Весна разогрелась, постепенно уступая место жаркому лету. Но не такому жаркому, как в Стране Огня. Время идёт, жизнь движется, а он застыл в собственной верности, сомнениях, страхах и невозможности вернуть свою честь. Он застрял. Духи.       Его ноги вступили на более каменистую землю. Значит, до развалин города Таку идти не более одного дня. Селений на пути быть не должно, согласно карте. Если только он не собьётся с пути на юг и не попадёт во владения крепости Похай. Только Ю Янь лучников ему не хватало. Воспоминание о том, как он спас Аватара из рук Джао, прорезало его воображение. Слепой полумечник пробрался в самую охраняемую крепость Народа Огня. Он безумен. Ну, и не так плох, как кажется.       «Тебе всего лишь повезло родиться».       Удача обычно не на его стороне. Но он на неё никогда и не полагался. Не с его везением, не с его любовью духов постоянно втыкать железные иглы под колени и порой замахиваться железным ломом по его голеням. И тем не менее у него получилось. Не совсем гладко, но всё же.       Внезапно интуиция ударила в мозг — все чувства обострились. Он перестал постукивать палкой перед собой, приложил ухо к земле. Ногами чувствовать вибрации он не мог — слиться с землёй никогда не получалось. У него слишком буйный темперамент для этого. Он уловил едва слышимые шаги и сразу понял, что столкнулся с покорителем Земли. И причём сильным, раз тот импульсом магии мгновенно обнаружил его.       Как бы иронично это ни звучало, но не успел он и глазом моргнуть, как земля сковала его по шею. Сильно. С намерением придушить. Земля всё уплотнялась, намереваясь превратить его в измельчённые драконьи хлопья. Он испытал головокружение — все чувства разом подвели, дышать уже было невозможно. Земля приподняла его на несколько ярдов вверх.       — Попался!       Нет времени. На кону стояла его жизнь. Он применит Огонь. А раз так, то ему придётся убить.       «Предатель, покоритель огня не оставляет свидетелей».       Концентрация своей внутренней ки — жизненная энергия человека — и дыхание — земля разлетелась множеством обугленных кусков. В полёте уже сформировалась огненная подсечка. Лёгкое касание земли, и Огонь уже был на пути к противнику. Полное приземление, и он услышал пронзительный крик агонии. Формирование привычного шара Огня, и… его пронзило понимание. Он ровно вздохнул под звуки отчаянных всхлипов и потушил занесённый огонь. Перед ним ребёнок. Он ударил ребёнка. Сжёг ему ноги, скорее всего. По голосу и размерам — вероятно, его ровесница. Разрываясь между желанием прикончить девочку и избавить её от страданий, и желанием помочь ей, он быстро подошёл к ней. Девочка не двигалась, только рыдала. Видимо, болевой шок.       Помочь или добить?       Азула не стала бы колебаться. Помогать — удел слабых. Ну почему он отличается?! Он тоже потомок Созина! Почему он не может быть хоть чуточку жестоким?       Не могу.       Он тоже перестал колебаться. Он ей поможет.       Самая дурацкая идея за всё моё изгнание. Помочь девчонке Царства Земли, которую собирался убивать. Идиот. Без сомнения.       Зуко опустился на колени и быстро составил образ девочки — легонько коснулся её пыльной щеки, всклоченных волос и ступней. К его удивлению, девочка отделалась лишь сильным ожогом ног. У него есть бинты и немного мази, но волдыри были серьёзными. Тут нужен хороший целитель и лекарства. Тех, что дядя накидал в его сумку при спешном расставании, не хватало. Кожа почти сожжена. Одно неверное движение — и конец кожному покрову. Дёрнувшись ещё пару раз, покорительница земли вдруг потеряла сознание от боли, едва пробормотав ругательства:       — Кох бы побрал тебя…       Его лицо настолько ужасно, что заберёт его Кох или нет — разницы большой не будет. Да и вряд ли такой дух примет в свою коллекцию то дерьмо, которое являлось его лицом.       «Медленно, осторожно», — строго повторял себе Зуко, аккуратно нанося мазь и начиная обматывать ноги ровеснице. — «Ты мог сразу понять, кто она. Мог бы подумать, прежде чем использовать такую силу огня. Ах, ну да. Я же ходячее слепое несчастье».       Закончив перевязку и, к своему мрачному удивлению, не порвав кожу раненой, он поднялся и начал думать. Город Таку. Заброшен. Крепость Похай — безумие. Была неподалёку деревенька Гайпан, но, как он знал из отчётов, деревенька разрушена. И там Аватар постарался.       Тут Зуко осенило. Точно, доклады! Разрушенный город Таку — множество колодцев с питьевой водой, много полезных трав, лягушки со странными эффектами и целительница на вершине горы.       На вершине горы.       Вашу ж мать!       Это будет тяжело. Ну, невпервой. Он бережно взвалил девочку себе на плечи и тяжело потопал, соблюдая курс строго на юго-юго-восток.       По шагу за раз.

***

      Это были трагичные роды. Лао Бейфонг был в этом уверен абсолютно. Роды у Поппи Бейфонг, как это всегда бывает, начались невовремя, неожиданно.       Это была обычная прогулка по рынку Гаолиня, когда Поппи со служанками закупали различные украшения и сувениры, привезённые издалека. Возле очередного прилавка её и прихватило. Сильные спазмы сковали всё тело, беременная женщина кричала и в то же время открывала рот от шока. Конечно, она понимала, что нужно было сидеть дома и спокойно ждать родов, но как уж тут усидишь на месте столько долгих месяцев! Хотела снова почувствовать ритм жизни на рынке — получила, расписалась.       Роды проходили… затруднительно. Врачи делали, что только было в их силах, но рождение постоянно шло с какими-то препятствиями и проблемами. Обошлось не всё — девочка родилась слепой. Это оказалось сильнейшим ударом для родителей — они надеялись увидеть достойного наследника, который продолжит их торговое дело, но нет. Девочка родилась абсолютно слепой, а вдобавок к этому врачи сказали, что Поппи больше не сможет родить. Как будто духам и слепого ребёнка было мало.       — И всё же я сделаю из неё прекрасную леди, — сказал тогда Лао Бейфонг. — Несмотря на слепоту.       Это были трагичные роды.

***

      За всё время своих скитаний она не раз встречалась с покорителями Огня. Конечно, она и не нарывалась, но несчастные случаи происходили. Но даже тогда она не прибегала к крайним мерам и не раскатывала врагов в лепёшку, хотя и могла. Очень даже. Но всё равно пошли слухи о некой неуловимой девочке-маге Земли. Она слышала о них. Нечасто, но в какой бы город она ни вошла, рядом с доской розыскных плакатов всегда говорили о её скромных подвигах. И возмущались — девочка, и маг Земли! Где ж это видано? Это неприлично!       «Ты должна быть благородной леди. Никакого серьёзного покорения».       Зубы сводило от бессилия. Она — покоритель, учащийся у самих кротобарсуков, и её ограничивают детскими приёмами! Она же способна на большее! Она же говорила. Но её не слушали.       Побег был просто вопросом времени.       Вот уже две недели она выживает. Денег прихватила много — на продукты хватает. Но когда-нибудь они закончатся. Поэтому она всё чаще стала сворачивать с главных дорог и городов, дабы научиться выживать в лесу. Получалось… не очень.       Хотя бы потому, что одним утром её сон прервали едва слышимые колебания. Можно было подумать про какое-нибудь животное, но кто ходит на трёх ногах? Когда она протёрла глаза, то поняла, что третья нога — это шест. И нет, это была не обычная палка. Как будто… Тоф не могла понять. Но что-то с этой палкой было не так. А ещё шаги — лёгкие, но ощутимые. Но за свою жизнь она ещё не встречала ни одного человека, который так мягко ступал. Походка тоже странная — правая нога слегка отставала. Почему? Тоф встрепенулась и встала во весь рост. Может, дух?       Может. Как он ещё мог услышать её в тридцати шагах, когда между ними была глухая роща? Тут она почувствовала, как человек приложил ухо к земле, чтобы почувствовать её. Кровь вскипела — это был покоритель Огня! Только они так делают, чтобы почувствовать приближение магов Земли. Ведь маги Земли всегда тяжело топают. Но она — не большинство. Она тихо приблизится и…       Маг Огня странно дёрнулся, как будто всё же непостижимым образом заметил её… — Медлить нельзя. Она простым движением заковала врага в столбы Земли. Это — почти завершающий приём. Земля подавляет Огонь. Глушит его. Маг Огня должен был просто обмякнуть. Надёжнее было его полностью погрузить в землю, однако она не убивает такими зверскими способами. А когда она подбежала и радостно крикнула: «Попался!» — она не думала. Была слишком самоуверенна. И заплатила за это.       Резким выдохом маг Огня разрушил её блоки и пропал из виду. Он был в воздухе! Она не могла его видеть… И он ударил. Быстро, безжалостно, как подобает покорителям Огня. Она начала было возводить земляной щит, но поздно. Огонь разрушил его зачатки и сильно опалил кожу на ногах и, что самое главное, ступнях. Она окончательно лишилась возможности ощущать мир. Нет, конечно, оставались руки, но хотя бы частично заменить ноги они не могли — она совсем не уделяла им внимания. В агонии она почувствовала приближение врага. Как же больно, мамочки...       Это её первый серьёзный ожог. И это ужасно. Кожа пылала словно поток огня и не прекращался. В агонии боли она, словно в тумане, ощущала почти невесомые прикосновения к ней, но было уже всё равно. Она теряла сознание…       — Кох бы побрал тебя…

***

      Тоф пришла в себя неожиданно. Просто в какой-то момент осознала, что может понимать всё происходящее. Боль значительно поутихла, ноги были перебинтованы, и кто-то тащит её на спине. Кто-то тёплый. Слишком тёплый для нормального человека. Маг Огня! Сразу же она попыталась вырваться, но разом вспыхнувшие ожоги тут же дали о себе знать. Тоф прикусила язык, дабы не расплакаться. Она не будет плакать рядом с покорителем Огня!       — Не рыпайся! — тяжело гаркнул человек. — Одно неосторожное движение, и целостности твоей кожи конец.       Тоф нервно сглотнула. Ноги — её глаза. Нужно быть аккуратной. Если бы только он не поджёг её… Гнев резко ударил в голову.       — Если бы ты не обжёг меня, то не пришлось бы и тащить!       — Если бы я сжёг тебя заживо, тогда не пришлось бы тебя тащить, — мгновенно возразил её враг.       Жесткая правда затолкнула обратно в глотку готовящиеся выплеснуться ругательства и возмущения. Как ни крути, она напала первой — никто не мешал ей просто быстро уйти. Но все маги Огня в округе наслышаны о ней, все настороже и в поисках её. Она не хотела выдавать своё местоположение. Как и сейчас не хочет идти с магом Огня… Стоп. А куда? Страшная догадка осенила её. В памяти вдруг возникли разговоры высокопоставленных дворян, которые обсуждали жестокости в армии Огня. Взятых в плен женщин, независимо от возраста, нередко пускали по кругу, а уж затем заточали в тюрьму. Или же отправляли в концентрационные лагеря.       — Только попробуй прикоснуться ко мне!       Маг Огня никак не отреагировал. Шёл медленным, размеренным шагом, словно заведённый.       — Слышишь, грязный маг Огня? Я — сильнейший маг Земли, и я не позволю…       — Заткнись, — резко прервал её мужчина. — Я несу тебя к ближайшему целителю.       — Так я и поверила. Отпусти меня сейчас же! — уже почти визжала она.       Маг Огня мгновенно остановился и аккуратно опустил её на землю. Он говорил спокойно, но раздражение всё же прослеживалось в его интонациях:       — Своими визгами ты привлекла внимание бандитов, которые бродят в этом лесу уже довольно долго, — окончание фразы он почти что прошипел. — Вот уж кто, а они точно пустят тебя по кругу!       Тоф пристыжённо замолчала. Пусть даже это разбойники из Царства Земли, плохие люди есть и среди её нации. Если, конечно, разбойники действительно здесь. Как же ненавистно ничего не видеть!       — Ты врёшь! — всё никак не могла успокоиться она.       — Тогда удачи, — спокойно сказал маг Огня, развернулся и пошагал дальше, постукивая своей странной палкой. Слухом она улавливала его ещё десять метров, а затем он пропал.       Круто. Просто прелестно!       Конечно, маг Огня мог говорить правду. Она не слышала явной лжи в его голосе. Вот были бы ноги в целостности, так она его сразу раскусила бы!       Хотя тогда она отправила бы его глубоко под землю. Навсегда. Никто не смеет нападать на величайшего мага Земли!..       Попытавшись перевернуться на корточки, Тоф сразу рухнула от дикой боли в ногах. В таком состоянии она едва ли может покорять. Тоф упрямо сжала губы. Нет, она не будет звать на помощь. Ничего, выберется. Как-нибудь.       Тут её слух уловил шаги. Незнакомые шаги. Тяжёлые. Как у мощного мага Земли. Затем ещё. И ещё… Тоф насчитала десяток людей. Не все из них были магами, но точное количество на слух она сказать не сможет.       — Все здесь? — послышался грубый голос. По ощущениям, самый главный и большой.       — Все! — немного весело ответили несколько голосов.       — Эй, Грог, смотри!       Тоф даже осязанием почувствовала, как десяток взглядов впились в неё.       — О-о-о! — загудели сразу несколько голосов. — Вот это подарок так подарочек!       — Смотрите, ребят, она слепая! — крикнул кто-то. — Ну, вот весело как проведём время! — она даже слышала предвкушающие потираемые ладони.       Шаги приближались. Тоф попыталась покорять руками, но боль в ногах сильно нарушала концентрацию. Голова кружилась, звуки смешались — впервые Тоф почувствовала себя полностью слепой.       — Тащим её на базу, парни! — крикнул главный.       — Ой, босс, да на хрен её тащить? Самая чаща леса — кто заметит? Ща мы её в кустики — и всё нормалёк будет!       — Чур, я первый!       — Оу, а лицо-то неплохое. Я у лица!       Крепкие руки жёстко подхватили её и дёрнули вверх. Горло сжалось от дикой боли и страха. Сразу же множество рук полезли срывать с неё одежду и лапать во всех местах — от этого начали накатывать рвотные позывы. В отчаянии она даже подумала о том покорителе Огня…       Все движения вдруг прекратились, и Тоф как мешок рухнула на землю, ругаясь и жалобно всхлипывая. Всё замерло.       — Эй, слепец! Давай, типа ты ничего не видел, не слышал, вали по-хорошему! — неуверенно крикнул Грог кому-то.       Тишина простояла ещё несколько секунд, а затем сквозь боль Тоф уловила еле слышимый звук стали, и всё вокруг взгомонилось.       Шум стоял сильный. Маг Земли едва различала людей, не говоря уже об их движениях. Но делали они определённо одно — сражались. Тела падали один за другим, звенел скрежет стали, крики в такт падающих отрубленных конечностей заставляли голову кружиться. Запах крови нещадно бил в нос, неприятно оседая даже на языке, отдаваясь в ушах. Только через минуту Тоф поняла, что она действительно слышит кровь — красная жидкость ручьём хлестала из тела, упавшего рядом.       Ещё через минуту всё закончилось. Маг Земли, скорее всего, единственный из банды, оказался никчёмным — он так же рухнул на землю замертво.       — Ну что? Убедилась? — в голосе Мага Огня, пришедшего на помощь, отчётливо прослеживалась ухмылка.       Тоф надулась.       — Тащи уже к своей целительнице… Кстати, а где она?       — Развалины города Таку, — ответил мужчина, и она снова услышала звук, как будто мечи кладут в ножны. Но у него в руках палка, чёрт возьми!       — Для Мага Огня унизительно использовать сталь, — ехидно бросила Тоф, когда её поднимали на спину крепкие руки. — И откуда? Я чувствовала у тебя только шест.       Маг Огня тяжело вздохнул. Видимо, она надавила на больную мозоль.       — Я не силён в покорении, — только и сказал он.       Тоф удивилась. Никогда ещё она не встречала мага, который за секунды мог разрушить Землю, но считает, что не силён? Хотя, это с кем сравнивать. Может, он пытается равняться на Имперских покорителей? Она слышала, что они обладают действительно несокрушимой силой.       — Ты не ответил на второй вопрос.       — И не буду, — резко бросил он. Категорично.       — А… — хотела ещё задать вопрос Тоф, но быстро захлопнула рот.       Я не буду узнавать его имя. Нет, это не нужно. Я не хочу вспоминать его после убийства. А я убью его, как только восстановлюсь.       Тоф встряхнула головой. Откуда такие кровожадные мысли? Никто не просил её рисковать, а он мало того, что не сжёг её до хрустящей корочки, так ещё и спас от поругательства своими же земляками и несёт уже неизвестно сколько времени по дороге к целителю. Хотя она и сомневалась, что в давно разрушенном городе найдутся целители, но и маги Огня вряд ли. Так что придётся поверить. Тоф мысленно перебирала в памяти последние события, и вдруг вспомнила забавный факт:       — Слушай, тот бандит назвал тебя слепцом. Как ты притворился?       — Я не притворялся, — раздражённо, но с какой-то горечью ответил он.       Тоф признала своё поражение. Её удивили как никогда прежде. Не Маг Земли, и расправился с бандой разбойников только мечами? А он не так прост, как кажется. Ла-адно, она же всё-таки леди. Нужно спросить.       — Кхм, это… а как тебя звать?       Маг Огня немного замедлил шаг, но уже спустя миг восстановил темп и выпалил:       — Кин.       Тоф усмехнулась. Не нужно стоять на земле, чтобы почувствовать обман. Ну, не хочет он называть своего настоящего имени, значит, и она не будет. Хотя, Стоп. Кин? Серьёзно?       — Зоркий? А ты, парень, самокритичен, — насмешливо сказала Маг Земли. — Ладно. Не хочешь говорить настоящее имя, значит, и я не буду. Моё имя… Эри.       — Да уж. Приз мне попался, конечно... — не замедлил саркастично бросить Кин.       — Да, — ухмыльнулась Тоф. — Слепой приз. Это будет весело.       Кин остановился всего на секунду, но, не сказав ни слова, продолжил движение.       Определённо не так прост, как кажется.