Об алкоголе, похмелье и других реальностях

Абсент горчил. Точно так же, как горчила жизнь Изаи в последние несколько дней. Недель? Месяцев? Казалось, он вовсе потерял счет времени, а тени за дверьми его квартиры с каждым днем подкрадывались все ближе и ближе. Еще секунда, две, три – и они точно начнут скрестись, шептать имя Изаи и звать его уйти вместе с ними. Изая в очередной раз обернулся на дверь, но секунды шли, утекали сквозь пальцы, а тени так и не приходили. Он опрокинул очередную стопку абсента. И когда обычный алкоголь перестал его брать? Любой другой уже свалился бы от половины бутылки такого ядреного пойла, но Изаи все было нипочем. Он лишь начинал слегка пошатываться, когда направлялся в ванную, чтобы холодной водой вытравить из сознания лишний дурман или лишние кошмары. Мысль про кошмары заставила Изаю горько усмехнуться. Все-таки было что-то символичное в том, чтобы пытаться накачать себя абсентом до беспамятства. Извращенный мазохизм пытаться влить в жизнь еще больше горечи, чем в ней имелось на данный момент. Словно Изая хотел узнать, где в итоге окажется тот самый предел, когда его сознание не выдержит, пошлет его к черту и отправится от него куда подальше. Ведь не мог нормальный человек вытерпеть столько издевательств над самим собой. Нормальный. Изая включил ледяную воду и залез в душевую кабину. Словно он был нормальным. Словно нормальные люди блуждают по ночам в лабиринте из непонятных улиц, пытаясь вспомнить кто они и почему здесь оказались. Словно нормальные люди просыпаются от собственного крика, захлебываясь ужасом и надеждой. Надеждой. Что среди всего этого ужаса, среди этих пустынных улиц наконец-то сумеют отыскать то, что действительно важно, ценно, нужно. Изая бродил среди отголосков собственных… Воспоминаний? Иллюзий? Желаний? Страхов? Он сам не знал, что именно видел во сне. Пустые улицы смешивались с пытками, порезами, невыносимой болью, словно с тебя заживо сдирают кожу. Хотя почему словно? Изая не видел во сне, что с ним делают, но вряд ли чувства его обманывали. Тогда бы он не просыпался и не начинал лихорадочно ощупывать все тело, чтобы убедиться, что проснулся целым. Конечно, это попахивало безумием, но даже после того, как он исследовал каждый миллиметр собственного тела, мысль, что он все равно не цел, не покидала его. Эти сны были кошмарами, сводящими с ума. Сны заставляли его запереться в квартире, глушить абсент. Пару раз он даже запивал им снотворное. Эти сны отравляли жизнь, но вместе с тем стали необходимостью. Изая хватался за боль и страх так отчаянно, словно лишь они одни могли вывести его к свету. Словно только они могли открыть ему правду. Правду, которую он забыл. Это и было безумием, ведь Изая помнил каждый день жизни. Он даже не знал, с чего вдруг эти сны пришли в его жизнь. Забыл. Забыл. Забыл. Это отчаянно билось в его сознании, что хотелось уже начать биться головой о зеленый кафель в ванной комнате. Кровь на зеленой плитке смотрелась бы довольно красиво. Во всяком случае, именно так казалось Изаи. Зеленая плитка, зеленый абсент, зеленое обжигающее пламя из… Другой жизни. Эта мысль так поразила Изаю, что он мгновенно протрезвел и поднялся с пола душевой кабины. Как он раньше не догадался? Забыть можно лишь то, что на самом деле никогда не проживал. То, что испытывал совсем не ты. Изая лишь усмехнулся и почувствовал, что тени отступают. Теперь он знал, что именно стоит искать. А если Изая задавался целью что-то найти, то ему ничто не помешает это сделать.