Дикая вишня

Хогвартс был совершенно не похож на Уагаду, но преподавать в нём Ираде нравилось. Как оказалось, ей вообще нравилось давать знания другим, а потом с затаённой гордостью наблюдать, как сначала неумело, а потом всё более смело, оттачивая мастерство, их применяют на практике. Окончательно это поняла некромантка в прошлом году, когда периодически Вишери просила занять чем-нибудь своих неугомонных учеников, чтобы те не искали лишних приключений на свои головы. Нет, как наставник слизеринка была внимательна и ответственна, давая своим ученикам те умения и знания, что пригодятся в будущем, но это не было в полной мере её призванием — насколько Прах знала свою подругу, сложись обстоятельства по-другому, она не стала бы брать учеников, не в ближайшие годы так точно. Пепел же была готова взять даже парочку личных учеников, помимо уже имеющихся семи курсов Хогвартса, и теперь присматривалась к тем, у кого тёмный вектор магии был ярко выражен. И кое-кто на примете уже был. — Профессор Аш! — слизеринец лучезарно улыбнулся, будто бы случайно выходя навстречу девушке из соседнего коридора. — Давайте я вам помогу. Некромантка в ответ улыбнулась едва заметно уголками губ и отдала Забини пачку свитков. Они не были такими уж тяжёлыми, но не в её принципах было отказывать, если кто-то искренне хочет помочь. К тому же именно этот семикурсник явно имел предрасположенность к некромантии и был одним из тех, кому она могла предложить наставничество. — Ваше последнее эссе по принципам построения проклятий было довольно хорошим, мистер Забини. Вы читали трактаты Алонна Сумрачного? — поинтересовалась Прах. Это было действительно интересно, потому что не каждый мог достать копии этих древних свитков, а ещё меньше кто мог продраться сквозь архаичный язык, которым они были написаны. — О, знаете, профессор, я нашёл копии трактатов совершенно случайно этим летом в библиотеке отчима и эта тема показалась мне довольно интересной, особенно тот раздел, где говорилось о мёртвых проклятиях. Я ведь правильно понял, что это уже пограничный раздел между Проклятиями и Некромантией? Они уже почти дошли до рабочего кабинета, примыкающего к покоям некромантки. Оставался всего один поворот и несколько метров, а тема, поднятая парнем, была достаточно интересна. Мастера мёртвых проклятий были всегда востребованы, но не всякие мастера некромантии могли ими стать. Как некролекарь, Ирада знала основы и могла обучить им, но дальнейшее обучение стоило продолжать именно у мастера этого направления. Всё же, Пепел была мастером общей некромантии и некролекарства. — Совершенно верно, это направление считается одним из ответвлений некромантии, — кивнула Прах, первой подходя к двери и снимая защитные чары. Судя по всему, во внутренних покоях её дожидался кто-то из подруг, но в кабинете было пусто, и она могла пригласить Забини. — Пергаменты можете положить на стол. Всё ещё сияющий слизеринец беспрекословно выполнил просьбу, пока Ирада внимательно осматривала его магические потоки. Предрасположенность к некромантии у парня точно была, это можно было сказать уже сейчас. — Если вас заинтересует это направление, то я могу подобрать некоторую литературу по этой тематике, — предложила Аш, наблюдая за студентом. — Я был бы счастлив, профессор, — Блейз улыбнулся совершенно открыто. — Тогда приходите в субботу после обеда, — ответила некромантка, уже зная, что можно будет дать ему почитать. — Идите, мистер Забини, опоздаете на ужин. — До свидания, профессор Аш, — слизеринец сверкнул тёмными глазами и скрылся за дверью, провожаемый внимательным взглядом Пепел. Определённо стоило попробовать дать ему основы, а потом посоветовать более опытного наставника. Кивая своим мыслям, Прах заклинанием заперла дверь и навесила парочку оповещающих заклятий, на случай, если кто-то из учеников решит наведаться к ней в кабинет, а сама прошла к неприметной двери среди стеллажей, за которой был вход в личные покои. В гостиной стояла темень, но едва ли это было девушке помехой — большинство некромантов уже на автомате накладывают на себя заклинание ночного видения, ведь ночь — их время. И всё же Ирада предпочла зажечь светильники, без особого удивления обозревая представшую композицию. — Не забывай, пожалуйста, о том, что призывы на территории Хогвартса под запретом, — спокойно напомнила она, проходя мимо кресел к одной из стен, где на небольшом столе у неё было всё подготовлено для варки кофе. Развалившаяся в одном из кресел Банафрит фыркнула, молча отсалютовала бутылкой вина и выпила прямо так, не размениваясь на бокалы. Судя по нескольким пустым бутылкам на полу, напивалась египтянка давно и основательно, оставалось только подивиться, как в неё столько вмещалось. — И что могло повергнуть тебя в такое уныние? — аромат свежесваренного кофе заполнил собой помещение, а некромантка опустилась в кресло напротив. Бафи грязно выругалась на родном языке и недовольно дёрнула ногой, перекинутой через подлокотник, но нужного эффекта не достигла. Прах молча сделала глоток и выгнула бровь, ожидая дальнейших пояснений. — Этот идиот запорол мне всю операцию на самом начальном этапе! — золотые глаза вспыхнули в возмущении. — Тоже мне, лучший вор столетия, называется. Павлин ощипанный он! Я несколько месяцев выстраивала стратегию с учётом всех особенностей, а он, видите ли, так не работает! Девушка со стуком поставила бутылку и разъяренной кошкой подскочила на ноги, перемещаясь по комнате из стороны в сторону. И вряд-ли кто-нибудь посторонний в этот момент мог сказать, что она была безнадёжно пьяна. — И как, скажите на милость, мне теперь достать эту демонову чашу из чёртова сейфа! Камикадзе искать что-ли?! На свои последние слова Банафрит насмешливо фыркнула и плюхнулась в кресло, как-то сразу сдаваясь и продолжая печальным голосом: — И Драко кто-то растрепал, что я принцесса… Что мне теперь делать? А если он не захочет быть со мной теперь? Египтянка громко всхлипнула и обхватила себя за плечи. — Ты говорила с ним об этом? — поинтересовалась Аш, зная, что сейчас подруге не нужны утешения, а лишь толчок, чтобы начать действовать. — Страшно. — Поговори. Возможно, ты придумала проблему там, где её нет. На крайний случай, насколько я слышала, Малфои никогда не упустят выгоды, тебе лишь стоит её озвучить, — Ирада сделала последний глоток кофе и отставила чашку. — Хотя мне кажется, что этого не понадобится, он уже согласен отдать тебе свои сердце и душу. На лице Бафи появилась столь редкая робкая улыбка. Она благодарно посмотрела на подругу и взмахом руки призвала свою чашку с кофе, что до этого под чарами стазиса стояла на столе у стены. Пряный аромат вновь заполнил комнату, а девушка стала вновь походить на себя привычную. — О, кстати, вновь о наших птичках, — золотые глаза заискрились, а губы растянулись в заговорщической улыбке. — Это так забавно, наблюдать за этой гриффиндорской парочкой. Прах молча приподняла брови, выказывая своё непонимание, о ком идёт речь. — Ну друзья Невилла, младший Уизли и Грейнджер, — пояснила египтянка. — Они такой шухер в Министерстве устроили, это надо было видеть! Мне когда воспоминания слили, я смеялась до икоты. Вот уж любит их удача. Кстати, об удаче… Банафрит зацепилась за какую-то мысль и замолчала. Было видно, как быстро она просчитывает новые варианты и они ей, несомненно, нравятся. — Демоны, если это действительно сработает, сама сознаюсь во всем Драко, — наконец выдала девушка, предвкушающе улыбаясь. Её глаза сияли неподдельным энтузиазмом, а сама она была готова сорваться с места в это же мгновение, чтобы начать воплощать свою идею. — Надо поговорить с Вишенкой. — Кстати, как она? — А? — Бафи резко вынырнула из своих мыслей. — У Ви всё хорошо, переговоры с гильдией прошли успешно, они готовы будут провести экзамен на мастерство. Так что нам осталось разобраться с чашей, и всё будет прекрасно. Она поднялась на ноги, счастливо улыбаясь, вполне твёрдой походкой подошла к подруге и пакостно чмокнула её в нос. Прежде чем некромантка успела хоть что-либо осознать, пятнистая кошка уже скрылась в неизвестном направлении. Ираде оставалось только молча прокачать головой и приняться за уборку в гостиной.

***

К Хэллоуину Забини светился как начищенная лампа джина, уже почти раздражая весь факультет своим счастливым лицом. При этом он продолжал всё так же доставать окружающих своими восхвалениями профессора Аш и на каждом её занятии был готов ответить на любой вопрос. — Кажется, он совсем сбрендил на почве любви, — как-то проворчал Малфой и даже его извечный противник Нотт был вынужден согласиться. — Даже жалко его немного, — Дафне Гринграсс не было чуждо сострадание. — Профессор не замечает его стараний. — Или наоборот, наконец заметила и поощрила, иначе чего он такой довольный ходит, — едко заметила Паркинсон и в чем-то с ней можно было согласиться. Сидевший здесь же Сай хмыкнул, а Драко вопросительно на него посмотрел. Теодор Нотт же едва заметно скривился. Он никогда не сознается в этом, но отметелили его двое второкурсников в начале года знатно, и связываться с этой бешенной парочкой у него желание отпало. Когда всё внимание сосредоточилось на мальчишке, тот всё же озвучил ту информацию, которую узнал буквально пару дней назад: — Она его в ученики взяла, ей как мастеру-некроманту положено обучить хотя бы парочку. Так что скоро Забини ещё и ночевать в комнате перестанет — таскаться ему по кладбищам с профессором Аш ближайшие пару лет. — Неужели он скоро умертвий поднимать будет? — Астория Гринграсс была в отличие от сестры более любопытна. — Скорее уж лопатой махать, — счёл нужным сказать Малфой, зная Прах достаточно для того, чтобы с уверенностью утверждать, что самому Блейзу умертвий доверят нескоро. В этом с Вишери в обучении они были солидарны — сначала теория и контроль сил, а потом уже практика. — Действительно, остаётся только посочувствовать, — всё также язвительно хмыкнула Панси. — Не стоит, — голос обсуждаемого Забини стал полной неожиданностью для всех. — Ради такой девушки я готов перекопать целое кладбище. Он солнечно улыбнулся и ушёл, и каждый из присутствующих подумал о том, что ушёл он искать некромантку. — Точно псих, — заключила Паркинсон и на этом разговор был исчерпан. К тому же всеобщее внимание перетянул разразившийся скандал на хэллоуинском балу в министерстве.

***

То, что встреча с Пожирателями неизбежна, было понятно ещё с самого начала, когда они начали пытаться связаться с единственным на британских островах известным магом крови. И в чем-то Бафи с Ингой были правы, что встреча эта должна была пройти на их условиях, но Поттер никак не ожидала, что эти двое сговорившихся ведьм решат устроить из этого целое представление на ежегодном осеннем балу в министерстве, где почти всегда присутствовали иностранные гости вне зависимости от политических волнений в стране. Это было заявление с большой буквы, но вскрывать все карты, по мнению Вишери было ещё рано. Вопрос с маскировкой встал как никогда остро. На самом деле маскировочные артефакты были одними из самых сложных в изготовлении, потому что нужно было учитывать огромное количество факторов. Порой одни лишь расчеты могли занимать до полугода, что уж говорить об изготовлении. К тому же самые качественные всегда были строго индивидуальны и изготавливались под определенного волшебника, в чужих руках становясь просто красивой бесполезной игрушкой. Именно поэтому оборотные зелья во все времена были популярны и способы их обнаружения тоже были всем известны. Чего нельзя было сказать об артефактах, но это уже было на руку слизеринке. Некоторые наработки по маскирующим артефактам у Поттер были. В конечном счёте магия крови была в этом неплохим вариантом, да и так уж кардинально меняться девушке необходимости не было. Через несколько лет она в любом случае собиралась получить рубиновый перстень — знак мастера крови. Поэтому неприметный серебряный кулон лишь немного искажал её черты да делал несколько старше, да и то скорее был перестраховкой. Бордовую мантию с глубоким капюшоном она снимать не намеревалась. Так как Вишери была занята вопросами с американской гильдией артефакторов, всей подготовкой к выходу в свет занималась Банафрит с некоторой помощью Орловых — что первая, что вторые любили эпатировать публику, поэтому к новости, что сопровождать слизеринку на бал будет вампиры, та отнеслась почти философски. В конечном счёте даже от этого была своя толика пользы: сразу становилось понятно, что с такими союзниками ни о каких предложениях о покровительстве речи не идёт. Да и безопаснее это было безусловно, если обстановка накалится до предела, они вмещаются — статус наставника наследника клана давал определенные привилегии. Поэтому возникшему справа Туку девушка не удивилась, больше вызывал вопросов возникший Сай слева. Про оборотней речи не шло, да и стая Сивого предпочитала не лезть близко к политике — это вампирам по душе были вечные интриги. Оба ученика были под лёгкими иллюзорными чарами, делавших их старше своего возраста — двое школьников вызвали бы много вопросов, и возникли с двух сторон ровно в тот момент, когда Поттер сделала шаг с аппарационной площадки. Со стороны это смотрелось достаточно эффектно, чтобы несколько прибывших до этого волшебников оторвались от своего разговора и посмотрели на них. К самой Вишери тем временем подскочил нервный, но безупречно одетый Перси Уизли, всё так же продолжавший работать в министерстве на должности какого-то по счёту помощника министра. — Леди маг крови? — уточнил он предельно вежливо, но круглые глаза выдавали его суеверный ужас перед представителем почти мифической категории магов. — Госпожа Дикая Вишня, — надменно поправил его Тук. Вишери невольно улыбнулась, от чего Уизли побледнел ещё сильнее, но всё так же вежливо продолжил: — Идите, пожалуйста, за мной, госпожа. Я провожу вас в бальный зал, — и первый двинулся в нужную сторону, явно из последних сил сдерживаясь от того, чтобы убежать прочь.

***

Люциус Малфой был дипломатом не в первом поколении и имел феноменальное умение извлечь для себя пользу даже из самых провальных переговоров. Поэтому, несмотря на все жизненные испытания, род Малфоев оставался всё также влиятелен и, вероятно, будет оставаться таким ещё долго. И именно поэтому для всех просвещенных было столь удивительно, что главным в переговорах с магом крови будет не он. Сам же Малфой имея на руках несколько больше информации, чем остальные, особо расстроен не был. Ничем хорошим для них эти переговоры не закончатся, в этом мужчина был уверен. Зато место в первом ряду среди зрителей ему было вполне по душе и он собирался сполна насладиться сегодняшним действом — мисс Орловы умели удивлять публику. И начало мужчину не разочаровало. Церемониймейстер округлил глаза, когда к нему подскочил и что-то сказал бледный как призрак третий сын Уизли, но быстро собрался и вполне чётко и громко объявил: — Госпожа Дикая Вишня с сопровождением! Фигура в дорогой бордовой мантии с глубоким капюшоном, скрывающим верхнюю часть лица, приковала к себе взгляды моментально. Слухи о маге крови ходили уже давно в высших кругах магического общества, и всеобщее любопытство было ожидаемо, поэтому все почти жадно разглядывали вошедшую, только через некоторое время замечая, что позади неё с двух сторон идут двое. Наследника Тибериуса узнали почти сразу, семейные черты были четко видны, и это уже было немалым удивлением для общественности — где это видано, чтобы вампиры сотрудничали с магами крови. А вот второй юноша был никому не знаком, но пластикой движений определённо кого-то напоминал и, когда его глаза блеснули жёлтым, осознание пришло ко многим — оборотень. Это было ещё более шокирующе, ведь вражда между оборотнями и вампирами была притчей во языцех. С виду им обоим можно было дать лет по пятнадцать или даже шестнадцать, но тут сказывалась нечеловеческая кровь, хотя обманываться никто не стал — они в любом случае сильнее. Ведьма крови, которую сначала посчитали если не пешкой, то фигурой не слишком сильной, внезапно оказалась королевой, противопоставить которой что-то было проблематично. Правда, в такие тонкости вдавались не все. Пия Тикнесса, занимавшего сейчас кресло министра, Люциус недолюбливал. Для политика такого уровня он был слишком не изворотлив, а местами резок. У него напрочь отсутствовало умение подстраиваться под оппонента, чтобы проникнуть к нему буквально под кожу и найти для себя нужные рычаги давления. Действовал он всегда напролом, что к результату могло привести только при нынешней политике террора и только если у противника не было припрятанных козырей. А у мисс Поттер они были, причем явно намного больше, чем она всегда показывала. Перехватить девушку сразу после прибытия министру не удалось. Та плавным движением приблизилась к делегации вампиров и завела разговор с доверенным лицом князя, не собираясь облегчать Тикнессу задачу. Тот какое-то время кружил рядом, но всё же понял, что тактику придется менять и на время отступил. Заиграла музыка и лорд Малфой решил своего не упускать и пригласить мисс Поттер на танец, хоть и не на первый — тут преуспел один из вампиров. В конечном счёте прежде чем Люциус смог с грацией истинного аристократа приблизиться к девушке, та успела оттанцевать несколько танцев с разными вампирами, со своими сопровождающими, с приехавшим от американского министерства волшебником по фамилии Брук и, что самое удивительное, с Ксенофилиусом Лавгудом, который обычно такие мероприятия не посещал. И, по всей видимости, произвела на последних двух неизгладимое впечатление, потому что чудак Ксено после танца не скрывал своей широченной улыбки, а мистер Брук о чем-то активно шушукался с парочкой своих американских коллег. — Госпожа Дикая Вишня, разрешите вас пригласить? — Малфой коротко поклонился и предложил руку. — Почту за честь, лорд Малфой, — ответила Поттер, которую при ближайшем рассмотрении было сложно узнать. Она казалась старше своего возраста, да и черты лица были будто несколько искажены. Если бы мужчина не был знаком с ней лично, то никогда не признал бы её. На это, по всей видимости, рассчёт и был. — Должен выразить своё восхищение вашей маскировкой, хотя меня и предупреждали, — негромко заметил Малфой, кружа спутницу в танце. — А я могу поздравить вас с тем, что Ин внесла вас в список союзников, которым можно доверять, — лукаво хмыкнула Вишери и с долей шутки добавила: — Возможно, с вами мы бы могли договориться и до сотрудничества. — Увы, я ныне не в фаворе, и мистеру Тикнессу придёт справляться самому, — в тон ей ответил мужчина, прокручивая девушку согласно рисунку танца. — Но мы всегда можем заключить выгодный союз минуя посредников. — Приму к сведению, но вам стоит подумать, что вы можете мне предложить, — заметила Вишня, и в чём-то была права, тут было над чем поразмышлять. — Может я могу вас с кем-нибудь познакомить, здесь присутствует некоторое количество лиц, что могут быть полезны и вам, — не остался в долгу Малфой, одновременно в голове выстраивая стратегию, хотя и знал, что ему не нужно пытаться привлечь на свою сторону полезную юную ведьму. Это было как азартная игра, и, к счастью, оба знали об этом. — Не думаю, что это имеет необходимость, я скоро уеду и не собираюсь возвращаться в ближайшие годы в Англию, — легко качнула головой девушка. — И всё же, как бы прискорбно это не было, я должен настоять на одном знакомстве, — он с намёком качнул головой. — Для общего дела, так сказать. — Вы правы, стоит уже заканчивать с этим, — Поттер скользнула взглядом по министру магии, затем нашла своих учеников и, заметив, что те неспешно двигаются в нужную сторону, позволила проводить её до мистера Тикнесса. — Господин министр, разрешите вас познакомить с госпожой Дикой Вишней, — представил её лорд Малфой. — Госпожа Дикая Вишня, это мистер Тикнесс, министр магии Великобритании. — Рад наконец познакомиться с вами, — попытался изобразить вежливое радушие мужчина, но дрогнувший голос всё испортил. Как раз в этот момент за спиной девушки возникли двое её сопровождающих. — Я как раз хотел бы обсудить с вами наше сотрудничество. — Боюсь, я не совсем понимаю, о каком сотрудничестве идёт речь, — Вишня вежливо улыбнулась, а у мужчины напротив гневно раздулись ноздри. — Вы понимаете, мисс… — Госпожа, — Сай не постеснялся перебить и исправить министра. Причем сделал это с таким надменным видом, что даже наблюдавшему Малфою сделалось на мгновение не по себе. — Госпожа, — скрипя зубами исправился Тикнесс. — В наше время долг каждого волшебника помочь своей стране и послужить на её благо. Страна же отблагодарит своих героев, их имена навсегда войдут в историю, ведь они будут стоять у истоков нового мира… — Вы не сможете купить меня патетичными речами, да и галеонов у меня предостаточно, чтобы обеспечить себя, — сочла всё же нужным предупредить мужчину Вишери. Она начала уже уставать от его довольно топорных попыток плести словесные кружева, хотя сказать он успел всего пару фраз. — Подумайте о своей безопасности, мисс, — попытался надавить министр. — Госпожа, — не остался в долгу оборотень, но на этот раз был полностью проигнорирован. — Эта угроза? — обстановка вокруг накалилась, это заметили все присутствующие, но девушка оставалась все так же спокойна. — Если продолжите упрямиться, то станет ей, — а вот терпение Тикнесса явно кончилось. Пока он почти шипел свои слова, за его спиной появились двое волшебников, по всей видимости сильных боевых магов, которые должны были послужить весомым аргументом. — Тогда, думаю, стоит завершить этот бессмысленный разговор и остаться при своём мнении. Всего доброго, господин министр. Предчувствие заставило Люциуса резко отпрянуть назад и спасло от участи пострадать, потому что в следующее мгновение министр скомандовал своим людям взять девушку. Прокатившаяся волна магии заставила в ужасе замереть всех. Двое телохранителей министра были обезврежены учениками Вишери почти сразу же, они даже не успели достать палочки, а вот самому Тикнессу пришлось хуже. — А вот это вы сделали зря, — заметила Вишня, не стесняясь демонстрировать свою магию. Темно-алая удавка из крови самого мужчины плотно обхватывала его шею, и всем было понятно, что один магический пас и она свернёт ему её, как цыплёнку. — У вас был шанс договориться со мной миром, но теперь он упущен и сдерживаться больше я не буду. Можете считать свою жизнь моим прощальным подарком. Она резко отозвала магию, от чего Тикнесс грохнулся на пол, судорожно глотая воздух. А Поттер двинулась к выходу, рассекая толпу без каких-либо преград. Её двое учеников последовали за ней, оставив бессознательных противников валяться рядом с министром. Люциус Малфой же тем временем осматривал толпу цепким взглядом. Общественность явно впечатлилась и поняла, что переходить дорогу магу крови себе дороже. Вампиры наблюдали за всем безразлично — на министра магии им было откровенно плевать всегда, а с Дикой Вишней они сотрудничали и так. Брук провожал девушку восхищённым взглядом и не переставал что-то говорить своим спутникам, а неподалёку мелькнула блондинистая шевелюра Риты Скитер, и это означало, что громкой статье в ближайшем номере Пророка быть. События набирали обороты.