Рагнарек за 30 дней

После во всех смыслах искромётного фуршета прошло несколько дней, и для Александра они пролетели незаметно: он нашёл местоположение комнаты Адама, чтобы подкарауливать его на входе с кучей вопросов про ограниченность теорий Фрейда и анатомию человеческой деструктивности, заприметил несколько слуг с целью узнать, настолько ли они нетерпеливы, как старая-добрая Марта. На досуге удалось ещё отыскать парочку секретных ходов, не особо интересных, ибо через них нельзя было подглядывать за чьими-либо покоями… В общем, можно было сказать, что потихоньку Нильсен ассимилировался, но до полного удовлетворения мужчине всё ещё чего-то не хватало. Во дворец регулярно прибывали новые гости, залы всё больше наполнялись праздничной суетой. Будни иностранцев были расписаны по часам: их пытались занять королевскими видами спорта, чаепитиями, выездами в Хезур с насыщенной культурной программой. На днях вечером в городском театре Александр посмотрел спектакль про гейшу-оборотня и двух вечно спасающих её азиатских метросексуалов. При чём здесь в названии «ива» он так и не понял, но зато сделал фотографию пленника в клетке и отослал малышу Сэмми с предложением достать для него номерок актёра. К расстройству Алекса, ничего кроме смайлика среднего пальца он в ответ не получил: бедный мальчик там, наверное, совсем заработался в своём участке, если так не оценил этот искренний дружеский порыв. Нильсен печально провёл указательным пальцем по выбранной им аватарке Макото, с которой на него уставилась злобная мордашка японца, не сразу заметившая, что Александр фотографирует его за завтраком. Всё-таки неблагодарность и правда порок всего человечества. Но было ещё одно место на карте хезурской монаршей резиденции, которое Нильсен пока так и не обследовал - королевская оранжерея, которая как назло была постоянно закрыта. Видимо, королева Виктория выражала беспокойство по поводу сохранности своих растений на время такого столпотворения во дворце, но это, конечно, вовсе не останавливало в Алексе внутреннего флориста-ботаника. Он просчитал момент, когда всех гостей на целый день отправят на скачки, и с утра пораньше, грустно закинув в рот очередную ананасовую дольку, безапелляционно заявил матушке, что ему придётся пожертвовать этим исключительным мероприятием во имя завалов на работе. И вот, наконец, он был предоставлен сам себе. Проследив из окна вестибюля, как группы высокопоставленных туристов сажают в автомобили и увозят на природу заниматься их любимым созерцанием лошадок, Александр засунул руки в карманы и, насвистывая незатейливую мелодию, побежал вниз по ступеням, выходящим в сад. Проходя здесь, в памяти снова всплыла уморительная перепалка принца с телохранителем, и губы невольно расползлись в коварной улыбке, но тут до ушей Нильсена донёсся лай, судя по всему, крупной собаки. — Лови, Бутч! К ногам Александра, только что минувшего последнюю ступеньку, прилетела внушительных размеров палка. Мужчина посмотрел в ту сторону, откуда был произведён обстрел, и увидел парочку из бегущего на него сенбернара, от счастья высунувшего язык, и маленького мальчика позади него. Нильсен тут же подобрал ветку пса и поднял руку с ней высоко над собой, чтобы подманить животное к себе. Собака сразу отреагировала на этот призыв, вплотную подошла к Алексу и стала запрыгивать на него, пытаясь добраться до своей игрушки. Швед искренне рассмеялся, потрепал сенбернара за ухом, ещё немного подразнил его и запустил палку как можно дальше в сад, уже оборачиваясь к ребёнку: — Хорошая у тебя собака, пацан. Мальчик шмыгнул носом и вытер его рукавом рубашки: — Его Бутч зовут. — Бутч, значит. Что ж, будем знакомы, я Александр, - он дружелюбно протянул хозяину пса руку, - а тебя как звать? Прищурившееся от сомнений дитя через несколько мгновений всё-таки решило совершить приветственное рукопожатие: — Эндрю. — Очень приятно, Эндрю. В этот момент в поле зрения вернулся Бутч с добычей в зубах: при виде ребёнка он воодушевлённо замахал хвостом и сел около мальчика. Алекс опустился на корточки, чтобы ещё немного потискать сенбернара, и Эндрю с удивлением заметил: — Надо же, он не особо жалует незнакомых людей… — Я определённо нравлюсь местным пёсикам, - мужчина саркастично хмыкнул, - и вообще животные сразу чувствуют, кому доверять, а кому нет. Улыбаясь, Нильсен поднял голову на мальчишку, смотря на него снизу вверх: — Ты живёшь здесь, Эндрю? — Не, ну то есть раньше да, но сейчас меня усыновили, и я приезжаю сюда только по выходным, - Эндрю уставился в пол и начал водить ногой по гравию, разбрасывая камушки. — Вот оно как…, - Александр встал, отряхивая от шерсти ладони, - и что, развлекаешься тут? Ребёнок простонал: — Да скука смертная, вот в городе сейчас веселуха, но мама Джулия запрещает туда одному ходить, а у неё дела в замке. Нильсен задумчиво потёр подбородок, стремясь казаться как можно загадочнее и важнее, и заговорщически пробормотал: — Знаешь, когда-то я оседлал сенбернара. Пробовал когда-нибудь? Эндрю ошалевши захлопал глазами и отрицательно покачал головой: — Да ты базаришь. — А вот и нет, мне тогда лет шесть было, но я был даже чуть крупнее тебя. Так что ты можешь попробовать. Но есть один секрет…, - швед оттянул драматическую паузу и искоса бросил взгляд на стоявшего с открытым ртом мальчика, - собаке с наездником по гравию будет тяжело передвигаться. Нужна более ровная поверхность, но и во дворце скользковато, поэтому я на твоём месте смазал бы ему лапы какой-нибудь грязью, чтобы было меньше трения. Понял, Эндрю? — Охренеть ты клёвый, Александр, - мальчик чуть не подпрыгивал от восторга, - как хорошо, что я тебя встретил! — Всегда рад помочь, - мужчина склонил голову в лёгком поклоне, - чего ты ждёшь, беги веселиться. Когда мальчик уже отбегал, зазывая за собой верного Бутча, Алекс как бы невзначай крикнул ему вслед: — И да, перед спальней принца Ричарда самые широкие и длинные коридоры, там будет удобнее всего!

* * *

Сделав вдоль застеклённой оранжереи несколько изучающих кругов, Александр пришёл к неутешительному выводу, что всё же придётся искать способ попасть внутрь путём взлома. Он ещё раз посильнее подёргал запертую дверь, упёрся руками в бока и окинул взглядом окрестности. С левого крыла здания он увидел приоткрытое раздвижное окно, подошёл к нему, попробовал открыть до конца, но безрезультатно: оно никак не поддавалось. Проём был достаточно широкий, чтобы он попробовал туда втиснуться, поэтому Алекс без лишних раздумий полез туда боком, но застрял на полпути. Пыхтя и пытаясь протолкнуться дальше, в глубине души он радовался, что этого не наблюдает Агата. Нильсен даже знает, что именно она бы сказала, поняв, что он бесповоротно застрял. — Что, не один Ричард переел канапе на фуршете? Здесь даже Харрис не понадобилось. Алекс, уже догадавшись, с кем ему предстоит встреча, настолько непринуждённо, насколько это позволяла ситуация, приподнял свой повисший в воздухе корпус и салютовал младшему принцу Сагара, который обошёл его со спины и миролюбиво встал, оперевшись на злополучное окно. — Доброе утро, Ваше Величество. Какими судьбами? — Можно просто Лео, Александр, - молодой человек всё так же равнодушно, словно его вообще не смущала позиция иностранного гостя, продолжил, - да вот, пришёл спросить, почему ты не на скачках со всеми. — А ты?, - Алекс заметил, как резко Леонард перешёл на «ты», и возражать этому не стал. Принц склонил голову и лукаво заметил: — Можно до бесконечности задавать друг другу вопрос на вопрос, но разве от этого беседа будет иметь смысл? Александр открыл рот, чтобы что-то ответить, но так и зависнул с тем же выражением лица, так как в этот момент Лео жестом фокусника достал из кармана брюк связку ключей и с таинственной ухмылкой позвенел ими перед лицом Нильсена: — Мне кажется, тебе нужна помощь, поэтому я и пришёл. Сомневаясь абсолютно в каждом слове, что исходило из этой кудрявой головы, Алекс вынужден был принять его помощь, чтобы вылезти из своей оконной западни. Когда он снова вернулся в обычное положение, то отряхнулся, поправил растрепавшиеся волосы и благодарно кивнул принцу, осторожно ожидая, что тот ещё ему скажет. Но Леонард только подошёл к двери оранжереи, достал нужный ключ и с той же едва читаемой хитринкой в глазах повёл рукой внутрь, приглашая Александра первым войти в маленький оазис. Тщетно пытающийся проанализировать происходящее мозг Нильсена дал его телу однозначный сигнал проследовать туда, куда указала властная ладонь принца. Алекс, раздираемый любопытством, принял такой очевидный немой вызов и убеждал себя, что точно даст достойный отпор, но только стоило ещё немного понаблюдать за этим типом. Когда погружённый в раздумья швед вошёл внутрь, то дверь за ним тихо затворилась, и Лео, пряча ключи и вставая где-то за плечом своего гостя, включил бодрый тон экскурсовода: — Ну что ж, давай я проведу тебе тур. Здесь есть, на что посмотреть. Александр задрал голову, осматривая играющие блики света на стеклянной крыше, затем небрежно повернул её в сторону Леонарда: — С радостью, только должен сразу сказать, мой принц, если уж ты так активно пытаешься ко мне подкатить, то сзади всё-таки предпочитаю быть я. Ты слишком часто оказываешься у меня за спиной. — Думал, что ты не из пугливых, солнце, постараюсь в следующий раз быть тактичнее. Как ты с моим братом и его зверушкой на приёме. Не отрывая вызывающего взгляда от ничего не выражающего лица герцога Ланширского, Александр в ироничной полуулыбке поднял вверх брови: — О, ты меня переоцениваешь. Лео своей бесшумной поступью прошёл к плетёным креслам в центре оранжереи и устроился в одном из них по-аристократически элегантно, держа отточенную осанку. Создавалось впечатление, что он расположился на троне и проводит иностранцу аудиенцию: — Вовсе нет, я в какой-то степени поражён. Хотел сказать тебе спасибо, давно меня здесь никто так не забавлял. Нильсен сократил дистанцию между собой и младшим принцем, но присаживаться сбоку от него не стал, так и стоял у какой-то карликовой пальмы, бездумно проводя по её ветвям пальцами: — В таком случае сочувствую, вы очень скучно живёте. Леонард развёл руками: — Ну это как посмотреть. Маленький совет от меня: намекни леди Джессике, что ты гей. Тебе это труда не составит, я уже понял. Увидишь, это удовольствие, не сравнимое ни с чем. — Благодарю, но моё сердце уже занято бородатым щеночком Ричарда. Он так умилительно тявкает, сердце сжимается. — Тогда тебе придётся побороться за него со мной. — И что, кисточкой меня защекочешь до смерти? Да, к таким пыткам я не готов. Конечно Александр уже не один раз прятался за окнами галереи, наблюдая за распорядком дня кудрявого. Он не мог отказать себе в таком соблазне выяснить про тихого принца побольше. Не сказать, что это много ему дало, но всё же парочка идей для провокаций появилась, что Нильсен и смог весьма кстати использовать, предвкушая хотя бы какое-то изменение в лице своего оппонента. Куда там. Лео стукнул один раз указательным пальцем по ручке кресла, в котором сидел, и на его щеке почти появилась ямочка от улыбки, которую он довольно легко сдержал. Глаза его налились каким-то своим, отличным от всех других, блеском, как будто даже его он придумал сам, чтобы никто не догадался, что он означает. Принц мягко повернул тему в другое русло: — Так хочешь, покажу самый замечательный экспонат в этой оранжерее? — Я про себя уже всё знаю, но если хочешь, показывай, удиви меня. — Пошли тогда, - Лео хлопнул ладошами по коленям и тут же с какой-то кошачьей грацией поднялся со своего импровизированного трона. Герцог Ланширский повёл Алекса, продираясь сквозь тропические заросли и почти физически осязаемый влажный, душистый от цветов воздух джунглей в более прохладный, отдалённый угол зала, где в аккуратной деревянной кадке росли на первый взгляд ничем не примечательные цветки с пушистыми белыми лепестками. Леонард нагнулся к ним, внимательно осмотрев на предмет возможных изъянов, удовлетворённо кивнул головой и, не меняя позиции, обратился к Нильсену: — Знаешь, что это? — Представляешь, именно сегодня забыл в комнате свой учебник по ботанике, не поделишься? Младший принц с чрезвычайной осторожностью поднёс палец к растению, но так и не коснулся его, замерев от него на минимальном расстоянии: — Это Leontopodium alpius. «Львиная лапа». — Да-да, я знаю латынь, - Алекс, уже с неприкрытым интересом в глазах пригнулся, чтобы поближе рассмотреть эти бутоны, - и что? Леонард, по голосу которого моментально стало понятно, что он ушёл куда-то в свой мир, продолжил: — Тебе он может быть известен как эдельвейс. Одно из самых редких растений в мире, иногда можно встретить в труднодоступных областях Альп. Символ мужества и стойкости, потому что прорастает в самых холодных, снежных горных районах. А ещё есть легенда, что эти серебряные звёздочки открываются только самым достойным. Поражает, правда? Какое торжество жизни над судьбой, когда против тебя сама мать-природа. Алекс заметил, что это стало больше напоминать монолог, и Лео особо не ждал поддержания разговора. Кудрявый тем временем выпрямился и протянул Нильсену руку: — Думаю, на сегодня с тебя достаточно образовательной программы. Если поторопимся, то ещё успеем попасть на конец скачек, там тоже есть, на что посмотреть. Александр уверенно подал ладонь принцу, и они так и замерли друг напротив друга, не прекращая рукопожатия. Длинные, прохладные пальцы спокойного до дрожи Леонарда чуть сильнее впились в кожу Нильсена: — Александр, и вот что: давай договоримся. Ты в мои дела не лезешь, и я тоже тебе мешать не буду. Дворец большой, мы с тобой друг другу не помешаем, развлекайся сколько душе угодно. Месяц-то быстро пролетит, надо будет возвращаться к своей красотке-англичаночке и её сексуальным трусикам, не упусти момент. Конечно Лео уже не один раз входил в покои Нильсена, осматривал его вещи и наблюдал за распорядком дня шведа. Он не мог отказать себе в таком соблазне выяснить про непоседливого гостя побольше. На последнем совместном ужине вытащил у сорванца из заднего кармана брюк телефон, ввёл пароль, который до этого подглядел, просмотрел последние переписки и выяснил пару примечательных фактов его биографии. И сейчас исподлобья наслаждался реакцией Алекса, уши которого у самых кончиков начали алеть. Нильсен резко дёрнул на себя руку принца, нагибаясь к нему чуть ближе, сдержанно процедил, не давая Лео отвести взгляд от его ледяных иголочек в глазах: — Думаешь, я не понял твои намёки про цветочки, с которыми ты себя ассоциируешь, малыш? Можешь дальше строить планы по государственному перевороту в этом игрушечном государстве, мне это не интересно. Предлагаю ничью и мир. Серо-голубые глаза Леонарда налились одобрением, он вырвал сухую ладонь из цепкой хватки Алекса, впервые с начала встречи полноценно улыбаясь: — Вот и славно, Шерлок.

* * *

Адам в приподнятом расположении духа обходил территорию дворца, проверяя, всё ли в подконтрольной ему области соответствует стандартам безопасности. Как всегда убедившись, что свою работу он делает идеально, мужчина, напевая под нос навязчивую «Seven Nation Army», направился к королевской оранжерее и резко замолчал, остановился, увидев выходящие оттуда знакомые силуэты. О нетнетнетнетнет. Хлыщи, заметив его в ответ, замерли у входа, одинаково склоняя головы и растягиваясь в предвкушающих ухмылках. Хьюз инстинктивно потянулся к пистолету, уже понимая, что тот заряжен не холостыми патронами, которые он как назло всегда забывал в тумбочке у кровати. Понимая, что обстрел настоящими пулями неизбежен в случае прямого контакта с двумя дьяволятами, Адам, всё так же держась за оружие, попятился назад, резко разворачиваясь и быстрым полушагом-полубегом эвакуируясь в противоположном направлении. Ну нахрен. Ещё садиться за убийство этих нелюдей, он на такое не подписывался. Спиной Хьюз чувствовал шум ног, бегущих за ним по мелким камушкам, и по его телу мурашками расходился дуэт зазывающе-мягких голосов: — Адамчик, куда же ты, сладкий, мы просто хотим поздороваться!