Нужно только подбодрить

***

–Ну сколько можно уже, а, – проворчала розоволосая, вновь проверяя время.       Да, Алина была не из терпеливых. Она уже несколько собиралась уйти с места встречи, хотя было всего пять минут пятого.       Девушка сидела на скамейке в тени, правда, чего жалуется? Вокруг так красиво: кусты с цветами, деревья, на листьях которых игриво перекликались солнечные лучики. Мимо проходили петербуржцы. Алина обратила внимание на маму с дочкой.       Черноволосая девчушка, лет пяти-шести, топала по плитке маленькими ножками и хмурилась — мать отказалась покупать ей мороженое.       Алина усмехнулась и начала вспоминать, как в детстве гуляла с родителями по этому же парку.       Плиточных дорожек тогда и впомине не было, а карусели выглядели совсем по другому. Конечно, в прошлом аттракционы выглядели примечательно и манили детей своими яркими красками и изображениями героев мультфильмов, но сейчас они казались бы старыми и жуткими развалюхами, вызывающими только беспокойство. Как бы то ни было, Алина была рада, что парк так преобразился, хотя и пропали её любимые карусели.       Из приятных воспоминаний в реальность её вернула Соня: – Прости пожалуйста, я здесь недавно, плохо знаю окрестности.       Девушка была растрепанной, казалось, она бежала. Рыжая поймала на себе слегка недовольный взгляд новой знакомой и тут же начала нервно копаться в своём чёрном рюкзаке. Через пару мгновений Соня протянула барабанщице мятную конфету и мило приподняла плечи. Вся злость розоволосой улетучилась — ей всегда нравились такие жесты. – Ладно, могла бы просто позвонить, я бы тебя встретила.       Рыжая села с ней рядом, по пацански закинув ногу на ногу, открывая бедра. — Ну что, с чего начнём? — резко спросила она, пока барабанщица шуршала фантиком. — А, может, ты мне не понравишься, и я не захочу иметь с тобой дело, — усмехнулась Алина, слегка проглатывая звуки из-за конфеты. — А так, я давно хотела что-то создать. – Тогда пойдём прогуляемся.       Соня взяла девушку за руку и резко потянула за собой, поставив на ноги. Алина еле успела схватить свой телефон с лавки, дабы успеть за вокалисткой.

***

      Холодные бетонные блоки, поздний вечер. Девушки неплохо погуляли в парке: им удалось хотя бы немного узнать друг друга. Алина оказалась младше вокалистки на три года. Розоволосая усердно занималась музыкой — помимо барабанов, она неплохо владела гитарой и закончила музыкальный колледж, а Соня занималась вокалом с самого детства.       Две бунтарки сидели на холодных бетонных блоках, остужая свои задницы. Да, не скажешь по началу, что рыжая бунтарка. Такая милая и постоянно извиняющаяся постепенно раскрывала свою личность. Уже сейчас она рассказывала, как гоняла бомжей в городе из области. Оказалось, что Соня родилась в Санкт-Петербурге, но по неопределённым причинам её семье пришлось переехать. В данный момент, вокалистка решила вернуться в родной город и построить карьеру на своём увлечении.       Девушки до сих пор восстанавливали сбитое дыхание после бега. Им приспичило выпить по бутылочке "гаража", а продажа алкоголя вот-вот завершалась. Ну а так как, обе натуры были ужасно упрямые, даже непонятно, кто первый дёрнулся с места. — Ну что, я тебе понравилась? — усмехнулась вокалистка, делая глоток ароматизированного пива. — Группу-то мутить будем?       Розоволосая повернулась к ней лицом: — Ага, — Алина снова устремила свой взгляд в небо, ударяя задниками кроссовок о бетон. — Песня у нас уже есть, осталось название. — Да, — протянула собеседница, поставив руки за спину, разминая спину. — Ты говорила, что тебе нравится группа "Kiss", можно и так.       Повисло неловкое молчание — Алина думала. Её лицо действительно было таким серьёзным и занятым, что Соня невольно хмыкнула.       Когда то также хмурился важный для вокалистки человек. Сначала подруга, после — девушка. Весь накал страстей произошёл в выпускном классе. Соня училась с ней в одном классе, неудивительно, что поползли слухи. Не то чтобы их презирали, нет, рыжая боялась своих родителей. Боялась, что они узнают.       Уже конец последней четверти, нетолько года но и школы. Соня лежит на своей кровати и слушает музыку, иногда подпевая, а её кошка Пупа мурлычет, кажется в такт своей хозяйке. Эту гармонию нарушает резкий хлопок двери — её почти что выбили. – Ты... Ты.. Грязная лесбуха! – разъярённо кричала злая мать, тыча своим телефоном в Сонино лицо, чуть ли не ломая ей нос. — Как ты могла так опозорить наш род, немедленно проваливай отсюда! — Тогда уж Кис-Кис, нас же две! — неожиданно воскликнула барабанщица, что рыжая аж подпрыгнула, возвращаясь в реальность.       На её лице читался испуг и далеко не положительные эмоции. Алина это заметила. – Эй, рыжая, всё нормально? — розоволосая положила ладонь на её щеку, погладив бархатную кожу большим пальцем, немного поворачивая девушку к себе лицом.       Вокалистка окончательно отошла от своих воспоминаний, посмотрела в Алинины глаза и секундой позже убрала её ладонь, неловко кашляя. — Да, хорошая идея, пусть будет Кис-Кис. — Надо выпить за это!       Радостно воскликнула барабанщица, пытаясь открыть бутылку. Вроде играет на таком музыкальном инструменте, а силёнок не хватает. – Без меня не получится, дай открою, – усмехнулась Соня, отбрасывая крышку куда-то за спину. — За Кис-Кис!       И зазвенело стекло бутылок клюквенного гаража.