Ревнуешь, Алекс?

      Нильсен стоял в ванной комнате напротив зеркала и десять минут не мог остановить кровь из носа. Все старания были напрасны и это уже начало его бесить. Он чудесно понимал, что проиграл в их игру, но, наверное, это того стоило. По крайней мере, он заметил, что Агата волновалась больше за него, чем за Адриана. И это его радовало. Если бы она не кричала, как ненормальная, то, возможно бы, блондину досталось бы больше. А так досталось больше ему самому. И вообще, Александр не знал, что бы могло случиться дальше, если бы не Сэм, который разнял их. Тогда шатен не контролировал собственную агрессию, а в особенности эмоции. Просто его взбесило, что этот блондин так нахально касался её, а она, почему-то, не сопротивлялась.       Харрис зашла в его комнату очень тихо и неслышно. Её глаза были немного влажны и довольно перепуганы, что сильно кидалось в глаза. Заметив её, Александр победно улыбнулся. Она пришла, значит ей не всё равно на него. Хотя он и не сомневался в этом.       — Признай это, Александр, — уверенно произнесла Агата, оперевшись на плитку в ванной.       — Признать что? — с наигранным недоумением спросил он, вытирая кровь из носа тыльной стороной руки.       — Свою ревность!       — Ревность? — со смешком переспросил он. — Харрис, ты переоцениваешь себя. Я не ревную тебя, — сказал он без каких-либо эмоций.       — Разве? А что тогда было в саду? — ухмыляясь, спрашивает девушка. Она отходит от стены и становится напротив него. — Или на самом деле ты ревновал Адриана? А Сэм в курсе, что ты поглядывал на другого? — с сарказмом спросила Агата. — Алекс, так нельзя, — она продолжала шутить в той же манере, уверенно смотря на Нильсена.       — О, малышка научилась шутить?!       — У меня был хороший учитель, — она подошла к нему чуть ближе, пытаясь дотронуться до лицу, но швед остановил её.       — И кто он? — его интерес был наигранным, но наигранным настолько, что Агата и он сам в это верили.       — Один очень симпатичный парень, но ты его вряд ли знаешь, — брюнетка закусила нижнюю губу, отчего становилась ещё сексуальнее. — Но скажи мне вот что, — откинув волосы на плечи, она открыла прекрасный взор на оголённые ключницы. — Где ты так умело научился врать? — её зелёные глаза внимательно изучали его лицо.       — Про что ты? — он делал вид, что ничего не понимает.       — Боже, Алекс, хватит притворяться. Я же нравлюсь тебе, — уверенно произнесла англичанка, складывая руки возле груди. — Иначе ты бы не избил Адриана.       — Ты бесишь меня, Агата. Но точно не нравишься, — швед старался говорить это с ухмылкой и уверенно, но бегающий взгляд выдавал его ложь. Парень хотел её задеть. Задеть точно так же, как это делала она, каждый раз целуя другого.       — Жаль, очень жаль, Алекс. Я тут надела очень сексуальное нижнее белье, думала ты оценишь, — она вновь закусила нижнюю губу, притом быстро хлопала длинными чёрными ресницами. — Но раз я не нравлюсь тебе, то так и быть, продемонстрирую кому-то другому, — уверенно развернувшись на пальчиках, она ударила парня длинными чёрными волосами по лицу. Это выглядело очень эффектно, а ещё её волосы пахли кофе с корицей. — Думаю, Адриан оценит моё бельё, — голос девушки стал немного ниже, отчего Александр успел возбудиться. Хотя он уже давно возбудился, стоило ему узнать о белье девчонки. — Кстати, оно чёрное и кружевное, — теплым, низким и хриплым голосом проговорила Агата, задевая ноготками тонкую лямку лифчика.       Она выходила из его ванной медленно, уверенно и не оборачиваясь. Мысленно считала до десяти. Ведь знала, что Алекс не даст ей уйти так просто. Особенно после тех слов, которые она ему сказала.       «Давай, Нильсен, не глупи, я же уйду. Ну чего ты ждёшь?» — пронеслось в её мыслях.       И Агата была полностью права. Уже через несколько секунд на её запястье легла сильная мужская рука.       — Не торопись, lilla katten, — строго проговорил Алекс, сжимая руку брюнетки.       Парень резко повернул её лицом к себе, а после резко и грубо толкнул её к холодной плитке на стене. Из уст девушки вырвался крик, когда её плечи коснулись холодной стены. Она внимательно смотрела в голубые глаза шатена и понимала, что перешла грань. Его взгляд был холодным и злым, отчего становилось немного страшно, но Харрис сдерживалась. Она была уверена, что он не ударит её. Не знала почему, но была в этом уверена. Он смотрел на неё несколько минут, а затем разместил обе руки над головой девушки.       — Если мы так и будем молчать, то я уйду, — произнесла уверено Агата, сложив руки возле груди.       — Разве я разрешал тебе идти?! — голос шведа по-прежнему был холодный и стальной. Он властно обхватил её подборок пальцами, грубо надавливая на него. — Боишься меня? — с ухмылкой спросил он, приоткрывая её рот большим пальцем. Ему почему-то сильно нравился её страх, который она мастерски скрывала.       — Нет! — сглотнув, но уверенно ответила девушка.       — Как же ты меня бесишь, Харрис, — тяжёлое дыхание обжигало пухлые губки. — Бесит твоя уверенность в собственной победе. Раздражают эти большие зелёные глаза, пухлые губки и щёки. Эти чертовски сексуальные ключицы, шея, талия, грудь и аппетитная попка, которая так заводит, — его тихий, низкий, бархатный тембр голоса начинал сводить с ума. Держаться было в край тяжело. Агата сильно старалась держать себя в руках, очень старалась. — Ненавижу, когда ты одеваешься так открыто и в добавок сексуально. Ненавижу твоё открытое декольте, короткие юбочки, за которые так и хочется отшлепать, — он внимательно смотрел в её больше зелёные глаза. — Маленькая непослушная девочка, которая так усердно выводит меня на ревность, — голос Алекса начал переходить на шёпот и хрипотцу, а горячие дыхание обжигало нежную шею брюнетки. Швед замолчал на несколько минут, облизывая пересохшие губы. — Никто, слышишь, никто не имеет права касаться, а тем более лапать и целовать тебя. Никто, кроме меня, — возбуждающе прошипел он. — Ненавижу тебя за то, что сумела дотронуться к моему сердцу, заставляя ревновать. Что заставила что-то чувствовать, — обстановка накалилась до максимального предела, а в воздухе летали молнии. — Я ненавижу тебя за то, что ты чертовски мне нравишься.       После этих слов Александр властным движением губ впивается в её губы. Швед грубо, нахально и по-хозяйски проникал в девичий ротик, умело изучая его. Парень углублял поцелуй, больно кусая губы девушки до крови, после чего зализывал раны языком. А что насчёт Агаты? Агата была не против. Она обхватила его утончённое лицо руками и полностью отдалась во власть наглого, но сексуального шведа. Эти сладкие стоны, которые издавала англичанка, заводили его ещё сильнее. Подхватив Харрис на руки, не прерывая поцелуй, усаживает девушку на тумбу. И раздвинув её ножки, размещается между ними, начиная плавно переходить на шею и ключицы. Такие плавные, влажные и горячие поцелуи сильно возбуждали девушку, отчего она несколько раз сладко и громко стонала, прямо в губы Александру. Сил терпеть больше не было, и поэтому она дрожащими руками дотрагивается к его рубашке, стараясь расстегнуть пуговки. Но из-за сильного перевозбуждения ей было сложно сделать это.       — Тише, lilla katten, тише, я никуда не уйду, — оторвавшись от ключиц Агаты, Нильсен посмотрел ей в глаза. — Куда ты так спешишь? — усмехаясь, спрашивает шатен, перехватывая маленькую дрожащую ладонь. — Ты так дрожишь, katten, я прям весь возбудился, — аккуратным движениям тонких пальцев он заправляет выбившуюся прядь волос за ушко девушки. После, его теплая и крепкая ладонь ложится на личико Агаты, а пальцы умело рисуют линию от скул к пухлым губам.       — Алекс, давай просто закончим с этим, — тяжело дыша произносит брюнетка. — Пожалуйста, — умоляюще говорит она, кладя ладонь левой руки на грудь парня.       — Закончим что? — вновь театральная наигранность.       — Ты знаешь о чём я, — немного раздражённо говорит Харрис.       — Произнеси это вслух, — прошептал ей на ухо швед.       — Я хочу тебя! — уверенно произнесла англичанка, откидывая голову назад.       — Громче, lilla katten, — парень замер в нескольких сантиметрах от таких желанных девичьих губ. Но не целовал их, хотя хотел. — Порадуй папочку, — голос Александра вновь стал низким и отдавал хрипотцой.       — Я хочу тебя, Александр, — Агата по слогам произнесла последнюю фразу, а после притянула Алекса к себе вплотную, впиваясь в его губы своими.       Теперь инициатива была в её ручках. И Харрис хотела отыграться. Теперь она до крови кусала его губы, умело слизывая солёную кровь. Руки вновь начали расстёгивать рубашку, но в этот раз уверенно.       — Что вновь не так? — возмутилась Харрис, когда её опять остановили.       — Я не хочу, чтобы наш первый раз произошел в ванной комнате. Я думаю, что моя спальня лучше подойдёт для этого, — он похотливо улыбнулся, изучая каждую чёрту девичьего лица. — Там удобная и очень большая кровать, — он протянул ей руку, ожидая того, что Агата вот-вот протянет свою маленькую ладонь.       Без раздумий девушка кладет свою ладонь в его и спрыгивает с тумбочки. Её теплый и возбуждённый взгляд заставляет Нильсена улыбаться ещё шире. Ведь он чудесно видит, как блестят зелёные глаза. Желание, похоть и любовь.       — С тобой, хоть на край света!       Сейчас этим двоим ничего не нужно. Есть лишь три вещи: он, она и дикая нехватка друг в друге. Сейчас все обиды и боль, которую они успели причинить друг другу, отошли на второй план. Есть они и дикое возбуждение, которое нужно куда-то девать.       Александр резко и уверенно толкает Агату на кровать и тут же нависает над ней, не давая никакого шанса расслабиться. Сильные мужские руки проникают под тонкую одежду девушки, исследуя каждую частичку её тела. Его ладони ложатся на упругую грудь девушки, грубо сжимая её. Александру нравилось доминировать над ней. Нравилось держать Харрис в своей власти, не давая шанса на победу. На победу в постели, конечно же. Эти сладкие и громкие стоны сильно заводили его. Быстро избавившись от такой ненужной рубашки на сексуальном теле англичанки, он начинает целовать тонкую шею, оставляя на ней алые засосы и укусы. Сейчас засосами и кровавыми укусами было усыпано всё тело девушки. Казалось, что на её коже не осталось чистого места, но так лишь казалось, наверное.       — Не стесняйся, золотко, ты прекрасна, — тепло говорит швед, целуя девушку в лоб.       Проводит влажную и горячую дорожку от шеи к девичьей груди. Одними движением руки он быстро снимает с брюнетки клетчатую юбку, оставляя её в чёрных кружевных трусиках.       — Ты так скучала по мне? — нагло и самодовольно улыбнувшись уголками губ, парень провёл рукой по черным трусикам девушки. Отчего та издала громкий стон и заерзала на кровати. — Ты такая мокрая. И заводишь этим ещё больше, — шатен закусывает нижнюю губу и пронзительно смотрит на Харрис.       — Алекс, хватит меня мучить, я не могу терпеть, — Агата недовольно морщит носик, проводя длинными ноготками по шее Александра.       — Я обожаю мучить тебя, а твои сладкие стоны дают особое наслаждение, — легко целует пальцы её рук.       Не в силах больше терпеть, девушка быстро снимает со шведа рубашку, а затем и белую футболку. Она закусывает нижнюю губу и проводит ноготками по подтянутому торсу Нильсена. Девушке нравится данное зрелище и от этого она возбуждается ещё больше. Она оставляет на его теле несколько поцелуев и засосов, обозначая, что он принадлежит только ей. Её руки вновь начинают дрожать, стоит им лишь прикоснуться к пряжке ремня на брюках парня.       — Ты уверенна, что хочешь этого, Агата? — вопросительно смотрит Алекс, перехватывая запястье девушки. Она лишь положительно кивает в ответ, смотря на шатена полуоткрытыми глазами. — Я не хочу, чтобы ты жалела о своём решении, золотко, — с заботой в голосе произносит Алекс.       — Я не буду об этом жалеть, Алекс, я правда этого хочу! — сглотнув слюну, произнесла девушка.       — Расслабься, lilla katten, иначе не получишь удовольствия, — проговаривает швед, целуя Харрис за ушком.       Он поднимает её руки и фиксирует над головой брюнетки. Не церемонясь, грубо входит в неё, вовсе не давая возможности привыкнуть. И если в начале было довольно больно, то буквально через несколько минут стало очень приятно. Всё-таки Александр умел доставлять колоссальное удовольствие. Но это была не единственная вещь, которая у него хорошо выходила. Ещё несколько уверенных и грубых толчков, после которых они вдвоем обессиленно падают на кровать.       — Ты была прекрасна, lilla katten, — Александр тяжело выдыхает и прижимает Агату к себе крепче. Он обнимает девушку руками, наслаждаясь ароматом её волос и тем, что она его. — Надеюсь, что тебе понравилось, — ласково произносит шатен, целуя брюнетку в руку.       — Ты ещё спрашиваешь? — удивленно спрашивает Харрис. — Это был лучший секс в моей жизни, папочка Алекс, — спокойно говорит Агата, переплетая их руки.