Ревнуешь, Алекс?

      Дождь барабанил по окнам, а прохладный и влажный воздух пропитал собою всю комнату. Погода за окном была пасмурной, сырой, влажной и немного холодноватой. Для Англии такая погода — не редкость. Поёжившись в кровати, Харрис лениво потянулась и взяла в руки смартфон. Время показало одиннадцать тридцать. Зевнув, Агата повернулась в сторону парня, но за ним уже и след простыл. Приподнявшись на локтях, брюнетка приняла сидячие положение и начала улавливать носом нотки мужского одеколона. Снова этот приятный цитрусовый аромат, что начинал дурманить голову. Кажется, в этом парне идеально всё: внешность, характер, поведение, голубые глаза, острые скулы и, наконец, очень красивое имя. Мысленно улыбнувшись самой себе, она поднялась с кровати и направилась в ванную комнату. Чтобы привести себя в порядок, понадобилось несколько минут. Выйдя из ванной комнаты, брюнетка снова уселась на кровати и уставилась в окно. Смотрела, как капельки скатывались по стеклу. Окно было приоткрытым, поэтому Агата улавливала запах мокрой земли и брусчатки. Иногда слышался шум деревьев и одинокое пение птиц.       — *God morgon, katt, — она услышала тёплое дыхания в районе шеи. — Наконец ты проснулась, — легко коснулся губами мочки её ушка, заставляя девушку содрогнуться. Алекс только коснулся её, а она уже готова умереть на месте.       — Почему не разбудил меня? — отогнав от себя пошлые мысли, спросила Агата. — И ещё, от тебя пахнет ананасами?       — Ты не спала почти две ночи, я подумал, что не стоит будить тебя так рано, — швед вздохнул и отстранился от брюнетки. — Думал, что пока ты спишь и видишь влажные сны с моим участием, я почитаю и поем, — самодовольно произнёс Александр. — Надеюсь, что ты, как и Рэйчел, не любишь ананасы, и мне не придется с тобой делиться, — ухмыляюсь, произнёс Нильсен, откусывая любимый фрукт.       — Нет, тебе не повезло, я люблю ананасы, — ответила черноволосая, поворачиваясь в сторону парня. — Придется делиться, — с ухмылкой произнесла Агата. — Давай, я жду, — протянула ладошку, ожидая сладкий фрукт.       — Ладно, заслужила, — с неохотой, но всё же делится с англичанкой сладостью. — Какие планы на вечер? — выгибает бровь и засовывает кусочек ананаса в рот.       — Лично у меня никаких, — вздохнув, ложится на колени шведа. — Ты зовёшь на свидание?       — Возможно, Харрис, возможно, — коротко произнёс Александр, наклоняясь к лицу спутницы ближе. — Ну что, ты согласна?       — А у тебя есть идеи, Александр? — с улыбкой на лице спросила девушка, дотрагиваясь указательным пальчиком к подбородку парня.       — Закажем роллы и пиццу, возьмём вино, можем пойти на наше место, — ответил швед. — Если будет дождь, то останемся дома.       — Кто ты и что ты сделал с Александром? — саркастически произнесла Харрис. — Куда ты дел язвительную задницу? — в той же манере продолжила она.       — Ты забыла добавить кое-что, — начал Александр. — Я чертовски привлекательная язвительная задница, — самодовольно улыбается, а затем наклоняется к уху англичанки максимально близко. — И вообще, маленькая мисс Харрис, ты не дала мне возможности закончить предложение. Я хотел добавить ещё кое-что, — облизнул кончиком языка мочку её ушка, заставляя брюнетку издать приглушённый стон. — После того, как мы с тобой поедим, — выдержав паузу длиною в минуту, добавил: — Мы хорошенько потрахаемся.       Накрывает её пухлые губы своими, вовлекая в пылкий и страстный поцелуй. Шатен проникает в девичий ротик, сплетая их языки в страстном танце. Ему нравилось, как тело брюнетки расслабляется и полностью отдается в его власть. Слышит сладкий стон, вырвавшийся из её уст, чувствует тёплые руки под своей футболкой. Через несколько минут воздуха начало не хватать, и поэтому им пришлось оторваться друг от друга. Но не надолго, уже через несколько секунд Харрис садится шведу на колени, обхватывает лицо руками и впивается в его губы. Она углубляет поцелуй, делая его более страстным и раскрепощённым.       Сейчас Харрис могла дать свободу самым потайным чувствам. Нильсен дарил ей много эмоций, которые девушка не испытывала ни к кому прежде. Он раскрепощал брюнетку, пробуждал самые развратные и пошлые фантазии. Она не сопротивлялась, ей это нравилось. Невероятно нравилось. Брюнетке нравилось, как его руки скользят по её спине, шее и позвоночнику. Или то, как влажные и горячие губы прикасались ключицам. Такие действия со стороны Алекса возбуждали девушку. Из уст срывается приглушённый стон, когда сильные руки Александра проникают под белую майку. Проводит пальцами по выпуклым ключицам, спускается к девичьей груди и останавливается там. Ладони аккуратно, но в то же время грубо ложатся на большую грудь, то поглаживая её, то сжимая. Харрис уже, не сдерживая себя, стонет парню в губы, отчего на его лице появляется самодовольная улыбка.       — Ах, Боже мой, — вылетает из её рта. Крепче сжимает плечо шведа, выгибаясь в спине.       — Для тебя просто Алекс, — коротко проговаривает он. — Тише, katten, нас же могут услышать. А ты же не хочешь, чтобы все узнали, чем мы занимаемся? — отрывается от пухлых губ спутницы и выгибает бровь. Наблюдает, насколько она возбуждена, а в голове уже созревает план, как начать день и как его закончить.       Она помотала головой и облизнула слегка опухшие губы. Большие зелёные глаза смотрели на него, а зрачки были расширены от возбуждения. Дыхание было сбитым и таким горячим, возбуждающим. Нильсен чувствовал её возбуждение и желания. Он видел, что она желает его всем своим нутром, каждой частичкой тела. Знал, что она хочет его. Знал, но не спешил дать девушке то, чего она желает. Сильные руки ложатся на бёдра англичанки, медленно спускаются к кружевным трусикам. Харрис уже мокренькая, это очень хорошо ощущается. Александр довольно улыбается, закусывает нижнюю губу и проводит по мокрой ткани пальцами. Отодвигает трусики в сторону, проводит указательным пальцем по промежности, а затем резко входит. Агата вскрикивает, то ли от неожиданности, то ли от наслаждения. Кусает губы и сжимает плечо шатена ещё сильнее, впивая в кожу ноготки. Выгибает спину и откидывает голову вверх, прикрывая глаза от ласк.       — Агата, ты стонешь слишком сексуально и громко, — хриплым голосом произносит на ушко брюнетки. — Мне придется заткнуть тебя поцелуем, — похотливо улыбается, проводя по ушку горячим языком.       Агата явно не против этого.       Вытаскивает из девушки палец и тянет футболку, освобождая тело от такой ненужной вещи. Целует ключицы, шею, начинает спускаться чуть ниже. Оставляет лёгкий поцелуй на прекрасной девичьей груди и плоском животике. Харрис издает громкий стон, выгибается в спине, и поэтому Нильсену приходится накрыть её губы своими.       — Я говорил, чтобы ты вела себя тише, lilla katten, — прохрипел в губы, укладывая брюнетку на кровать. — Видишь, нас уже заметили, — произнёс Александр. Стук в дверь продолжался долго. И не замечать его стало очень трудно.       Неохотно оторвавшись от англичанки, шатен поднимается с кровати. Попутно надевает майку и джинсы. Сейчас ему хотелось убить, любого, кто стоял за той чертовой дверью. Кажется, каждый в этом чертовом доме желает обломать его интимную жизнь.       — Чего тебе, малыш Сэмми? — тяжело выдыхает и опирается спиной на дверь. — Ты так соскучился по мне? — из его уст вырвался смешок, отчего японец закатил глаза. — Я думал, что ты дверь вышибешь, как в прошлый раз, помнишь? — насмешка так и вырвалась из его рта.       — Придурок, — нервно выдохнул Сэм, отводя взгляд в сторону. — Агата у тебя?       — Так вот зачем ты здесь, — ухмыляюсь, сказал швед. — У меня, а что? — вновь эта привычная для него ухмылка. В принципе, Александр чудесно знал, почему так делает. Он знал, что Агата нравится Сэму. И он видел ту ревность, которую парень хотел скрыть. Но Агата выбрала его, конечно, ему это льстило.       — Нам необходимо что-то обсудить, — ответил японец, складывая руки на груди. — Собираемся в гостиной, через десять минут.       Из-за того, что погода на улице до сих пор была сырой, компании пришлось собраться в одной из комнат особняка. Найти комнату, где бы им не помешали и не подслушали, было довольно трудно. Но англичанка всё же сумела найти такое место. В левом крыле северной части дома нашлась комнатушка, о которой знала лишь наследница. Хотя, теперь о ней знали уже трое людей.       Разместившись на полу, укрытым небольшим персидским ковром, приступили к обсуждению последних событий. Сначала посмеялись над рассказом Рэйчел о том, что к ней подкатывал Данте. А потом обсудили, как Линд видела их с Чарльзом утром, когда они садились в машину и куда-то уехали. По словам блондинки, она ничего странного и подозрительного не заметила. Но каждый из четвёрки согласился, что нужно быть начеку.       — Александр, ты уже говорил с Фредерик ом насчёт тех писем? — Агата вопросительно посмотрел на парня, что находился рядом с ней.       — Да. На днях у нас был весьма интересный разговор, — начал шатен. — Я узнал немного, но данной информации мне было достаточно, чтобы всё понять, — он вздохнул и заложил руки за голову, внимательно осматривая присутствующих. — Уже жду ваших вопросов, — довольно усмехнулся.       — Рассказать самому и сразу не вариант? — спросил Сэмюэль, глядя на Нильсена. — Прекрати вечно ухмыляться. У нас серьёзный разговор, — строгого добавил Макото.       — Как скажешь, малыш, — с насмешкой произнёс Александр. — Раз вы не против, то я начну, — театрально начал он. — Если честно, то я не спрашивал о письмах. Сами понимаете, что это было бы подозрительно. Да и то, что мы проникли в его комнату не совсем законно, — выдыхая, произнёс Александр. — Как мы уже знаем, у них был роман. Они вместе владели бизнесом, мне не сказали каким, но это не столь важно. На одном из курортов у них закрутилась интрижка. Они думали, что это вовсе ничего не значит, но, как оказалось, оба ошибались, — на несколько секунд шатен замолчал, вспоминая все слова, сказанные Фредериком. — Так сказать, секс по дружбе перерос в настоящие чувства. Они понимали это, но, к сожалению, разрушили отношения, — тяжело выдохнул, осматривая каждого из друзей.       — Если они любили, то зачем всё разрушили? — с грустью и непониманием в голосе спросила Рэйчел.       — Из-за слухов. У них был престижный статус в обществе, а вдобавок Аннет была замужем. Она не хотела, чтобы в обществе о ней плохо отзывались. Ларсен понимал это. И отнёсся к её выбору с понимаем, тем более инициативу проявил именно он.       — Разве деньги способны заменить любовь? — с той же грустью спросила Рэйчел. Девушка не могла смириться с фактом, что есть люди, у которых карьера превыше большой любви.       — Да, Рэй, мы живём в таком обществе, где выбирают деньги, а не любовь, — спокойно ответил Алекс.       — Думаете, он мог знать о беременности? — поинтересовалась Харрис.       — Думаю, что Фредерик подозревал о положении твоей тётушки, — швед выдохнул и посмотрел на слегка взволнованную Агату. — Я не считаю его виновным. Не думаю, что он был способен на такое. Ларсен подозревает во всём Чарльза и хочет доказать его виновность, — добавил Нильсен, запуская пятерню в волосы. — Это всё, что мне удалось узнать.       — Что будет, если убийцей окажется именно Фредерик? — вопросительно посмотрел Макото, ожидая ответа.       — Я очень сильно разочаруюсь в нем.

***

      Дождь не прекращал идти целый день. Даже вечером погода за окном не улучшилась. Скорее наоборот, она стала хуже. Раскаты грома раздавались над крышей, а в окне виднелись молнии. На стекле уже не было капель дождя, по нему просто стекал непрерывный поток воды. Агата сидела на кровати, читала книгу и дожидалась Александра, который должен был к ней прийти. Ей уже не терпелось поесть и посмотреть что-то интересное в объятиях любимого человека. Конечно, была ещё одна вещь, которую им бы стоило закончить. Страница за страницей. Полчаса прошло почти незаметно, погода на улице начала понемногу утихать.       — Боже, да неужели,  — говорит Агата, когда в её комнате появляется Александр. — Я уже грешным делом подумала, что ты сдох, — отложив книгу в сторону, она внимательно посмотрела на шведа. — Ты что, всё сожрал, да? Мне лишь пакет принёс, — с сарказмом спросила Харрис, садясь на кровати.       — Боже, какая ты добрая девочка, — усмехаясь, произнёс Александр. — А вообще, ты ещё и спасибо мне должна сказать. Знаешь, сколько в роллах калорий? Вдруг ты наберёшь несколько кило, а потом твоя жопа застрянет в джинсах, — с сарказмом произнёс Нильсен. Уже через несколько минут в парня полетела подушка, но тот ловко увернулся. — Ты так мило морщишь носик, — посмеявшись, он подошёл к кровати. — Что будем смотреть, katten? — кладет бумажный пакет и коробки на прикроватную тумбочку, а сам умещается возле англичанки.       — Не посчитай меня страной, но я хочу посмотреть мультики, — с детской улыбкой выдала Харрис. Её намерения были вполне серьёзные, это можно было понять по зелёным глазам. — Давай, Алекс, пожалуйста, — умоляющие начала брюнетка, кладя свою ладонь на его.       А что он? Конечно, Нильсен согласится. Просто эта юная особа сводит его с ума. И парень готов смотреть с ней детские мультики, сам того не понимая. Просто любовь творит с людьми необъяснимые вещи.       — Я думал, что ты предложишь посмотреть «Пятьдесят оттенков серого», — ехидная улыбка озарила его лицо.       — Твой любимый фильм мы посмотрим в следующей раз, Александр, — усмехаясь, произнесла Агата, убирая свою руку.       — Я не настолько банален, Агата.       — А теперь мне интересно, — начала брюнетка. — Какой твой любимый фильм? — с интересом спросила девушка, смотря в его голубые глаза.       — Если тебе интересно, то я скажу, котёнок. Список Шиндлера, — отвечает шатен, ловля на себя удивлённый взгляд девушки. — Что тебя удивляет, Агата? — выгнув бровь, посмотрел на девушку серьёзным взглядом. — Это сложный, многогранный и очень сильный кинофильм, который учит очень многим вещам, — серьёзно произнёс швед. — Если ты не смотрела его, то рекомендую к просмотру. Помогает многое переосмыслить.       Агата молчала. Она внимательно смотрела на Нильсена, вслушиваясь в каждое сказанное им слово. Боялась перебить его. Боялась упустить нить разговора. Ей так нравилось, что он мог говорить о таких серьёзных и глубоких вещах. Но больше всего Агате нравилось, что Нильсен начинает открываться ей. Пусть и медленно. Харрис чувствовала, что ей хорошо рядом с этим парнем. И пускай у него не самый идеальный характер. Подперев подбородок рукой, смотрела прямо в голубые глаза, опять утопая в них.       На улице уже стемнело, а комнату освещал яркий красный свет светодиодной гирлянды. Вечер складывался более чем идеально. Детские мультики, вкусная еда, тёплая и уютная атмосфера. Такой расклад Агате нравился. Но нужно было сделать ещё кое-что, чтобы закончить этот вечер. В голове англичанка быстро созрел один интересный вариант. И этот вариант Нильсен одобрит и поддержит, она точно уверена в этом.       Агата похотливо улыбается, а затем забирается к Нильсену на колени. Несколько секунд с вызовом смотрит на него, ловя на себя его взгляд. Нарочно кусает нижнюю губу, сладко и провокационно вздыхает, проводя ладошками по его груди. Чувствует, как его достоинство упирается ей в пах. Но Александр, как и всегда, непоколебим и делает вид, что он ничего не понимает. Но он всё понимает. Просто дразнить юную наследницу — его любимое занятие. Но Агата тоже хочет подразнить парня. Именно поэтому ядовито усмехается, а затем начинает ёрзать по его паху.       — Что ты делаешь? — вопросительно смотрит на брюнетку, стараясь скрыть возбуждение.       — Ничего такого, — её ответ был коротким.       Наклоняется ближе к лицу, замирает в нескольких сантиметрах от губ, но так и не спешит касаться их. Тёплое дыхание девушки обжигало его лицо и губы, но Алекс ловко сдерживал себя. Англичанка накрывает его губы своими, вовлекая в пылкий и влажный поцелуй. Он отвечает. Властно кладёт свои руки на её бёдра, проникает в девичий ротик языком, углубляя поцелуй.       — Ну так что мы делаем, маленькая непослушная девочка? — прерывает поцелуй и с вызовом смотрит в зелёные глаза.       — Продолжаем то, что не закончили утром, — уверенно произнесла англичанка, вновь впиваясь в желанные губы.       Руки Александра проникают под чёрный кардиган, внимательно исследуя каждую частицу такого любимого тела. Его пальцы скользят по нежной коже. Пробегается по рёбрам, как по клавишам старого фортепиано. Затем ключицы, грудь, спина. Из уст англичанки срывается приглушённый стон.       Она хочет его.       А он определено хочет её.       Каждый стон Харрис, как самая приятная сладость для ушей Александра. Больше всего он любит доводить свою девочку до такого состояния. Делает поцелуй более глубоким и напористым, оттягивая нижнюю губу. Спускается руками ниже. Сжимает бёдра, а затем опускается к кружевным трусикам. Чувствует, что его маленький котёнок весь мокрый от возбуждения и прикосновений. Резко входит в неё одним пальцем, заставляя Агату выгнуться в спине.       — Боже, Алекс, пожалуйста, — проговаривает она парню в губы.       Но он даже не слушает. Быстро двигается внутри неё. Через несколько минут добавляет второй палец. Начинает двигаться быстрее и резче, заставляя девушку взвыть от наслаждения. Чувствует, как длинные и острые ноготки впиваются в его кожу, царапая спину. Такое действие заставляет Александра возбудиться ещё больше. Её действия приносили неистовое удовлетворение.       — Александр, пожалуйста, — умоляюще говорит Харрис, прерывая поцелуй. — Я так не могу, — хныкнула брюнетка.       — Что не можешь, Агата? — хрипит ей на ушко, заставляя возбудиться ещё больше.       Дразнит её.       — Я хочу тебя. Хочу, чтобы ты вошёл в меня, — говорит она. Хотя это было больше похоже на приказ, чем на просьбу.       — Как насчёт связывания? — с пошлой улыбкой спрашивает швед.       — Я не против. Всегда хотела попробовать что-то новенькое.       Но Алексу не нужно повторять два раза. Он прекрасно понимает и с первого намёка. Он скидывает брюнетку с себя и поднимается с кровати, а затем направляется на выход из её комнаты. Буквально через несколько минут он возвращается. Закрывает дверь на замок и походит к Агате.       — Надеюсь, ты будешь послушным котиком, — начал он. — И будешь выполнять все мои указания, — его бархатный с хрипотцой голос вызвал сотню мурашек. Внизу живота завязался тугой узелок, а трусики стали ещё мокрее.       Притягивает англичанку чуть ближе к себе, целует в губы. Освобождает тело наследницы от такой ненужной вещи, как кардиган. Откидывает его куда-то в сторону, оставляя Агату в чёрном кружевном топе, что подчеркивал её достоинства. Хищным взглядом пробегается по её телу. В голубых глазах уже давно пляшут черти. Предвкушает то, как она будет извиваться под ним и выкрикивать его имя. Проводит рукой по большой и упругой груди, наконец, стягивает с тела англичанки надоедливый топ.       Присаживается перед кроватью на корточки и обхватывает девичьи запястья руками. Прежде чем приступить к действиям, смотрит Агате в глаза. И полностью удостоверившись в её желаниях, переходит к своему плану. Начинает вязать сильные и крепкие узлы на её руках. Периодические смотря в зелёные глаза. Он делает это аккуратно и быстро. Очень профессионально. Будто проделывал такие действия сотни раз. Харрис покорно сидела на кровати и наблюдала за действиями Александра. Ей было очень интересно наблюдать за каждым его движением.       — Скажешь мне, когда будет больно, ладно? — говорит Нильсен, поднимаясь с пола. — А теперь расслабься и получай удовольствие, котёнок.       Харрис покорно ложится на кровать, приподнимает руки вверх. Даёт возможность привязать веревки к изголовью кровати. Александр нависает над ней, проводит большим пальцем по щеке, а затем и по нижней губе англичанки. Самодовольно улыбается, обжигая её кожу тяжёлым дыханием. Смотрит в зелёные глаза, прежде чем поцеловать в губы. Целует в губы, шею, а затем несколько раз в ключицы.       — Алекс, не останавливайся, прошу тебя, — прерывисто произносит она.       — Мы ещё не начали, малышка, — самодовольно улыбается. Руки ложатся на грудь и начинают сжимать её.       Горловой стон. А затем ещё несколько.       — Min lilla, тише, тише. Понимаю, что я очень сексуальный, но сдерживай себя. Или ты хочешь разбудить весь дом? — внимательно смотрит в её глаза, открыто дразня.       — Закрой свой прекрасный ротик и приступай к действиям! — уверенно произнесла англичанка, смотря в голубые глаза шведа.       Он вновь усмехается. Ему нравится, что она пробует взять над ним власть. И, возможно, такая честь ей и выпадет. Но не сегодня. Сегодня доминирует он. Александр хотел бы подразнить англичанку, но сам уже не может терпеть.       Хочет взять её. Взять грубо и жёстко, но в то же время нежно и ласково.       Снимает с Харрис трусики, швыряет их куда-то в угол. Похотливо и с желанием смотрит на неё, а затем входит. Резко и во всю длину. Слышит громкие и сладкие стоны, которые так повышают его эго. Начинает двигаться быстрее и резче, издавая хриплые стоны. Всё это время не спускает с Агаты взгляда.       — Да… Алекс… да, — стонет брюнетка.       Наследница двинулась вперёд, входя с ним в один ритм. Нильсену остается лишь издавать хриплые звуки. Отчего улыбка на лице Харрис становилась ещё шире. Было приятно чувствовать его внутри себя.       Парень чувствовал каждую частицу её тела. Хотел доставить англичанке массу удовольствия и самый прекрасный оргазм в её жизни. Чувствует, что она готова кончить. Но ему не хочется, чтобы это произошло так быстро.       — Нет, katten, не сейчас, — хрипит ей на ушко. — Я скажу, когда тебе можно кончить.       Ещё несколько резких толчков, прежде чем он позволит ей и себе кончить. Нежно целует её в лоб. Выходит из девушки, снимает защиту и ложится рядом.       — Александр, ты ничего не забыл? — поднимает голову вверх, указывая на связанные руки.       — Да, прости.       Отвязывает от кровати, а затем аккуратно избавляется от узлов на руках. Запястья немного покрасневшие, но Нильсен уверен, что это пройдет. Хотя, в следующий раз будет завязывать слабее.       — Как твои руки? — убирает прядь волос со лба девушки.       — Немного затекли, но это не проблема.       Швед берет Харрис за руки, нежно поглаживает следы от верёвок, а затем касается губами тонких запястий. Агата смущается, но ей безумно приятно наблюдать за этим. Она чувствует себя важной и любимой. Видит заботу и любовь, которую Александр проявляет к ней. Агата счастлива, по-настоящему счастлива. Не долго думая, она целует его в губы. Вымещает всю благодарность за ночь в страстном поцелуе. Затем ложится на его грудь, вырисовывая на теле разные узоры.       — Знаешь, Александр, я тут подумала, — начала брюнетка. — Давай сведём Рэйчел с Сэмом. Или с Адрианом. Как ты смотришь на это? — поднимает на него взгляд, встречаясь с голубыми глазами.       — Не этот вопрос я ожидал услышать после секса, — усмехаясь, произнес он. — Давай подумаем об этом завтра, *duktig flicka, — целует в висок.— А сейчас нам нужно отдохнуть. Спокойной ночи, Агата.