Фонтан феи Фортуны

      В конце октября Джинни родила малыша. Джеймс Сириус Поттер как две капли воды походил на Гарри. Джинни постоянно отшучивалась, что если он унаследовал и его характер, то ей точно не поздоровится. Гарри был невероятно счастлив стать отцом. Гермиона ещё никогда не видела его таким сияющим. Он не отходил от сына ни на шаг.              Одним вечером, когда Гермиона пришла к ним на чай, Джинни и Гарри попросили её стать крёстной мамой Джеймса. В тот момент она разрыдалась и сказала, что о большем и мечтать не могла. Гермиона с первого дня полюбила его как родного племянника.              Весь ноябрь они с Драко провели за границей, путешествуя по Африке. Гермиона с удовольствием познакомила его с местной культурой, а также со своими любимыми учениками, которых знала уже довольно длительное время. Удивительно, но Драко легко находил общий язык с подростками. Она только удивлялась, когда видела, с каким удовольствием он общается с ними. Они почти всё время помогали учителям обучать юных волшебников, а в свободные дни изучали страну, пробовали местную еду, встречались с новыми людьми и даже ездили на сафари. Глаза Драко горели от восторга, когда он впервые увидел льва в дикой природе.              Они жили в собственном домике, который арендовал Драко. И было в этом что-то атмосферное; Гермиона чувствовала себя как дома, возможно потому, что Драко разделял его с ней.              Его вечно бледная кожа даже покрылась лёгким загаром, и он стал выглядеть ещё прекраснее. Гермиона же стала практически смуглой, её кожа приобрела идеально бронзовый оттенок, а веснушки покрыли почти всё лицо. Драко шутил, что скоро на её коже не останется свободного места.              В декабре они вернулись в Лондон, и Гермиона познакомила его со своими родителями. Она переживала, как всё пройдёт, ведь, даже несмотря на то, что мнение Драко изменилось, её родители всё же являлись магглами. К её приятному удивлению, всё шло прекрасно, но до момента, пока родители не решили поностальгировать и не достали старые семейные альбомы. Гермиона была пунцовой от стыда, а Драко, кажется, это действительно забавляло, потому что он с искренним интересом рассматривал её детские магловские фото. В конце вечера они уже общались так, будто были знакомы тысячу лет, а от неловкости не осталось и следа.              Перед сочельником она получила письмо от Рона с просьбой встретиться в Дырявом котле. Гермиона с надеждой в сердце пришла на встречу, всё ещё веря в то, что их дружбу можно спасти. Рон мялся, словно не зная, о чём говорить, а затем достал приглашение на свадьбу. Она должна была состояться в марте, и в приглашении значилось «Гермиона и… Драко». В тот момент она подняла на него глаза, полные слёз, которые выражали немой вопрос. Рон кивнул ей, и этот кивок значил больше, чем все слова, которые он мог сказать. Гермиона заплакала, а он притянул её к себе, крепко обнимая. Они сидели в объятиях друг друга, казалось, целую вечность, и она наконец ощутила, что всё на своих местах. Тяжёлое бремя ссоры рухнуло, и Гермиона почувствовала свободу. Наконец, всё хорошо.              Рождество они отметили в компании с Нарциссой. Это была инициатива Гермионы. Драко хотел провести праздник вдвоём, без размашистых вечеринок, а тихо и уютно, но в последний момент она предложила посетить Малфой-Мэнор. Все предрождественские приёмы Нарцисса уже провела, а Рождество собиралась отпраздновать в одиночестве. Гермиона и Драко завалились в поместье практически в пижамах, и это был один из самых душевных праздников, которые Гермиона помнила. Не было люксовых платьев, декораций и громкой музыки. Были лишь семейный уют, большая ёлка с горой подарков, посиделки у камина с шампанским в праздничных пижамах и рождественские песни, звучащие из проигрывателя. Гермионе было в новинку видеть Нарциссу такой домашней, но это сблизило их ещё сильнее.              В феврале Драко предложил ей переехать к нему. Если честно, Гермиона и так практически жила у него, о чём свидетельствовали все её вещи, которых с каждым разом становилось в его квартире всё больше и больше. Но официально это произошло только в феврале, когда однажды, ужиная, Драко нежно поцеловал её и предложил жить вместе. Гермиона, ни минуты не раздумывая, согласилась. Ей было комфортно и легко жить со своим мужчиной, и она ни капли не переживала, что быт может всё разрушить. В тот вечер они скрепили свою договорённость бурным сексом.              Чем ближе была дата свадьбы Рона и Кэти, тем более мрачным становился Драко. Он старался не подавать виду, что нервничает, но Гермиона настолько тонко чувствовала его энергию, что прекрасно понимала, как он волнуется. Ему предстояло официально познакомиться с семьёй Уизли, увидеть Кэти после того, что он чуть не натворил, и при этом постараться вести себя не как говнюк. Последний пункт был самым сложным в данном списке.              — Грейнджер, ещё не поздно развернуться и уйти отсюда.              — Не переживай, всё пройдёт хорошо.              — Я и не переживаю, с чего ты взяла?              Гермиона лукаво улыбнулась, глядя на Драко. Она не стала говорить, что поняла всё хотя бы по тому, как сильно он сейчас сжимал её ладонь. Наверняка это не прибавило бы ему уверенности, поэтому Гермиона лишь остановилась, разворачивая его лицо к себе и нежно целуя в губы.              — Они моя семья. И ты являешься частью моей жизни так же, как и они. Для меня это действительно важно.              — Не обещаю, что смогу вести себя прилично, — он с поражением сдался, обнимая её за талию.              — Я верю, что у тебя всё получится.              Разорвав поцелуй, она взяла его за руку и уверенно направилась к Норе. Уже издалека они увидели гигантский шатёр, который чем-то напоминал тот, что был на свадьбе у Билла и Флёр. Гермиона выдохнула, стараясь не показывать своего волнения, чтобы Драко не нервничал ещё сильнее. Она знала, что это будет тяжело, и могла лишь надеяться, что любимые ей люди поведут себя как взрослые и смогут нормально общаться.              Как только они появились вместе, вокруг послышались шепотки и взгляды, направленные на них. Гермиона шла гордо, стараясь не обращать внимания на окружающих. Все эти месяцы их настолько часто преследовали репортёры, что она уже привыкла к обсуждениям. Драко держался уверенно: его лицо было расслаблено, а свободной рукой он приобнял Гермиону за талию, сразу давая всем понять, в каких они отношениях. Смело.              — Гермиона! Привет! — рядом с ними появилась Луна Лавгуд. Её тёплая улыбка была адресована им обоим. — Привет, Драко. Как поживаешь?              — Здравствуй, Лавгуд. Всё хорошо, спасибо. Как… ты? Как отец?              Гермиона постаралась не измениться в лице, лишь перевела взгляд на подругу, которая, казалось, ничуть не удивилась такому вопросу от Драко Малфоя. Она просто ответила, что всё хорошо, и пожелала отличного вечера, вновь искренне улыбнувшись.              Старательно пряча улыбку за волосами, Гермиона отправилась на поиски Гарри и Джинни, ощущая всем телом, как её мужчина идёт за ней. По пути она здоровалась с волшебниками, которых знала; некоторые добродушно отвечали ей, другие вели себя несколько сдержанно и недоверчиво смотрели ей за спину. На таких Гермиона старалась не обращать никакого внимания, она только сильнее сжимала пальцы в ладони Драко.              Увидев наконец своих лучших друзей, она поспешила к ним, приветственно помахав. Гермиона тепло обнялась с Джинни и Гарри, а затем они повернулись к Драко. К счастью, взгляды друзей были доброжелательными.              — Привет, Малфой, — насмешливо произнесла Джинни, держа в руках Джеймса.              Драко кивком ответил ей и обменялся рукопожатиями с Гарри. Тот вёл себя максимально непринуждённо, будто прямо сейчас не общался с бывшим врагом. Драко старался поддерживать разговор, а Гермиона и Джинни переглядывались, усердно сдерживая смех. Затем Гермиона с любовью взяла из рук подруги своего крестника, оставляя нежный поцелуй на его розовой щёчке.              — Привет, красавчик, как поживаешь? — она любовно провела кончиком пальца по носу младенца, заставив его радостно улыбнуться ей.              — Уизли, кажется, у тебя проблемы. Твой сын как две капли воды похож на Поттера.              Драко стоял за спиной Гермионы, разглядывая малыша. Джеймс перевёл на него светло-карие глаза, с интересом изучая новое лицо. Затем произошло нечто невообразимое: малыш схватил своей маленькой ручкой указательный палец Драко, крепко держась за него. Он вздрогнул, явно не зная, что ему делать, а затем его лицо тронула тень лёгкой улыбки. Впервые Гермиона видела Драко таким.              — Если хочешь, ты можешь подержать его, — внезапно предложила Джинни.              — Что? Нет-нет, пожалуй, я откажусь. У меня довольно напряжённые отношения с детьми, — как можно более безразлично произнёс Драко, но друзья прекрасно понимали, что он старательно натягивает одну из своих масок. Его искренняя улыбка до сих пор блуждала на лице, когда он смотрел на мальчика.              — Лжец, — шепнула Гермиона ему на ухо, отворачиваясь прежде, чем Драко успел отреагировать.              — Кажется, ты понравился ему, Малфой, в чём я его абсолютно не понимаю, — шутливо произнёс Гарри, хохотнув, когда Джинни перевела на него сердитый взгляд.              Гермиона хихикнула, увидев ухмылку Драко. Ей было комфортно находиться в кругу друзей вместе со своим мужчиной, и, казалось, он чувствовал то же самое. Напряжение куда-то исчезло, и стало немного легче. Но впереди ещё предстояло «знакомство» с Роном и Кэти.              Когда они увиделись и обменялись тёплыми поздравлениями и объятиями, повисла тишина. Драко держался особняком, отмалчиваясь, но всё же смог выдавить из себя какие-то банальные слова, которые обычно говорят на свадьбах. Весь внешний вид Рона выражал, что ему чертовски некомфортно из-за присутствия Малфоя, но, к радости Гермионы, он смог удержать себя в руках, и перепалки не произошло. Конечно, каких-то любезностей тоже не стоило ожидать, но хотя бы не было ссор и конфликтов.              Кэти была более дружелюбной и даже смогла улыбнуться Драко. Чего нельзя было сказать о миссис Уизли. Даже с Гермионой она общалась уже не так тепло, как раньше, что уж говорить о Малфое, которого она просто не переносила. Зато, к удивлению Гермионы, Джордж вёл себя очень уверенно, даже несколько раз пошутил над ним. Драко не стал вести себя как типичный Малфой, а лишь натянуто улыбнулся и что-то пробурчал.              — Ты держишься отлично. Спасибо, что не ведёшь себя как несносный грубиян, — когда они наконец остались наедине, Гермиона ласково погладила Драко по ладони.              — Подожди, Грейнджер, у нас ещё весь вечер впереди, — отшутился он и взял для них два бокала с шампанским. — Как ты считаешь, оно не отравлено?              — Прекрати нести ерунду, тебе никто не хочет навредить.              — Ну, я бы не был так уверен. Когда ты отошла в уборную, на меня смотрели так, будто я прямо сейчас закатаю рукав рубашки и вызову Волдеморта.              — Уверена, ты преувеличиваешь.              — Кажется, я даже слышал разговоры о том, что ты со мной только лишь потому, что я держу тебя под Империусом.              — Ох, ну наконец-то хоть кто-то сможет спасти меня от твоего дурного влияния.              — Несомненно. От моего дурного влияния и вечного желания затащить тебя в постель. Как раз хотел сказать, что ты выглядишь настолько соблазнительно в этом платье, что я бы с удовольствием трахнул тебя сейчас.              Гермиона перевела взгляд на Малфоя, моментально покраснев. Его дымчатые глаза опасно блеснули, а затем он сделал небольшой глоток шампанского. Она, не отрываясь, следила, как его язык скользнул по нижней губе, облизав её, и скрылся во рту.              — Я могу рассказать тебе, чего бы мне хотелось прямо сейчас, — он склонился над её ухом, слегка касаясь нежной кожи губами.              — Мистер Малфой, мисс Грейнджер! Какая приятная встреча!              Едва не простонав от разочарования, Гермиона сделала шаг назад, смотря на подошедшего к ним Слизнорта. Судя по внешнему виду Драко, он тоже был недоволен тем, что их прервали, но через секунду нацепил на лицо вежливую улыбку, заводя разговор с профессором. Гермиона постаралась привести дыхание в порядок, отпивая шампанское. Заводить такие волнующие разговоры на свадьбе лучшего друга — не лучшая идея.              Она слушала, о чём Драко говорит с профессором, вполуха, оглядываясь по сторонам. Хоть свадьба и вышла скромной в духе Уизли, но здесь было очень уютно и так по-семейному, что, даже несмотря на косые взгляды, Гермиона чувствовала себя в своей тарелке. Рон и Кэти действительно выглядели очень счастливыми, и она была искренне рада за друзей.              Она вновь нашла глазами Драко, который моментально перехватил её взгляд, лукаво улыбаясь. Гермиона улыбнулась в ответ, раздумывая, смогут ли они быть такими же… нормальными. Смогут ли жениться, завести ребёнка, жить как все нормальные люди? Почему-то Гермионе было сложно представить Драко семьянином. Его образ бунтаря никак не вязался со спокойной семейной жизнью.              Она тряхнула головой, сбрасывая наваждение. Очень рано думать о таких вещах, они вместе не так уж давно. Сейчас её всё устраивает, она невероятно счастлива с ним. Разве это не главное?              Объявили танец молодоженов, и в центр зала вышли Кэти и Рон. Он закружил её в своих объятиях, и они растворились в танце. Гермиона, как заворожённая, наблюдала за парой. Они идеально подходили друг другу.              — Как считаешь, после какой минуты он запутается в собственных ногах? Я ставлю на третью.              — Ох, даже не думай, что я поддержу этот спор.              — Нет, наверное, на второй. Три — слишком много для Уизли.              Гермиона перевела недовольный взгляд на Драко, но когда увидела смешинки в его глазах, то не смогла сдержать улыбки. Несмотря на все обстоятельства и на то, что он, чёрт возьми, находился на гриффиндорской свадьбе, Драко справлялся.              Рон немного споткнулся, но всё же смог выровнять шаг. Они с Кэти счастливо рассмеялись и поцеловали друг друга. Гермиона услышала смешок рядом с собой.              — Ты должна мне галлеон, Грейнджер.              — Напомню, что я с тобой не спорила.              — Ну, не будь такой занудой. Неужели мне придётся терпеть это следующие, ммм… восемьдесят лет?              — Что?              Она удивлённо на него уставилась. Драко улыбался, но на его лице не было ни намёка на шутку. Неужели он это… всерьёз?              — Ты говоришь серьёзно?              — Естественно. Я планирую дожить минимум до ста. Удобно, что волшебники живут намного дольше маглов, ты не находишь?              — Нет, я не об этом.              — Давай потанцуем. Вокруг танцуют все, кроме нас. По правилам этикета это невежливо, особенно на свадьбе.              Гермиона с трудом оторвалась от серых глаз, оглядываясь. Действительно, вокруг кружились пары — все, кроме них. Она замешкалась, а затем вложила в протянутую ладонь Драко пальцы, позволяя увести себя на танцпол.              Покачиваясь под медленную мелодию, она сильнее сжала пальцами его плечо, прильнув к груди Драко щекой. Слушая размеренный стук его сердца, она прикрыла глаза, растворяясь в моменте. Драко провёл ладонью по её лопаткам и опустил руку на талию, крепче притягивая к себе.              — Это так странно.              — Что именно? То, что мы танцуем на свадьбе Уизли? То, что ты танцуешь на его свадьбе со мной?              — Всё вместе, на самом деле.              Гермиона подняла голову, упираясь губами в пульсирующую венку на его шее. Не сдерживая порыв, оставила на ней поцелуй. Драко вздрогнул, сильнее сжав пальцы на талии. Они продолжали покачиваться в танце, не обращая внимания на людей вокруг.              — Ты хочешь быть такими же, как они? Выйти замуж, завести семью? — на фоне музыки его голос звучал глухо, но Гермиона слышала каждое слово.              — Я стараюсь не думать так далеко.              — Допустим. Но подумай сейчас. Хотела бы ты провести остаток жизни с одним человеком? Видеть его лицо каждый день на протяжении долгих лет жизни?              — Из твоих уст это звучит не так, как я представляю в своей голове.              — И как ты представляешь? — Драко опустил голову, заглядывая ей в глаза.              Она задумалась, вновь переводя взгляд на Рона и Кэти. Они оба словно светились изнутри, излучая любовь. Конечно, это состояние эйфории не может длиться вечно. А что потом?              — Знаешь, я была бы рада провести остаток жизни со своей родственной душой. Мне кажется, ты можешь быть полностью счастливым, только если рядом с тобой тот, кто наполняет тебя, разделяет твои взгляды и принимает со всеми достоинствами и недостатками.              Драко молча кивнул, вновь прижимая её к себе. Гермиона не знала, скажет ли он что-то ещё, поэтому снова прильнула к его груди щекой, закрывая глаза. Сейчас его сердце билось беспокойно, словно он переживал о чём-то. Когда Драко заговорил вновь, его голос был хриплым:              — Как ты считаешь, твоей родственной душой может быть упёртый чистокровный подонок, который порой ведёт себя как невообразимая скотина, но всем сердцем любит тебя?              Музыканты завершили мелодию, и послышались бурные аплодисменты. Гермиона нехотя оторвалась от Драко, изумлённо смотря на него. Он выглядел сбитым с толку, как будто не до конца понимал, где находится. Она видела, что он чертовски нервничает. Его лоб покрылся лёгкой испариной, а по шее скользнула капелька пота, которая скрылась за воротом дорогой рубашки.              Гермиона собиралась ответить на его вопрос, но тут на зал вновь обрушился шквал аплодисментов, а затем начались энергичные танцы. Празднование затянулось на долгие часы, и больше они не смогли вернуться к этому вопросу. Драко выглядел непринуждённо, но Гермиона чувствовала, что его что-то беспокоит. Каждый раз, когда он считал, что она не смотрит, на его лбу пролегала небольшая складочка и он хмурился, но всего секунду. Затем переводил взгляд на Гермиону, и его лицо вновь становилось спокойным.              Домой они вернулись полностью обессилевшие. Свадьба прошла настолько прекрасно, что в конце Гермиона уже не смогла стоять от усталости. Ноги гудели от бесчисленного количества танцев. Она действительно хотела поговорить с ним, когда они вернутся домой, но в конечном счёте настолько вымоталась, что уснула, как только приняла душ и легла в кровать. Сквозь сон она чувствовала, как Драко нежно поцеловал её в лоб, лёг сзади и обнял за талию. Она устроилась поудобнее в его объятиях и провалилась в глубокий сон.       

***

      Прошла неделя с момента свадьбы, и больше Драко не заводил этот разговор. Гермиона отчего-то тоже не решалась заговорить об этом, хотя несколько раз и собиралась это сделать. Между ними не было никакого напряжения, поэтому она решила оставить всё как есть. В любом случае они смогут вернуться к этому позже.              Одним вечером они вместе лежали в ванне после тяжёлого дня. Это было их любимое времяпрепровождение: расслабляться вечером в пенной тёплой воде, слушая музыку или читая вместе. Гермиона лежала на груди Драко, держа в руках книгу. Он обвил её тело руками и ногами, наматывая кудрявую прядь волос на палец и слушая, как она читает вслух. Пена возвышалась над ванной большим белым облаком, приглушённо горели свечи, и в целом было ощущение уюта и умиротворения.              Отложив книгу, Гермиона развернулась и села напротив Драко, с удовольствием любуясь своим мужчиной. Ей нравилось рассматривать его тело, мышцы, которые перекатывались под бледной кожей, слегка вздутые вены на руках. Взгляд скользнул по шрамам на груди и животе, и она нахмурилась. Гермиона видела их каждый раз, когда он был обнажён, но они никогда не говорили об этом.              Драко проследил за её взглядом и усмехнулся. Затем взял с пола бокал с вином и сделал глоток, погружая хрустальную ножку в белую пену.              — Всё забываю передать Поттеру спасибо за это.              — Они не болят?              — Больше нет. Снейп дал мне какое-то мощное противоядие тогда, но лёгкая ноющая боль преследовала меня ещё долгое время. Жаль, что шрамы убрать не удалось.              — Можно?              Она занесла пальцы над его грудью, ожидая разрешения. Драко кивнул, наблюдая, как она проводит подушечками по побледневшим от времени рубцам. Он слегка поморщился, когда Гермиона провела по длинному шраму, пересекающему грудь и живот, и она моментально отдёрнула руку, приняв при этом виноватый вид, как будто сама сделала это с ним.              — Я тогда была так зла на Гарри. Он поступил как полный идиот, когда применил заклятие, о происхождении и последствиях которого даже не знал. Это было невероятно глупо.              — Что ещё раз доказывает, что ум не сильная его сторона. Ай, хватит драться, ярая защитница Мальчика-Который-Машет-Палочкой-Без-Разбору. Почитай мне ещё, пожалуйста.              Он притянул её к себе, вновь укладывая на свою грудь. Гермиона устроилась поудобнее, а затем потянулась за палочкой, прошептав заклинание. Через несколько секунд в её руки мягко легла старая книга, которую Драко моментально узнал.              — Она всё ещё у тебя?              — Разумеется. Она слишком много значит для меня. Хочешь, расскажу один секрет?              — Ещё спрашиваешь. Я люблю секреты.              — Мне кажется, всё началось в тот момент, когда ты подарил мне эту книгу. Этот поступок был таким значимым для меня, таким личным, что я поняла, что совсем тебя не знаю. И мне захотелось узнать. Я не думала, что ты можешь быть таким открытым, добрым и искренним. Конечно, поначалу я этого не понимала, но с каждым днём, узнавая тебя, влюблялась всё сильнее.              Гермиона слегка повернула голову и уткнулась носом ему в щёку. Драко нежно провёл пальцами по её ключицам, поднимаясь выше и лаская шею. Гермиона прикрыла глаза от наслаждения, растворяясь в моменте, позволяя целовать себя в нежное место за ушком.              — Я хотел спросить…              — Да.              — Ты ведь даже не знаешь вопрос.              — Знаю. Я не ответила тогда, на свадьбе. И ответ — да.              Гермионе даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что Драко улыбается. Он оставил горячий поцелуй на её шее и обвил руками талию.              — Тогда давай читать.              Гермиона улыбнулась и раскрыла книгу на своей любимой сказке, проводя пальцами по ветхим страницам.              — На высоком холме в зачарованном саду бил источник, приносящий удачу, и прозвали его Фонтан феи Фортуны, — начал Драко, даже не заглядывая в книгу. Он не лукавил, когда говорил, что знает эту сказку наизусть.              — Раз в год, в день летнего солнцестояния, в сад разрешалось войти одному-единственному человеку, горемыке. Если успеет он от восхода солнца до заката добраться до источника и окунуться в его воды, всю оставшуюся жизнь будет ему сопутствовать удача, — продолжила Гермиона.              — Тут были и три волшебницы, каждая — со своим грузом горестей. Дожидаясь, пока взойдёт солнце, рассказали они друг другу свои беды…              — Первая, по имени Аша, страдала от болезни, вылечить которую не мог ни один целитель. Она надеялась, что источник избавит её от этой хвори и подарит долгую, счастливую жизнь…              — Выходи за меня.              — Нет, тут нет такой строчки…              Она оторвалась от книги, поворачивая голову. Драко был расслаблен, но в глазах не виднелось ни намёка на шутку. Он смотрел на неё, не отводя взгляда, прямо и решительно.              Он это… серьёзно?              В приглушённом свете его лицо выглядело ещё красивее. Свечи отбрасывали тени на острые скулы, а в сером океане глаз плескались такое тепло и любовь, что Гермиона едва не задохнулась от нахлынувших чувств.              Он серьёзно. Его глаза сказали всё за него.              — Ты моя родственная душа, и я бы хотел прожить с тобой остаток своих дней, — его голос дрогнул, и он пробежался пальцами по её щеке. — Ты готова стать миссис Малфой? Терпеть меня до самой смерти, видеть…              — Да, — выдохнула Гермиона, и её сердце словно замедлило темп.              — Путешествовать со мной? Встречаться с моей мамой раз в неделю за чашечкой чая…              — Да.              — Родить мне наследника. И дочку. Где-то в глубине души всегда мечтал о дочери. Даже готов к тому, что у неё будут каштановые пряди вместо платиновых.              — Да, Драко, — она счастливо улыбнулась, перехватив его пальцы и слегка сжав.              Он шумно втянул в лёгкие воздух, а затем бережно обнял её, словно она была хрупкой, как статуэтка. Оставив поцелуй на её виске, он счастливо рассмеялся.              — Чёрт, я ведь даже не купил тебе кольцо. Я хотел сделать всё красиво, но мне показалось, что сейчас самый подходящий случай, чтобы сказать это.              — Я люблю тебя.              — Я тебя — в тысячу раз сильнее.              Их поцелуй был наполнен невероятной любовью и осознанием того, что впереди их ждёт бесчисленное количество дней и лет, проведённых вместе. Лет, наполненных любовью, взаимным уважением, ссорами, недопониманием, бурными примирениями и принятием друг друга такими, какие они есть. Гермиона была искренне уверена, что он тот человек, которого она хочет видеть рядом с собой до конца своих дней, как бы глупо и банально это ни звучало. И, кажется, Драко чувствовал то же самое.              — Я подарю тебе самое красивое кольцо, которое только существует в этом мире, Грейнджер.              — К чёрту его, я бы вышла за тебя, даже если бы ты надел мне на палец проволоку.              — Чёрт, чего же ты сразу не сказала. Тогда сэкономлю пару тысяч галлеонов.              Драко хохотнул, нежно целуя её за ушком. Гермиона счастливо улыбнулась, кладя голову ему на грудь и закрывая глаза. Стук его сердца успокаивал, его присутствие давало ей ощущение защищённости и уюта. Всё было хорошо. Именно так, как и должно быть.