Ivanhoe

Одинокая птица присела на ветку цветущей сакуры, медленно разрезая утреннюю тишину своим голоском. Густые золотые волосы сейчас заплетались в привычный пучок одной из служанок. Та мягко расчесывала гребнем волосы молодого господина, стараясь не издавать ни звука, чтобы не потревожить его думу. Сам господин смотрел на свое отражение, но так казалось. Он скользил взглядом по своему лицу и по пальцам служанки, что собирала его длинные волосы. Когда она закончила и сложила руки в уважительном жесте и чуть поклонилась, собираясь уходить, господин произнес своим хрипловатым голосом: — Позови Кима. — Та кивает и разворачивается, распахивая шторы и после спешно удаляясь. Ночная рубашка слетает с подтянутого тела, пока блондин зовет одну из своих слуг, чтобы облачиться в ханбок. — Ты вовремя. — Господин поправляет воротник, когда Ким влетает в открытые двери, парень не поворачивается, наоборот, он наблюдает за большим садом, в котором трудятся несколько человек, подстригая и поливая цветы и деревья. Тэхен опускается в поклоне и спрашивает: — Вы о планах на сегодня? — Ким, пока господин не видит, спешно поправляет высокий хвост каштановых волос, которые наспех завязал. Голубая ткань ханбока и вышитые на ней узоры играли на почти поднявшемся солнце. — Да. — Серьги в ушах Мина колышутся от открытого окна, волосы заколоты золотой брошью. -Что на сегодня? Сражение на клинках, почтение после коронации? Тэхен раскрывает пожелтевший свиток и произносит: — Сегодня только одно дело. Мы должны найти вам невесту, чтобы продолжить род и сыграть свадьбу… — Глаза Юнги расширяются, в черной бездне начинает полыхать огонь. Он разворачивается к сжавшемуся Киму и цедит: — Ты же знаешь, что я никого не выберу. — Ким склоняет голову и незаметно ухмыляется. — Юнги… — Он смотрит на него. — Просто посмотришь. Выбери кого-нибудь, потом по-тихому и разведетесь… Я не знаю, с чего твой отец решил так. — Ну, просто выбрать и развестись, глупо. Пойдут слухи. Чувствую, наша династия остановится на мне. — Юнги ухмыляется и подходит к столу, едва не перевернув дубовую конструкцию.  — Мне не нужны эти дети! Мне нужен тот, кто поможет мне сдерживать себя. — Юнги злится, в его груди бушует злость страшного масштаба. — Юнги, все хорошо! Просто поездишь по Ханяну (название Сеула во времена династии Чосон) и скажешь, что никто не нравится. На каждый твой гнев уходит слишком много жертв. - Тэхен пятится назад, когда господин почти разбивает зеркало стулом. — Хорошо! — Юнги почти успокаивается и падает на широкое ложе. — Что на завтрак и который час? — Лист бумаги оказывается в руках блондина. — На завтрак то же, что и обычно… — Тянет Тэхен и смотрит на Юнги. — Время почти восемь… Ох, я забыл. — Юнги вопросительно поднимает темные брови. Данное явление, на самом деле, необъяснимо, но Тэхен старается не зацикливаться на этом. — Мы обязательно должны заехать в дом одного человека, у него есть старшая дочь. Может она? — Напомни мне, пожалуйста, о чем мы говорили несколько минут назад? — Пальцы готовы разорвать бумагу в клочья. — Понял. — Ким захлопывается и произносит. — Чонгук ждет нас внизу, на завтраке. — Юнги улыбается, смотрит на расслабленное лицо своего друга, поднимаясь — Пойдём. — Юнги спрыгивает с ложи и направляется к выходу. По дороге все слуги, что были заняты делами по хозяйству, бросали все дела и в страхе опускались в низком поклоне. Мин Юнги — самый жестокий правитель, которого только помнит эта страна. Его выбор очень требователен, за непослушание — бросает в темницу, заставляет думать над своим поведением или пытать солью на пятках — козы обычно вылизывают до крови и мяса, а пока провинившийся кричит от боли, Юнги в своих покоях почти выдирает свои волосы и роняет слезы, не в силах сдерживать свои порывы злости. Ему нужно затушить этот очаг, иначе королевство погибнет… Широкие дубовые двери с золотыми ручками легко поддаются напору бледных пальцев, пока один из слуг заканчивает накрывать на стол и спешно покидает помещение. Все стараются не попадаться на глаза Жестокому. С улицы слышны крики и удары палок о кожу, Мин морщится и приказывает захлопнуть раму. Брюнет с короткими темными волосами остался один, подбегая к Тэхену, залетая в распахнутые руки, прижимаясь ближе. Тэхен заботливо гладит волнистую шевелюру, пока парень прячет счастливую улыбку в груди. — Я скучал. — Гуки, мы виделись несколько часов назад. — Юнги хмыкает и садится за стол, тянет руку к первому, что видит и неспешно пережевывает, смотря на это счастье в их глазах и про себя спрашивает: «Будет также у меня и вообще, заслуживает ли моя жестокость счастья?» Закончив с трапезой за четверть часа, Юнги решил не терять время впустую, приказав приготовить повозку. Повязав привычную ленту вокруг головы и оставив аккуратный пучок, мужчина отправляется в паланкин, присаживаясь и смотря вдаль, где расстилаются горы и леса. Тэхен сидит рядом, немного нервно мнет свою одежду, но молчит. — Боже. — Мин хмурится и поворачивает голову. — Тебе на месте не сидится, что случилось? Ким смотрит непонимающе, а потом выдыхает, медленно произнося: — Ты только не злись, но у меня ощущение, что ты кого-то заберешь во дворец… Темные брови снова поднимаются вверх — И? Разве не этого вы все ждете? — правитель откидывает назад волосы и, спустя несколько секунд молчания тянет: — И что твое чутье говорит дальше? — Ты его напугал и оно говорит мне, что ты натворишь делов. — Шатен затаивает дыхание, смотря на старшего. — Глупости. Я всегда творю что-то непонятное, так что я понятия не имею, о чем ты. Остальные тридцать минут они молчали. Юнги спокойно смотрел на жителей, пока те занимались своими делами. Конструкция дрогнула и затормозила. Один из охраны и членов экипажа подошел, начиная разбираться с чьими-то делами. Старший особо не слушал, его взгляд блуждал по горе и опустился вниз, теперь точно перед ним стоит дом. Шикарный, если сравнивать с тем, что он видел по дороге. Его волновал не дом, не разговоры, он смотрел прямо, за забор. За тонкими деревянными прутьями стояла фигура, что четко, мягко и медленно танцевала, длинные черные волосы с оттенком темного неба и простой белый наряд выбивал молодого мужчину из колеи. Он не видел всех деталей, но смотрел, точно загипнотизированный. Человек продолжал танцевать, почти поднимаясь босыми ногами над землей, Юнги жадно следил за каждым его движением. Краем глаза уловив движение, Мин повернулся. Тэхен посмотрел на него, присаживаясь напротив, и блондин замолчал, прикрывая глаза. Образ танцующего человека отпечатался на обратной стороне века, Тэхен смотрел на ушедшего в себя правителя и не знал, как его потревожить. — Сегодня во время завтрака я говорил, что нам нужно зайти в дом к одному человеку? — Правитель заторможенно кивает и поднимается, расправляя полы широкого ханбока. Спрыгивает на пыльную дорогу, но не обращает внимания на это, идет за Тэхеном и после Ким осторожно стучит дверь, которую тут же открывает женщина лет сорока или тридцати восьми от силы, как думает Юнги. — Очень рады вас видеть! — Произносит женщина и кланяется, Тэ кивает и почти бьет своим хвостом по носу правителя, тот фырчит, снова уходя в себя. Образ этого человека — Мин издалека не увидел, парень это или девушка - снова приходил в голову. Эти мягкие на вид руки, темный взор, развивающиеся волосы на ветру, полы белого платья с белыми штанами снизу… — Юна, подойди! — Из соседнего помещения выпархивает темноволосая девушка в розовом платье с белыми рюшами, на груди распускаются цветы, а в волосах, затянутых в красивую прическу, видно украшения, по виду, золотые и дорогие. «Не человек, а цветочек какой-то.» Юнги недоволен. Да, девушка несомненно красивая, но ее аура слишком слабая и местами даже темная, Юнги не сможет удержать свой гнев, если рядом будет эта девушка, станет в два раза хуже. Тэхен, смотря за тем, как меняется взгляд правителя, бодро произносит. — А расскажите про вашу дочь хоть немного. — Ох, да, конечно. Пройдемте за стол. — Тэхен кивает и разворачивается к Мину, тихо шепчет, когда они остаются вдвоем. — Я понимаю, что тебе сложно, но пойми, это нужно для кое-кого. — Если они подольют мне в чай яда, я тебя с того света достану, с собой заберу. — Тэ посмеивается и Юнги ничего не остается, как идти за ним. — Ким Юна, двадцать три года, умная, начитанная воспитанная, никогда поперек слова не скажет, всегда будет рядом, поддержит в трудную минуту. Если бы Ким Тэхен мог читать мысли, он бы слышал как Юнги почти что проклинает тут всех. — Кхм, а у вас есть еще дети? — Мы рассматриваем для этой кандидатуры очень много людей. — Шатен смотрит на правителя, который выпил свой чай и теперь сидит с лицом таким, будто он просто всех сейчас убьет своей волной гнева. В груди разрасталась непонятная тревога, хотя нет. Мин еле держится, чтобы не подскочить и не сломать тут что-либо или вовсе покинуть помещение. — У нас есть только сын, но он не подходит на эту роль… — Сзади слышится хлопок и уставший голос — Мама, отец, я вернулся. Юнги замирает. Этот голос... он словно успокоил все в душе Юнги сразу, правитель расслабился и стал смотреть в сторону входа в комнату, пока Тэхен смотрел на его затылок немного недоуменно. — Чимина, как ты? Хорошо себя чувствуешь? Мы в столовой! — Женщина чуть поднимается с места, пока муж держит ее за предплечье, спокойно смотря на ее лицо. Юнги замирает, как только видит того танцора, которого видел во дворе четверть часа назад. Он вблизи еще прекрасней. У него карие, почти черные глаза, иссиня-черные волосы до поясницы, завязанные в косу на затылке передние пряди. В ушах скромное серебро колечка, а простой белый ханбок без каких-либо рюш или узоров не мешает Юнги видеть в этой скромности нечто прекрасное. Он улыбается, правитель задерживает дыхание, когда взгляд скользит по лицу снова и снова, но потом этот парень замечает его. Он сразу же опускается в поклоне и выпрямляет спину. — Вы же… Король? — Юна, как и все девушки этого города, может стать женой Правителя! — Его мать все объясняет коротко, но понятно, Чимин кивает, но все равно не отрывает взгляда от пола. Все затихают, когда Юнги поднимается, медленно подходит к парню, заставляя того поднять взгляд от пола и смотреть в его глаза. Тэхен молит просто всех богов, чтобы Юнги сейчас ничего не натворил. Брюнет робко открывает рот, чтобы что-то сказать, но замолкает. У Чимина очень чистая аура, светлая и широкая. Стоя рядом с ним даже тогда, когда у того сердце начинает стучать сильнее, Юнги успокаивается и прикрывает на секунду глаза, но тут же открывает их, стараясь не потерять лицо из-за этой нежности. — Извините меня, но… — Юнги давит на переносицу, формулируя предложение. — Мне не нравится ваша дочь. Юна молчит, как и молчала, но сейчас она как будто сорвется, и непонятно, что она сделает. — Ничего страшного, в нашем городе еще полно прекрасных дев, но поверьте, наша… — Я сделал свой выбор. — Женщина замолкает, хлопая глазами. Одна из прядей черных волос упала на ее лицо, блондин очертил взглядом всех присутствующих и развернулся, тихо говоря Чимину — Собирай вещи, которые тебе нужны. — Чимин смотрит с удивлением, его глаза расширяются, он сглатывает слюну и произносит в ответ. — Простите, я? — Быстрее! — Брюнет сжимается, но кивает, собираясь подняться на второй этаж. Родители и Юна в шоке, они сидят, распахнув глаза и не веря собственным ушам. Тэхен изо всех сил держится, пока Юнги не выходит на улицу. — Юнги. — Мин смотрит на него, поднимая брови. — Почему он? Это же парень… — Юнги смотрит на него и тихо выдыхает — Молчи пожалуйста. — Женщина сжимает в руке платок и смотрит на сына, который собирает вещи. Всего несколько платьев, несколько резинок, сережки и гребень. Чимин прижимает их к себе и подходит к матери. Женщина его целует в нос и обнимает. — Будешь приезжать? — Конечно мама. — Женщина улыбается и идет с ним к выходу. Тэхен помогает Чимину и Юнги забраться в паланкин, запрыгивает в него сам, и они покидают ворота дома, на который брюнет несколько раз с тоской оборачивается по дороге. Его душа была охвачена смятением, и он не знал, что ему ожидать от жестокого правителя со шрамом на глазу, полученным в результате несчастного случая. Король задумывается и смотрит в окно, пока Чимин исподлобья смотрит на него, подмечая его бледную кожу и красоту черт лица. Юн сейчас тоже думал о человеке, сидящем рядом и почти повернулся к нему и столкнулся бы с ним глазами, если бы не камень на дороге, от которого вся конструкция подскочила, а Чимин не отвел бы в взгляд в окно; правитель увидел только черные, развивающиеся на ветру волосы. Его губы тронула улыбка.

***

Чимин разбегается и мягко подпрыгивает, взлетает, полы белого ханбока распускаются на солнце, темные волосы и мягкая улыбка украшают его сильнее. Юнги сидит и смотрит на него, прикрывая глаза от солнца. Пак танцует. Ему не мешает его наряд, да и присутствие короля перестало его смущать, солнце уже село, последнее движение Чимина и он замирает, садясь на колени. Юнги улыбается, подходит к Чимину. Тот поспешно стряхивает со своих колен пыль и улыбается в ответ, встав во весь рост. У Мина сегодня тяжелый день, но Чимин сейчас идет за ним в его спальню, и от этого хочется улыбаться. Пак медленно открывает тяжелые двери и ждет Мина. Присаживается на белые простыни с золотыми каемками и Юнги садится перед ним, скрещивает ноги в позе лотоса и позволяет Чимину снять с себя ленту, что стягивала его волосы на висках. Золотые густые пряди легко поддавались нежным рукам Чимина и тот спокойно достал свой любимый гребень, начиная расчесывать. После того, как он закончил, Пак переполз лицом к Королю, решив сегодня не просить его повернуться и сделать все самому. Он снимает серьги с ушей и подходит к столику, оставляя все в небольшой шкатулке. На улице темно и тихо, свежо и чисто, Юнги спокоен и расслаблен. Первое время Чимин очень стеснялся его, и того факта, что в скором времени станет мужем самого короля. Самого жестокого короля за всю историю, которую только помнит человечество. Но уже через месяц Чимин без стеснения улыбался Королю за завтраком, но пока был под прикрытием горничной. Когда рабочий день большинства слуг заканчивался, Чимин осторожно проходил в покои Юнги, зная, что там его ждут. Пак развязывает ханбок, помогая Мину его стянуть и спешит к шкафу, доставая ночную рубашку, отдает ее, а сам разворачивается, ведь его обязанности подошли к концу, ему осталось только потушить свет и отправляться в свою комнату. Но Юнги своим тихим, но властным голосом произнес. — День тяжелый, останься. — Чимин кивает достает из маленького кармашка свой гребешок, начиная расплетать передние пряди и мягко водить гребнем по чистым и мягким волосам. После этого Юнги снова садится к нему спиной. Чимин припускает свой наряд до груди, почти оголяя ее и прижимается к голой спине короля своей грудью. Юнги выдыхает тяжело и поддается рукам, которые мягко вслепую водили по его лицу и шее, успокаивая. Аура Чимина такая спокойная, но радостная, она обволакивает собой, как и сам Пак. Он единственный, кто нужен Юнги и кажется, понимает это. В его груди гулко бьется сердце, да так сильно, что Мин ощущает это своей спиной и это далеко не от страха… Мин резко поворачивает голову и Пак убирает руки. Медленно подтянувшись поближе, они встретились глазами Глаза Юнги светлее, губы переливались с розового на алый при свете лампы. Глаза Чимина скользили по лицу и не удержавшись, он протянул руку, касаясь щеки блондина, тихо спрашивая: — Что-то не так? — Нет, все хорошо… — Тянет Юнги. После чувствует, как Чимин запускает пальцы в его волосы и массирует корни, иногда меняя направление. Мужчина приближается к нему еще чуть ближе и Пак тянется вперед, сталкиваясь с ним губами. Юнги мягко обвивает талию и прижимает к себе, пока пальчики цепляются за плечи. Губы мягкие и неумело поддаются навстречу, брюнет ложится на спину, позволяя Королю нависнуть над ним. Поцелуи тягучие, чувство удовольствия и возбуждение растекаются по телу. Чимин издает первый стон, отстраняясь, Юнги мажет своими губами по линии челюсти и кусает слегка за шею, снова остановившись на губах, оттягивает их. Пак несмело отстраняется и тихо произносит — Прохладно… — Мин просит погасить свет, пока сам расправляет широкое одеяло. Чимин ложится рядом, грея замерзшие ноги. Блондин наблюдает за подтянувшим к себе колени Чимином и после обнимает его, прижимая к себе. За этот месяц поведение Юнги кардинально изменилось. Он не бил того, кто его раздражал и пыток было по минимуму, только для тех, кто действительно провинился. Он начал много гулять, часто брать Пака с собой как личного слугу, но кроме Чимина во дворце Кенбоккун, полностью белый ханбок не разрешалось носить никому. Юнги спокоен и собран, выполняет свои обязанности, разговаривает с отцом, у которого отдельный большой дом на вершине горы, где он проводит свою старость, периодически приезжая к сыну. К его выбору он отнесся странно, но ничего не сказал. Дела налаживались. Как и покой в сердце короля. Там поселился двадцатидвухлетний Пак Чимин, которому Правитель отдавал все свободное время и ночи. Чимин не выполняет никакие дела во дворце — Он просит Тэхена, чтобы Чимин не работал, а имел полностью свободные дни, в которые он мог накрыть на стол или убраться в покоях хозяина, но не более. Юнги хочет, чтобы эти руки, которые сейчас спокойно гладят его спину, оставались такими же нежными, а пальцы такими же крохотными. Чимин подтягивается и проводит пальцами по бледной шее, тихо шепча. -За сегодня твоя аура сгустилась, но сейчас все хорошо. — Как ты понял это? — Юнги поднимает брови в удивлении — М? — Чимин почти засыпает. — Я чувствую тебя. — Слабо улыбается, прижимаясь к накрытому одеялом телу — Ты понимаешь, как сильно нужен мне? — Тихо произносит господин и щеки Пака становятся пунцовыми. Он поднимает на него взгляд и кивает. — Ты тоже нужен мне, Жестокий Правитель. — Чимин улыбается и под звуки сада, которые было едва слышно через рамы, расписанные золотом, мирно засыпает.

***

Солнечные лучи пробиваются сквозь плотно закрытые шторы, потому что под утро Чимин замерз даже под одеялом, и Юнги тихо поднялся, посмотрев на мирно спящего малыша, закрыв окна красным бархатом от встающего солнца, тихо вернувшись и атакованный Чимином, который сразу же лег под его бок и тихо пробурчал -Юнги-я, куда ты уходил.- Но он продолжал спать вдыхая минов запах, мужчина выдохнул, погружаясь в свои мысли.

***

Мужчина ловко орудуя мечом, взлетал в воздух, ударяя по своему противнику, тот падает, а Юнги нападает еще на нескольких. Лезвие острое, оно вспарывает кому-то одежду, но Юнги это не останавливает. Воздух вокруг накаляется, пока один из противников бежит на него, взмахивая своим мечом. Катана в руке короля держится уверенно, он парирует все удары и едва успевает увернуться, когда лезвие вспарывает ему рукав. Один из новоприбывших видит, как одна из катан падает и движется на короля. Юнги почти падает лицом на лезвие, в глазах страх и злость, но Тэхен кричит, подхватывая Юнги. — Стоп, закончили. Вы хорошо поработали, а ты — он показывает пальцем на хварана, новоприбывшего в Кенбоккун новенького. — Останься здесь. Мин тяжело дышит и оттряхивается, поднимаясь. — Ты что сделал?! — Тотчас в Юнги просыпается зверь и он резко подходит к воину и роняет его на пол одним ударом в челюсть. — Юнги, остановись! — Тэхен почти успевает его схватить, но, ударив его ногой, Мин через весь дворец волочит того по полу, закрываясь в своих покоях. Тот не кричит и не сопротивляется, он наслышан и понимает, что фактически чуть не оставил его без глаза, но с его губ слетели болезненные стоны. Мужчина был в ярости. Он не свирепствовал в течение трех месяцев и его гнев почти поглотил его разум. Его остатки кричали заветное имя, которое может спасти бедному воину жизнь. «Чимин» Демон внутри бьется в гневе, злость поражает сознание новыми волнами, Юнги отходит на несколько шагов назад и бегло осматривает помещение. Пака здесь нет. Тэхен забегает за ним и пытается оттащить еле дышащего парнишку, передавая его в руки охраны. Юнги садится на кровать и дрожащими руками хватается за волосы. — Позови Чимина… — Юнги. — Я сказал позови его, пока ты не стал моей новой жертвой, Тэхен, я не прощу себя… — Юнги почти не может ничего сказать, его глаза бегают, а очередной приступ гнева подбирается незаметно, чтобы потом напрыгнуть, как зверь на жертву. Но это все обрывается, стоит только… Раздался крик. Громкий и надрывный. Тэхен замирает, а Юнги теряет все нити со своим сердцем, которое утекает в пятки. Голова опустошается, внутренний демон затихает, разум кричит, что этот голос знакомый. Тэхен срывается с места, быстро слетая по деревянным ступеням в сад.

***

Чимина хватают и волокут к главной женщине, стоит ему только пересечь порог замка. Чимин ничего не понимает, почему его несут, а поднимает взгляд на слуг только тогда, когда его бросают на странный ковер, а рядом с ним становится главная. — Пак Чимин, ответь на вопрос, почему ты за все четыре месяца пребывания во дворце ничего не сделал? Ты что, какой-то особенный? Почему ты постоянно рядом с королем? — Женщина кричит, а стоящий сзади Чонгук понимает, что сейчас будет происходить и видел, что сейчас с Юнги, который волок одного из хваранов по ковру, злился страшно. Чимин — это тот, кто сможет держать внутреннюю злость Юнги. Вся толпа собралась во дворе, Чонгук ищет глазами Тэхена, умоляя его прийти. Когда девушки взяли и намотали на кулак длинные волосы и оголили верхнюю часть спины, Чонгук крикнул: — Чимин, кричи! — Это затискивают куда подальше и начинают наблюдать за тем, как женщина замахивается. Дерево врезалось в кожу со слишком большой силой, из глаз Чимина брызнули слезы и он крикнул от боли так, что весь воздух покинул легкие. Во второй раз эта женщина ударила сильнее, на больной коже выступили красные следы. — Юнги… Юнги! — Второй раз был больнее первого, палка холодная, будто ее только что сорвали с дерева. — Да как ты смеешь произносить имя короля вслух? — Темноволосая взяла палку в обе ладони и Чимин дернул руками, которые успели связать. — Получи свое наказание сполна! Чимин поднимает глаза и видит фигуру, что быстро приближалась к ним. — Прекратить сейчас же! — Тэхен надевает на Чимина белую ткань и поднимает на руки, быстро развязывая запястья. Лицо заплаканное и Чимин тихо всхлипывает. Чонгук подбегает к ним, но Тэхен просит его подождать, говоря, что скоро придет. Гук кивает и смотря на Чимина, уходит. Женщины стоят в ступоре.Он обхватывает плечи Кима руками и шепчет — Как Юнги?.. — О тебе переживает. За мной! — На руках с Паком шатен быстро поднимается в покои Юнги. Мин сидит на краю кровати и поднимает голову, соскакивая как с угля, как только увидел Чимина на руках Тэхена, его энергия начала сходить на нет. Пак прячет лицо в красно-черном одеянии на плече Кима и тихо всхлипывает. Юнги подскакивает ближе и помогает Тэхену поставить Чимина на мягкие ковры. — Чимин. — Пальцы Юнги обхватывают подбородок брюнета. Волосы того всколочены, платье почти стянуто, обнажая нежную кожу. Сердце Юнги снова разрывает нити со всем организмом — в глазах стоят слезы. Маленькая слеза стекает с левого глаза по подбородку, касаясь теплой бледной ладони. — Что вы сделали? — Гнев возвращается к нему и мужчина почти кричит, смотря на Тэхена. Главная из женщин выходит и кланяется, смотря на Короля. — Пак Чимин за время пребывания во дворце даже пылинки не стер, только тарелки разносит, да танцует в саду целыми днями. — На самом деле Чимин просто хотел быть лучшим для Юнги, почти стирал свои нежные ноги на сухой траве. Пак прячет глаза и потом тянет Мина за рукав. — Прости, что не был рядом, когда нужно, я… — Юнги смотрит на него улыбается. — Расскажешь все в подробностях. — Накажи их. — В глазах Юнги пляшут черти, у Чимина осталось пару горящих царапин на спине. Юнги заботливо сажает Пака на кровать, тот держит его руку, но Мин отпускает и идет к слугам. Те кланяться и король цедит сквозь зубы. — Если вы хотите встать на ноги еще хоть один раз в жизни, держите свои тряпки и палки подальше… — Тэхен всех поспешно выгоняет, толкая под лопатками и останавливается закрыть двери. Чимин вжимается в Юнги и гладит его лицо, проговаривает, несмотря на то, что у него у самого вся спина ноет и горит. — Давай больше никого не будем бить? — Пальцы Чимина мягкие и нежные, успокаивающе гладят щеки. Юнги кладет свои пальцы поверх и опускает голову. — Прости я… снова сорвался. — Ты же знаешь, я никогда не буду осуждать тебя, Юнги-я. — Чимин приближается и касается искусанными губами носа, улыбаясь. — Что случилось? — Чимин садится на ложу и тяжело вздыхает. — Я хотел зайти к тебе, но они меня поволокли за собой, а после связали руки и начали бить палкой. Юни… — Чимин хватает его под руку и кладет ладошку на его грудь. — Ты сильно зол, все же хорошо… — Чимин, я не дам никому больше тебя трогать. — Юнни прижимает его к себе и устраивает на своих коленях. — Сколько раз они тебя ударили? — Два раза, но она била очень сильно… — Осторожно начинает Пак, Юнги разворачивает его спиной к себе и аккуратно снимает ткань со спины. Тело несильно повреждено, только красные следы, которые пройдут меньше чем через неделю. — Тш, мой малыш, скоро все пройдет, все будет хорошо… — Глаза Юнги начало слабо щипать, он дернулся в сторону, смахивая слезы, но все равно закрыл лицо рукой. — Юни… — Пак медленно подбирается к нему и потом нежно касается его губ своими, медленно целуя, позволяя притянуть себя ближе. Мин мягко целует шею, оголяет парня по пояс, ткань сейчас висит на поясе, где соединяется с остальным. Чимин запускает руку в золотые волосы и пальцами водит по груди и поясу стягивая с бледных плеч шелк. Первый чиминов стон раздается, стоит Мину прикусить кожу посильнее, оставляя след. Рука мягко распутывает косы темных волос, скидывая все на пол. Пак выгибается в спине, покрывается мурашками, наслаждается горячими губами на своей груди. Мин мягко опускает его на спину, наблюдая за его лицом. Юнги целует каждый участок поцелованной солнцем кожи, смотрит в глаза, полностью обнажая прелестное, будто сошедшее с картин тело. Водит по груди, нависает над ним, Чимин жадно гладит его спину, цепляется за нее ноготками, когда слишком больно от нескольких пальцев внутри. Юнги ищет губы, закрывая глаза, прижимаясь ближе, пытаясь слиться воедино, понять эмоции и чувства, ощутить ауру и энергетику… Чимин хнычет и просит еще, двигаясь навстречу Юнги и стонет, закатывая глаза и приближая его лицо для поцелуя. Блондин ставит его на колени и сжимает бедра, медленно растягивая брюнета. Живот Чимина сжимается, когда сперма попадает на простыни и тихо стонет — Юнги начал двигать бедрами сильнее. Волосы повисли вокруг рук, немного мешая, но Чимин все равно держится на дрожащих локтях, чувствует поцелуи короля на больных местах и улыбается про себя, позволяя Юнги доставлять небывалые ощущения. Блондин изливается к сторону и разворачивает к себе разморенного Пака, приказывает налить ванную и Чимин жмется к нему сильнее, позволяет вымыть волосы и делает тоже самое. Засыпает он в одежде короля и в его объятиях. — Я люблю тебя, правда. — Чимин улыбается ему в ответ и медленно целует, чувствуя, как под рукой бьется миново сердце. На следующее утро Юнги поднялся и увидел Чимина, что переодевался. Поспешно поднявшись, император берет золотые украшения и цепляет их на руки Чимина, они касаются кожи на спине и спускаются тонкими цепочками прямо вдоль до бедер. Заколка из белого золота в форме дерева закрепляется на его привычной прическе, тот смотрит на свое отражение и улыбается. Юнги подходит сзади и окольцовывает талию своими руками. С самого утра до позднего вечера король проводит время со своим будущим мужем, строя планы на их жизнь и гуляя в большом саду.

***

Черноволосый парень выкидывает жестяную банку от энергетика и покидает коридор, заворачивая в свою аудиторию. — И что же случилось потом? — Спрашивает кто-то, когда Юнги неспешно пересекает помещение, садясь за одну парту с Тэхеном. — На самом деле все предельно просто, но очень странно. После того, как объявили о свадьбе Короля Юнги и его мужа Мин Чимина, они правили недолго. Они пропали без вести. Оказалось, что двадцать третьего июня они сбежали и оставили государства на Ким Тэхена, так как он был самым ближним королю. — Тэхен отводит взгляд от телефона и смотрит на Юнги. — Простите. — Вверх поднимается рука и профессор заинтересованно смотрит на студента. — Это случилось вроде в тысяча пятьсот двадцатом, да? — Именно так, Пак Чимин. — Мин кивает и после достает телефон, пока до кого-то не доходит, что прошло шестьсот лет ровно. — Вау, именно поэтому вы решили поднять эту тему для сегодняшней заключительной пары так? — Высокий брюнет, именуемый Чонгуком, усмехается сам своим мыслям. — Верно подмечено, Чон. — В групповой чат приходит сообщение и вся группа начинается смеяться. — Лол, почему у вас такие же имена, как и у этих королей? — Я назван в честь Ким Тэхена! — Блондин поднимает брови и отшатывается на своем стуле. — Я в честь Чимина, не нужно мне ничего предъявлять. А фамилии просто совпали, честно. — Чимин поворачивает голову к Юнги пишет что-то в телефоне. «Мы оказывается все такие старые…» — Приходит в групповой чат, а после Юнги приходит сообщение «Но ты же любишь меня также, мой король?» Юнги поворачивается, сталкиваясь с карими глазами и подмигивает, кусая губы. Паренек с пепельными волосами смотрит на его и скидывает фотографию. «Юнгии, мы тут так сладко целуемся, что я соскучился по тебе» «Чимина, терпение, скоро пара кончится.» Юнги чешет свой глаз, путая руку в черных волосах, лезет в огромную куртку светло болотного цвета, выуживает оттуда наушники, стараясь лишний раз не задевать висящие на шее цепи, за которые Чимин его так любит тянуть, чтобы поцеловать. Звенит звонок, раздающийся в тишине коридора, и студенты медленно покидают университет на оставшиеся два месяца. Под ногами одиноко шуршит лист бумаги, в итоге просто оставаясь на лестнице до следующего года. Тэхен перепрыгивает через ступеньки, выходя последним, улыбается и одними губами произнося заветные семь букв, распахивает двери.

С течением времени меняется все. Но любовь не меняется никогда.