Зеленоглазый Куро-сан

      Странная закономерность — самый большой пиздец в жизни Гарри Поттера всегда связан с появлением волшебства и людей, причастных к этой доле. Появился Волдеморт на пороге — Смерть внезапно решила вспомнить о контракте с родом смертных, то бишь — Певерелл, остаточным выбросом после начала заклинания Авады, умудрившись убить всех, кроме годовалого ребёнка (кровная защита, хоть в чём-то Дамблдор был прав), и разрушив половину дома. На горизонте засиял Хогвартс — ни года без смертельной опасности (спасибо тем же Дамблдору и Волдеморту за наше счастливое детство!). Жуткая репортерша взялась вновь за акулье перо — нашествие поклонников и прочих индивидуумов гарантированно, а эти могут до могилы довести — куда там Тому!       Но самый большой аврал для колдуна явился тогда, когда Гарри обнаружил, что не стареет, а его тушка умудряется каждый раз быть неким прицепом в порталах других миров, и, порой, даже Вселенных. Причем последнее, для мага его уровня, было самой больной мозолью.       Из-за подобного расклада в его новой жизни он много путешествовал, если можно так назвать нынешнее существование. Перемещался по вселенным, собирал души, помогал тем или иным существам, когда приходилось отвечать на призывы. Но только на те, которые исходили от магически одаренных существ или же сильных эмоциональных позывов. Они ярко взрывались внутри души молодого Повелителя Смерти и каждый раз словно тянули куда-то. Гарри всей своей сущностью воспринимал эти сигналы о помощи, стараясь в большей мере не отвечать на кровавые ритуалы сатанистов или стремящихся решить все свои проблемы подростков, религиозников и фашистов.       Один раз произошел очень неприятный инцидент, когда он, по неопытности, перенесся в круг призыва некоего чернокнижника, желающего править всеми мирами и вселенными и, для увеличения своей мощи, решившего призвать Аватара Смерти. Кровавая баня, что предстала тогда перед глазами еще впечатлительного Поттера, заставила вспомнить кое-какие маггловские фильмы и устроить тому ублюдку с его приспешниками настоящий бразильский карнавал. Больше Гарри старался не допускать подобных событий в своей жизни и начал более плотно исследовать приключившуюся с ним аномалию.       Вообще, Гарри Поттер предполагал, чем может обернуться тот момент, когда он собрал все Три Дара Смерти. И предположение, к сожалению, оказалось верным — все пошло через одно место, стоило только об этом подумать, держа в руках Старшую палочку, накинув на плечи мантию-невидимку, а в кармане чувствуя Камень воскрешения.       Ладно, он перестал стареть и, кажется, стал немного бессмертным. Но вот каждый раз перемещаться куда-то ему надоело очень быстро. Гриффиндорское благородство закончилось на шестнадцатом прецеденте, заставив молодого (а именно так он и выглядел) волшебника искать способы избавления от такой незавидной участи. И к счастью, они нашлись. Правда всего пятьдесят лет спустя, но какие мелочи, да?       Контракт.       Как он мог об этом не подумать сразу?..       Уподобившись демонам, Повелитель Смерти однажды заключил контракт с одной смертной, и, что удивительно, перестал «проваливаться» в межмировые порталы.       Это стало отправной точкой, и Гарри Поттер вновь нашел какой-то смысл в своей жизни.       Когда же он оказался в очередном мире, единственное, чего хотела его душа — это хотя бы немного спокойствия первые пару лет. Ведь приключения всегда думают иначе, чем того хотелось бы волшебнику — и юный Поттер оказывается сразу в таких водоворотах событий, что и ни вдохнуть спокойно, ни чая с виски не выпить.       Красноволосая женщина заставила зашитые раны в сердце вновь расползтись, обливая очередной порцией крови и жалости. Проведенная параллель с Лили Поттер только усугубила ситуацию, и Гарри, несмотря на явный хаос в энергетическом поле данного мира, решил заключить второй контракт.       Всего-то надо было присматривать за одним мальцом, попутно не давая кому-либо возможности того «случайно» покалечить, или еще хуже — убить.       Узумаки Наруто ему понравился.       Но отнюдь не понравилось то, что из ребенка решили сделать ядерную ракету с функцией «уничтожения всего живого».       О, как он был благодарен своему наследию, которое открыло дар эмпата. Нет, он не превратился в какого-то монстра, не стал вампиром, эльфом, или там гриндилоу. Наследие — это определенная возможность в генной цепочке прошлого реципиента пробудить в себе способности, присущие тому или иному Роду, в зависимости от того, в какой из них ты вхож. И в роду Блэк, лордом которого он стал в настоящие семнадцать, такой дар являлся чуть ли не основным. Гарри тогда еще больше зауважал Сириуса, который с подобным наследием просидел целых двенадцать лет в камере по соседству с дементорами и не сошел окончательно с ума.       Эмпатия помогала ему всегда, стоило только настроиться «на нужную волну», и именно она стала генеральной способностью Куро-сана, которым он теперь являлся.       Но мы ведь говорили о мальчике Наруто и «оружии», которым его хотят сделать, верно?       Гарри еще тогда, на поляне, подслушивая разговор старика, который был теперь главным мужиком на все село, с его солдатами, вычленил для себя несколько важных пунктов. И очень постарался эти пункты, описывающие возможное будущее отношение к своему протеже, исключить. Так, пользуясь навыками целителя, он помогал врачам в госпитале, где сейчас находился младенец, за неделю став неким мед-идолом, что не мешало волшебнику время от времени веселиться. И сканировать. Всех подряд.       Мерлин всемогущий только знает, как ему удавалось держать себя в руках и на первых порах не начать разбрасываться «Авадами» направо и налево во всех неугодных. Приходилось изгаляться так, чтобы ненароком не выдать свою нынешнюю легенду, но полностью при этом соответствуя выдуманному образу. За это он поблагодарил наследие Певереллов, которые все поголовно были анимагами кошачьей формы. Интересно, основатель Рода заключал контракт с котами, или это очередная магическая аномалия?       Старик Хокаге ему импонировал, Фугаку Учиха вызывал жгучее желание побиться головой о стену, а Микото Учиха и маленький Итачи ассоциировались с добрейшими и, главное — нормальными, людьми во всем этом хаосе.       Гарри Поттеру лишь оставалось надеяться, что несколько лет пройдут относительно спокойно и дадут ему время чуть-чуть от всего отдохнуть. ***       Итак. Место действия — улица. Состав — все те же, плюс якобы незаметные людишки в кронах во-он того и того деревьев. Фугаку мрачной тенью нависал над флегматичным котом, маленький Итачи умилительно куксил личико, не зная, куда себя деть при таких изначальных данных действий Куро-сана. А все прозаично просто — Куро-сан принес в своей пасти небольшой букетик полевых цветов явно с третьего полигона клана Учиха.       Гарри прищурил свои колдовские глаза, «тактично» намекая двум мужланам прислушаться к гласу разума и хоть как-то празднично встретить свою жену и маму в одном лице с больницы. Ему еще с рассвета пришлось бегать по всему дому и будить Итачи, который единственный умел нормально готовить из бравого семейного дуэта, и заставлять мальчишку плестись на кухню, уже там тыкая лапой в картинку с тортом из журнала домохозяйки Микото. Торт, к слову, был таки приготовлен, хоть на него ушли почти все кошачьи нервы.       Надеюсь, все помнят, что из-за жизненных виражей, Гарри Поттер ненавидел больше всего, когда его касаются какие-либо пророчества, или когда что-то идет не по его плану? Вот и пришлось преградить путь на выходе из квартала и не пускать человечков до тех пор, пока план «встреть женщину нормально из больницы, она ведь тебе родила» не был исполнен. Букетик, кстати, взял все-таки Фугаку, при этом сверкая алым взором каких-то демонических глаз. Гарри еще доберется до этого ша-рин-га-на, а пока в больницу топ-топ, давайте мигом, время поджимает!       Учиха Микото явно была удивлена тем, что ее муж пришел с цветами, но злой как черт, а ее сын был красный-красный, все время косящийся в сторону довольного Куро-сана на голове своего отца. Поттер же только радостно облизывал подушечки своей левой лапки и, как можно достовернее, строил из себя честного кота. Очередное их глупое «кай» с остановкой манны в резерве в исполнении женщины несильно-то и помогло, лишь заставило серьезного мужчину слегка сконфузиться и отдать-таки цветы жене, забирая сверток с маленьким Наруто, а Саске передавая Итачи.       Крона дерева слегка шевельнулась, Куро-сан мурлыкнул, Фугаку напрягся. И в этот момент вся листва резко опала, оставляя дерево голым и открывая вид на двух людишек в масках каких-то смешных животных. Ниндзя, как они себя называли, однако, не растерялись, резко приблизившись друг к другу и… поцеловались. Наверное, они хотели сделать что-то другое, но Куро-сан был против насилия и иже с ним, полностью уверовав в пропаганду Дамблдора о силе любви. Маски, к слову, треснули и осыпались, а вот губы двух шпионов соприкоснулись. Поправочка, шпионов-мужчин. Хотя, и так сойдет. За свою длинную жизнь, Гарри уже перепробовал достаточно многое в сексуальном плане и уже не особо что-то делил между «женщиной» и «мужчиной».       А судя по реакции прохожих-шиноби, самих Учиха, и этих двоих — здесь всем также было наплевать. Удивление вызывало только то, что эти «голубки» были, похоже, из разных специальных отрядов, судя по их форме.       — Кхм, Фугаку, а что АНБУ лорда Хокаге делает с АНБУ Данзо-сана? — очнулась первой Микото, с трудом переводя взгляд на такого же удивленного мужа.       — Следит, кхм, за джинчуурики, — скосил свои глаза глава полиции вниз, глянув на спящего светловолосого младенца, — И, кхм, предотвращает любыми способами превышение должностных полномочий АНБУ Данзо-сана.       Сытый такими приятными эмоциями вокруг, Куро-сан лишь слегка растопырил лапы и протяжно мяукнул, призывая отправляться обратно домой. Легкий Конфундус он уже снял, и те солдаты вскоре придут в себя от небольшого воздействия на мозги. У одного из них, между прочим, они были полностью промыты и сварены не раз. Но это далеко не проблемы обычного кота.       — Мам, пап, Куро-сан прав, пойдемте домой, — попросил их Итачи, баюкая младшего брата, который уже начал просыпаться.       — Да, пойдемте, — несколько заторможенно кивнула Микото, — Я надеюсь, Итачи, когда придет время, ты не вступишь ни в один из отрядов АНБУ, — и видя непонимание в глазах своих мужчин, женщина пояснила: — Я еще хочу внуков. ***       — Опять ты, чертов кошак… — заворчал Фугаку, стоило только зайти в кабинет в отделении полиции. Было уже вечернее время, и глава просто решил провести внеплановую проверку своих подчиненных. Из-за нападения Девятихвостого на улицах Конохи стало много пьяниц и наркоманов, и везло, если проводили задержание обычных людей, но вот если натыкались на шиноби… Отстраивающаяся деревня вновь рушилась.       — Мяу, — оповестил Гарри мужчину, развалившись на его рабочем столе.       — Плевал я на твое «мяу», проваливай давай, — решил забыть об этикете Учиха, устало присаживаясь за стол. Ониксовые глаза прикрылись, и Поттеру показалось, что ниндзя на несколько минут провалился в беспамятство.       — Мур, — запрыгнул он ему на колени, потеревшись о безвольную руку. Та, кстати, по инерции начала его гладить.       — Я устал, — честно признался в пустоту помещения Фугаку, тяжело вздохнув, — Ты знаешь, на Учиха вешают это чертово нападение Девятихвостого. В глазах Биджу, говорят, видели шаринган.       Куро-сан до сих пор не знает, что такое этот шаринган, но коту было и так понятно, что с кланом, куда его определили вместе с Наруто, что-то не так. Разговоры в больнице намекали на их полную социальную изоляцию, грубые силовые методы и некое безумие. Наверное поэтому, Куро-сана сразу потянуло к таким личностям. Приключения не приключаются без прямого участия, а пятая точка Гарри Поттера всегда их чувствовала и притягивала. К сорока годам волшебник даже перестал сопротивляться этой стороне своей кармы.       — Мяу, — сочувственно протянул кот, одновременно кусая палец человека.       — Тц, биджев кошак!.. — ругнулся глава полиции, открывая глаза.       — Мяу! — требовательно посмотрел на него Куро-сан, забираясь по жилетке вверх, к лицу шиноби.       — Что ты хочешь увидеть? — нахмурился Фугаку, поджимая губы. Только когда лапа животного потянулась к его зенкам, Учиха все понял, — Шаринган? Серьезно? — меж тем активировал он додзюцу, с любопытством наблюдая, как кот с исследовательским взором рассматривает его.       Гарри видел странные, удивительные потоки манны в тонких глазных каналах. Это было похоже на «кошачий магический глаз», но все-таки отличалось. Если Куро-сан видел только эти самые потоки, исключая ночное виденье, то шаринган явно мог… применять волшебство? Колдовать? Как такое возможно?       — Мяу, — жаль, на человеческом не попросить сейчас, зарытый где-то глубоко ученый восстал из пепла.       Учиха, однако, хмыкнул, как-то интерпретировав его просьбу по-своему. И Гарри погрузился в иллюзию.       Куро-сан внимательно понюхал дерево, на котором оказался вместо жилетки человека, лизнул кору и беззвучно чихнул. Его усы дернулись, язычок высунулся, и иллюзия исчезла.       — Хм, — подозрительно прищурился мужчина, перестав быть деревом, — Необычно.       Что там у него «необычно», Гарри решил не думать, но зато у него появились кое-какие мысли.       Спрыгнув с мужчины на стол, Куро-сан показательно завалился набок, перевернулся на спину и протяжно завыл, затем пытаясь расцарапать себе морду, и когтями показывая, что вот-вот вырвет себе глаз.       Шиноби дернулся, резко хватая его за шкирку и потряхивая:       — Ты что удумал делать, идиот?!       И все-таки беспокоится. Гарри скромно сказал «мяу».       — Решил самоубиться, чертов кошак?! А если бы… — и тут ниндзя замолчал. Куро-сан буквально слышал, как закрутились с протяжным скрипом шестеренки у него в голове, — А ведь точно… — ссутулился он, прикусывая губу до крови, — Биджев кошак умнее, чем все Учиха вместе взятые, ксо!       Гарри поставили на стол и оставили одного. Где-то в коридоре он услышал рык человека, призывающего какого-то своего подчиненного идти за ним к старейшинам, а после — в морг.       — Мяу.       Куро-сан лишь надеялся, что за фальсификацию преступлений ему не предъявят обвинение и не посадят в кошачью тюрьму.