Зеленоглазый Куро-сан

      Это случилось через полгода мирной и относительно спокойной жизни в клане Учиха.       В тот день Куро-сан безмятежно, как всегда, лежал на стопке документов в кабинете Фугаку, посапывал и никого даже не думал трогать. Большие усы черного котика слегка шевелились, розовый язычок чуть вывалился, а левое ушко дергалось. Куро-сану снился интересный сон.       Но, к сожалению, Морфей был прерван заоравшей во весь голос интуицией, которая призывала его немедленно проснуться и бежать со всех лап. Кот лениво махнул хвостом, отмахиваясь от гласа разума, и продолжил блаженно мурлыкать, наслаждаясь такой редкой тишиной в доме. Наверное, Микото-сан забрала-таки неугомонных мальчишек, которые в последнее время стали уж очень активными, и, кажется, задались целью изжить со свету одного конкретного мохнатого, да отправилась к кому-нибудь в гости.       Мяу, ляпота.       — Биджев кошак!       Куро-сан резко открыл глаза и от неожиданности подскочил, покачнувшись тут же на ровной стопке бумаг. В одно мгновение сёдзи с такой силой отодвинулись, что рама чуть не вылетела. Котик сглотнул.       — Вот ты где, пушистый засранец! На этот раз тебе не избежать кары!       Куро-сан расширенными глазами смотрел на фигуру человека в дверном проеме. Очень злого человека. Интересно, в чем он опять провинился? Неужели, глава семьи нашел все-таки его схрон с монетками Рё и копченной рыбкой?       Учиха Фугаку выглядел… внушительно. Кот уже давно изучил его повадки и привычки, и сейчас точно был уверен, что мужчина в ярости. Это можно было увидеть по его сжатым в тонкую полосочку губам, и сверкающем в зенках додзюцу. Куро заметил, что любой Учиха, подверженный той или иной эмоции, не может удержать шаринган в неактивном состоянии.       — Какого черта ты опять ел свою рыбу на моих отчетах лорду Хокаге?! — начал подходить человек все ближе и ближе.       — Мяу? Мяу! — тут же ответил в свое оправдание Куро-сан, состроив самые-самые честные глазки.       — Что значит «это не я»? — фыркнул глава клана. Удивительно, всего полгода понадобилось этому ниндзя, чтобы научиться понимать все его отговорки. Невероятный человек. — В нашей семье никто рыбу не ест, кроме тебя и Итачи, но мой сын не может обедать на важных отчетах, которые я писал всю прошлую ночь!       Куро-сан попятился, но не удержал равновесие и резко завалился назад, приземляясь на стол с громким «бам». Документы, на которых он до этого момента сидел, по инерции наклонились и начали падать.       — Ксо! — выругался шиноби, в эту же секунду оказываясь рядом и руками ловя стопку. Верхние листки все же не удержались — штук десять бумажек разлетелось по всему помещению. — Биджев кошак, а ну стоять! — тут же увидел человек попытку бегства, но пресечь не успевал — Куро-сан, понимая, что рядом нет Микото и Наруто, которые его всегда защищали, включил настоящую скорость ниндзя и вылетел из кабинета быстрее куная, заряженного чакрой молнии.       — Мя-яу-у! — крикнул он уже в коридоре.       — Что значит: «прошу прощения»? Я тебя на корм нинкенам Инузука отдам, мохнатый! — пообещал ему раздосадованный голос главы Учиха, а после по тому же коридору пронесся его обладатель.       Куро-сан перевел дух, вцепившись когтями в угол гардеробного шкафа в комнате Итачи — здесь его будут искать в последнюю очередь. Фугаку почему-то не заходил на территорию старшего сына без острой необходимости, или, если сам Итачи не даст разрешение. Правильно, кстати, и очень удобно — кот теперь мог заниматься ничегонеделаньем еще минут тридцать, а там авось вернется Микото-сан и спасет его от незавидной участи быть кормом для тех двухметровых, добрых (как надеялся котик), ласковых собачек.       Вообще, мохнатый неспециально замарал те отчеты — он был сонный и очень уставший. Поэтому, когда единственная женщина в доме дала ему рыбки, Куро не пошел обедать на энгаву, как делал это всегда, а завалился в первое попавшееся место. К сожалению, (для Фугаку к сожалению, а не для кота), данным местом оказался низкий обеденный столик в гостиной, заваленный какими-то бумагами. Так как Куро-сан до сих пор не умел читать, он предположил, что важные документы так оставлять будет только последний кретин, и спокойно отобедал, измазав в рыбном жире и шелухе все, что валялось. Теперь вот расплачивался.       Куро фыркнул.       Расплачивался, конечно, человек, а не он. Ведь кто эти двуногие, а кто он — великий Куро-сама.       Рядом с правым ушком вонзился кунай.       Кот вздрогнул от неожиданности — слишком уж тихо ходили эти ниндзя! — и, полным печали и вселенской скорби взглядом, посмотрел на ухмыляющегося в дверном проеме мужчину. «Просек фишку» — читалось в кошачьих грустных зенках.       — Я тебе обещал, что отдам на съедение нинкенам? Или, может, из тебя приготовить мясной пирог? — прошелестел тихий и угрожающий голос, заставив шерсть встать на дыбы, а хвост заметаться из стороны в сторону.       Одна попытка. Или у него останется вместо девяти жизней — восемь.       Шаг человека.       Он медленно поднялся на лапы.       Еще один шаг и блеснувший красным светом шаринган.       Хвост распушился. Его обладатель приготовился.       Шаг… Шаг… Шаг…       — Мя-яу-у! — с диким криком бросился Куро-сан прямо на мужчину. Заклинание ватных ног в полете, полсекунды успешного кошачьего плана — и вот они вдвоем уже в комичной ситуации.       «Бум» — это не Куро, нет, — это Фугаку-сан встретил своим лбом деревянную дверцу гардеробного шкафа и сполз на пол, зашипев от мимолетной боли. Наверное, будет очередная шишка.       А вот «ай, какого биджу?!» — это уже к Куро-сану. Потому что его приземление также не обошлось без эксцессов — он оказался на лице какого-то паренька, вцепившись ему в волосы так, что сам запутался. Когти выпускать, чтобы отлипнуть от пацана, нежелательно — он же не хочет первого друга Итачи, который, к слову, ошарашено застыл на пороге своей комнаты, сделать чуть-чуть лысым и малость без скальпа?.. ***       С тех пор, тот самый друг Итачи — Шисуи, стал постоянным гостем в доме главы клана Учиха. Мальчик был шебутной, интересный и достаточно сообразительный. А еще его почему-то сильно заинтересовал самый-самый обычный кот. Он подбивал своего друга следить за Куро-саном, будучи уверенным, что котик какой-то странный и совсем не походит на тех пушистиков, которых он видел в своей еще короткой жизни. Часто мог просто поймать его (и как только у него получалось?), засесть в каком-нибудь месте (самое страшное было — это тайный архив клана, ведь Фугаку мог и уши надрать) и долго-долго гладить.       Оказалось, что ребенок очень любит домашних питомцев. Его совсем не волновало, что этот самый питомец был против, находился вообще-то на попечении лидера его клана, а Итачи немного обижался, ведь его друг отдавал предпочтение мохнатому хвосту и мягким лапкам Куро-сана, а не ему. И что самое ужасное — Шисуи был такой же наглой сволочью, как и он сам.       — Кто ты такой? — все время спрашивал он.       — Мяу, — в ленивом звуке, которым всегда отвечал Куро-сан, так и слышалось: «Я — пушистый добрый кот, слепой, что ли, малец?»       Шисуи тогда только улыбался, сканируя его немного необычным шаринганом, и запускал свои пальцы в темную шерстку, сам начиная похоже мурлыкать.       За один месяц, как они познакомились, Шисуи стало в жизни Куро-сана слишком много.       Мальчик был абсолютно везде — возле Наруто, когда тот мучил своего кота, возле Саске, когда тот пытался оторвать ему хвост, возле Микото, когда та подкармливала его дополнительной рыбкой, а к Итачи мохнатый вообще боялся подходить — тот отчего-то на него обиделся и все время прогонял, поигрывая острым ножом-ниндзя. Единственное, куда Шисуи еще не добрался — это кабинет главы клана, но Фугаку сам был против кошачьего соседства и бесцеремонно сбрасывал Куро-сана с окна второго этажа… прямо в руки довольного Шисуи.       Куро-сан выучил странный рисунок шарингана мелкого за несколько дней. Он знал как пахнет юный шиноби, поставив его аромат почти на одну ступеньку с запахом Наруто, которого он оберегал. А еще, Куро сильно подставился, когда хитрый ребенок решил над ним своеобразно «подшутить».       Дело произошло в начале второго месяца их знакомства.       Куро-сану надоело, что Итачи до сих пор на него сердится, игнорирует и не пускает в свою крепость, когда кот в очередной раз накосячит в делах Фугаку. Поэтому пушистый питомец решил наконец-то наладить с ним контакт. В конце концов, только этот мальчик мог спасти его, когда рядом не было его матери и Наруто, а это значит — извинениям быть. Хотя, Куро-сан до сих пор не понимал, какое он имеет отношение к отношениям между двумя Учиха. «Забери его, Итачи, и желательно навсегда!» — кричал часто он взглядом, когда эта маленькая мерлинова задница его в который раз ловила. Но Итачи, в отличии от Фугаку, интерпретировать его мысленные позывы не мог, так что выливалась вот такая неприятная картина обиженного вороненка.       Лис-Шисуи, гадина такая, все прекрасно видел и понимал, но разорваться на части не мог при всем желании. И почему его привлек именно он, самый-самый обычный кот?..       В общем, Куро-сан посидел, подумал, потом взял рыбки и пошел искать старшего сына Фугаку. За такое длинное время проживания в одном доме мохнатый уже выучил и запах обиженного котенка, пусть и не ставил его на возвышенную планку, часто махая хвостом на слишком серьезного мальца. Поэтому, поиски немного затянулись, но зато привели его в поистине красивое место. Пейзаж был великолепным — крутой склон, обрыв, а на горизонте — леса, гора и солнце. Да, Коноха просто неотразима в любое время суток.       Дети нашлись на обрыве скалы. Что Итачи, что Шисуи, оба махали кулаками и набивали друг другу синяки, совершенно безучастно на это реагируя. Куро-сана вообще удивляла здешняя жизнь и ее быт. Его кошачья душа совсем не принимала то, что дети в этом мире уже в таком возрасте становятся наемными убийцами, шпионами, диверсантами и кто там еще, в коротком слоге — ниндзя. Хотя, не ему, убийце с рождения, такое говорить. В чужой монастырь…       — Мяу! — позвал Куро-сан Итачи, напрочь игнорируя отвлекшегося на него Шисуи.       — Куро-сан? — поднял брови малец в удивлении, слегка поджав губы. У-у, на обиженных воду возят, так и знай, человечешко. И вообще, где это видано, чтобы коты и извинялись? Да еще и за глупость какую. Пф. Мыр-мыр. — Тебя опять прогнал отец и грозился отрезать твои лапы?       — Или отдать на съедение нинкенам? — весело улыбнулся его личный кошмар, сверкнув глазами.       Куро-сан зафырчал и подошел ближе к мальчишкам. На его шее висел небольшой мешочек с двумя маленькими рыбками — одну ему, одну Итачи, в честь примирения. А по-другому и не может быть — это ведь бесподобный Куро-сама.       — Наверное, сшить из хвоста воротник… — задумчиво погладил подбородок наследник клана. Тьфу, кровожадный двуногий, что он понимает? Фугаку и правда страшен в гневе.       — Или подвесить за усы на воротах клана… — хихикнул лисенок, закидывая руки за голову. Шерсть Куро-сана встала на дыбы от его любопытного взгляда. Бр-р, не дай Мерлин опять гладить начнет и играть с его лапками!       Подойдя ближе, он запрыгнул на плечо не сопротивляющегося Итачи и зубами протянул ему мешочек, показывая, что дескать: «я тут мириться пришел, сечешь?»       — Странный кот, — хмыкнул Шисуи.       И вот тут произошла та самая подстава.       Куро-сан был уверен — этот лис тут был причем. Ну не мог Итачи запнуться просто так о какой-то мелкий камешек сам!       — А-а-а, Шисуи! — впервые так громко закричал от страха сын Фугаку, размахивая руками в полете.       Они свалились с обрыва.       Первая мысль, что посетила мохнатую голову, была: «рыбку жалко, улетела», а вот вторая более осмысленная: «чертов Шисуи!»       — Мяу! — выругался в слух Куро-сан, накладывая на паникующего ребенка сонные чары — Итачи будет только мешать. Перевернувшись, он схватил мальца за отросшие волосы и начал раскачивать свой резерв манны до тех пор, пока вокруг них не закрутился бело-голубой вихрь, замедляющий падение с такой огромной высоты.       — Аресто Моментум, — тихо прошептали губы котика на человеческом, и скорость снижения резко пошла на убыль еще быстрее. Спасибо Дамблдору — тот на третьем курсе спас его именно этим заклинанием, которое было выучено позже под девизом «авось пригодится». Пригодилось.       На землю они уже опустились плавно и мягко. Вороненок-Итачи под ним сопел в обе дырочки, а вот чертов лис-Шисуи с совершенно спокойным видом в водовороте листьев оказался рядом.       «Шуншин но Шисуи, и как я мог забыть» — ясно читалось в скептическом взгляде пушистого кота, у которого было одно-единственное желание — побиться головой о все ту же скалу. Чертово гриффиндурство все никак не выветрится из головы. Ну когда он уже начнет запоминать всю важную и жизненно-необходимую информацию?.. Риторический вопрос.       — Мяу? Мяу! — протянул Куро-сан, взмахнув хвостом и фыркнув в усы.       — Что значит: «это не я»? — усмехнулся юный шиноби, складывая руки на груди.       Куро-сан вздохнул — Учиха Шисуи оказался такой же наглой сволочью, как и он сам.