Так было задумано...

"Я иду по незнакомому дому. Я счастлива, чувствую... Что-то важное произошло в моей жизни. Домовик. Кикимер. Его зовут Кикимер. Он что-то говорит, но... я не помню, что именно. Я пошла дальше. Повсюду портреты, дом старый, но в хорошем состоянии. Я спускаюсь по лестнице, иду в какую-то комнату. Там стоит парень. Регулус. Он поздравляет меня с выпуском и... Помолвкой? Значит это не я... Или я? Кто я? Он что-то достаёт, в красивой упаковке и даёт мне. Я открываю. Это... Мамин кулон! Но, мне его подарил Сириус, а не Регулус. Что происходит? Я рада подарку. Но кто я? Я его взяла, подхожу к зеркалу. Мама? Это мама. Значит сейчас я мама? Почему... " Катрина вскочила. Сердце бешено билось, голова раскалывалась. Ей резко стало очень страшно и... больно. Катрина поднялась с кровати, и в бреду вышла из комнаты. Катрина решила пойти в Хогсмид прямо сейчас. В её голове засела идея того, что ей срочно нужно в Хогсмид. Она вышла из башни и побрела по школе. Девочка шла по холодному, тёмному коридору, босиком. Но она не чувствует холода, ей было страшно, ей нужна помощь. А поможет ей только папа. Она шла на выход из школы, Катрина хотела к отцу прямо сейчас. Чьи-то голоса, кого-то зовут, но она не обращала внимания. Катрина шла дальше, а голоса были все ближе. Девочка кинулась бежать, вот она выбежала во внутренний двор, ногам стало очень холодно, но ей все равно. Хогсмид, ей нужно в Хогсмид. -Катрина, остановись! Катрина! - кричал какой-то мужчина. Она побежала ещё быстрее, сзади нагоняли. Нельзя, чтобы ей помешали. Дементоры. Она приближаются к ним, и без палочки. Ничего, проскочит. И только она добежала через мост, как сзади её схватили, и потянули назад. Кэт принялась вырываться. Она ударила мужчину в колено, тот лишь немного пошатнулся, но сжал её крепче. С другой стороны, кто-то подошел. Это Руфус. — Катрина! Это мы! — девочка перестала сопротивляться. — Да, вот так. Это я и Джейк. Что случилось? Почему ты бежишь? — Мне срочно нужно в Хогсмид! — Катрина кричала. — Мне там помогут! — Тише милая, тише. Почему ты не хочешь обратиться за помощью к нам? Мы же твоя семья. — почти шепотом спрашивал Руфус. — Расскажи, что с тобой случилось, мы обязательно тебе поможем. Джейкоб не отпускал племянницу. Он ждал сигнала Руфуса. Мужчины не понимали, что происходит. Они дежурили вдвоём, когда заметили, как Катрина шла в одной пижаме босиком по коридорам. Мужчины кинулись к ней, зовя её по имени. Катрина начинала ускоряться и принялась бежать. Разумеется, они кинулись за ней. Она бежала прямо в пасть дементорам. Слава богу, Джейкоб успел нагнать её и схватить. — Мне помогут в Хогсмиде. Там папа, он поможет мне. — уже спокойнее ответила девочка. Руфус посмотрел вопросительно на Джейка. Тот помахал головой, давая понять, что не понимает, о чем речь. — Милая, сейчас ночь. Папа наверняка спит. Ты меня понимаешь? Давай мы вернёмся в замок, и ты нам расскажешь, зачем тебе надо к папе? — Папа… Но… - Катрина странно себя повела. Она резко перестала вырываться, и смотрела на Руфуса так, будто её осенило. — Боже… Мне холодно… Мужчины развернулись обратно к замку, и бегом добежали внутрь. Джейкоб с Катриной на руках. Руфус сказал другу идти в сторону больничного крыла, а сам пошёл в подземелья, очевидно за Снейпом. Джейкоб занёс Кэт и положил на постель, но девочка сопротивлялась, говоря, что ей нужно в Хогсмид, очень срочно. К ним подбежала мадам Помфри. — Что случилось? — Я не знаю… Мы не можем понять, что с ней… — бормотал Джейкоб. Мадам Помфри подошла к девочке и принялась осматривать её. Катрина не стала сопротивляться, а лишь просила отпустить её и уверяла, что это очень срочно. Осмотр продолжался около десяти минут. Выводы мадам Помфри были удручающие. — Она в сильном бреду. Её разум находится между сном и реальностью. — в голосе целительницы читалось искреннее недоумение. — Вы можете хоть что-то сделать? — в этот момент Катрина попыталась сбежать, но Джейк поймал её. — Тише, милая, мы хотим тебе помочь. Просто помочь. На входе в крыло, послышались голоса, один из них принадлежал Руфусу, второй Снейпу и ещё два были более тихие. Это были Дамблдор и МакГонагалл. Миневра быстро подбежала к постели, и Катрина принялась её уговаривать. — Профессор, они не отпускают меня! Мне срочно нужно в Хогсмид! — чуть ли не плача умоляла девочка. — Скажите им отпустить меня! Минерва вопросительно посмотрела на Помфри и Джейкоба. — У неё бред, Миневра. — ответила на немой вопрос мадам Помфри. Дамблдор не стал ничего спрашивать, а просто подошёл к девочке. Он пристально смотрел на неё, после чего достал палочку и прочёл странное заклинание, и Катрина упала головой на подушку. — Надо же…— произнёс директор. — Я, конечно догадывался, но… — Что? — спросили все одновременно. — Северус, будь добр, попробуй воздействовать на неё с помощью легилименции. Это ответит на все наши вопросы. — При всём уважении директор, она же… — было начал Снейп, но взгляд директора заставил его замолчать. — Только с твоего позволения, Джейкоб. — обратился он уже к Джейку. Джейкоб нехотя кивнул. Он доверял директору, и, если тот посчитал нужным так поступить, значит так тому и быть. Руфус отвернулся, на него воздействовали легилименцией, и это малоприятный опыт в его жизни, а смотреть как корчится Кэт, он просто не мог. Снейп подошёл ближе и достав палочку направил её на голову Кэт. — Легилименс. — через пару мгновений он повторил уже жестче. — Легилименс! — по лицу Снейпа было ясно, что ничего не выходит. — Как такое возможно? Руфус уже обернулся, и они с Джейком вопросительно смотрели друг на друга, мол понимает ли кто-то из них, что вообще происходит. — Она не окклюмент. — заключил Джейк. — Не совсем. Но она не поддаётся легилименции. И никогда не поддастся. — начал директор. — Никогда бы не подумал, что встречусь с таким даром. Абсолютно очевидно, что девочка сновидец. Мадам Помфри ойкнула, Джейкоб с Руфусом застыли на месте. Снейп и МакГонагалл вопросительно смотрели на директора. Первым заговорил Северус. — Директор, но это значит, что она проклята… На Катрине абсолютно точно не лежит никаких проклятий, я проверял. Тёмные искусства её не затронули. — Сновидцами были в большинстве своём поражённые проклятием, да. Но не все. Очевидно, что девочка в числе исключений. А вот что с ней, это большая загадка. — спокойно объяснил директор. — Я попрошу вас, Северус, заняться изучением данного вопроса, данная способность близка к легилименции и окклюменции, которыми вы в совершенстве владеете. Так же смею предположить, что вы будете рады помочь ей. — Снейп кивнул в знак согласия. — Но… Что нам делать, пока профессор Снейп будет изучать вопросы касательно её дара? — спросила МакГонагалл. — Что, если с ней снова произойдёт подобное и никого не окажется рядом, чтобы помочь ей? — Сейчас она спит и ей ничего не угрожает. Утром я с ней поговорю, задам необходимые вопросы. Временно будем давать ей зелья сна без сновидений. Джейкоб был шокирован происходящим, Руфус же с более холодной головой рассуждал. — Если она Сновидец, и вот этот бред, он был связан с чем-то, что произошло в её сне? — Я не знаю, Руфус. Сновидцы — это огромная редкость. Как ты понял, прочесть её разум просто невозможно. Такой приступ может быть связан с чем угодно. Что она вам сказала? — Что ей надо в Хогсмид. — ответил Джейкоб. — Что там ей надо встретить Грегора, что это срочно. Что только он может помочь ей. — Утром ученики как раз идут в Хогсмид. Думаете, следует её отпустить? — обратился Снейп к Дамблдору. — Почему нет? — улыбнулся он. — Девочка как раз отвлечётся, покупая конфеты и вредилки. Просто Руфус проследит за ней, за её поведением. — Почему я? — удивился мужчина. — Джейкоб слишком вспыльчив. Ты же напротив, сумеешь всё сделать без лишних импульсивных действий. Джейк не стал спорить, лишь сказал, что до утра пробудет у кровати племянницы. Все, обговаривая произошедшее направились к выходу.

***

Катрина проснулась рано утром. Голова ужасно болела, тело ныло. Полностью раскрыв глаза, она поняла, что находится в больничном крыле. Развернувшись на спину, слева от себя она заметила Джейкоба. Он не спал, но зарылся лицом в руки, и что-то бормотал. — Джейкоб? — обратилась к дяде девочка. Джейк резко поднял голову, и пересел на кровать Катрины и крепко обнял её. — Слава Богу! Как ты себя чувствуешь? — Голова болит, тело ноет. Но нормально. Что я здесь делаю? — в её голосе слышалось замешательство. — Ты не помнишь ничего? — Катрина утвердительно кивнула. — Мы с Руфусом дежурили и увидели, как ты в одной пижаме шла на выход из школы. Мы стали звать тебя, но ты никак не реагировала и принялась убегать. Ты бежала прямо в пасть к дементорам и я еле поймал тебя. У тебя был бред, как позже заключила мадам Помфри. — объяснил Джейк. — Бред? Из-за чего? Я же просто спала… — начала Кэт, как вдруг вспомнила вчерашний сон. — Джейк, когда папа сделал маме предложение? — Сразу после выпускных экзаменов, если правильно помню. Зачем тебе это? — удивился Джейк. — Кикимер. Ты знаешь домовика Кикимера? — теперь же в её голосе сквозила паника. — Это домовик Блэков… Кэт, откуда ты знаешь это имя? Тебе… что-то приснилось связанное с Кикимером? — догадался Джейк. Он старался не давить на племянницу. Катрина лишь кивнула и снова легла. Она не заметила, как к ним приблизился Дамблдор. — Доброе утро, Катрина, Джейкоб. Как твоё самочувствие? — обратился директор к девочке. — Нормально… Профессор, мне нужно поговорить с вами. Наедине. Джейкоб поцеловал племянницу в лоб, и пошёл к выходу, оставляя её наедине с директором и не задавая никаких вопросов. Кэт удивилась такому поведению дяди. Профессор Дамблдор присел на край кровати и принялся расспрашивать девочку. — О чем ты хочешь поговорить со мной? — Профессор, я понимаю, что мои слова могу прозвучать как бред… Но, похоже, что я Сновидец. Понимаете… — хотела начать объяснять Кэт, но Дамблдор её прервал. — Можешь не объяснять. Я весь этот учебный год подозревал о наличии у тебя данного дара. Ночью же, полностью убедился в этом. Расскажи лучше, когда ты собиралась сообщить о странностях, происходящих с тобой? — строго спросил профессор. — Ты чуть не обрекла себя на страшную судьбу, этой ночью. — Я не хотела никому ничего говорить… Мне казалось это временно. Просто… Ведь это значит, что я проклята… Если честно, то я просто испугалась… — мысли путались. — Ты не проклята. — успокоил Кэт Дамблдор. — Ещё тогда, после той роковой ночи, один человек, обладающий тёмной магией убедился, что на тебя не было оказано воздействия. Но и что за чары на тебе лежат, узнать невозможно. Только пока они не проявят себя, и то, это маловероятно. — Как вы догадались? — Тогда в поезде, ты не просто уснула. Ты впала в Утенеру. — глаза девочки округлились от ужаса. Утенера- состояние между жизнью и смертью, когда у волшебника не выдерживает тело от переизбытка магии. — В такое состояние не впадают без причины. Это означало, что что-то мощное открылось в тебе. Потом, твоё нездоровое состояние, заинтересованность во снах. Очевидно, тот скачок магии, что ты пережила, раскрыл твои способности Сновидца. — И что теперь? Как я научусь управлять этим? Это же такой редкий дар. — у Катрины дрожал голос от волнения. — Не стоит ни о чём беспокоиться. Первое время, ты будешь принимать зелье сна без сновидений, и на Рождество придётся остаться в школе, чтобы мы могли наблюдать за тобой. Со следующего семестра, твоим обучением займётся профессор Снейп. Он любезно согласился помочь тебе. А что будет дальше – покажет время. — Хорошо. — Катрина не стала спорить. Особенно после произошедшего. Если бы не Руфус с Джейком, она бы попалась прямо в пасть дементорам. А это хуже, чем смерть. — Сейчас отдохни, и потом, после осмотра мадам Помфри можешь идти в башню и собираться в Хогсмид. Сбор в девять часов. Если у тебя появятся ещё какие-либо вопросы, то смело можешь приходить ко мне. — убедил её профессор. — Не нужно думать, что ты одна в состоянии справиться со всем на свете. — С чего вы решили, что я так думаю? — уже веселее спросила Катрина. —Ты всегда кидаешься на выручку и защиту своих друзей, без сомнений и колебаний. Но свои проблемы ты решаешь исключительно самостоятельно. Одна из интереснейших черт в тебе, но и она же приносит тебе множество хлопот. Скажи мне, Катрина, кому ты полностью доверяешь? Она, не колеблясь ответила. — Себе. Бабушка всегда говорила, что нужно полагаться всегда только на свои силы, я и полагаюсь. — Это и мудро, и очень глупо. Да, действительно стоит полагаться на себя, в определённых ситуациях, но не стоит забывать о друзьях и родных. Неужели ты не хочешь делиться определёнными наблюдениями, проблемами со своими друзьями? — Я просто не хочу никого лишний раз беспокоить… К тому же, есть вещи, которые не стоит рассказывать. Например, Гарри никогда не поверит в то, что его отец без причин издевался над одним человеком… И если верить Руфусу, чуть не убил его… — она не стала ничего уточнять, ведь Дамблдор и без того её понял. — Я бы хотела многое с ними обсудить, но есть вещи которые они не способны понять. — Тогда… Тогда Джеймс и его друзья действительно почти что совершили непоправимое, но он одумался… И очень вовремя. — он сделал паузу, после чего спросил. — Неужели ты думаешь, что твой отец не совершал плохих поступков? — Я… Я не делю мир на белое и чёрное. Людей тоже. Мистер Поттер и его друзья совершили ужасное, но мистер Поттер одумался и спас жизни, хотя мог спокойно заявить, что не при делах. А мой папа был готов умереть за друга. Это их обоих характеризует с хорошей стороны. — объяснила свою позицию Катрина. — А про ошибки отца мне не у кого спросить. Ведь родные и близкие думают только о лучших наших сторонах и не обращают внимание на плохое. Папа следовал идеалам, так что я не думаю, что было нечто подобное. Дамблдор закивал. — Очень мудро с твоей стороны так рассуждать. И ты верно всё рассудила, но, вернёмся к тому, с чего начинали, старайся думать о себе, при этом, не полагаясь только на себя. А теперь, отдыхай. — Дамблдор поднялся и пошёл к выходу. Их разговор был незаконченный, но Дамблдор оставил ей пищу для размышлений. Она тяжело вздохнула и укуталась в одеяло, размышляя. Но не о разговоре с директором, а о том, что ей предстоит сделать за сегодня. Остальное позже. Нужно придумать отмазку, для посещения Визжащей хижины и так, чтобы Рон с Гермионой не задавали лишних вопросов. Потом встреча с тем человеком, кто представляется её отцом. Конечно, она искренне надеялась, что это папа, но навряд ли. К чему бы такая секретность? Сильнее всего она ожидала встречи с Сириусом, уж в ком она уверена, так это в нём. Заодно и поговорит с ним. Её небольшой план работал прекрасно. Лютик носил поесть Сириусу каждый день по два раза, так же иногда она писала ему письма, в которых рассказывала о том, что нового у неё и Гарри. Ответов, разумеется, она не получала. Касательно тёплой одежды, она свистнула кое-что у Руфуса и Джейкоба. Да, ей было неприятно воровать, но помочь Сириусу было важнее любых принципов. Пакеты с едой и одеждой лежали в её комнате, так что стоит поторопиться с возвращением и быстро собраться. Мадам Помфри подошла вместе с Джейкобом. Всё было как в последний раз, она задавала различные вопросы о состоянии Кэт, дала укрепляющее и Джейкоб отнёс её умыться, а потом в башню (чтобы Катрина не шла босиком). В башне её уже ждали Рон, Гарри и Гермиона. — Ты где была? — спросил Гарри. — В больничном крыле. Я позже объясню, только соберусь, ладно? Друзья кивнули, и Катрина направилась наверх. Она заправила постель и принялась быстро одеваться. Она надела тёплый свитер, лосины, обула чёрные сапоги, на плоской подошве, красное пальто, шапку и шарф, с цветами своего факультета. Погладила на прощание Лютика и взяв пакеты и рюкзак, отправилась вниз. Друзья так и сидели ожидая её, потом все направились на завтрак. Катрина подробно рассказала о произошедшем. — Сновидец. Обалдеть! — восхищался Рон. — Что Дамблдор тебе ещё сказал? — Что на каникулах я остаюсь в школе, и со следующего семестра я обучаюсь у Снейпа управлять своим даром. Дурдом. — хмыкнула Кэт. — Сновидец… — Зато ты точно знаешь, что не проклята. Уже хорошо. — сказала Гермиона. — Точно. На самом деле ужасно, что ты чуть не попалась дементорам. — вздрогнул Гарри. — А я буду обучаться заклинанию патронуса у Люпина со следующего семестра, чтобы суметь справиться с дементорами на случай, если они нагрянут в следующем матче. — Это здорово, Гарри! У меня за две недели очень небольшой прогресс, кое-что получается, но плохо. Глупо было надеяться, что я смогу что-то подобное разучить самостоятельно. — она кинула ложку в тарелку с кашей и отодвинула. — Небольшой прогресс? Катрина, у тебя просто не выходит телесный, а так ты держишь заклинание. Я читала про эти чары, это уже хороший результат. Не унывай, вечно ты себя недооцениваешь. — поддержала подругу Гермиона. — Недооцениваю? Это говорит мадам, которая считает, что она мало книг прочитала и мало знает. — шутя ответила Кэт, подруги рассмеялись. Друзья доели и направились к выходу. Гарри попрощался с друзьями и отправился в сторону башни, те же пошли на сборы в Хогсмид.

***

Как только все прибыли в Хогсмид, друзья сразу разошлись, и Катрина отправилась в сторону Хижины. Она обернулась и убедилась, что за ней никто не следует. Она достала палочку, на случай если из неоткуда выскочит дементор. Дорога была трудной, но проходимой. Девочка осторожно прошла во внутрь. Дом был сильно потрёпанный, но очевидно достаточно крепкий. Она тихонько прошла дальше и стала звать Сириуса. — Сириус! Это я. После её зова из дальнего угла вышел пёс и стал обращаться в человека. Сириус очевидно замёрз, но в общем выглядел чуть лучше их прошлой встречи. Катрина подошла и обняла дядю. — Рад тебя видеть. — Сириус обнял её в ответ. — Как ты? Ты такая бледная. Замёрзла? — Нет. Кое-что произошло ночью. Но если коротко, то вчера я чуть не угодила в бреду прямо к дементорам, а произошло это, от того, что я Сновидец. — отчеканила Катрина. — Сновидец? Я ничего не знаю про это… Тебе это не грозит ничем плохим? Ты не пострадала?— взволнованно спросил Сириус. — Нет, самое плохое позади. Не беспокойся, сейчас ситуация под контролем директора. — принялась убеждать Сириуса Кэт и стала показывать пакеты. — Вот тут поесть, а тут кое-какая тёплая одежда, так же я приготовила тебе пару укрепляющих и согревающих зелий. Что смогла, то и сделала. Как ты? — За меня не переживай. Никто меня здесь не ищет, а Лютик с твоими письмами всегда доходит. Спасибо тебе. Твоя поддержка очень многое значит. — Я ещё кое-что хочу узнать. Ты бываешь в Хогсмиде? — в её голосе слышалось волнение. — Бываю иногда. А что такое? Ты взволнованна. — побеспокоился Сириус. — Я же тебе писала про анонимные подарки, и… В общем на день рождения вместе с новой метлой пришла и роза и письмо. Письмо, адресованное отцом. Я сейчас должна буду встретиться с ним. Ты не видел здесь никого похожего? — Нет, определённо нет. Но, ты же не пойдёшь одна? Мало ли кто это может быть. Если хочешь я пойду с тобой. — голос Сириуса становился всё более беспокойным. — Не надо! Там столько народу, вдруг кто узнает тебя, да и думаю Руфус с Джейком без присмотра меня не оставили. — сказала Катрина. — Мы с друзьями поговорили, они будут по близости. — Хорошо. Но прошу будь осторожна. Сама понимаешь, насколько опасны бывают волшебники. — Конечно. — уверенно ответила Кэт. — У меня половина семейства авроры. Меня научили и как магией поддать и в морду с кулака добавить. Сириус хрипло рассмеялся. После, они ещё немного поговорили, он пообещал, что по возможности они встретятся на Рождество, но он будет ждать её при следующем посещении Хогсмида, только пусть заранее пришлёт записку. Время поджимало, и Катрина поспешила, нехотя, уйти. Она очень быстро дошла обратно, до окраин Хогсмида, как кто-то сзади начал аплодировать. Катрина резко развернулась, держа наготове палочку. Это был абсолютно незнакомый ей мужчина, в тёмной мантии, высоко роста, чуть ниже Джейкоба, лет до 30, слишком смазливый, на её взгляд. — Надо же. Семья всегда поддерживает друг друга, да Катрина? — самодовольно произнёс он. — Да, знал бы я тогда какой красавицей ты вырастишь. Твоя мама была очень красива, но ты её перегнала. Слышал, ты ещё и волшебница достаточно одарённая. Обожаю подобное сочетание. — Ты кто такой? И откуда ты знаешь меня? — она стала потихоньку отходить в сторону деревни. Мужчина следовал за ней. — Ах да, куда же делись мои манеры. Людвиг фон Грац. — он поклонился ей. — Тёмный маг, наёмник. За определённую сумму выполню, всё что пожелает заказчик. Плут, вертихвост, дамский угодник, ко всему прочему. — И чего тебе надо от меня? — её голос становился всё жёстче и жёстче. — Тише, тише, дорогая. Позволь объясниться. — он буквально смеялся над ней. — И опусти палочку, ты со мной не справишься. — она не послушалась его. — Что ж, меня наняли тринадцать лет тому назад, чтобы прикончить твою семью. Мне было пятнадцать, я только начал пользоваться тёмной магией. А конкретно, мне заказали твоих родителей. Кто-то от лица Волан-де-Морта. Даже парочка Пожирателей присоединилась, у которых был зуб на твою семейку. За что – не скажу. Твоя мама – это нечто. Красивая, пылкая. — он вздохнул, будто предаваясь приятным воспоминаниям. — Но, так уж вышло, что пострадала и ты. Мой заказчик был этим, очень недоволен. Тогда. А сейчас требует твоей головы. Но! – он поднял палец. — Я не убиваю детей, а ты при всей своей красоте и зрелости ещё ребёнок. Поэтому всего лишь предупреждаю. Когда тебе исполнится шестнадцать, я приду за тобой. Ну, только если меня не уговорят прийти чуть пораньше. И ничто меня не остановит, куколка. Буду ждать, с нетерпением. Ах да, ты уж извини, но, как я говорил, я слаб перед красивыми девами… Очень слаб… А ты наверняка станешь ещё прекраснее. — и мужчина, одарив её многозначительным взглядом, аппарировал. Катрина кинулась бежать в Хогсмид. Она принялась искать друзей и нашла Гермиону, Рона, и каково же было её удивление, Гарри. Она быстро подошла к ним. — Гарри! Как ты тут оказался? — обратилась к другу Катрина. Тот показал ей кусок пергамента, и принялся объяснять. — Вот, это дали мне близнецы, карта со всеми ходами и выходами в Хогвартсе. Прошёл через один из них, и я здесь. Ты чего такая взволнованная? Катрина рассказала о том странном мужчине, и его словах. Гермиона вздрогнула. — Что он имел ввиду под последними словами? — Ничего хорошего, ни-че-го. Фух, ладно, надо идти к переулку. Надеюсь, там никто не сообщит мне о том, что придёт убивать меня в шестнадцать лет. Или чуть пораньше, если кого-то уговорят. — она изобразила тон прошлого собеседника. Друзья направились к переулку обсуждая случившееся. Гарри предложил рассказать обо всём Дамблдору, на что Катрина ответила, что скрывать ничего не будет и сразу расскажет всем, чтобы избежать сюрпризов, заодно выяснить кто это. Они и не успели подойти, как увидела Руфуса. Тот резво подошёл к друзьям. — Я тебя по всей деревушке ищу. О, Гарри, нарушаем? Уважаю, уважаю. — Руфус пожал Гарри руку. — Так, где вы были? — Да так, там и сям. А ты следишь за мной, не так ли? — контратаковала Катрина. — Ну, типа того. По факту должен, но, не вижу смысла. А что, ты против моей компании? — весело спросил Руфус. — Знаешь Людвига фон Граца? — в лоб спросила Катрина. Руфус сразу изменился в лице. Знает. Он взял Катрину за плечи и отвёл от друзей. — Откуда ты знаешь это имя? — Он только что подходил ко мне. Сказал, что придёт убить меня, когда мне шестнадцать стукнет. И не только убить… — на её лице отразилась гримаса отвращения. — Кто это такой? — В смы…— Руфус понял, о чём говорит крестница. — Убью тварь! — и уняв поток матюков принялся объяснять. — В общем, он наёмник из какого-то немецкого ордена волшебников. Мы ни черта про них не знаем. Но это он виноват в нападении на Дени и Грега. — Да он упомянул про это... Что теперь будем делать? — Ты- ничего. Мы готовиться к приходу этой макаки. — заключил Руфус. — Да вы надоели! Сами постоянно твердите, что Волан-де-Морт вернётся, будет война, теперь ещё этот перец нарисовался. Вы собираетесь учить меня самозащите? — теперь уже разгневалась Катрина. — Вы всегда можете получить разрешение в министерстве, на то, чтобы я могла на каникулах использовать магию. Вы просто меня недооцениваете! А потом меня ещё Дамблдор спрашивает, хрен ли я сама свои проблемы решаю. Действительно. Не хотите помогать, сама научусь! Она оттолкнула Руфуса и вернулась к друзьям, и потянула их к переулку. Руфус звал её, но она лишь показала ему средний палец и пошла с друзьями дальше. Она сообщила о Людвиге – сообщила. Теперь пускай ебутся как хотят. Друзья не спрашивали её ни о чём, в таком состоянии лучше не мутить воду ещё сильнее. Когда они дошли, время было уже без пяти. — Ладно. — Катрина видимо успокоилась. — Окей. В общем, я захожу, если не ору и не выбегаю, значит всё нормально. И извините за моё поведение. Просто я не в своей тарелке сегодня. — Да ладно. — ответил Гарри. — Ты была права, когда ссорилась с крёстным. Глупо, что тебя не готовят, хотя могли бы. Вся твоя семья уверенна, что Волан-де-Морт скоро вернётся, но они очевидно не хотят, чтобы ты лезла во всё это. — Да. Более чем. Они сами во всю готовятся к его приходу. А я блять, как принцесса, должна сидеть в башне и не высовываться. Гиперопека, мать её. — она снова начинала вскипать, но быстро взяла себя в руки. — Безумие какое-то. — Меня пугает уверенность твоей семьи. — сказал Рон. — С чего они вообще это решили? Катрина пожала плечами. — Без понятия. Они просто уверенны. Вроде Дамблдор тоже. Ладно, не будет о говне, я пойду. Где потом встретимся? — Давай в «Трёх метлах»? — предложила Гермиона. Катрина кивнула. Подруги обнялись, а Гарри и Рон просто пожелали ей удачи. Катрина направилась в переулок.

***

Он уже больше часа стоит на оговоренном месте. Он дрожал, но не от холода, а от предвкушения сегодняшней встречи. Написав то письмо Катрине, он испытывал дикий страх. Как она отреагирует на всё это? Придёт ли вообще? Ещё та позорная ситуация. Повёл себя как маньяк, желающий завести одинокую девочку подальше от любопытных глаз. Идиот. Бедняжка перепугалась, но смогла дать достойный отпор. У Грегора болело лицо ещё несколько дней. Он бродил туда-сюда, думая о том, что же он скажет ей. Обязательно всю правду, но он не понимал, как лучше будет преподнести ей это. Он же чёрт возьми, проебал всё её детство и не знал, какой она выросла. В этом году, из-за побега Блэка, он решился прийти ближе к школе. Просто, чтобы суметь помочь, в случае чего. Но тот день в Хогсмиде… Грегор просто ходил по магазинам, стараясь не светиться, приобретая всё необходимое, как вдруг, неожиданно для себя, увидел её. Сердце болезненно сжалось, в горле застрял ком. Его дочка, она была так близко. Так близко. До этого, он не давал себе подойти ближе, чем следовало. Он понимал, что не выдержит и подойдёт к ней. Она сидела на лавке, и просто разглядывала людей вокруг. Улыбалась своим мыслям, а Грегор просто застыл и пялился на неё. Она очень похожа на Дени, те же черты лица, если только более мягкие. Те же чёрные волосы, кошачий взгляд. От него была лишь улыбка и блеск в глазах и даже его мимика. Дени не умела выгибать бровки, как делала это Кэт, и не щурила так глаза. Такие родные черты... Он знал, что она учится на Гриффиндоре. Грегор приметил это, когда она шла на уроки к Хагриду и гуляла с Поттером. С Поттером. Грегор и помыслить не мог, что они подружатся, но, очевидно, одинаковая беда сближает. Он даже был на её тренировках, и был просто восхищён тем, как она управлялась с метлой, и даже расслышал, что она ловец с первого курса. Он был горд, нереально горд, но и проклинал себя, что пропустил так много. И видел, как она с Северусом ходила в Запретный лес несколько раз. Как он понял, за волосами единорогов. Северус профессор, его удивил не меньше, чем тот факт, что его дочь прекрасна в зельях. Грегор слушал о чём они говорят. Вечное обсуждение зелий, техник и, иногда это были отстранённые темы. Катрина смогла найти подход к Севу, даже раньше, чем это вышло у Грега. Его очень смешил данный факт, почему он и сам не понимал. Тогда в Хогсмиде, он решился всё же подойти к ней, но, грёбаный идиот, не снял капюшон и по взгляду дочери понял, что выглядит по меньшей мере подозрительно. Она достала палочку (умница), и принялась скрываться в толпе. И чёрт Грегора дёрнул пойти за ней. А уж про свою гениальную идею затянуть её в переулок, он молчит. Все мозги растерял. Потом на матче, не увидев Катрину среди команды он решил, что слишком напугал её, но правда привела его в больший ужас. Он увидел, как Джейк нёс её, с перевязанной ногой, к преподавательским трибунам, а Руфус шёл прямо за ними с мётлами в руках, и о чём-то оживлённо рассказывая и Катрина рассмеялась. Руфус и Джейкоб очевидно в школе, чтобы защитить её. Грегор знал, что он доверил дочь правильным людям. Весь матч он смотрел лишь на неё. У Кэт было очень скучающее лицо, прямо как он, не любит смотреть, а любит играть. Потом приметил, что она следит за Поттером, который замещал её, очевидно. Даже на её метле колесил. Потом дементоры, Руфус и Джейкоб ловили Поттера и потом прогоняли их. Когда же мальчика унесли, он приметил, как Катрина, скача на одной ноге, неслась в школу. Волновалась за друга. Грегор тогда поспешил удалиться, из-за образовавшейся паники, и заметил у ивы метлу дочери. Ну, точнее то, что от неё осталось. Идея подарка сразу образовалась в его голове. Он в тот же день заказал «Молнию». Сейчас он стоял в обычной тёплой одежде, не скрывающей его лица. Время было без пяти, и он услышал голоса. Единственное, что он точно расслышал, что-то про принцессу и орала это, какая-то темпераментная девочка. Через мгновение его осенило, что это был её голос. Грегор, по ощущениям, прирос к земле, не смея двигаться. И вот спустя считанные секунды, она заходит в этот переулок. Держит наготове палочку. Он решает выйти из тени, чтобы она убедилась, что ей ничего не грозит. Он хочет что-нибудь сказать, но не выходит. Катрина остановилась, очевидно, не веря своим глазам. Это правда был он, и вид у Грегора был, как у побитой собаки. Она убрала палочку и чрез мгновение кинулась к отцу. Он сразу подхватил её и крепко обнял. Кэт зарыдала отцу в плечо, её переполняла радость, трепет, всевозможные положительные эмоции и девочку прорвало. Вот он рядом с ней, крепко обнимает её и сам плачет. Девочка, как и её папа, не могла поверить своему счастью. Грегор принялся целовать её в макушку, затем в лоб, затем щёку, прося простить его. Но она ни капельки не злилась и не обижалась на него. Она молчала и боялась выпустить отца из объятий, опасаясь, что он исчезнет. Они простояли так очень долго, но для них это были бесценные мгновения. Затем девочка отпустила отца и взяла его за руку. — Я так скучала, пап… — и Катрина снова разрыдалась. Она не могла поверить, что когда-либо сможет произнести «папа», обращаясь к нему напрямую. — Я тоже безумно скучал! Быть где-то, осознавая, что ты осталась без нас с Дени, было невыносимо, но я не мог иначе… Только так я мог защитить тебя… — Грегор присел и принялся перчатками утирать слёзы дочери. — Не плачь, милая, пожалуйста… — Сам то, как белуга рыдаешь. — весело пошутила девочка. — Почему ты не возвращался ко мне? —Я не мог… Тогда ты пострадала из-за нас… Дени погибла… — мужчина путался в собственных мыслях, сначала его одолевал страх, а сейчас безграничное счастье и он не мог верно сформулировать свои мысли. — На нас напали пожиратели, и не только они. Часть из них была поймана, а часть я утилизировал сам. Остался только один человек, но я никак не могу поймать его… — Людвиг? — осторожно спросила Катрина, вытирая слёзы с лица папы. Грегор испуганно посмотрел на дочь. — Он… Он что-то сделал тебе? — Нет, только пообещал. Сказал, что тогда его целью были вы, а меня заказали недавно. Я уже сказала Руфусу. Грегор закивал, немного расслабившись. Они ещё молчали, не зная, что и сказать. Грегор спросил, то, что волнует его больше всего. — Скажи, как мне искупить свою вину? Я сделаю, всё что угодно… — Не уходи больше. Никогда. — она ответила, не давая ему закончить. Это всё, что она хотела. Грегор задорно заулыбался и обнял дочь. — Конечно, конечно, я больше не уйду. Ни за что. Никакая сила меня не заставит это сделать. Грегор безумно боялся, что она оттолкнёт его, но она хотела как раз наоборот. Чтобы он оставался рядом с ней. Он понимал, что никогда не сможет нагнать пропущенных лет, но он определённо сделает всё, чтобы делать её счастливой в дальнейшем. Катрина дала ему руку, и они вышли из переулка, направляясь прямо в «Три метлы». Девочка рассказывала всё, что мечтала рассказать папе: о том, как росла, приключениях в школе, успехах в учёбе, о друзьях. Проще говоря, обо всём на свете. Грегор слушал не перебивая, иногда задавая уточняющие вопросы, но слушал каждое её слово и запоминал. Он был в ужасе от истории с философским камне и василиском, но при этом был очень горд за дочь. Так же, Грегор был невероятно счастлив заметить, как они с ней похожи. Она такая же авантюристка, душа компании и любительница нарушать всевозможные правила в школе. У паба они заметили Руфуса и Джейкоба. Грегор пошутил, что сейчас получит по морде, в качестве «профилактических пиздюлей». Руфус и Джейкоб о чём-то очень оживлённо беседовали, как тут Руфус заметил их. На лице мужчины был виден шок и позже самая настоящая радость, он стал бить Джейкоба в плечо и указывать на них пальцем. Грегора распирало от такой реакции друга, как и Катрину, но на глазах девочки выступали и слёзы. Джейкоб обернулся и на его лице застыло неверие. Он даже принялся протирать свои глаза, не веря тому, что видит. Мгновение, и Джейкоб кинулся в объятия брата. Грегор раскрыл их и крепко обняв, ответил ему. — Грегор… Не могу поверить… — шептал Джейкоб. Он, как и Катрина, не хотел выпускать Грега из объятий, опасаясь того же. Руфус подошёл к ним. На его лице было замешательство, облегчение и радость в один момент. Грегор отпустил Джейка и подошёл обнять Руфуса. — Какой ты гондон, Шепард! — проговорил Руфус, а Грегор только рассмеялся. — Счастлив, наконец, увидеться. — только и произнёс он. Мужчины сдерживали себя, в проявлении эмоций, но было очевидно, как счастливы они были. Руфус залетел в паб, крича о том, что всех угощает. В этот момент оттуда вышли МакГонагалл, Хагрид и Фадж. Они оборачивались и удивлялись поведению Руфуса. Катрина, могла бы удивиться, нахождению министра здесь, но ей было все равно на всё вокруг, ведь отец рядом. Профессор ойкнула, увидев папу, а тот подошёл к ней. — Профессор МакГонагалл, рад вас видеть. Вы совсем не изменились. — Грегор?! — только и промолвила она. — Он самый. — папа был уже полностью расслаблен. Катрина подбежала к ним. — Это правда папа, профессор. — счастье в голосе девочки было очевидно слышно. Грегор протянул руку Фаджу и Хагриду. Все смотрели на него, как на привидение. Он, попросив прощения у Кэт, отошёл с министром что-то обсудить. А Катрина в свою очередь, объяснила преподавателям, собственно, какого хрена происходит и откуда вылез её отец. Хагрид сочился такой же искренней радостью, поздравляя девочку с возвращением отца. МакГонагалл взяла себя в руки и сказала, что ей срочно необходимо сообщить обо всём профессору Дамблдору и удалилась. Джейкоб подошёл к министру и брату. Они все втроём что-то обсудили и Грегор с Джейком вернулись к Кэт и зашли в паб. Грегор откровенно заржал, когда увидел, как Руфус, абсолютно серьёзно, раздаёт напитки направо и налево, крича о том, что его друг вернулся живой и здоровый. Гермиона, Гарри и Рон смотрели на Катрину, а она же потащила отца знакомиться с друзьями. — Пап, знакомься, это мои друзья Гермиона Грейнджер, лучшая ученица на курсе, — Грегор галантно поцеловал Гермиону в руку, а та покраснела, — это Рон Уизли, он очень любит кушать и не любит профессора Снейпа, — Грегор пожал парню руку, говоря, что поесть это святое, — а это Гарри, думаю ты знаешь кто он. — Гарри подал руку Грегору, тот дружелюбно её пожал. — Наслышан о вас. Катрина очень хорошо отзывается о всех вас. Рад, что у неё такие хорошие друзья. Все засмущались, особенно Гермиона, и Кэт заметила, что Гарри хоть и рад за неё, но чем-то сильно удручён. Тот взглядом дал понять, что объяснит ей всё позже. Руфус подбежал к ним с подносом, со сливочным пивом, сказал всем садиться и понёсся куда-то ещё. Все его послушались. Позже, они весь день слушали историю Грегора, а потом просто общались на обыденные темы, шутя и смеясь.