Так было задумано...

Этот учебный год преподнёс Катрине множество приятных и не очень сюрпризов. Несмотря на всё говно и пережитый стресс, она с уверенностью могла бы заявить, что, на данный момент её жизни, это лучший учебный год. Конечно, по большей степени это благодаря возвращению отца. Несмотря на то, что столько лет они не контактировали, общий язык был найден мгновенно, и даже без конфликтов не обходилось. Кэт всегда думала, что их сходство с отцом преувеличение, но как оказалось, она ошибалась. У них общие взгляды, некоторые интересы, стремления… В общем почти всё. Как сказал Джейкоб, Грегор изменился лишь внешне, в остальном он остался таким, каким был. Даже встретился с профессором Снейпом не самым рациональным способом. Они вернулись в школу все вместе, только без Гарри, тот пошёл тем же путём, каким и попал в Хогсмид, чтобы не было лишних вопросов. Руфус был пьян в дрова, что аж Джейкоб тащил его на собственной шкуре. Прямо на входе их ждали Агата и Мария. Грегор остановился, увидев мать, смотреть в глаза ей было не менее стыдно, чем дочери. Агата же, в свою очередь, кинулась к сыну, рыдая от счастья. Принялась обнимать, целовать его, говорить о том, как сильно скучала и верила, в то, что он жив. Почти все присутствующие пустили слезу, смотря на это. Позже, подошла и Мария и поприветствовала друга. Катрина приметила, что отец сделал это без особого энтузиазма. Хотя, Мария не особо нравилась и Джейку. Катрина не понимала почему, может из-за излишнего высокомерия Марии, может есть какие-то очередные скрытые, но не забытые обиды. Сама она хорошо к ней относилась, но не любила так же, как и Руфуса. Профессор Снейп, как обычно, проводил время в своём кабинете, варя зелья. Катрина приметила, что варево похоже на «Волчье противоядие», но не понимала на кой хрен оно профессору. Грегор не придумал ничего лучше, чем подойти к профессору сзади, типа напугать. Но вышло всё с точностью да наоборот. Снейп, очевидно, почуял неладной и зарядил половником, прямо по голове отца Кэт. Никто не смог сдержать смеха, во-первых, от того, как хорошо прилетело Грегу, что тот отлетел на пару метров держась за голову. А во-вторых, от недоумения, на вечно холодном и без эмоциональном лице профессора. Руфуса же распирало сильнее остальных. Позже Грегор получил порцию замечательных эпитетов, где «еблан» было самым ласковым. Грегор потом сказал дочери, что его друг так проявляет радость. Не умеет он по-другому. С той поры, вся школа узнала, что отец Катрины Шепард очень хороший друг профессора Снейпа, ибо ходили они везде вдвоём. Большинство было и вовсе удивлено тому, что у «летучей мыши» есть вообще хоть какие-то друзья. С Руфусом и Джейком профессор так открыто не общался. Встреча Грегора и Люпина вообще требует отдельного разбора. Тогда же и первый конфликт у них с отцом и произошёл. Красноречивый вопрос отца Кэт, адресованный профессору, в духе «какого хрена ты здесь забыл?» очень удивил девочку. Руфус первый, кто подобным образом среагировал, и далеко не в таком негативном ключе, но Грегор намного острее. Не понимая в чём дело, Катрина принялась убеждать отца, что Люпин замечательный преподаватель и в чём бы ни было дело, своё дело он знает. — Дамблдор доверяет мне, Грегор. — принялся убеждать Грегора Римус. — Он бы меня не пустил, если бы я мог хоть как-то навредить ученикам. — в голосе профессора было сплошное беспокойство, и он с опаской постоянно посматривал на Катрину, опасаясь, что та узнает того, чего не должна. — Да ну?! И как же он защитит от оборотня ребёнка, который по приколу забредёт в хижину, сбежит по глупости в лес?! Катрина сначала не поняла смысла, а позже сообразила. Лекарства от Снейпа, болезненный вид и неясная реакция родственников прояснилась. И Люпин смотрел на неё с отчаянием и надеждой, что она не отойдёт от него как от прокажённого. В глазах многих волшебников оборотни – самые настоящие монстры. Но ведь многие из них, как и её профессор, не выбирали становиться ими. Об этом Кэт узнала чуть позже. Она стала заступаться за него. — Это нечестно! Он хороший преподаватель и заслуживает должного доверия и уважения! — смотря прямо отцу в глаза начала Катрина. — Ты всегда выступал за защиту тех, кого угнетают, а сейчас накинулся на того, кто ничего плохого не сделал. Никто и не догадывается об этом! Грегор показал на своё лицо и сказал. — Вот это он сделал. И он то же самое может сделать с тобой, твоими друзьями, да с кем угодно! — его голос был ледяным. — Он не подошёл к тебе и обратившись напал. Это вина Поттера и Блэка. — она заметила, как её отец поменялся в лице. Грегор не ожидал, что она знает всё, до такой точности. — Да я знаю, что случилось. Профессор Люпин не виноват в этом, он не контролирует свои обращения, плюс профессор Снейп ему готовит волчье противоядие! — А это прям спасает! Будто он не обращается! — не унимался мужчина. — Зелья учить нужно! А, точно, его придумали в середине семидесятых… Ладно, один хрен мы не занимаемся по ночам в полнолуние и по лесам с дементорами не ходим! Не веди себя как задница! Грегор, нехотя, извинился перед профессором. Люпин с искренностью в голосе, сказал, что не держит на него зла, а Кэт искренне поблагодарил, за защиту и понимание. Вечером того дня, Катрина узнала у Гарри, почему он был так удручён в пабе. Он узнал, про неверное толкование событий тех дней, и, заявил, что хочет поймать Сириуса самостоятельно, для мести. Она ничего не ответила ему, просто не нашла, что сказать. Катрина даже подумывала о том, чтобы рассказать отцу о Сириусе, но поняла, что к друзьям Джеймса Поттера он относится, мягко говоря, недружелюбно. Так, что так и осталась Катрина одна из тех немногих, кто верил и помогал Сириусу. Она, Лютик и Живоглот. Такая себе команда по спасению, конечно. Ах да, Лютик. Если и есть человека, которого Лютик не переносит больше Руфуса, так это Грегор. Низл набросился на него, и расцарапал ему лицо. Грегор же, посмеялся над этим, и сказал, что кот просто мстит за боль своей горячо любимой хозяйки. Руфус же, обрадовался, что теперь не все шишки и царапины достанутся ему. На следующий день, Гарри, переполненный возмущением, предложил сходить к Хагриду и расспросить его, почему он ничего не рассказал. Разумеется, они пошли к великану, но у Хагрида были печальные известия. Ребята узнают, что дело о Клювокрыле передано в «Комиссию по обезвреживанию опасных существ». Позже Катрина им объяснила, чем это грозит Клювику и ещё более удручающим было то, что у Малфоя там крепкие связи, и они просто в жопе. Друзья принялись утешать великана, Катрина пообещала уговорить родственников вступиться за него и гиппогрифа, и она сама, вместе с друзьями, приложит усилия для его защиты. Так же в тот день, Хагрид рассказал им о своём пребывании в Азкабане. Хагрид провёл там не особо много времени, но Катрина задумалась о том, как же тяжело было Сириусу провести там целых двенадцать лет. Абсолютно невиновный человек. На каникулах друзья отправляются в библиотеку и просматривают всевозможные книги, чтобы найти хоть какую-то возможность отбелить имя ни в чём неповинного Клювика. Так же незаметно наступило и Рождество. За день до него, Лютик принес записку от Сириуса, которая гласила, что тот будет ждать её на прежнем месте в четыре часа. Она поняла, что он написал про внутренний двор, где состоялась их первая полноценная встреча. Разумеется, Сириус прекрасно знал, о возвращении Грегора, и ей было интересно узнать у Сириуса подробности их взаимоотношений. Она пила каждую ночь зелья сна без сновидений. Ей казалось, что она всю жизнь не высыпалась так хорошо, как сейчас. На Рождество Катрина завела будильник, чтобы выйти к Сириусу, и легла спать как можно раньше. Проснулась девочка без труда, и даже умудрилась никого не разбудить. Лютика и Живоглота нигде не было. Одевшись и взяв подарок для дяди, Катрина вышла из гостиной. Под сопровождение возгласов сэр Кэдогана. Девочка шла, словно воришка, опасаясь попасться на глаза дежурным. Кроме Ника, привидения её факультета, она никого не встретила. Тот, в свою очередь, обещал никому не рассказывать о её ночном походе. Катрина выбежала во двор, и заметила Сириуса с котами. Мужчина расплылся в улыбке, при виде бегущей к нему племянницы. Кэт подбежала к нему и сразу обняла. — С Рождеством! — поздравила Кэт Сириуса. — И тебя с Рождеством, дорогая. Как ты? — они оба сели на лавку. — Как дела с отцом? — Нормально, общаемся, иногда срёмся. Такое ощущение, что он всю жизнь рядом. — По какому поводу ссоритесь? Девочка сморщила лоб. — Он абсолютно нетолерантный. Наехал на профессора Люпина из-за его ликантропии. И теперь мы цепляем друг друга из-за этого. Он начинает свою браваду, вот, мол, а если то, а если это. Дамблдор наверняка держит всё под контролем. — Бедняга Римус. Всю жизнь ему доставалось из-за его болезни… — грустно заключил Сириус. — А Грегор всегда таким был. Он толерантен и прощает ошибки только к тем, кого любит. Остальные как шли, так и ехали. — Я что спросить хотела. Вы дружите? — начала издалека Кэт. — Ну, с профессором Люпином. — Да… Дружили, до всего произошедшего. Нас было четверо. Я, Джеймс, Римус и Питер. Лучшие друзья, как мы все думали… — И вы все вчетвером издевались над Снейпом? — Сириус сразу посмотрел на неё, ища ответы на собственные вопросы. Возможно, искал осуждение в ней, но это был только искренний интерес с её стороны. — Римус – нет. Но он и не мешал нам. — честно ответил Сириус. — Признаю, что мы бывали жестоки, но и Нюниус не подарок. Честно скажу, что на дух его не переношу. Как и Джеймс. — Нюниус? Это ужасно… — Катрина сморщила лицо. — Правду говорят, что женщины умнее мужчин, и редко, когда умная женщина будет над кем-то издеваться. — она решила не давить на дядю и не стала ничего уточнять на счёт рокового случая. Сириус рассмеялся. — Знаешь, каждый раз, когда мы что-то творили, Дени заявляла мне то же самое. Видя твой нрав, сомневаюсь, что ты ни разу не шкодила. — Я и не говорю, что ничего не делала. Но, я ни над кем не издеваюсь. Разве, что над Драко, но он относится ко мне и друзьям по-свински. — гордо ответила девочка. — Он постоянно задирается, и возвышает себя над нами. Конечно же я не буду с него пылинки сдувать. — Что за Драко? Чистокровный идиот? — догадался Сириус. — Да, Малфой. — А, тогда мне всё ясно. — Сириус потирал руки, пытаясь отогреться. — Значит ты всё же более мягких взглядов на чистоту крови. Я боялся иного… Извини. — Моя лучшая подруга маглорождённая! Да и, я не знаю, чем хороша чистая кровь. Невиллу это не особо помогает, честно говоря. Хотя, он в травологии преуспевает… Но один фиг, чистая кровь не залог огромного магического потенциала. — Мои родители и брат думали совершенно иначе. И твоя мама одно время. Всё-таки две хорошие вещи Грегор привнёс в мою жизнь… — Это какие? — не поняла Кэт. — Переубедил Дени, мы с ней помирились. И если бы не он, то не было бы и тебя. — он выпрямился и заглянул ей прямо в глаза. — Спасибо. Но я бы не назвала себя хорошей… Просто не люблю такую формулировку. Не бывает полностью плохих и хороших. Нужно каждый день становиться лучшей версией себя. — Ты очень мудрая, Катрина. Мы ещё мало общались, но это я могу сказать про тебя с уверенностью. Ты очень осознанная, я не встречал таких людей твоего возраста. Да даже не каждый взрослый способен так здраво рассуждать. Катрина пожала плечами, смущенная из-за его слов. — Ну да, пока меня не разозлить я мудрая. Да и научила меня этому бабушка… А так, ну, в морду бью быстрее, чем думаю. Лютик зачем-то понёсся в школу. Даже быстрее, чем когда Катрина ему вкусняшки даёт. — Ай блять! ГРЕГОР! — это был Руфус. — СНИМИ ЕГО! — Вечно Руфус нас прерывает. — усмехаясь сказал Сириус. — Я пойду, твой подарок будет ждать тебя под ёлкой в гостиной. — он поцеловал Катрина в макушку и принялся обращаться. — Сириус! Подарок! — она подала коробочку, и пёс взял её зубами и принялся удаляться. Катрина взяла на руки Глотика и пошла на крик. Она рассмеялась увидев, как Лютик сидел на голове у Руфуса, а царапал ему лоб одной лапой, а другой начинал царапать Грегора, который хотел его снять. — Развлекаетесь, мальчики? — пошутила Кэт и подавая отцу Глотика, тот с опаской взял его, принялась снимать с Руфуса Лютика. — Как дела? — Охуенно! Твой кот нас убить хочет. — злился Руфус. — У тебя традиция на праздники по ночам бродить? — Я выспалась, вот и всё. И у меня каникулы, так что гулять не запрещено. — поглаживая Лютика сказала Кэт. — Как успехи? — Без толку. Надо лес прочёсывать, а не по школе бродить. Кстати, хижину проверяли? — спросил Грегор. — Я в хуй не дую. Нет, вроде. Думаешь стоит? Сердце Катрины забилось чаще. Нельзя, чтобы они проверили хижину, иначе Сириусу конец. — Я там была и никого там нет и не было лет сто уж точно. — Руфус и Грегор посмотрели на неё вопросительно, мол что ты там забыла. — Есть же старая байка о том, что там призраки водятся и орут по ночам. Я и пошла туда посмотреть. Ничего. — А то, что там убийца мог быть, ты, типа, не подумала? — усомнился в её словах Руфус. — Вина дяди, по факту, никак не доказана, кроме того, что его застали на месте преступления. Я проверяла. К тому же, нет никакого известного заклинания, даже с неверным применением, который оставит от человека палец и больше ничего. Остальные трупы лежали себе спокойно. Опять же, я проверила. Проще говоря, я его не боюсь. А так, он мог убить меня ещё тогда, на Хэллоуин. — Неплохо. — усмехнулся Грегор. — Милая, ты правда очень умна, но не думаешь ли ты, что умнее целого аврората и министерства в целом? — Ну кстати, вопрос хоть и спорный, но имеет место быть. — она прижала сползающего Лютика и продолжила. — Там такой рассадник дебилов, что диву даёшься. Как минимум половины из них, я точно умнее. А так, я буду верить в невиновность Сириуса. — Это точно. — усмехнулся Руфус. — Долбаёб на долбаёбе. Про Фаджа вообще молчу… — Может и правда вина полностью не доказана, но он нехороший человек. — не прекращал гнуть свою линию Грегор. — А кто хороший? Назови мне стопроцентно безгрешного и ни разу не ошибившегося человека. Руфус покачал одобрительно головой. — Она тебя сделала, Грег. — Твоя мама. — не обратил внимание на Руфуса Грегор. — С её то характером и взглядами на превосходство чистокровок? — уже не унималась Катрина. — Я люблю маму и уважаю её. Хоть и не знаю её, но, она не была образцом совершенства, в такой-то семье и с теми убеждениями, которые у неё были. Наверняка она многим сделала больно. — Она мне как-то раз сказала, что не будь я «грязнокровкой», она бы подружилась со мной. — вспомнил Руфус. — Она тебя урыла, Грег. Но я всё же не верю в невиновность Сириуса, там ситуация серьёзнее, чем Петтигрю и с его пальцем. — Я тоже. Но, признаю поражение. Пошли, доведём тебя до гостиной. — предложил Грегор. — Если ты сейчас, меня, взрослого мужика гасишь, то, что будет года через два? — О, это ты ещё не видел, как Джейк сбегает от разговора с ней, потому что она давит аргументами. И началось это в восемь лет. — развеселился Руфус. — Знаешь, Кэт, будь ты нашей ровесницей, я бы сделал всё, чтобы свести тебя с Севом. — Грегор вопросительно посмотрел на друга, а Катрина лишь густо покраснела и опустила глаза. — Не надо на меня так смотреть. Что его хер задавишь при споре, что её. Идеально. Такие бы лютые срачи были, ммм. Одно удовольствие. Грегор потёр лицо и глухо произнёс. — Какую же херню ты иногда выдаёшь… Столько лет прошло, а ничего не изменилось. Фраза про то, что до сорока самый тяжелый период в детстве мальчика, это прям про тебя. — Сказал «мальчик», который вчера толчок взорвал. В женском туалете! — Катрина уставилась на отца, «мол», так это ты. — Да-да, это он сделал. Детство в жопе заиграло? — Одно дело толчки взрывать, а другое сводить кого-то с Севом. — ответил Грегор. — Это жестоко. — Чего это? — Руфус остановился. — Неужели ты думаешь, что нет такой девушки, женщины, которая способна растопить его душу и сердце, той, с которой он бы был нежен, насколько это возможно в его случае? Нежный Снейп, я б все свои деньги выложил за такое! Грегор вздохнул и объяснил. — Он мой друг, лучший друг даже. Но он пиздец какой тяжелый человек. Прям непробиваемый. Ты себе и вообразить этого не можешь, Руфус. Даже я не имею на него никакого влияния, чтобы уметь смягчать какие-то углы. Наша дружба строится на полноценном доверии друг другу. А уж какая-то девушка. Не думаю, что кто-то выдержит. Это прям должна быть принесённая ему судьбой. — К каждому человеку можно найти подход… — неожиданно подала голос Катрина. — Я не думаю, что профессор не сможет найти свою судьбу… Если захочет… Да и мама тебя динамила, до определённого момента. Ты же не опустил руки. — Вот именно. Дело в подходе и приложенных усилиях! — согласился Руфус. — Он всех учеников в школе не любит, даже к змейкам своим не особо дружелюбен, хоть и стоит за них горой. А вот к Огоньку он симпатию питает, он нам сам признался, что это не из-за того, что Кэт твоя дочь и не из-за её успехов в зельях. Бинго. Грегор посмотрел на дочь и затем ответил Руфусу. — У Кэт есть шарм и доброе сердце, и я рад, что она не попадает под его раздачу. Но один хрен, я очень сильно удивлюсь, если некая мадам, заявит мне, что любит, блин, его. А уж если он что-то такое заявит, то выносите… Свадьбу не переживу. Моё сердечко не выдержит. — Пап, прекрати ёрничать! — возмутилась Катрина. — Каждый человек достоин любви! Даже с таким тяжёлым характером, как у профессора. Он твой друг, между прочим! — Именно! — вступился Руфус. — Ты должен его поддержать, а не, как выразилась Огонёк, ёрничать. — Ладно, не прав. — согласился Грегор и они двинулись дальше. — Просто, за столько лет он личной жизни не заимел. Я там всё понимаю, конечно, у меня и версия такая весомая почему так, но один хрен я удивлюсь, если у него кто-то появится. — Интересные у вас темы для дискуссий. — раздался жёсткий голос сзади них. Катрина подпрыгнула и обернулась. Ей стало очень стыдно. Интересно сколько он шёл за ними? — Профессор… — О, лёгок на помине, чего не спим? — ни разу не смутился Руфус. Грегор же напротив, очевидно смутился. Снейп проигнорировал Руфуса и обратился к Катрине. — Мисс Шепард, вас ничему не научил прошлый инцидент? Снова с собаками разговаривали? — Нет. Просто Рождественское утро, гуляю, наслаждаюсь атмосферой… Да и я не одна, как видите. — после паузы она спросила. — Вы снимете баллы, да? — Нет. Можете расслабиться. А ты, — он обратился к Грегору. — следи за языком. Профессор Снейп обошёл их, и направился к лестницам. Грегор обречённо вздохнул. А Руфус с наслаждением отметил. — Я ведь говорил, что он всё будет спускать тебе с рук. Он будет ругаться, плеваться, острить, но спускать. — Да. Он мне так зелья делал. — согласился Грегор. — Помог однажды, поможет и позже. А ещё чуйка как у летучей мыши. Руфус засмеялся, и они все направились к гостиной.

***

Весь оставшийся день прошёл с переменным успехом. Как только Катрина зашла в гостиную, она кинулась к ёлке. Для неё там лежали подарки от бабушки, крёстной, миссис Уизли и, конечно, неподписанный от Сириуса. Она заметила и метлу, для Гарри, тоже неподписанную. Разумеется, Сириус и о нём не забыл. Катрина забрала свои подарки и отправилась на верх, чтобы успеть положить под ёлку подарки для друзей. Началось утро отлично, все в отличном настроении кинулись к ёлке и принялись распаковывать подарки. Гарри был вне себя от счастья, получить «Молнию» было пределом его мечтаний. Только вот, это счастье продлилось недолго. Гермиона, решив обыграть всех, доложила об анонимном подарке МакГонагалл, а та забрала метлу на обследование. Конечно, вдруг Сириус Блэк, у которого скорее всего и палочки нет, заколдовал метлу и не запалился, когда отправлял. Интересно, интересно. Ах, да Гермиона доложила и о подарке Кэт, но Катрина встала стеной и сказала, что ничего не отдаст. Даже Грегора позвали, для разборок, но тот лишь пожал плечами, мол, а что поделать, и отбирать он ничего не будет. Катрина сама при всех, спокойно надела браслет, который ей подарил Сириус и принялась колдовать, прыгать, говорить, в общем делала всё, чтобы показать, что ей ничего не грозит и ноги с руками не отваливаются. Да, Сириус подарил ей золотой браслет, с красными камнями. Возможно, это рубины, но отец Кэт, уверенно заявил, лишь на счёт того, что золото точно не дешёвое. На нём были её инициалы. Хоть Катрина и не любительница украшений, но это определённо покорило её сердце. Не броский, миниатюрный, на руке смотрится красиво. Вечером, вместе с Лютиком пришла записка, где Сириус благодарил её за подарок и выразил надежды, что угадал с размером браслета и подарок ей понравился. После праздничных каникул, которые она проводила то с Роном и Гарри, то с Гермионой, потому что парни обиделись на неё из-за метлы, началась учёба и её, уже новые, занятия с профессором Снейпом. Проходили они ежедневно, поздно вечером. Ко всему прочему, к Катрине подошёл Гарри, после урока ЗОТИ, который рассказал, что профессор Люпин любезно предложил и ей помочь с заклинанием патронуса и сказал, когда приходить на занятия. Девочка безумно обрадовалась данной возможности и согласилась. Они пришли в назначенный день и время вместе в кабинет Истории магии. — Катрина, Гарри, вы как раз вовремя. — поприветствовал их профессор. — Пожалуйста, проходите. Гарри, ты будешь тренироваться на боггарте, а ты Кэт, в более притеснённых условиях. К тому же Гарри рассказал, что у тебя есть определённые успехи. — Да профессор, вроде как, да. — смутилась девочка. — И могу ли я попробовать одолеть боггарта? Я ведь пропустила занятие… — Да, почему нет. Тем более боггарт будет у вас на экзамене. Уступишь, Гарри? — Конечно, профессор. — мальчик отошёл в сторону. — Отлично. — он потёр руки и подошёл к Катрине. — Смотри, заклинание называется Ридикулус. Повтори. — Ридикулус. — очень чётко повторила девочка. — Умница. И когда боггарт предстанет перед тобой в обличии твоего страха, ты должна в своих мыслях, обсмеять его. Как, например, Невилл, он боится больше всего профессора Снейпа, и он представил его в одежде своей бабушки. Как только представишь, можешь читать заклинание. Всё поняла? Быстро прокрутив всё в голове Катрина ответила. — Да, профессор. — и девочка приготовила палочку. Профессор Люпин, начал отчёт от одного до трёх и раскрыл сундук с боггартом. Оттуда вышел… профессор Снейп. Он заговорил. — Я очень разочарован в вас, мисс Шепард. Вы ничем не лучше, любого другого в этой школе. Такая же поверхностная девчонка. Сердце сжалось от страха, к глазам подступили слёзы, она начала трястись. Это боггарт, повторяла Катрина себе, это просто боггарт. Единственное, что пришло ей на ум, это летучая мышь, и она представила профессора в костюме розовой летучей мыши. — Ридикулус! Образ профессора в огромном розовом костюме вызвал смех у всех присутствующих. Она, возможно, никогда не слышала, чтобы Гарри так заливался. Профессор, смеясь, с помощью заклинания отправил боггарта обратно в сундук. — Отлично, Катрина. Пять очков гриффиндору, за такую работу. Думаю, твои однокурсники оценили бы такую работу не хуже, чем работу Невилла. — С-спасибо. — её ещё немного потряхивало. Да уж, она думала на всё, что угодно, но уж точно не на такое. — Жесть, конечно. Патронусы определённо лучше. — Смотря с какой стороны на это посмотреть. Чары патронуса сложнее, и далеко не каждый сможет выложиться по полной. С боггартом несколько проще. — Если сердце здоровое, то да. Определённо. Тут к ней подошёл Гарри. — Я и подумать не мог, что у тебя такой боггарт. — Я тоже. — резко ответила она. — Я предполагала многое, но точно не такое. Вообще я думала будет Людвиг или Тёмный лорд. Помру на экзамене точно. Гарри рассмеялся, а профессор Люпин принялся объяснять суть чар патронуса. — Чары патронуса это единственный способ спастись от дементоров. Но, как я уже говорил, не каждый волшебник сможет использовать это заклинание. Чтобы оно получилось, нужно произносить заклинание «Экспекто патронум». Повторите. — Экспекто патронум. — Гарри и Кэт чётко повторили. — Молодцы. Как вы понимаете, это не всё. Когда вы произносите заклинание, вы должны думать о самом счастливом моменте своей жизни. Вы должны быть сосредоточены на нём полностью и только тогда начинать. Гарри, давай. Гарри пошёл тренироваться, а Катрина размышляла о своём самом счастливом воспоминании. Она вспомнила, что когда сама тренировалась, то думала о будущей встрече с отцом. И на каникулах тоже. Но, очевидно, раз не выходит точно, то, следует порыться в себе поглубже. Она стала наблюдать за Гарри. Профессор Люпин раскрыл сундук и оттуда вылетел уже самый настоящий дементор. У девочки всё сжалось, в голове всплыл тот вечер в поезде. У Гарри не вышло, и он упал в обморок. Катрина подбежала к другу и принялась приводить его в чувства. Он очнулся, и профессор Люпин дал ему шоколадку. Гарри не стал сдаваться, и попробовал ещё раз, который заканчивается так же, и потом ещё раз и у него удаётся. Разумеется, не телесный, но уже большой прогресс. — Потрясающе, Гарри! — похвалила друга Кэт. — Ты огромный молодец! — Она права, Гарри. Но, на сегодня с тебя достаточно. — сказал профессор. Гарри уже хотел возразить, но профессор его прервал. — К тому же, Катрине тоже стоит потренироваться. Гарри согласно кивнул, и Катрина вышла на его место. — Так как твой боггарт не такой, как у Гарри, поэтому тебе придётся воспользоваться воображением. Ты уже поняла, какое воспоминание возьмёшь? — Точно не знаю, попробую то, какое брала до этого. Возвращение отца. — замялась Кэт. — Давай. Катрина глубоко вздохнула и направив палочку произнесла. — Экспекто патронум. Из её палочки появилась большая тень, более мощная, чем только что у Гарри. Уже виднелись очертания небольшого зверька. Но не более того. — Чёрт! — Неплохо, Катрина. Правда. — поспешил похвалить девочку профессор. — Для небольшого срока, что ты тренируешься, прогресс налицо. Попробуй покопаться глубже в себе. В конце концов и с боггартом ты ошиблась. Кэт задумалась. Счастливое воспоминание. У неё в жизни было много замечательных дней, воспоминаний. Но нужно, определённо, что-то из ряда вон выходящее. Нетипичное. Кое-что ей пришло в голову. — Я готова. — профессор ей кивнул. — Экспекто патронум! Из её палочки вырвалось огромное серебристое свечение, из которого запрыгал небольшой зверёк. Он закружил вокруг всех присутствующих и остановился прямо перед лицом хозяйки. Все были в потрясении и внимательно смотрели за зверьком. Это была обычная белочка. Но Катрина пришла в неописуемый восторг. Она запрыгала на месте. Белочка растворилась. — Я смогла! Я смогла! — Молодец! — зааплодировал Люпин. — Потрясающе! Гарри к нему присоединился и подошёл обнять подругу. — Ты молодец! Это было волшебно! О чём ты подумала? — Я не могу сказать… Прости… Я даже сама удивлена, что это сработало, если честно. — замялась Катрина. — Ничего. Потом если захочешь, расскажешь. — не обиделся Гарри. Позже они ещё посидели с профессором Люпином, и во время их беседы он проговорился, что дружил с отцом Гарри. Она даже смогла натурально удивиться. После занятия, Гарри сказал ей, что хотел ещё и про Сириуса спросить, но не решился. По дороге им встретились Джейк, Грегор и Руфус. — Ой, какая пара! — принялся усмехаться Руфус. — Ищем уголок, где поцеловаться можно, а? Грегор выписал ему подзатыльник. Гарри сильно смутился, а Кэт сложила руки на груди и недовольно посмотрела на крёстного. — Мы были на дополнительных у профессора Люпина. Кстати… Девочка подбежала поближе к родным, достала палочку, сосредоточилась и произнесла заклинание. У неё снова получилось, белочка запрыгала вокруг собравшихся. Когда Катрина перестала удерживать заклинание, она подняла взгляд. Все, кроме Гарри, были ошарашены. — Охренеть… — первым произнёс Джейкоб. — Просто охренеть… — Ты умница! — завопил Грегор. — Настоящий патронус, Катрина, на это способны только сильные волшебники. Ты молодец! У меня вышло только на последнем курсе и то, тяп ляп. — Да мы с Джейком вообще только лет пять назад смогли… — наконец сказал Руфус. — Молодец, Огонёк! — У Гарри сегодня был первый урок. У него уже получилось вызвать тень. Это отличный результат! — принялась нахваливать друга Кэт. — Да ладно. — смутился парень. — Это же не телесный, как у тебя. — Но для первого раза хоть что-то, это отличный результат. — сказал Грегор. — Ты молодец, Гарри. Кэт удивлённо посмотрела на отца. Тот был абсолютно искренен. Она улыбнулась и обрадовалась, что её папа с теплотой относится к Гарри, не ровняет с Джеймсом, как Снейп. Гарри поблагодарил Грегора за похвалу. Мужчины извинились и сказали, что им нужно идти. Распрощавшись все разошлись по своим делам. Катрина успела выполнить домашку и побежала на уроки к профессору Снейпу. Дорога до подземелий была крутая, девочка всегда боялась, что оступится и полетит кубарем вниз. Она не опоздала и вовремя дошла до кабинета. Постучавшись, она стала ждать разрешения войти. Дверь ей открыл отец. — О, проходи. — сказал Грегор. — Молодец, пунктуальна. Сев сейчас придёт, у него там проблемки какие-то с его змейками. — Ладно. — она положила свой рюкзак на стул, а сама плюхнулась на кресло, где обычно проходили занятия. — Такой день насыщенный… — Это точно. Я себе и вообразить не мог, что моя четырнадцатилетняя дочь будет патронусы выпускать. Умеешь удивить. — Грегор был вне себя от гордости, от чего настроение Катрины стало ещё лучше. — Я не думала, что получится… Но, я рада, что мои труды небыли напрасны. Значит, что и с моим даром всё получится. Даже в трансфигурации продвинусь, просто надо чуть больше времени. — рассуждала Кэт. — Да, ты давай там с трансфигурацией вопрос решай. А то, единственная в семье без анимагических способностей будешь. — Ты думаешь я смогу? — удивилась Кэт. — Конечно! После сегодняшнего я уверен. Попробуем этим летом начать. — он задумался. — Правда мама будет ворчать, но ничего. Мы с Джейком смогли, и ты сможешь. — А у тебя такой же патронус как и анимагическая форма? — У меня, Джейка, Руфуса и твоей мамы – да. Но, насколько я знаю, могут и отличаться. А ты, что, белочкой хочешь быть? — Ну, без разницы, в принципе, главное не червяком, а то пользы ноль. — она сморщила лицо. Грегор рассмеялся, в этот момент в кабинет зашёл профессор Снейп. — Мисс Шепард. — он кивнул ей в знак приветствия. — Собираешься втянуть дочь в преступную деятельность? — это он спросил уже у Грегора. — Ой, Сев, я тебя умоляю. Захочет – зарегистрируется. Просто это полезная способность. Патронусы кастует, и это сможет. — Патронус? — удивился Снейп. — Где вы научились? — Сначала сама начала, а профессор Люпин помог довести до идеала, так сказать. — объяснила девочка. — Вам показать? Снейп скрестил руки на груди и изогнул бровь. — С удовольствием посмотрю. — в его голосе были нотки сарказма и искреннего интереса. Катрина немного забеспокоилась, вспоминая того боггарта, но сосредоточилась. Через пару мгновений по кабинету запрыгала белочка. Грегор довольно заулыбался и с вызовом посмотрел на Снейпа. Тот лишь хмыкнул. Потом он посмотрел на Кэт. — Отличный результат. Полагаю, вы приложите не меньше усилий, на наших занятиях. А ты вали. — обратила он уже к Грегору. Тот лишь цокнул языком и вышел из кабинета. Кэт села на обыденное место и стала ожидать, когда профессор подготовится. Он выглядел не так как обычно. Заместо мантии и сюртука была обычная тёмная рубашка и брюки. «Как магл» — подумалось Кэт. Она не знала ничего о происхождении профессора. Как-то не задумывалась. Хоть способности легилименции не работали на ней, профессор часто угадывал, о чем она думает. Или хотя бы приблизительно. — Чем же вас на сегодня так заинтересовала моя персона? — абсолютно спокойно спросил профессор, стоя спиной к ней. Катрина резко выпрямилась и густо покраснела. Почему она вечно краснеет, когда он рядом? Сегодня, очевидно из-за боггарта, а в прошлые разы из-за щепетильных ситуаций. — Я задумалась о вашем происхождении. — Снейп резко обернулся к ней и вопросительно посмотрел. — Ну, о том, кто ваши родители. Просто вы сейчас как магл одеты. Вот я и задумалась. Извините… Снейп снова отвернулся и ничего не ответил. Она подумала, что задела его и уже хотела ещё раз извиниться, как вдруг он начал рассказывать. — Я полукровка, мисс Шепард. Мой отец был обычным маглом, ко всему прочему алкоголиком и тираном, а мать чистокровной волшебницей. Жили мы очень бедно. — он подошёл к шкафу с книгами и достал одну и вернулся к столу. — Отец вашего дружка Поттера со своими друзьями, очень любили посмеяться над данным фактом. — на его лице образовалась гримаса отвращения. Катрине стало очень жаль его. — Это ужасно… Никто не заслуживает такого отношения… Снейп не ответил, а лишь взглянул на неё и смотрел абсолютно нечитаемым взглядом. Она смотрела в ответ, и не опускала глаз. Катрина никогда не могла понять, что чувствует и думает профессор, когда смотрит на кого бы то ни было, хотя очень хотела бы. Разумеется, когда он злился то, это было очевидно, но в обычной беседе он был абсолютно холоден. Даже с отцом, как статуя. — Вот зелье. — он подал пузырёк. — Как пить вы помните. После прошлого раза, думаю вам стоит завязать руки. Надеюсь, вы не против. —Нет, профессор. Извините ещё раз. — он вопросительно посмотрел на неё. — За то, что оцарапала вас, и… за излишнее любопытство. — Ничего страшного. Царапались вы не специально, а по поводу любопытства… вы не трепло. Пейте зелье. Катрина улыбнулась и принялась пить зелье. Оно было до безобразия мерзким, но выбор был небольшой. Голова становилась тяжёлая и допив зелье она отдала пузырёк. Она легла на спинку кресла, закрыла глаза, и почувствовала, как её аккуратно взяли за руку. Затем вокруг её запястье начала затягиваться верёвка, Катрина была в полу сознании, она открыла глаза и стала наблюдать как профессор не слишком туго затянул верёвкой сначала одну руку, затем вторую. Когда профессор держал её за вторую руку, она машинально, как Кэт позже пыталась убедить себя, сжала его ладонь в своей. По телу Кэт будто прошёлся электрический разряд, и она немного пришла в себя. Профессор сначала застыл, а потом быстрее завязал верёвку и опустил руки к ногам. Снейп опустился и принялся привязывать руки девочки к ногам, Катрина наблюдала за ним из-под полураскрытых ресниц. Она прислушалась к своим ощущениям, это было так странно, так ново. Но приятно. Снейп приподнял её ноги под колени, и она в этот момент судорожно вздохнула и закрыла глаза. Позже она почувствовала, как проваливается в сон. «В нос ударил запах гари. Катрина распахнула глаза. Она уже не лежала в люльке, как обычно, а стояла посреди комнаты. Девочка подошла к самой себе, маленькой и увидела, как на её груди было что-то выжжено. Что по типу рун. Она распахнула немного рубашку и принялась рассматривать свой шрам. Ничего похожего не было. — Что вы видите? — Себя. Я наблюдаю со стороны, профессор. —Это уже что-то новенькое. Передвигаться можешь? Катрина попыталась выйти из комнаты, но не смогла. По комнате она спокойно перемещалась. — Сэр, я по комнате передвигаюсь, а выйти из неё не могу. И… у меня на груди… это не просто ожог. — Что вы имеете ввиду? —Я не знаю. Какой-то знак, может руна… И я совершенно спокойна. Будто и нет ничего. Будто… мне не больно. — Интересно… Ждите, когда кто-нибудь появится. Или что-нибудь произойдёт. Катрина принялась рассматривать окружение. Это была детская, очевидно, обои были лилового оттенка. Катрина не любит этот цвет. На полу махровое покрытие. На стенах различные картинки, фотографии. В дальней части комнаты полыхал огонь, но он не разрастался. Похоже на защитные чары. Она долго так простояла, как вдруг услышала шум. При чём звук был двойной. Голова сильно заболела. — Что с тобой? Тебе больно? Это было искреннее беспокойство. Она уже хотела было ответить, как в комнату влетела её мама. Девушка была сама не своя, мялась, не знала куда себя деть. Кэт принялась жадно рассматривать её. Она немного ниже самой Кэт, с более острыми чертами лица и чуть более широкой челюстью, но очень похожа на неё саму, серые глаза пылали огнём. И ужасом. Девочка попыталась коснуться до матери, но её рука прошла сквозь. За девушкой зашла тень, примерно той же комплекции. Но вместо лица была абсолютная чернота, а тело закрыто чёрной мантией. По телу пробежали мурашки. —Чего тебе?! Я не хотела… Я не хотела! Я уйду и не вернусь. — кричала Денебола. Катрина в люльке заплакала. — Ничего. Ты просто заплатишь цену за содеянное. Из-за всех вас она заплатит неподъёмную цену! — тень указала на Катрину. Девочку охватил ужас, тень говорила голосом Денеболы. Точь в точь — Ты послужишь платой! Мне плевать что так, но я облегчу ей жизнь. За спиной тени показалась другая, повыше. Её мать схватили и достали нож. Катрина закричала. — НЕТ! НЕ СМЕЙТЕ! — Катрина! Почему ты молчала? Катрина! — ОНИ УБИВАЮТ ЕЁ! ОНИ УБИВАЮТ ЕЁ! Тень поменьше принялась бить ножом её маму. Прямо в грудь. Без заминки, без пробелов. Удар за ударом. Катрина кричала и плакала, так же, как и малышка в люльке. Это был дикий ужас. Девочка застыла на месте, затем осела на пол и закрыла лицо. Профессор кричал, но она не слушала его. Она застряла в своих ощущениях. Когда она открыла глаза, заметила, что всё кончилось. Потом она смогла понять, что мама была еле живая. Она еле заметно двигалась. Тень повыше достала какую-то бордовую книжку с чёрными объёмными узорами. Было очевидно, что она очень старая. Они быстро раскрыли определённые страницы и, достав палочки, начали читать заклинание. Катрина поняла, что это латынь, но из-за охвативших её ужаса, шока она не разобрала ни слова. Кроме последней фразы «Sit immortalitatis me manere.» - «Да пребудет бессмертие». Из палочек теней показался красный дым, он был направлен на маму, и Денебола закричала, после чего перестала шевелиться. Дым приобрёл синий цвет и направился уже к ней. Он коснулся уже её и исчез. — Вот и всё. Нам пора. Больше ничем мы ей не поможем. — большая тень тянула другую. — Когда она вырастит ты ей всё объяснишь. — Минуту… Прошу минуту… — в этой просьбе была одна боль. Катрина будто очнулась. Почему эту женщину так заботит она? Что это всё значит? Катрина подошла поближе, в надежде разглядеть кто это. Тень сняла верхнюю часть одежды, и Кэт приметила короткие тёмные волосы, кое где они были выжжены, и свежие шрамы на шее, которые уходили на спину. Девочку охватил ещё больший ужас. Это была… мама. Но её лицо было сильно изранено и измученно. Левого глаза не было. Такое же воспоминание, как в самый первый раз. Точно. Вот почему она не могла понять мама ли это. Склонившаяся над ней и вот она резко поворачивает голову. За дверью был какой-то шум. — Я люблю тебя… Прости… Мама? Тени испарились. Катрина начала кричать и плакать. Что происходит? Шрам заболел, и она почувствовала солоноватый вкус на языке. Кровь, она себе прокусила губу. И руки все в крови. В это мгновение комната начала отдаляться…» Катрина распахнула глаза. Снейп уже развязывал её. Она заметила, что руки расцарапаны до мяса, губа болела, и она была вся в слезах. Она не понимала ничего. Совершенно ничего. От воспоминаний сердце защемило, это было ужасно. Почему у тени было лицо мамы? Почему эта тень сказала, что любит её? Она начала впадать в то же состояние, что и в декабре. Нужно найти эту тень. Кэт попыталась встать, но кто-то придержал её за плечи. Это был профессор. — Катрина… Что ты видела? — он спросил осторожно и… заботливо? С беспокойством. — Тени… Они убили маму… А потом тень оказалось мамой… Это так странно… — Катрина зарыдала. — Тише. Тише… — он принялся успокаивать её. Катрина почувствовала его руки на своём лице, потом как его левая рука опустилась пониже, в области челюсти и большим пальцем приподнял за подбородок. Правая рука пропала с лица, и она почувствовала на нижней губе и подбородке ткань. Он вытирал кровь. Катрина уже полностью раскрыла глаза и начала что-то соображать. Снейп сидел прямо перед ней, он был сильно обеспокоен. Она и помыслить не могла, что он будет так переживать за неё. Руки адски болели, как и губа. Первый раз, когда она чувствует себя так ужасно. — П-позовите папу… Прошу вас… Мне надо спросить… — она была в полуобмороке, но держалась. — Хорошо. Отдохни. — Снейп вышел из кабинета. Катрина поджала под себя ноги и уткнулась в колени головой. Она пыталась уложить по полочкам увиденное. Но как такое возможно? Даже если Тень была под оборотным, они бы выглядели одинаково, но Тень была сильно изуродована. Только если… Только если Тень настоящая Денебола, а вторая нет. Опять же не стыкуется. Как они могут выглядеть по-разному? Разительно.

***

— Грегор, ты жульничаешь! — возмутился Руфус. — Ты шулер, как ты можешь выиграть в покер уже третий раз?! — Как?! Я первый раз сел. Просто кто-то неудачник. — смеялся Грегор. — Блин, у меня хреновое предчувствие. Джейкоб обреченно вздохнул. Этот Грегор с его предчувствиями его доконает. Он это говорил редко, но метко. Да и если быть честными, то ему тоже не по себе. Из раздумий его выбил настойчивый стук в дверь. — Быстро вышли и за мной!!! — это был Снейп. Друзья вскочили и вышли. Таким взволнованным друга они ещё не видели. Все помчались за ним, Грегор начинал кипятиться, а Руфус нёсся быстрее всех. Они домчались до кабинета, так быстро, как никогда прежде. Руфус первый вбежал и кинулся к Катрине. — Огонёк, боже, что с тобой? Твои руки… — он осматривал её. — Что вы тут, блять, делали?! Грегор и Джейкоб аккуратно подошли и присели рядом с Руфусом. Она была бледной, как полотно, с прокушенной губой и расцарапанными руками. Грегор спросил Северуса. — Что случилось? — Я и сам не понимаю. — он подошёл к собравшимся. — Если я правильно понял часть, то она видела, как погибла Денебола. Руфус с ужасом принялся переводить взгляд то на Катрину, то на Северуса. Джейкоб сел на подлокотник кресла и приобнял племянницу. Грегор опустил голову и пальцами потирал переносицу. Тут Катрина подала голос. — Я не знаю она ли это была. Их было две, пап. — она посмотрела на Грегора. Тот был, мягко говоря, озадачен. — Две! Одна такая, как на фотографиях, а другая выглядела так, будто её пытали и истязали. Я не понимаю, как такое возможно… Руфус аккуратно принялся расспрашивать. — Пожалуйста, попробуй рассказать всё по порядку. Так как ты всё видела. — Хорошо. Я наблюдала со стороны. Подошла к себе, ну, маленькой. Уже был ожог, но на мне была выжжена руна. Или что-то подобное. Я была спокойна. Абсолютно спокойна. Через время в комнату вошла первая мама. Та которой вы все её запомнили… Она была напугана и озиралась на дверь. В комнате уже был пожар, кстати. И зашли две Тени. В тёмных мантиях, с чёрными пятнами вместо лиц. Не знаю… Может игра воображения. Они начали диалог, та первая мама общалась со второй. Первая начала за что-то извиняться, а вторая сказала, что первая должна заплатить цену за то, что какие-то люди заставили меня платить неподъёмную цену. И она сказала, что ей плевать как, но она заставит её платить. И Тени схватили её и начали бить ножом… Но не насмерть... Грегор потирал голову, он ничего не мог понять. Джейкоб так же приобнимал Катрину за плечи, а Руфус держал за руки. — Мисс… Катрина, ты говорила на латыни, ты что-то слышала? — спросил осторожно Снейп. — Они достали бордовую книгу, с чёрными объёмными узорами… Начали читать длинное заклинание. Я запомнила только одну фразу… — Sit immortalitatis me manere. — процитировал профессор. — Никогда не слышал о подобном. И о книге тоже. — Бред какой-то… Это какой-то бред… ЧТО ТАМ, БЛЯТЬ, ПРОИСХОДИЛО?! — Грегор не выдержал и пнул стул. — МОЮ ЖЕНУ! МОЮ ЖЕНУ УБИЛИ! А МОЕЙ ДОЧЕРИ ВЫЖГЛИ КАКУЮ-ТО ХЕРНЮ НА ГРУДИ! Я НИХУЯ НЕ ПОНИМАЮ! — Грегор! Грегор прекрати. — Джейкоб подошёл к брату и обхватил руками его лицо. — Грег, ей и так сейчас досталось. Возьми себя в руки. Дени мертва, а Катриша здесь и сейчас! Грегор посмотрел на дочь и резко пришёл в себя. Он подошёл к ней. — Прости… Прости… Она лишь улыбнулась и кивнула. — Ничего. Ничего. — Что было после ритуала? — спросил Руфус. — Из палочек хлынул дым. На маму, лежащую на полу, красный и позже на меня уже синий. — Катрина очевидно стала спокойнее. — Потом другая Тень сказала первой, что больше они мне ничем не помогут, а та первая начала умолять о том, чтобы немного подождать. Она сняла капюшон или что это было. Это была тоже мама, но у неё вся шея была в свежих шрамах, ранах, волосы короткие и выжженные, лицо тоже в ранах, сильно измученно, правда, как после пыток… и у неё не было левого глаза. Там прям пусто… было. — она проглотила ком в горле. — Она сказала, что любит меня. Просила прощения… — Я могу сказать? — Руфус спрашивал у Грегора. Тот кивнул. — Я вспомнил кое-что. Может вы тоже помните, как Дени пропала на два дня, за неделю до произошедшего и… потом пила постоянно зелья. Да и поведение изменилось, она такая дёрганная была, за Огоньком не следила… Грегор закивал головой. — Да, это так… Она сказала это для иммунитета… А странное поведение я списывал на последние события…. — И сейчас получается, что это могло быть оборотное, а настоящую Дени… Пытали? — сделал вывод Джейк. — Боже… Но они выглядели иначе… — Любой искусный зельевар может модифицировать зелье. Оборотное тоже. — дал справку Снейп. — Поведение той «Тени», похоже на Дени. Идёт напролом, не брезгует убийством… Но кто вторая? Это женщина? — Да. — уверенно ответила Кэт и резко вскликнула. — Палочки. Я помню, как выглядят палочки. У мамы была светлая такая, слегка желтоватая, на вид около тридцати сантиметров, немного погнутая… У второй более тёмная, и длинная, прямая. А, ещё у второй тени было кольцо с синим камнем. Такое не дешёвенькое. Все резко посмотрели на Катрину. Джейкоб часто заморгал и в упор смотрел на Грегора. Тот покачал головой, мол, этого не может быть. Даже профессор был в некоторой степени ужаса. — Твою мать… — Руфус отошёл. — Я не верю… Ребят, это бред… Чистый бред… — Кольцо… Оно большое, с круглым синим камнем, по бокам более светлые камушки? — у Джейка был загробный голос. Катрина кивнула в знак согласия. — Это получается… Денебола и Эмилия живы?! Но… как? Ладно, Дени, но Эмилия! Эмилия точно должна быть мертва! — Руфус был в ужасе. — Что вообще происходит? Парни, это уже выходит за грань… Зачем они инсценировали свои смерти? — Эми… Как она могла… — Джейкоб был сам не свой. — Значит там в доме, лежала левая женщина, а рядом мои дети… Она бросила их... Снейп стоял возле Грегора. Руфус подошёл к Джейкобу и принялся что-то ему говорить. — Похоже, всё это время, нашей главной проблемой был не Реддл. А Людвиг и его компания. — сделал вывод Грегор. — Всё, что произошло, это было намеренно. А Эмилия и Денебола, что-то узнали… Эми уж точно. И к чему бы эти руны выжигать, какая-то плата… Мы должны бросить все силы на поиски следов… Даже если это не они, то ответы нам точно не помешают. Катрина ни черта не понимала. Все те, кого они считали мёртвыми – живы? Но это получается, что вся её семья замешана в чём-то более ужасном, чем борьба с Волан-де-Мортом. Она точно поняла лишь одну вещь. С этого вечера, её жизнь и жизнь её семьи изменилась навсегда…