Так было задумано...

Пока Грегор, Денебола и Катрина обо всём поговорили, прошло пару часов. Беседа была сложная, но, на радость Денеболы дочь оказалась на редкость понятливой и мудрой. То, что это заслуга тёщи не было никаких сомнений. Агата, наверняка, уяснила ошибки в воспитании сыновей и не допустила их в воспитании внучки. Катрина спокойно восприняла ответы на тревожащие её вопросы, и на удивление абсолютно спокойна отнеслась к тому, что Денебола – убийца. Женщина даже была напугана подобным спокойствием, пока не узнала, что нечисты на руку абсолютно все. Джейкоб, Грегор и Руфус. Если Грегор с Джейкобом её не удивили, потому что она видела с какой жестокостью её муж избивал Поттера в своё время, а Джейкоб на ней продемонстрировал всю свою подноготную, то новость о том, что Руфус убивал ввела её в лёгкий ступор. Грегор тоже был удивлён. —Откуда ты об этом знаешь? — спросил Грегор, когда они шли к стадиону. —Так он сам мне рассказал. И про Джейкоба. Это была самооборона, в обоих случаях. —Неплохо. — произнесла Денебола вскинув бровями. —Про Руфуса верю, он не убийца. —Катрина вопросительно посмотрела на мать. —Милая, твой отец и его брат – ещё те жестокие сволочи. Если Грегор умеет держать свою срань в узде, то Джейк – нет. —Спасибо, что говоришь обо мне так, будто меня нет. — на обречённом выдохе пролепетал Грегор. —И что демонстрируешь меня перед дочерью в том свете, в котором я не собирался показываться ей на глаза. —О, да ты отвык от меня. — иронично произнесла женщина. —Ничего, привыкай. Всё так же: говна не держим. Кэт прекрасно знала о скверном характере матери. Но она не думала, что она НАСТОЛЬКО токсичная и критичная. Может, сказался образ жизни, и она стала такой стервой, но её перегибы пугали девушку. Когда мама объясняла ей своё отсутствие, та резала правду матку как должна и не должна была. Хорошо, что три года в Хогвартсе и дар научили её тому, что жизнь может надавать таких пинков, что потом не встанешь и в какое «мясо» можно попасть. Но мама – это что-то. Она одновременно вызывала восхищение: уверенность в себе, осанка, манерность, подача себя, ум и интересная манера речи и отсутствие стеснительности, и это несмотря на её физическое состояние. И при этом вызывала отвращение: Денебола – расистка, гомофоб, у неё отсутствует какое-либо чувство такта и самокритичность. Например, при первой встрече со Снейпом, на трибуне, на вопрос профессора как так получилось с рукой, та начала оскорблять его. Мол, меня жизнь не пощадила, а тебя природа. Даже Руфус, который любит отпускать шутки на подобную тематику, выпал с этого «приветствия», что уж говорить про преподавателей. Правда профессор МакГонагалл на это среагировала «нормально». Она взглянула на неё так, будто ничего другого от неё не ожидала. Страшно представить какие у них были отношения во время учёбы. Снейп же и бровью не повёл, но и сам смог кольнуть на больное: «Я не породил дитя и кинул на шею родственников сбегая от ответственности.». Фееричная встреча, на которую Катрина не понимала как реагировать. Потом мама выдала «Фу, сколько чернокожих.», отчего стало стыдно всем, кто находился поблизости от неё. Это было высказано тоном полным отвращения и очень громко. Но, она и не была скупа на комплименты, в своём роде. При встрече с Гермионой она сказала: «Если не смотреть на твоё гнездо, ты очень красивая, дорогуша.». Плюс, когда мама узнала про успехи Гермионы, то посчитала её чистокровной, и была крайне удивлена происхождению подруги дочери. Но, никаких комментариев за этим не последовало. На Рона она отреагировала очень странно, и сказала, что не любит рыжих, и надеется, что тот не выскочка и не лицемер, иначе они не поладят. А вот уже на Гарри отреагировала не лучше Снейпа. Начала гнать, именно гнать, на его отца и даже на маму. Гарри тоже живёт по принципу «говна не держим» и высказал всё, что думает. Грегор потом извинялся перед ним и сказал, что отношения Денеболы и его родителей никаким соловом, кроме как «жатва» не назвать, и что со Снейпом у Джеймса было всё ещё по-божески. Впервые в жизни Катрине не было интересно, в чём дело. Первое впечатление о матери показало, насколько Дени, воистину, тяжёлый человек. Единственными, кто не получили лопату говна были Катрина и Сириус. Первая, по очевидным причинам, но Кэт подозревала, что всё ещё впереди, а Сириус умел осадить сестру. Их встреча была крайне эмоциональна. Сириус не сразу узнал собственную сестру, и не смог сдержать эмоций, когда понял, кто перед ним стоит. Видеть такую мать и такого дядю было очень непривычно. До этого Сириус всегда был сдержан, даже в проявлении радости, а Денебола… Просто Денебола. Чувствовалась особая связь между ними и эта особая связь, очевидно, давала Сириусу определённую власть над сестрой. Как, впрочем, и у Денеболы есть власть над братом. Несмотря на долгое расставание, они понимали друг друга без слов, по одному взгляду, всегда приходили к согласию по определённым вопросам и не спорили. Что странно при столь разительном характере у обоих и очень долгой разлуке. Несмотря на всё это, Денебола не менее справедливая, чем тот же Грегор. Она провела в школе несколько дней, прежде чем уехать с мужем, после дня рождения дочери. Защищала Невилла на уроках у Снейпа, да так, что переспорила его и профессор, впервые за все четыре года пребывания именно Катрины в школе, стушевался. Даже защищала неугодного ей Гарри, при «перегибах» профессора. Да, и ей было плевать, когда Снейп гнал её в шею с уроков. А на выкрики Драко в сторону друзей, устраивала ему «уроки» не хуже Грюма, так ещё и на всю школу рассказала про то, как Люциус у неё в ногах валялся, моля о пощаде. В подробностях, о которых не стоит распространяться. Смеялся почти весь большой зал, особенно стол Гриффиндора. И за это Катрине было очень стыдно. Драко – не его отец и получать порицание из-за действий Люциуса не должен. Бедняга даже расплакался и выбежал прочь. Ещё бы. Но Катрина не растерялась и кинулась за ним, оказала ему поддержку и извинилась за слова матери, но Драко лишь огрызнулся и убежал прочь. В общем, к справедливости добавилась и жестокость, к чужому ребёнку. Мама определённо вызывала очень противоречивые эмоции. После её возвращения в большой зал, Денебола высказала непонимание её поступку. —Какого чёрта ты утешала этого глиста? Он же засирает тебя. — она искренне недоумевала. Девушка вскинула бровь. —Ну… Как бы… Ты поступила низко. Да и постоять за себя перед ним я и сама в состоянии. —Низко? — она хмыкнула. — Катрина, я поступила так как посчитала нужным. Не тебе давать оценку действиям взрослой женщины. —Засрав пацана, который тебе в дети годится? Достойно взрослой женщины. —Катрина показала большой палец. Денебола одобрительно рассмеялась. — Я смотрю кое-кто не менее острый на язык, чем я. Похвально, похвально. — и она ушла. Им двоим придётся очень сложно. Если Катрина живёт по принципу «сто раз подумай прежде чем сделай», пускай, при определённых обстоятельствах этот принцип шёл куда-то не туда: пошла одна к Пушку, в своё время, перед вторым курсом выпала из окна собственного дома, так как решила, что сможет залезть на крышу, попёрлась с двумя друзьями в логово василиска, а про слепое доверие возможному преступнику упоминать нет нужды. Денебола же, что первое пришло в голову то так оно и будет. Всё усугубляет и тот факт, что одна не выносит критики, что вторая. А критики будет вагон. От Денеболы мало кто был в восторге. Особенно Гарри. —Она такая… —Гарри пытался как можно более лаконично подобрать слово. —Сука. — вот Катрина не стала стесняться выражений. —Говори как есть. Она определённо сука. Я честно не ожидала, что вот прям настолько. —По твоей реакции на её… действия это было видно. —сказала Гермиона. —Но, мне кажется, что она всё-таки хорошая. Не зря же твой папа любит её. Да и то, как она вступалась за Невилла, как к тебе относится — это видно. Просто… Она не из тех, кто привык руководствоваться совестью, очевидно. И не из тех, кто подбирает слова… —Как он вообще полюбил её? — искренне недоумевал Рон. —Прости Кэт, но твой папа такой классный и добрый, а мама… В общем не очень хорошая. Катрина пожала плечами. —Я ожидала всякого. Но… Не знаю. Я к ней отношусь нормально, вроде как, но её действия, высказывания у меня вызывают такой диссонанс. Так хотелось ей вмазать пару раз, если честно. —Она же твоя мама! — возмутилась Гермиона. —Несмотря на мою добросердечность и тот факт, что я очень дружелюбно встретила её, я отдаю себе отчёт в том, что она меня бросила. Как и отец, впрочем. Мои родители, семья – это бабушка, Руфус и Джейкоб. Ещё Мордак и Тилли. Мои породители, — она сделала акцент на первом слоге. — мне друзья, в первую очередь. Папа ближе, определённо, и, думаю так и останется, и, возможно, мы породнимся на все сто. С мамой – нет. Я не могу с такими людьми нормально общаться и ещё высказывать безукоризненное уважение. —Ничего себе. — сказал Гарри. —Кстати, я так и не понял, как твой отец отреагировал на её возвращение? —Они… вместе. Но, думаю они разойдутся. По крайней мере я так надеюсь, иначе испоганят жизнь друг другу. Папе нужна более светлая женщина, а маме более терпеливый мужик. Папа очень вспыльчивый и, чую, будет занимательное лето. —Странно. Почему он Снейпу тогда не высказал, за оскорбление? — спросил Гарри. —Потому что он не знает, ЧТО сказал профессор и я сказала папе, что всё нормально. И да, прошу вас не упоминать об этом при матери. Мне страшно от того, как она на это отреагирует. —Я, конечно, терпеть не могу Снейпа. Но такой кары даже он не заслуживает. — согласился Рон. Вся остальная троица устремила на него вопросительный взгляд. Рон махнул на них рукой, а ребята засмеялись. Гермиона и Рон немного обогнали их, и Гарри задал Катрине тревожащий его вопрос. —Катрин, я вот смотрю на тебя и думаю, а как бы… Какими бы были мои родители и отношения с ними? Просто… —Твоя мама никогда бы тебя не бросила, Гарри. Честно. Она и глазом не моргнула, когда встал выбор между её жизнью и твоей. И твой папа тоже. Моя… Долго не думала, когда был выбор уйти или остаться. А отец мой просто струсил. Да он и не отрицает, по правде говоря. —Тебе не стало легче, после их возвращения? —Не знаю… Пока сложно об этом судить. С отцом мне хорошо. Как будет с мамой… не знаю. Время покажет. —она немного помолчала, затем продолжила. —Не думай об этом, пожалуйста. Понимаю, как… вкусно это выглядит. И, знаешь… Твои родители всегда с тобой, Гарри. Были и будут. Бабушка говорит, что те, кого мы любим и помним, даже после их смерти, остаются с нами до тех пор, пока мы не забываем про них. —Спасибо тебе. — Гарри улыбнулся, но его улыбка была очень грустной. Конечно ему больно видеть это. Каждый сирота мечтает о семье. Мечтает увидеть родных маму и папу, обнять их. Катрина понимает друга, как никто другой. У неё было и есть всё, о чём только можно мечтать: богатая семья, вседозволенность, потрясающие друзья, красивая внешность и неплохой ум. Да, очень много всего, о чём мечтают многие. Но, она никогда не была счастлива в полной мере этого слова. После возвращения матери она это осознала окончательно. На самом деле стало тяжелее, хоть она и была обрадована. Теперь нужно ужиться с человеком, который тебе вроде и родной, а вроде и нет, так ещё и люди вы совершенно разные. С папой не было такого противоречивого ощущения, по началу. Может из-за их схожести в характере, может из-за правильного подхода отца к ней. Когда он начал диктовать ей правила жизни, она взбунтовалась. Первый проскочивший на такое поведение вопрос «Да кто он такой?!». Разве это нормально по отношению к отцу? Даже с Джейкобом не возникало такого. А они часто конфликтовали, например взять позапрошлое лето. В общем, каша в голове лишь загустела, и ничего по полочкам не раскладывалось. Все эти противоречивые чувства одолевали её не особо долго. Есть один человек, который способен затмить собой всё. Да, профессор Снейп. После той ссоры, про то, что именно сказал профессор и как отреагировала Шепард знала вся школа, само собой, такой скандал. Ещё бы. Катрина подняла руку на «кошмар подземелий», с которым и спорить то лишний раз опасались. Но подкалывать Катрину, всё же, несколько побаивались, так как славится она не только дружбой с Поттером, талантом в зельях и позицией в квиддиче. Не раз прилюдно она демонстрировала и грубую и магическую силу, с которой сталкиваться не предпочитали. Шепард, пару раз, перебарщивала. Ещё и боязнь навлечь беду со стороны Снейпа не оставляла студентов, ибо для всех Катрина так и осталась «любимой» ученицей. Она же глубоко внутри себя переносила эту обиду. Конечно ей было обидно, но, для себя она сделала вывод, что это его оценка её внешности. Очень своеобразная. Она не сто долларов, чтобы нравиться всем, да и с Лили Поттер они сильно отличаются. Что внешностью, что характером, если уж глубоко копать. Да, они обе очень добрые, но Катрину назвать такой же светлой как Лили – язык не повернётся, Кэт не популярна, как была в своё время мама Гарри. В общем два разных человека. Девушку стала одолевать ревность. Глупое чувство, очень глупое, но деться от этого она никуда не могла. Снейп ей не светит как не перекручивай, а Лили, к сожалению, давно нет в живых. Конечно ей было и очень больно, когда она вспоминала то, каким тоном, с какой усмешкой Снейп назвал её «уродец из кунсткамеры.». Он знал, КАК сильно она переживает из-за внешности, сама же ему и сказала. Да и психолог он хороший, и как надавить на больное знает. Но инцидент в классе был лишь началом чего-то непонятного. Через некоторое время, после отъезда родителей началось что-то необъяснимое. Снейп придирался к Катрине по любому возможному и невозможному поводу. Только если к работе на уроке он оставался по прежнему удовлетворённым. Например, в один из дней сидела Катрина вместе с Гарри в библиотеке, она помогала ему найти хоть что-то, что поможет с разгадкой тайны золотого яйца, которое было целью первого испытания. Они сидели тихо и даже не разговаривали, пока в один момент к ним резко не подошёл Снейп и очень рьяно допытывался «С какой целью они сидят здесь и ждут, когда библиотека опустеет?». Ни Гарри, ни даже Катрина не нашли, что можно на это ответить. Конечно, они сказали, с какой целью, в принципе, сидят, так Снейп начал разглагольствовать на тему того, что Гарри сам обязан разгадать загадку и снял с друзей тридцать очков и удалился, весь красный от злости. Этот случай Катрина спустила на ужасное расположение духа профессора, так как в плохом настроении он и до шнурков не того цвета может докопаться. Через несколько дней, когда Катрина, Гарри, Гермиона и Рон уходили из кухни, после того, как в очередной раз Гермиона попыталась убедить домовиков в необходимости независимости, Катрина с Гарри вообще Добби навещали, Рон, как обычно, кушал, откуда ни возьмись «вылетает» Снейп и давай снимать с Катрины очки «за слишком короткую юбку и вульгарный внешний вид». Вся компания была в шоке, по одной простой причине: юбка Катрины была длиннее юбки Гермионы, а выглядела она вполне себе обычно. Даже не накрашена. Но Герми он и слова не сказал. Катрина, конечно, не хотела бы проблем для Гермионы, но осадок и чувство чего-то странного её не покидали. Ещё чуть позже, когда Катрина помогала близнецам в их экспериментах, снова по душу девушки прибежал Снейп и допытывался с какой целью она гуляет в столь поздний час (было часов семь от силы), и почему она с ПАРНЯМИ. И тут у девушки не нашлось, что ответить и с неё сняли очки. Фред и Джордж тоже не поняли причины, и даже предложили что-нибудь подкинуть Снейпу в отместку. Все эти и подобные выходки Катрина списывала на очень плохое настроение, так как других причин просто не было. Да они со Снейпом ругались, но эти конфликты решались на месте. Да и на дополнительных с уроками, он был с ней добр, насколько он может быть добрым. Театр абсурда продолжался почти весь декабрь, пока не вмешалась МакГонагалл, которою сильно озадачил такой минус Катрины. Весь факультет, из тех, кто наблюдал эти нападки подтвердил, что Катрина ничего дурного не делала и профессор зелий просто придирается к ней. Само собой девушка пыталась выяснить причину такого странного поведения профессора. И извинялась, не понятно за что, но всякое могло произойти, и просто спрашивала, что не так она сделала. Даже предложила прекратить дополнительные занятия, раз она НАСТОЛЬКО раздражает профессора. Профессор на это ей ответил, что в этом нет необходимости, а очки снимает за её возмутительное поведение. Долго же Катрина допытывалась что за «возмутительное поведение». Ответ шокировал, возмутил и привнёс нереальную боль. Возмутительное поведение, оказалось, распутным. Мол, много она с мальчишками якшается, а ещё красится и ходит в «коротких» юбках, хотя её любовью, вроде как, является Гарри. И знать Снейп не хочет ЧЕМ она с ними занимается. Катрина мало что поняла, но проревела она целую ночь после того разговора. Ожидала она чего угодно, но уж точно не обвинения в том, что по факту, она шлюха. После этого, как она только не одевалась, баллы снимались и она постоянно была обругана. Лишь декан остановила этот непонятный сюр, но теперь Снейп вечно смотрел на неё с явным осуждением и какой-то ненавистью. От такого напора Катрина совсем сникла. За день до Святочного бала, Катрина вбежала в большой зал, а за ней зашёл Снейп. Судя по виду Катрины, можно было ожидать, в ближайшее время, труп одного из профессоров. —Вот что я ему сделала?! Я нихера не понимаю! — Катрина стукнула по столу со всей силы, что аж все соседние тарелки подпрыгнули, а их обладатели посмотрели на неё как на сумасшедшую. —В тарелки свои смотрите! —Что сегодня не так? — спокойно спросила Гермиона. —Видите ли, у меня брюки слишком задницу обтягивают! Прикиньте! Как он рассмотрел это под плотной мантией, большой вопрос! Прямо на миллион! Баллы разве что не снял! —Ну хоть что-то. — сказал Рон. — Катрин, а ты с кем на бал идёшь? —Со святым духом. —запихивая ложку каши в рот произнесла девушка. Рон и Гарри посмотрели на подругу с немым вопросом. —Да одна я иду, а тебе чего? —Мы с Гарри подумали, что может ты пойдёшь с кем-то из нас. —Нет, пардон. Вы оба низкие. Для меня. —Катрина продолжила поглощать кашку и таращиться на Снейпа. —Гарри, как твои дела с яйцом? — строго спросила Гермиона. —Гермиона, отвали. —ответил за Гарри Рон. — Вот лучше ответь, с кем из нас ты пойдёшь на бал? —Гермиона и Катрина посмотрели на Рона как на идиота. —И чего вы так на меня смотрите? —У меня уже есть партнёр, Рон. —гордо ответила девушка. —Раньше надо было думать. —Ой, да что ты врёшь! —Она не врёт. —вмешалась Катрина. —Просто до бала вы не узнаете, кто это. —Да ты просто защищаешь её! Вы вместе пойдёте, правда же? Девушка цыкнула и грозно посмотрела на друга. —Да, блять, лесбийской парочкой! Ну хоть раз подумай головой, а не жопой! Тебе же сказали, что у неё есть пара, зачем начинать доёбываться?! —Чего разоралась?! Истеричка! — обиделся Рон. Катрина махнула рукой. Пусть обижается. Своих печалей по горло. После завтрака, Катрина отправилась в туалет для девочек, на втором этаже, где начала варить Феликс Фелицис. Через некоторое время к ней присоединилась Гермиона, с огромной кучей книг. Сейчас подруги раздумывают над планом по спасению жизни Седрика. Кэт решила всё рассказать подруге, со всеми подробностями, чтобы та помогла ей с планом, так как бездействие у неё уже в печёнках сидит. Конечно же, Гермиона была шокирована из-за открывшихся обстоятельств. Одно дело просто возвращение Тёмного лорда, про неизбежность которого Катрине твердят уже несколько лет, а другое смерть человека, с которым ты хоть и не близок, но не пожелаешь ему подобной участи. Гермиона сразу согласилась оказать всевозможную помощь. Зелье – это всего лишь один из запасных вариантов, который пришёл девушкам в голову. Подлить его Седрику или подсунуть под чем-нибудь безобидным – не составит никакого труда. —Ты уверена, что у тебя получится? — спросила неожиданно Гермиона. —Не подумай, я знаю, что ты способна на многое, но это зелье… оно же и убить его может в случае чего. —Да. Я и более сложные варила, для Руфуса и Джейкоба, не беспокойся. В конце концов, я не хочу его использовать. Всего лишь запасной план. Ты что-нибудь нашла? —Нет. Никаких заклинаний я найти не смогла. Те, которые нам бы помогли, изучаются лишь с шестого курса. Идеально освоить их сейчас, даже мы с тобой не сможем. Осталось только искать в запретной секции. Придётся у Гарри на каникулах просить мантию и сходить туда вдвоём. —Это надо идти ночью, и без фонаря, иначе на всю школу будем как маяк сверкать. Нужно где-то раздобыть разрешение. — выжимая сок из луковицы морского лука сказала Катрина. — Вот только вопрос где его взять. Идиота Локхарта в школе больше нет. Гермиона прокашлялась и ответила. —Если только ты у Снейпа попросишь. —Катрина в ответ лишь зыркнула на подругу и продолжила варить зелье. —Я прекрасно понимаю твою обиду и боль, но выбора у нас нет. —Если ты не успела заметить. —энергично размешивая смесь начала Катрина. —Я теперь главная заноза в его заднице и максимум меня отправят в увлекательный уикенд в самые глубины к Нимуэ прямо в наше озеро. Буквально, а не фигурально при чём. Гермиона рассмеялась. — Справедливо. Ладно. Можно спросит у твоей мамы, как она проходила в запретную секцию. Или же просто попросить у неё помощи. Катрина закивала, но не оторвала взгляда от варева. —Хм. Идея хорошая, но я не знаю можно ли на неё рассчитывать. Одно дело Руфус, который нем как рыба в случае чего, а другое моя мама, которая себе на уме. В принципе, ладно, я вечером напишу ей. —Отлично! Я пока попробую найти зацепки в этих книгах. — и Гермиона уткнулась в книжку иногда поглядывая на Кэт. Девушки просидели в туалете пол дня, даже не ходили на обед. К вечеру, когда зелье было почти готово, неожиданно, на огонёк, нагрянул профессор Снейп. Гермиона напряглась, Катрина же сидела, как сидела до этого, ожидая поток вопросов, оскорблений. Но, с расспросов ничего не началось. Профессор просто начал шнырять по кабинкам. Девушки поняли, зачем пришёл профессор и лишь прыснули со смеху. Гермиона прекрасно знала, как Снейп окрестил подругу. Катрина добавила порошок руты обыкновенной и начала перемешивать и нагревать котёл в последний раз, как раз перед тем, как начать заключительный этап приготовления. Профессор не разочаровал подруг и обшарил каждую кабинку. После этого, Снейп подошёл к девушкам. —И что вы здесь делали весь день? Катрина втянула щёки, сдерживая смех. —Профессор, а Вам не видно что ли? —и указывала на котёл. Профессор лишь равнодушно окинул взглядом варево и ингредиенты рядом с Катриной. —Губа не дура, я погляжу. И зачем оно тебе? —Надо. Мне обязательно надо говорить для чего? —дерзко ответила Катрина. —Раз я спросил, значит отвечай! — рявкнул Снейп, от чего Гермиона подпрыгнула на месте. Девушка глубоко вздохнула, чтобы не сказать ничего лишнего. —Это для Седрика. На всякий случай. Надеюсь объяснять зачем – не надо! И началась между этими двумя перепалка. — Это жульничество. —А меня это не волнует. —Тебя мало что волнует, касаемо морали. — язвительно заметил Снейп. —Ой! Да Вас послушать, я вообще опущенная жизнью! —фыркнула Катрина. —Что-то ещё? Снейп просто развернулся на каблуках и ушёл. Катрина начала тереть пальцами виски. —Я однажды не сдержусь… —Он и вправду странно себя ведёт… Даже для самого себя. —Именно. Может случилось что-то… Ладно, хер с ним, сейчас надо довести зелье до совершенства. —Катрина перевела всё своё внимание на варево. Необходимо не упустить момент и правильно и точно определить, когда произносить заклинание. Через минут двадцать, Катрина взмахнула волшебной палочкой и произнесла заклинание. —Феликссемпра. Готово! Теперь надо пол года, чтобы настоялось. —Кэт достала из рюкзачка небольшие ёмкости куда залила зелье. —Так, надо проверить цвет. Люмос! —Занеся палочку за одну из бутылочек девушка присмотрелась к цвету. —Идеально! Смотри! Гермиона подползла к подруге и стала осматривать. —И вправду! Молодец! —Рада, что хотя бы мой талант никуда не делся. Потом приготовлю Зелье всемогущества. Только надо Руфуса попросить купить ингредиенты, а то у меня ничего для него нет. —Катрина собрала сумку, вылила остатки в туалет и забрала всё оборудование. Гермиона забрала книжки и девочки пошли в комнату. Уже в комнате, уставшие девочки заговорили о бале, мальчиках и мыслях о предстоящем мероприятии. Легли подруги спать только ближе к полуночи.

***

Сидя в большом зале на банкете, Катрина чувствовала себя максимально неуютно. Она сделала для себя заключение, что такие мероприятия не для неё. Из-за корсета невозможно было нормально дышать (но в этом были виноваты постоянные поедания пудингов), на каблуках два раза навернулась на лестнице и наступила на подол платья. Катрина покупала его, надеясь, что всё же она не будет наступать на него, но, не судьба. Красное платье, ушитое кружевом, с корсетом и нехилым таким декольте, почему-то Катрине показалось, что выглядело это приличнее, во время покупки. Возможно слова Снейпа слишком глубоко засели в её сознании, что она везде начала искать изъяны. С белой накидкой всё смотрелось очень даже красиво. А самое главное- прилично. Причёска не замысловатая: она накрутила волосы и повязала лентой, в низком хвосте, выпустив несколько прядок перед лицом. У неё нашлось время и для сложного макияжа, и даже на то, чтобы с помощью магии нарастить ногти. Но даже такое обмундирование, никуда не смогло спрятать её неуклюжесть, из-за которой она чуть не убилась сегодня. В общем, быть леди – не прерогатива девушки. Единственное, что радовало девушку – это разнообразие блюд (особенно сладкого), красивых людей, от чего эстет в девушке ловил кайф, и зажатость Гарри. Может это и жестоко, но вид друга вызывал у девушки лишь улыбку и смех. Чемпионы школ входили в зал под торжественную музыку вместе со своей парой. Каждый чемпион шёл уверенно, раскованно, особенно Флёр Делакур, но не Гарри. Как-то сгорбившись, виновато улыбаясь и постоянно глядя на свои ноги. Очевидно боялся споткнуться на ровном месте. Его партнёрша, Парвати, просто во всю наслаждалась вниманием к своей персоне. Махала рукой друзьям и сокурсникам, обаятельно улыбалась и вела себя так, будто это она – Гарри Поттер. Но, всё внимание, по большей, части было направлено на пару Виктора Крама и Гермионы. Прямо под боком у Катрины, девчонки, буквально, зашипели как змеи, обсирая Гермиону как только возможно. Что творилось на других столах – страшно представить. Девушки рядом с Кэт, осеклись только тогда, когда Катрина стукнула одну из них каблуком по ноге. Она не знала эту гриффиндорку, но та, присмотревшись, вполне себе узнала лучшую подругу Грейнджер и быстро сникла и своим подружкам дала такое же наставление. Иногда репутация агрессивной суки, как Катрина сама себя называла, давала свои спелые плоды. Её много кто не узнал в этот вечер. Например Гарри и Рон, пока Катрина не подошла к ним впритык, с ними были Невилл и Симус, которые тоже еле признали одноклассницу. Возле большого зала, профессор МакГонагалл решила, что Катрина из Шармбатона, пока та не развернулась к профессору в анфас и она не увидела хорошо, уже, знакомый шрам. На банкете, Катрина присела к Рону и Падме, которая тоже не узнала одноклассницу и только когда Рон позвал Катрину, резко вскрикнула «Катрина, это ты?!». В принципе, Гермиону тоже многие не узнавали. Очевидно, привычный для них вид в школе – слишком разительно отличается от сегодняшнего. Катрина бы и просидела весь вечер сидя за столом и уплетая тортики, если бы в один момент сзади кое-кто к ней не подошёл. Когда она обернулась, то увидела Виктора и Гермиону. —Катрина, пошли с нами танцевать! —Гермиона тянула Катрину за руку. —Ну, если Виктор не против моей компании…—лицо Крама, было как и обычно, очень сурово, из-за чего Кэт показалось, что парень не в восторге от идеи своей партнёрши на этот вечер. —Я не против подруг Гермивоны. —вполне себе добродушно сказал Виктор, и помог Катрине выбраться из-за стола. Компания пошла к танцполу, Гермиона уже пританцовывала. Кэт была рада, что хоть кто-то ловит кайф в этот вечер. Подходя к месту назначения, где очень громко играла музыка, девушка начала чувствовать себя не в своей тарелке, даже пуще прежнего. Все танцевали парами, в то время как Кэт, по факту, была третьей лишней. Похоже, что Гермиона заметила замешательство подруги и резко потянула её на себя увлекая в танец. Задорно смеясь девочки затанцевали держась за руки, и потом продолжили уже разойдясь. К ним присоединился и Виктор, конечно же, уделяя огромное внимание Гермионе. Компания очень долго танцевала, если учесть сколько музыкальных композиций проиграло. Запыхавшиеся и очень довольные, они приняли решения немного передохнуть. Виктор вызвался поухаживать за дамами и принести им лимонад. Девушки с удовольствием согласились и сказали, что будут рядом с Гарри и Роном с Падмой, которых вот только приметили. Парвати танцевала с каким-то незнакомым джентльменом из Шармбатона. Подруги быстро сократили дистанцию и уселись рядом с мальчиками, вид у которых был такой, будто их заставили съесть жабу Невилла. —Вы чего такие кислые? —спросила Катрина. —Не знаю…—Гарри пожал плечами и в упор смотрел на Чжоу и Седрика. —Ага… Ну да, не знаешь. —усмехнулась Катрина. —Пойдёмте с нами! —улыбаясь позвала друзей Гермиона. —Повеселимся, пообщаемся. Виктор не будет против компании. —Ты так уверенна в этом? —как-то угрюмо спросил Рон. —МЫ обе уверенны. Он вполне себе дружелюбно воспринял моё общество. Вы тоже друзья Герми и проблем быть не должно. Да и Рон, тебе надо даму веселить, между прочим. —Спасибо, Катрин. Хоть кто-то ему об этом сказал. —обиженно протянула Падма. Рон как-то неуверенно кивнул, чем вызвал новую волну смеха у подруг. Гермиона понеслась к Виктору, очевидно сообщить, что их круг общения несколько вырос. Катрина же смотрела на Гарри, который с нескрываемой тоской в глазах смотрел на интересующую его пару. Она видела, как тот, несколько дней назад пригласил Чжоу на бал, а она уже была вынуждена отказаться. Почему-то Катрине казалось, что Чжоу вполне себе с удовольствием пошла бы с Гарри, если бы не Седрик. К ним вернулись Виктор с Гермионой и парень протянул стакан с лимонадом Кэт. Девушка поблагодарила его. Ещё немного посидев все стали выдвигаться на танцпол. Катрина с силой потянула на себя Гарри и тот вынужден был пойти за ней. Поначалу Рон танцевал несколько неуверенно, но позже раскрепостился и они с Падмой кружили ни чуть не хуже Фреда с Анджелиной, которых с уверенностью можно назвать королями танцпола, на сегодняшний вечер. Виктор танцевал с Гермионой, а Катрина с Гарри. Так уж получилось. Гарри долго мялся, пока тоже не словил дух вечера и они с Катриной, иногда смеясь и переговариваясь о всякой ерунде, затанцевали. В принципе, вот таким образом, они и проводили весь вечер: пары иногда менялись, все общались, шутили, иногда брали передышку и снова возвращались на танцпол. Ближе часам к одиннадцати начались постоянные медленные танцы, которые Гарри с Катриной не танцевали. Это было бы слишком странно, как им обоим казалось. Катрина и без каблуков выше Гарри где-то на пол головы уж точно. Они мирно сидели и смотрели за танцующими. Парень уже не обращал столь пристальное внимание на Чжоу и Седрика. Через танец народ начал расходиться. Падма очень устала и выдохлась, и Рон с Гарри вызвались проводить её до спален Когтеврана, после чего отправились на прогулку. Виктор и Гермиона засели за стол и говорили о чём-то своём. Катрина пошла гулять по школе. После душного зала, прохлада в стенах школы казалась райским местом. Ноги девушки принесли её на Астрономическую башню. Ученикам, конечно, запрещено ходить на неё во вне учебное время, но Катрина решила, что недолго простоит здесь и никто от этого не умрёт. На башне было холодно, поэтому Катрина достала палочку и наложила на себя согревающие чары. Она подошла к самому краю и опираясь о стену начала любоваться открывшимся видом. Зима- определённо её любимое время года. Или же эта ночь слишком особенная, поэтому открывшийся вид показался ей нереально прекрасным. Наконец-то она, хоть и на несколько часов, но забыла про всё то плохое, что грузило её все последние месяцы. Она и думать забыла про Турнир, Седрика, родителей, свой дар и даже про слова Снейпа в свой адрес. Разумеется, она время от времени искала его взглядом в этот вечер. Он ушёл из зала после начала танцев, возможно, патрулировать территорию. Был, как обычно угрюм, не весел и смотрел на всех так, словно готов был начать убивать. Заместо привычной мантии на нём был чёрный сюртук. Ей даже показалось, пару раз, что он искал кого-то взглядом. И всё равно, Катрина ловила себя на мысли, что это лучший мужчина на всём белом свете. Такие мысли пугали её: Снейп весь месяц устраивал ей какие-то безумные и абсурдные эмоциональные качели, а она и бровью не ведёт. Да, время от времени, накрывает обида, злость. Щемящая боль в сердце уже вообще стала привычным делом, будто бы она с ней была рождена. А вечно плохое расположение духа, это был продукт неприятных разговоров со Снейпом. Сейчас, находясь в гордом одиночестве, она не переставала размышляла о том, кто каким-то волшебным образом выкрал её сердце. Несмотря на всё происходящее, её чувства ни на капельку не угасали. Всё же она не переставая думала о чёрных и холодных глазах профессора, в которых время от времени появлялся уголёк тепла, крючковатом носе, который не вызывал у девушки никакого отвращения, в отличии от многих других обитателей школы, о его волосах, пусть и сальных, но в которые очень хотелось запустить руку, тонкой полоске губ, которые она мечтает поцеловать с того самого момента, как он держал её лицо перед своим. О холодных, но сильных руках, с длинными пальцами, прямо как у аристократа. От приятных мыслей её отвлёк резкий стук откуда-то снизу. Кто-то на всех парах мчался наверх в башню, судя по звуку, снося всё на своём пути. Катрина подготовила палочку и отошла как можно дальше от входа и встала в тени. Наверх вбежал высокий мужчина. Лица она не видела, на нём был капюшон. Вальяжной походной он стал обходить территорию астрономической башни. Катрина резко сбросила туфли и взяла их в свободную руку. Аккуратным шагом, внимательно следя за своими действиями и незнакомцем, который отходил всё дальше от лестницы ведущей вниз. Девушка просто молилась, лишь бы не наступить на платье и не упасть. Она решила обойти кругом, обведя пришельца за нос. Неожиданно мужчина достал серебряный кинжал. Катрина резко зашагала быстрее, и на её удачу, платье не шелестело при каждом её шаге. Когда она уже добралась до лестницы и кинулась вниз, ступеньки скрипнули и незнакомец резко обернулся и кинулся за ней. —Эверте статум! —заклинание попало прямо в мужчину. Катрина не стала ожидать когда он её догонит и кинулась вниз. Дуэлянтка из неё никакая, но отпор дать она может. К тому же она узнала мантию незнакомца. Такая же была на Людвиге. На одном из перелётов платье и накидка зацепились за перила. С помощью режущего заклинания Катрина просто разорвала свою одежду и побежала дальше. Лента с волос слетела и теперь волосы были распущенны. Оставалось всего ничего, она добежала бы до двери и заперла её, и понеслась бы в поисках помощи. —Круцио! — услышав это Катрина прыгнула вперёд, страх ощутить нереальную боль заслонил рациональное мышление и, не рассчитав, покатилась по лестнице вниз до самого конца. Она пыталась затормозить руками, и счесала кожу на ладонях и запястьях. После падения, Катрина сильно приложилась левой половиной лица и счесала кожу на лбу. Непростительное не задело её. Поднявшись на ноги Катрина кинулась бежать прочь из башни. К её огромному удивлению, мужчина был в трёх шагах от неё, хотя до этого он сильно отставал, будто он летал или же трансгрессировал. Когда она прибавила в скорости в спину ей летали разносортные заклинания, но ей удавалось отскакивать и отбегать, непонятным чудом. Туфли были потеряны где-то на лестнице. Долго она бежать в таком виде не могла: корсет сильно сдавливал грудь, отчего дышать нормально она не могла, ноги совсем окоченели и на одном из поворотов неизвестный схватил девушку, которая уже не выдерживала. Он держал её за волосы и прямо перед лицом девушки появился кинжал. Бросив палочку она задержала его руку и пыталась сдержать натиск из последних сил. К глазам подступили слёзы. В голове была лишь одна мысль «Я не хочу умирать! Я не хочу умирать!». Но долго сдерживать натиск она не могла и когда кинжал продолжил движение она повернулась боком и оружие угодило ей в плечо. Девушка истошно закричала от боли и осела на пол, в ушах звенело, а голова закружилась. Схватив с земли палочку, она со всей своей ненавистью крикнула. —КРУЦИО! —убийца закорчился от боли. Девушка кинулась бежать дальше и на лестницах обернулась, чтобы проверить, не бежит ли он за ней. Мужчина почти настиг её. —Бомбарда Максима! —она направила заклинание на ноги противника отчего у него под ногами образовалось кровавое месиво и дыра в полу. Катрина побежала дальше пока не добралась до портрета Полной дамы. —Светляки! — женщина с портрета с ужасом смотрела на Катрину, но сразу открыла проход. Катрина кинулась в гостиную факультета и осела не далеко от входа. Из глаз снова полились слёзы, и девушка легла в позе эмбриона прямо на полу тихонечко рыдая.

***

Северус не любил Рождество. В этом году, из-за дурацкого бала он возненавидел его ещё больше. Заместо заслуженного отдыха, он вынужден был стоять и смотреть как эти глупые подростки сначала танцуют и выпивают в зале, а потом ещё и ловить их то по кустам, то по углам в школе. Либо целующимися, либо выпивающими что-то помимо лимонада. Ещё Игорь со своими подозрениями касательно Тёмного лорда проедал мозг. Голова и без всего этого идёт кругом. Весь месяц всё через одно место. Сначала эта Денебола, со своими выебонами и вечным «Вы говно, а я царица.» выносила ему мозг на его же собственных уроках. С каких пор в ней заиграло благородство – вопрос очень интересный, если учесть, что данная «Мисс Справедливость» скинула дочь на тёщу, а сама у сестры отсиживалась. Мать года, ничего не скажешь. Её место сменил Руфус. Вроде и уехал в другую страну, но сверлить мозг он умеет и на огромном расстоянии. Каждые несколько часов от него приходят письма с вопросами касательно всего на свете. Начиная от «Можно ли смешивать порошок из когтя дракона с селезёнкой летучей мыши?» и заканчивая с самым раздражающим Северуса родом вопросов «А Катрина поела? А Катрина походила? А что у неё с оценками?». Будто он нанимался в персональные няньки, как этот же самый Руфус. Уж почему его раздражает всё, связанное с девушкой, вопрос который останется без ответа даже для самого Северуса. Возможно его так сильно разозлила её выходка на сорванном уроке. Ещё, возможно, его бесит то, что она вечно пререкается с ним. И много всего другого, что делает или не делает Катрина раздражает его. Сначала эти её посиделки с Поттером в библиотеке по несколько часов. Что можно делать каждый день в библиотеке по несколько часов с одними и теми же книгами? Снейп прекрасно знал, что Катрина читает очень быстро и сидеть за одной книжкой сутками у неё нет смысла. Значит слухи оказались правдивы и она связалась с этим глупым, бестолковым, наглым мальчишкой. Северус уже много лет задавался вопросом, почему умные и прекрасные душой и телом девушки, вечно выбирают всяких пустоголовых, ничем не примечательных щенков. Потом началась эта вульгарщина: яркие макияжи, короткие юбки, рубашки с декольте. В общем всё то, что ОНА не должна была делать. Но больше всего раздражали её джинсы. Как наденет их и начнёт ходить виляя бёдрами везде, где ходит профессор, так его желание убивать возрастает в геометрической прогрессии. И её улыбка, яркие глаза и вечные «Извините, профессор», «Я не знаю, что я сделала, но надеюсь, Вы не в обиде, профессор». Его раздражало её «всепрощение». Самая дурацкая черта её характера, впрочем, как и у Грегора. Больше всего вышеуказанного раздражало то, что она вечно ошивается с кучей парней. Особенно хорошо это было видно на балу. Вся такая красивая, улыбчивая, сначала с Уизли, потом с Крамом, а потом снова с этим Поттером весь вечер провела. Мальчишка только и рад, сразу засветился, довольный, как сытый питон. А сама Катрина ему говорила, что идёт одна, без партии. Снейп сразу же удалился из зала, при виде этих «телячьих» нежностей, так как чувствовал, что точно прибьёт одного из этих ловеласов. Сейчас, когда время ушло далеко за полночь, он делал последний обход территории. Оставалась только Астрономическая башня и он со спокойной душой сможет отправиться к себе в покои. Прямо на самом входе в башню, он увидел то, что никак не ожидал увидеть. Женские туфли. В голову профессора могло поместиться огромная куча интересных рассуждений на тему этих туфелек, если бы не одно «но». На ступенях были еле заметные следы чьей-то крови. Профессор осторожно начал подниматься вверх, пока не увидел куски тканей, красного и белого цвета на перилах и чуть поодаль белую ленту для волос. Впервые за многие годы его охватили паника и страх за кого-то. Только одна студентка ходила с белой лентой на волосах и в белой накидке с красным платьем. Конечно же он запомнил, как она выглядела. Непонятный и еле знакомый ужас охватил мужчину. Северус резко побежал на верх и быстро осмотрев территорию кинулся бежать вниз, схватив злосчастную обувь. Никаких следов Катрины нигде, поблизости, не было, пока в одном из коридоров он не обнаружил ещё кровь, правда в большем количестве. Капельки и отпечатки ладошек на стенах привели профессора к лестницам. Недалеко от них лежал неизвестный, все его ноги были в крови, под ногами дыра в полу, и рядом лежал кинжал весь пропитанный кровью. Сзади раздались знакомые шаги, которые принадлежали только одному человеку. —Снейп?! А, наконец-то кто-то здесь объявился. Нашёл этого красавца, когда обходил территорию. —стал объясняться Грюм. —Зачем тебе женская обувь? Северус слушал его в пол уха. В голове билась одна лишь мысль о том, что Катрина сейчас лежит где-то либо раненная, либо мёртвая. От второй у мужчины по спине побежали мурашки а сердце болезненно сжалось. —Где Катрина? Ты её видел?! —Шепард? Её здесь не было, когда… Погоди ка. Это её туфли? —Я на астрономической башне нашёл кровь и куски её наряда с этими туфлями. Потом по следам уже в школе дошёл досюда. —Значит на кинжале её кровь. Скорее всего девчонка и разворотила ему ноги, Руфус сказал, что всё лето они учили её самозащите. —аврор почесал подбородок. —Если он лежит здесь, значит она побежала к лестницам, больше некуда. Айда туда, а я за директором! Снейпу дважды повторять не пришлось, он перешагнул через мужчину, борясь со внутренним и искренним желанием добить мерзавца, и бегом побежал по лестницам наверх. Кровь была и на перилах, на которые очевидно и опиралась Катрина, так же и на полу. Снейпа всё больше охватывала паника. Где она? Куда поднялась? Поможет ли ей кто-нибудь? Следы привели к портрету Полной дамы из которой появилась голова Грейнджер с палочкой наготове, затем Уизли, придерживающего еле идущую подругу. Катрина плакала и, очевидно, слабо соображала где она и что с ней. Один из рукавов был насквозь пропитан кровью, но, то, какое облегчение испытал Северус при виде того, что на живая и вполне себе целая, нельзя было описать никакими словами. —Катрина! —Снейп кинулся к ним и буквально вырвал девушку из рук друзей прижав к себе. —Живая! — облегчение накрыло его с головой, что он даже и не понял своего порыва. Поняв, что именно он сделал, мужчина уже было хотел отстранить девушку от себя, но Катрина обвила руки вокруг груди профессора и зацепилась за спину прижимаясь ещё ближе и горько заплакала. —Что случилось? —он обратился к компании друзей, поглаживая плачущую девушку по спине. —Мы не знаем! —Грейнджер и сама плакала. —Рон прибежал! Сказал, что Кэт лежит вся в крови на входе! Мы и повели её в больничное крыло! —Гарри нигде нет! —резко крикнул Рон. — Мы с ним разминулись, а когда я пошёл его искать, то обнаружил Кэт! —Немедленно возвращайтесь в постели! Поттера отправятся искать преподаватели! —А…—Гермиона указывала на Катрину. —Возвращайся в спальню! Её я отведу в больничное крыло! Ну же! И забери туфли. Рон и Гермиона нехотя вернулись назад. Дело приобретало хреновый оборот. Катрина ранена, Поттер пропал. Снейп подхватил вцепившуюся в него девушку на руки, что было тяжеловато с таким платьем, и понёс вниз. Катрина лишь переместила свои руки ему на плечи и уткнулась лицом ему в макушку. Внизу, благо, уже убирали этого подонка, очевидно, к огромному сожалению Снейпа, всё ещё живого, и стояли всевозможные преподаватели. —О, Мерлин! Мисс Шепард! — взволнованно произнесла профессор МакГонагалл. —Нет времени, профессор! Грейнджер и Уизли, сказали, что Поттер пропал! Отправляйтесь немедленно искать его! — и Снейп побежал дальше в сторону больничного крыла. —Так, вы все слышали. —начал директор. —Я уже вызвал Шепардов. С минуты на минуту они прибудут в школу, я пойду, встречу их и проинструктирую. Все, кроме профессора Флитвика и профессора Грюма – немедленно ищите Гарри. Преподаватели разбежались кто куда. Во время этого разговора, Снейп уже успел добежать до места назначения. Катрина странно притихла, что начало пугать профессора. Дойдя до первой попавшейся кровати, Снейп аккуратно опустил на неё девушку. Посмотрев ей в лицо, стало понятно, что она не до конца отошла от шока. Снейп начал снимать с девушки накидку, которая наполовину пропиталась кровью. —Профессор, что случилось? — как обычно, будто, из неоткуда появилась мадам Помфри. —На неё напали. Грюм разбирается с нападавшим. —он наконец разобрался с мешавшей осмотреть рану вещью. Из кармана вывалилась палочка девушки. —Это очень серьёзно? —Отойдите. Снейп собирался отойти, как вдруг, Катрина резко пришла в себя и крепко схватила его за руку. —Не уходите… Пожалуйста… Такое поведение Катрины ввело профессора в ступор на несколько секунд. —Я встану с другой стороны. Хорошо? —девушка кивнула и профессор обошёл кровать, чтобы выполнить просьбу. Как только он встал, она схватила его за руку, вложив свою ладонь в его. Северус напрягся, но выдирать руку не стал. Мужчина отметил про себя, что ладонь у неё слишком холодная, но очень нежная. —Так. Рукой двигать она может, значит ничего серьёзного не задето. Возможно раздроблена кость, слишком сильно посинело место удара. Признаков отравления нет. Сейчас всё сделаем и можно будет вернуться в башню. —мадам Помфри отошла, за необходимыми вещами. Катрина, очевидно, окончательно пришла в себя. Взгляд был уже более осознанный и она морщила лицо от боли, смотря на рану на плече. —Что с тем типом? —Не знаю. Не думаю, что Грюм и твои родители не оставят его без внимания. Особенно твоя матушка.—саркастически отметил Снейп. —Родители? Они здесь? —Кэт резко обратила свой взор на профессора. Волосы спали с её лица и стало очевидно, что рана на лице ничем не лучше раны на плече. Кожа была очень сильно счёсана. Но, про себя, Снейп отметил, что Катрину это нисколечко не портит. Как и потёкший макияж, искусанные до крови губы и опухшее от слёз лицо. —Когда… Когда я нёс тебя сюда, я слышал как об этом сказал директор. Все ищут Гарри. —Северус сморщился, после того, как произнёс имя, наверное, самого нелюбимого студента. —Что… —Катрина! —громкий женский голос разразился в дверях и Снейп резко выдернул свою руку. Это была высокая пожилая женщина, с копной кудрявых волос каштанового цвета. Снейп не сразу узнал миссис Шепард. Она была вся в слезах, в домашнем платье и длинном кардигане. —Ох, моя девочка! Моя дорогая девочка! —Агата подбежала к внучке и стала осматривать её, после чего зарыдала пуще прежнего. —Ба, я в порядке. Всё хорошо, моей жизни ничего не угрожает! —Катрина предприняла попытку приподняться, но с одной рукой это было сделать очень сложно, и профессор ей помог. —Спасибо! —Мы так все перепугались! Боже, бедная твоя мама, она поседела за пару минут! А Грегор места себе не находит! Как и Сириус с Джейкобом! Снейп фыркнул, так, чтобы этого не услышала миссис Шепард. Денебола. Поседела от страха? Пока сам не увидит – не поверит. Он не был вынужден ждать шибко долго. Денебола появилась сразу за свекровью, и она действительно была поседевшая. В свете одной лишь луны это было отчётливо видно. Очевидно, что она держится из последних сил, чтобы не разрыдаться на месте. Женщина присела на кровать к дочери, как раз со стороны профессора, и приобняла её, чмокнув в макушку, а Катрина обняла её в ответ. На одно мгновению Снейпу стало стыдно за то, что он считал Денеболу простой показушницой, и что дочь ей была не нужна на самом деле. Сейчас он убедился, что это не так. Вся боль от переживания отражалась на лице женщины. —Спасибо, Северус. —неожиданно сказала Дени. —За что? —не понял Снейп. —Дамблдор сказал, что ты сразу кинулся искать Кэт, как только обнаружил, что на неё напали. И ты принёс её сюда. Я вовек тебе буду обязана за это. —Не стоит, Денебола. —Северус не привык к благодарностям и ему стало неловко от слов, некогда, подруги. Женщина ничего не ответила, а лишь обнимала дочь, перебирая её волосы и о чём-то перешёптываясь с ней, пока не подошла мадам Помфри. —Ох, Агата, Денебола. Отойдите пожалуйста, мне нужно обработать её раны. Все сидели в тишине, пока мадам Помфри делала свою работу. Иногда слышались всхлипывания Агаты и шипение Катрины, от боли. Когда начали обрабатывать лицо девушки, в больничное крыло зашли Джейкоб, Грегор, Сириус и директор. Снейп спросил. —Что с Поттером? —Ему повезло. Смог защититься, заметил слежку и пошёл в атаку, и почти никак не пострадал. Ещё и мы подоспели. Так, немного головой приложился. —ответил Сириус и подошёл к кровати. —Ты как, маленькая? —Ничего. —Катрина слабо улыбнулась, пока мадам Помфри заканчивала с её лицом. —Улыбаешься – значит всё нормально. —облегчённо улыбнулся Блэк. Грегор подошёл к супруге и дочери, присев позади Денеболы. Женщина заметно расслабилась, когда он оказался рядом. Катрина слабо улыбнулась отцу, а он ей в ответ. Северус хорошо знал друга и прекрасно видел, как тот сдерживает слёзы. Страшно представить, что испытали родители, когда им на Рождественскую ночь доложили, что на дочь совершенно нападение, так ещё и неизвестно где она вообще. Дамблдор произнёс. —Грегор, Северус, Денебола, Сириус – прошу вас пройти со мной, чтобы вы смогли опросить нападавших. Я понимаю вашу боль, но с Катриной всё будет в порядке, она в надёжных руках. —Северус с вопросом уставился на директора, после его слов. — Агата, Джейкоб – позаботьтесь о девочке, вы давно не виделись. Никто не стал спорить и всех, кого позвали, пошли за директором. Сириус придерживал за руку Денеболу и гладил сестру по голове, высказывая слова поддержки. Грегор шёл рядом с Северусом. —Спасибо, Сев. —Не стоит благодарностей. —процедил сквозь зубы Северус. —Ты знаешь, что я не люблю все эти сопли. —Знаю, но было бы свинством с моей стороны не поблагодарить тебя. —О дочери с женой лучше позаботься. —Обязательно. Всю душу из этой мрази, что посмел тронуть мою малышку, вытрясу. —Грегор сжал кулаки. —Боюсь, за тебя это сделает Денебола. В таком эмоциональном напряжении… Не представляю, что она может выкинуть. —заключил Снейп. Когда все поднялись в кабинет директора, где уже привязанными к стульям сидели два «красавца». Грюм внимательно следил за ними, не отводя взгляда. Экс-аврор перевёл взгляд на вошедших. —Как девочка? —Жива, вполне себе оптимистична. —ответил директор. —Рад слышать. Её бы в авроры, с такой силой духа. Имей ввиду, Грег. —Не время для ваших мирских бесед. —неожиданно сказала Денебола, доставая палочку и отходя от брата. —Кто из них? —Раненный. Ваша малышка ему обеспечила инвалидность уж точно. —ответил Грюм. —Умница. —тихо произнёс Грегор. Снейп усмехнулся. Денеболу будто подменили. На смену горем убитой матери, появилась уверенная в себе и очень опасная женщина. Прямо Беллатриса. Северус видел её со спины, но от неё просто несло агрессией. Женщина подцепила палочкой подбородок неизвестного. —Сейчас ты говоришь мне, какого чёрта ты посмел тронуть моего ребёнка. Если ты молчишь – я тебе обеспечиваю мучительную смерть. И не стоит надеяться, что хоть одна живая душа в этой комнате мне помешает. —в её словах не было ни капли фальши. Определённо это была не пустая угроза, а факт. —Ни за что. —выплюнул мужчина. У него был сильный акцент. —Что ж, если ты решил, что я и вправду убью тебя не выяснив причины – соболезную. —Денебола занесла руку и из палочки появилась некая фиолетовая пыльца. Неизвестного затрясло а его глаза наполнились кровью, в прямом смысле этого слова. —Сейчас ты останешься без зрения. И, благодаря моей дочери, без ног. У тебя есть возможность остаться с возможностью самостоятельно дышать, есть, пить, ходить в туалет и более-менее нормально функционировать. Выбор за тобой. У меня тут ещё твой дружок есть, на крайний случай. —Что ты делаешь? —спросил ошарашенный Грегор. —Выясняю. —отрезала Денебола. —Не лезь, Грегор. —Снейп. —тихо заговорил Блэк. —Ты знаешь, что она творит? —Это самая тёмная магия, из всех, что я наблюдал. Внешний вид твоей сестрицы только что обрёл смысл. Доэкспериментировалась. —не одного Снейпа интересовала причина такого внешнего вида женщины. Она и вправду была похожа на Грюма, который прошёл через круги ада, когда ловил тёмных магов. А Денебола, совершенно очевидно, этим точно не промышляла. Правда нисколько не удивила Северуса. А вот Грегора это ввело в шок. Сириус же воспринял это смиренно. Дамблдор спокойно наблюдал за происходящим. —Я СКАЖУ! Я СКАЖУ! —резко завопил второй. —Только не трогайте меня! Денебола повернулась к нему. —Ну. Я вся во внимании. —Людвиг… Людвиг отказался от контракта на Вашу девочку. Сказал, что… Что она опасна, крайне опасна. Мол, будто, она Сновидец и умеет проникать в голову и воротить чёрте что. И что её мать, то есть Вы, способны убить без промедления. Это было чуть меньше месяца назад. —И? —И… Появились желающие. Такие деньги обещали. Но, недавно, и контракт был разорван. Заказчица аннулировала запрос. Позже, некто, по имени Питер Петтигрю заключил контракт на убийство девочки и мальчишки. От лица Волан-де-Морта. Я не знаю, кто это. Мне сказали разобраться с мальчиком, дали описание и способ убийства: отравить ядом, любым, который не отразиться на крови, и который убьёт его лишь через несколько суток. Собрать немного крови. Фредерику дали девчонку, и сказали, чтобы её закололи прямо в грудь. Сириус сжал руки в кулаках и стиснул челюсть, Грегор сморщил лоб. Он начал задавать уточняющие вопросы. —Какова цель? Зачем им это? —Девочка опасна, мол, она мешает планам этого Волан-де-Морта. Как и мальчик, но у него нужно было забрать кровь. Платили щедро. Грегор склонился к Северусу. —Как Катрина может мешать ему? —Кто-то доложил ему о снах и о том, что она всеми силами старается предотвратить то, что видела. —единственное предположение которое только мог выдвинуть Северус. —Кто знает? —Я, Дамблдор, её дружки, наверняка. Грюм, возможно. Руфус с ним постоянно якшался. —И это все, кто вне подозрений. Потрясающе! Директор всё время молчал, очевидно обдумывая всё услышанное. —Им грозит какая-то опасность? —вопрос который волновал каждого. —Нет. Правила ордена – если жертва спасается, значит контракт аннулируется. Он магический, а против правил магии - не попрёшь. Девочка сама спаслась, как и мальчик. —Кто была первой заказчицей? Известно её имя? —спросила Денебола. —Мария Монтгомери. Вроде так, мы знаем, что она ваша родственница, вроде. С какой целью – нет информации. Почти никто не ожидал такого поворота. Даже Грюм сморщил лицо от услышанного. Грегор просто побагровел от ярости, а Денебола сжала палочку до хруста. Дамблдор предложил. —Я сообщу в Министерство. Сегодня финальное заседание, по факту развода. Марию отправят в Азкабан без промедления. —Как и этих красавцев. — добавил Грюм. —А вы что думали? Хотя, верное решение приняли. Дементоры лучше этой. — с презрение сказал Грюм. —Я закрою глаза на твои методы, Блэк. Денебола никак не отреагировала на его слова, а лишь произнесла. —Если Мария не окажется в Азкабане до полуночи, то не окажется никогда. —и пошла на выход из кабинета, пихнув мужа за собой. Грегор послушно последовал за ней. За ними, попрощавшись, вышел и Сириус. Северус решил уточнить про яд. —Людвиг пользовался этим ядом? —Да. Его все используют. Разработка нашего главы. —Где он? —В правом кармане мантии. —Северус достал из кармана бутылочку с ядом и стал рассматривать. Яд был абсолютно прозрачный. —Что скажешь, Северус? —спросил директор. —Как я и предполагал, такое может вывести лишь искусный зельевар. Смею предположить, что здесь гремучая смесь из всего хорошего и не очень. —Ты сможешь вывести антидот? —Смогу, но это займёт время. —Хорошо. Благодарю тебя. —Я пойду. Спокойной ночи. —Северус отправился к выходу, размышляя над своими дальнейшими действиями.