Так было задумано...

Произошедшее в ночь после бала разошлось по школе, как куски пудинга во время ужина. Даже быстрее, чем новость о философском камне с Квирреллом или василиске. Нападение на участника Турнира Трёх Волшебников, немецким орденом наёмников, всколыхнуло всевозможные магические СМИ. Правда, смысла в этом мало кто видел. Наёмники есть везде и начать возмущаться на международном уровне, только после нападения на Гарри Поттера – дело несколько глупое. Был суд, сейчас эта двоица кукует в Азкабане. Но, к огромному сожалению Катрины, интересовал всех не только Поттер. Эти СМИ, а конкретно Рита Скитер, каким-то чудом узнавшая о том, что приличную часть бала друзья провели вместе, показала магической Британии статью о том, что «Гарри Поттер наконец-то выбрал себе спутницу жизни», - с этого выражения Катрина чуть не получила сердечный приступ, - «Юный герой и самый младший участник Турнира Трёх Волшебников состоит в отношениях со своей однокурсницей Катриной Шепард. Пара в открытую демонстрировала свои чувства на Святочном балу, который был проведён в школе Магии и Волшебства Хогвартс, вечером, 24 декабря.». Далее идёт занимательный рассказ о ней, где больше половины выдумка и преувеличение и упоминание о нападении на «пару». Гарри и Катрина, поначалу, никак на это не отреагировали. Гарри в силу своей, некоторой, безответственности, а Катрина в силу пофигизма. Да, статья выбила у девушки почву из-под ног, но, благо, люди которые её волнуют, в этот бред не поверили и она продолжила жить, как и прежде. Разве что, кроме Снейпа, но как Катрина успела заметить, он их сосватал уже давно. Своеобразно высказались на этот счёт родители: отец высказал сомнения, что Катрина может посмотреть на такого как Поттер, мол, она избирательна, но девушка посчитала это оскорблением в сторону Гарри, а Денебола объяснила своё неверие проще – что Кэт, скорее всего, предпочитает интеллектуалов. Определения родителей её вгоняли в не меньший ступор. Исходя из их слов Катрина и вправду, как она один раз в гневе выкрикнула, принцесса из башни, которую надо обхаживать и которой нужен лишь принц, если рассматривать ситуацию со стороны любви. Бесило. Уж можно ли назвать везением то, что произошло позже: Скитер решила пройтись по всему ближнему окружению Гарри. В середине января вышла статься про происхождение Хагрида, из-за чего тот удумал уволиться. Друзья долго не могли прорваться к нему, ровно до похода в Хогсмид. Там они узнали много интересного: например, Бэгмен предлагал Гарри свою помощь в Турнире, другой судья, Крауч куда-то пропал и его ищут гоблины. Позже, в «Трех метлах», появилась Рита Скитер. Она, как обычно, попыталась выудить у Гарри пару слов, для статьи, но тот послал её куда подальше. Они все дружно начали заступаться за Хагрида, а Герм и Кэт вообще палку перегнули. За это, Гермиону ждала райская жизнь. С Катриной, Скитер связываться не стала, так как сильно боится Денеболы, о чем сразу же сообщила. Она писала статью про суд над Марией и наёмниками, где было рассказано, почему один из них – остался инвалидом. Да и мама не стала стесняться и в открытую заявила, что при надобности всегда будет пользоваться подобными методами. Как её не загребли под суд – вопрос. Возможно посчитали просто сумасшедшей, а может просто восприняли как «мать в горе». Мама пугала Кэт, но, в определённые моменты, девушка радовалась тому, что её мать – несколько не следует букве закона. Про Гермиону тоже вышла статья. Уж как воспринимать её содержание – тоже вопрос хороший. Если коротко передать суть: Герми та, кем называет Снейп Катрину, и охотница за знаменитостями. Мол, она бросила Поттера, его подобрала и утешила Шепард, а Грейнджер переметнулась на Крама, из которого теперь высасывает все соки. Крам, кстати говоря, либо читать не умеет на английском, либо его устраивала сложившаяся ситуация – не ясно. Последующие дни творилась вакханалия: Гермионе присылали письма с угрозами, какими-то жижами (спасибо не с кислотой, но руки у подруги были изувечены) и проклятиями. Эти письма, после первого раза, больше никто не открывал, от греха подальше. —Скитер ответит мне за это! Я выведу её на чистую воду! —Хм. Могу чем-то помочь? —делая конспект по зельям спросила Кэт. —Я сама не прочь ей начистить задницу. —Нет, спасибо. Это личное, но если понадобится твоя помощь – я скажу. —Дать пизды Скитер – дело святое. Весь январь и часть февраля Катрина совершенствовала свои навыки в дуэли, вместе с Руфусом, который после развода вернулся в школу. Само собой из-за нападения. Несмотря на слова напавших, о том, что теперь у Катрины своеобразный «иммунитет», никто рисковать не собирался. А Катрина не стала ждать летних каникул и принялась за практику: случившееся в рождественскую ночь дало прямо понять – встреча с врагом может стать для неё последней. Её навыки владения палочкой – слабы. Спаслась она лишь благодаря удаче, не иначе. Ещё Грюму с его занятиями. Всё-таки ей стоило признать, что как бы сильно она не любила Люпина, как профессора, Грюм их учит жизни, суровой, военной жизни, а не теории для экзаменов. Теперь у Катрины не было и минуты свободного времени, но она не жаловалась. В принципе, оно всегда так и было, ещё до школы. Бабушка вкладывалась в развитие внучки и детство Катрины было больше похоже на расписание занятого взрослого человека. Большую часть дня она проводила за уроками, иногда тренировалась на метле, чтобы не растерять навыки, ходила на дополнительные к Снейпу, бегала в облике белки по лесу и искала всевозможные способы для того, чтобы помочь Гарри и Седрику. Касательно последнего – план с зельем, по мнению Денеболы, самый безопасный и будет иметь какой-никакой успех. Мама с удовольствием поделилась и своим мнением на этот счёт и объяснила почему не стоит рассчитывать на какое-либо заклинание. На открытом пространстве будет выслежено на раз любое вмешательство, единственное на что можно рассчитывать – это на то, что третий этап будет проходить в каком-нибудь помещении и заранее туда проникнуть. Но это сильно навряд ли. Седрика можно будет просто вырубить на часок, другой. Как и Поттера, чтобы не допустить его к Тёмному лорду. Из-за неизвестности невозможно нормально что-то подготовить. План действий и алгоритм сильно зависел от того, где будет проходить действо. Конечно, самое лучшее, если будет всё происходить в помещении, но из-за количества зрителей – это не представлялось возможным. Родители ставят на лес и стадион школы. Но это, опять же, не закрытое пространство, а открытое, где будут следить не только за участниками, но и за тем, чтобы участникам никто не помешал. Саботаж – единственное, что может подходить под план «Б», на данный момент времени. Это предложил уже Джейк, с неохотой. Он отказывался верить в достоверность видения Кэт. Суть его идеи заключалась в том, что либо как-то выудить парней незаметно, либо же по мере прохождения третьего испытания, вырубить их и оставить на попечение судий. Руфус предложил Катрине оставить это дело, и начать действовать лишь когда будут подробности про третий этап. —Сейчас что-то делать – сродни биться головой об стену. —они отдыхали после забега по лесу во дворе школы и пили чай из термоса. —Расслабься. Ты и так сейчас работаешь на износ. —Наверное. —Катрина пожала плечами. —Но я не могу не думать об этом. —Не надо себя этим дерьмом грузить, Огонёк. Сфокусируйся на том, что Седрику ничего не угрожает, вплоть, до третьего этапа, а это середина лета. К тому же, о нём ты заботишься больше, чем о себе. Это ненормально, он же тебе никто. —Я не о нём забочусь, по большей части, а об Гарри. Да, я бы хотела спасти его жизнь, но я не хочу, чтобы мой друг, который и так отхватил в жизни, ещё смотрел как его товарища на тот свет отправляют. Да и Волан-де-Морт... —А не резоннее тогда вытаскивать Гарри из Турнира? —иронично спросил Руфус. —Нет. Заключен магический контракт, как при Непреложном обете. —Откуда ты знаешь? —Мама сказала. Правда, она отметила, что непонятно, действителен ли контракт в силу неопределённых обстоятельств связанных с участием Гарри, но рисковать я не хочу. Да и Дамблдор не даст. —Это верно. —уже менее жизнерадостно ответил Руфус. —Я пытался ему доказать, что Гарри в огромной опасности, но он поблагодарил за предупреждение и заявил, что на третьем этапе всё его внимание будет на Гарри. Кстати, почему тебя так волнует Поттер? —лукаво спросил мужчина. —И ты туда же?! —резко рассвирепела Катрина. Руфус поднял руки в примирительном жесте. —Нет! Я, понадеялся, что… —Нет. — уже спокойнее ответила девушка. —Всё по-старому и даже усугубилось. Он мне уже снится, блин! Понимаешь? Я тихонько схожу с ума... У меня две крайности теперь: эпизоды из прошлого, из-за которых я как с бодуна просыпаюсь, или же он. Каждое утро просыпаюсь и реву, как белуга. —Это в Грегора. —по-доброму смеясь ответил Руфус. —Он такой же чувствительный и такой же плакса. В ту ночь, когда твои вернулись, он рухнул и разрыдался прямо у камина. Дени, конечно, тоже досталось. Да уж… Мы тогда все чуть к праотцам не отошли. —Я быстрее вас. —на отвали приметила девушка. Руфус засмеялся. —Ну да. Справедливо. —Ты… Ты ничего не говорил о Марии. —А что тут сказать? —уже без весёлых ноток в голосе спросил Руфус. — Я идиот. Как им был, с самого детства, так и остался. Рад, что у нас детей нет, иначе я не знаю, что бы я делал со всем этим. —Ты не идиот. Откуда ты мог знать, что она затеяла это? —Я муж... —Муж. А не телепат, как я. —прервала его Катрина. — Я боялась, что ты винишь себя. Не надо, пожалуйста. —Пообещай мне поберечь себя, а я пообещаю перестать зацикливаться на своей бывшей супруге и её срани. Катрина скрестила руки на груди и прищурившись ответила. —Змей. Хорошо. Обещаю. —Слизеринец! —гордо ответил мужчина. —Кстати, твои офигели, когда узнали откуда я? —О да. Рон такой «Слизерин?!». Очень эмоционально. Но, ты правда не вяжешься. Я бы тебя на Пуффендуй отправила, будь я шляпой.-девушка отпила чай. Руфус прыснул со смеху. —О! Я такое часто слышал, по правде говоря. Да и сам бы, если бы знал про тонкости, попросил бы шляпу отправить меня куда угодно, но не на Слизерин. Люблю свой факультет, но там есть одно огромное «но». —Тебе доставалось из-за происхождения? —догадалась девушка. —Ещё как! Когда Грегор научил меня морды бить, всё наладилось, относительно. Задирать стали меньше, но всё же, приходилось хоть как-то отстаивать свою неприкосновенность. —Странно, что чистокровный волшебник учил магла морды бить. —отпивая чай отметила девушка. —О, так твой отец дзюдоист и каратист. —Катрина с недоумением посмотрела на крёстного. —Тебя тягали по всевозможным сферам не с моей подачи. Твоя семья всегда была за «магловское» образование. Мол, это даёт детям волшебников представление о мире простаков и помогает наладить контакты с ними. Джейкоб математикой и физикой увлекался, а Грегор лет с четырёх на дзюдо и карате ходил. Каждые каникулы сдавал аттестацию и у него по карате чёрный пояс, а дзюдо в один момент бросил. —Блин. А меня на бокс не отдали…—угрюмо ответила Кэт. —Что за гребаная несправедливость?! —Был бы Виктор жив, отдали бы. Он всегда, в первую очередь, исходил из интереса сыновей. Агата больше по «что люди скажут». Ты девочка, значит и спорт девчачий. —Я... эту гимнастику и фигурное катание. Вся переломанная хожу. Руфус заржал в голос. —Ну, ты бы не была так виртуозна на метле без гимнастики. Такие шпагаты… Ладно. Опустим сие момент. Катрина цокнула языком и продолжила. —Я виртуозна на метле, лишь благодаря тому, что ты меня учил на ней летать с четырёх лет. А так я бы как Невилл или Герми была. Они ненавидят полёты… —Я подумал, что раз ты ТАК похожа на Грега, то и талант у тебя имеется. Я оказался прав. Даже на первом курсе в ловцы пробилась. Девушка в ответ скептически улыбнулась. —Знаешь, если бы не Гарри, то я получила бы знатной пизды. В принципе, если бы не Гарри, то Гриффиндор был бы в жопе. —Ты, кстати, не рассказывала о той ситуации. —Да? Я думала рассказывала. У нас был первый урок полёта на мётлах. Невилл свалился с метлы, и мадам Хуч повела его к мадам Помфри. У него ещё напоминалка выпала из кармана и Малфой давай выделываться и воображать из себя невесть что. Он полетел, намереваясь спрятать её где-нибудь, за ним Гарри, которого тот спровоцировал. Гарри его нагнал и Малфой швырнул напоминалку, а я, зачем-то, полетела за ней, и поймала прямо перед лицом профессора МакГонагалл. —Ой, ой, ой. Блять... Прямо перед МакГонагалл… —восхищённо произнес мужчина. —Жесть. —Я почти! Меня аж дрожь пробила. Думала, что меня из школы турнут, а она мне говорит «Возьмите мистера Поттера и идите за мной.». Я полетела за Гарри, говорю ему, он тоже обосрался. Побольше меня, ибо, у него из родни только маглы-ублюдки. Она начала нас отчитывать, сказала, что увидела Гарри и меня в окно, как так можно, что за безответственность, позорим имя факультета. Она нас к Вуду отвела и говорит «Вуд, знакомьтесь это мисс Катрина Шепард и мистер Гарри Поттер. Я нашла вам ловца и охотника.». Гарри же был не особо бум-бум про квиддич, а я, когда поняла в чём соль, заскакала как в жопу ужаленная. Вуд, правда, не в особом восторге был. Привели ему первокурсников, мол, радуйся. —Хм. Красиво вышло. Грегор был ловцом, а Джеймс охотником. Дети заместили родителей. Да, даже превзошли их. Гарри потрясающе управляется на метле. Джеймс ему и в подмётки не годился. —Не знаю. Гарри лучше меня. Допустим, я на позиции Охотника не смогла бы играть. Там надо слишком много отдачи и умений, а это не про меня, по крайней мере в квиддиче. Ловцом тоже не сахар, конечно, но максимум от бладжеров отлетать и ловцу соперника райскую жизнь показывать. Гарри и там и там профи. Если бы не дементоры, то он бы снитч в лёгкую поймал. —Ты мне больше импонируешь как игрок. И не потому что я тебя безумно люблю. —Катрина чмокнула Руфуса в щёку. —О какая красота… Ладно. Ты мне больше импонируешь из-за стиля игры. Он у тебя очень лёгкий и гибкий, будто вальсируешь на метле и ты ни разу не попалась в ловушку соперников ловко обходя их. Например твой отец как танк был: как начнёт нестись, так кто-нибудь улетал с метлы. Ещё бы, такой медведь. Два метра росту и вес под сотку-полторы. Мне не очень нравился его стиль. Да и стиль моего факультета: дать пизды и лететь дальше, с довольной рожей. Ничего спортивного в этом нет, как бандитские разборки только в воздухе. А Гарри очень… Не знаю, у него нет своего стиля. Он плывёт по течению, но с мастерством, не спорю. Особенно если учесть, что он всего четыре года на метле. —А как отец попал в команду? —На втором курсе был отбор, после выпуска старост. Грегор, вообще, хотел стать Охотником, а Джеймс, как раз, Ловцом. Но, отбор всё рассудил иначе. Грег так радовался, что его взяли. —Но они ни разу не побеждали же? —Когда Грегор был капитаном – побеждали. Он хорош в спортивной тактике. Был. Последующие годы было дно у Гриффиндора. Он стал капитаном на пятом курсе. На шестом, когда ему бладжер шею сломал - на квиддиче крест. Да и, я думаю, ему голову хорошо отбило, так как он и в характере поменялся. —Какая занимательная случайность вышла…—скептически проговорила Катрина. —Про какие ты изменения? —Не знаю. Тогда был матч против Когтеврана. Но, вывести Грегора из игры, конечно, хотели все. Кубок Квиддича залог победы факультета. Само собой, Когтевран не стал бы таким радикальным способом выводить игрока, они наравне с Грифами – факультет чести. А вот наши, да. Амбиции штука полезная, но опасная. —он снова отпил чая. —А изменения… Он тупить стал. Конечно, он никогда не был как Дени, Снейп или ты, но после травмы он стал о-о-очень тормозным. Мы, само собой, на это не указывали, даже Сев. Наш друг чуть не умер, опять, и его проблемы с головой в сравнении с этим – ничто. —Как я? —с сомнением спросила Кэт. —С тобой всегда как со взрослой общались и как со взрослой требовали. Меня это бесило, так как у ребёнка должно быть детство, но стоит признать, что из-за методов воспитания Агаты ты очень умна. Да и гены, в плане интеллекта, хорошие. В совокупности мы получили мадам, которая уделывала взрослых мужиков в восемь лет. Кэт лишь пожала плечами. —Не знаю. Мне было нормально… Правда я плохо помню детство. Может поэтому я не считаю, что со мной не как с ребёнком обращались. —А не пофиг ли? Ты девчонка хорошая, а это самое главное. Я в твои годы той ещё гнидой был, да и Грегор. Все мы, по правде говоря. —он сморщил лицо, высказывая презрение к своему прошлому. —Мы были ничуть не лучше Мародёров. Но, что интересно, все ТАК изменились. Сириус – главный распиздяй-сейчас семьянин, взял под опеку своего крестника и делает всё, чтобы сделать Гарри счастливым. Кто бы мне рассказал – я бы не поверил. —Ты тоже распиздяй и семьянин в одном флаконе. —Ну я и не отрицаю. Мы с Сириусом очень похожи, если уж по-честному. Но, стоит отдать должное Сириусу, за мамку твою он был всегда горой. Один раз Джеймс бычил на Дени и Сириус ему по морде выписал, не сильно, конечно. «Не смей трогать мою сестру!» - сказал он. Семья – есть семья. Они сраться срались, но чёрт побери, друг за друга рвали глотки. Слизерин на Сириуса бычил жёстко, так как, по мнению большинства – он предатель крови. А Дени защищала, хоть и была согласна с ними. Ещё, когда его Грегор пиздил – Дени всегда отчитывала твоего отца, давала таких лещей, за то, что тот посмел тронуть её брата. —А что мама Джеймсу сделала? —Лили. Вот тебе весь ответ. Но, Дени не просто так её возненавидела, если что. У неё есть на то, её субъективные причины. Это мнение я долгое время, до гибели Лили, разделял. —Ты издевался над мамой Гарри? —Катрина недоумевала. —Хм. Я называл её «Грязнокровая сука.». Да, звучит смешно, из моих уст, но это не я придумал, а просто подхватил. Мне Эванс была симпатична, но.... Но я не люблю людей, которые из себя святош строят и пользуются чувствами других. —Ну, я тоже «святоша». Меня то вы любите. —Эванс… Не знаю, Кэт. Она сделала кое-что, чего мы с твоей мамой, по крайней мере не поняли и не приняли. Ты так не поступишь, так как с плеча рубить – это не в твоём характере. А вот Лили рубанула будь здоров… —Профессор Люпин, говорил, что она была очень доброй и светлой. К нему, по крайней мере точно. А отношение к таким как он – очень показательно. Я не знаю, что она там сделала… Тем более ты её не любишь, так что хрен его знает. —она помолчала и продолжила. —А вообще не маме её судить. Лили своего сына не бросила…—Катрина не стала скрывать обиды в голосе. —Да. Что правда, то правда. —он проглотил ком в горле и прокашлялся. —Джеймс и Лили поступили так, как не каждый поступит. Грегор и Денебола считали себя эталонами, а по факту «фи» - именно они. Но, благо, они это понимают. —Папа не особо. —брезгливо отметила Катрина. —А мама… Ей пофиг, пфф. —Ей не пофиг, Кэт. Она вообще не та, от кого следует ожидать ласки и того же, что ты получила от Грега. Катрина перевела тему. —Слизерин всегда принижали? —Принижали? —Руфус улыбнулся. —Не знаю как сейчас, но при мне нас, скорее, за изгоев школы считали. Но, в этом был плюс: наши выходки были самим собой разумеющимся. Алкашка, тёмная магия, Пожиратели смерти – лучшая пора Хога. Ещё кубок Школы стабильненько - наш. —Мне кажется первые два аспекта остались. Эх, жаль меня шляпа на Слизерин не отправила. Сейчас бы под крылом у Снейпа была.—мечтально произнесла Кэт.— Люблю МакГонагалл, но сам понимаешь. Приоритеты. —А шляпа хотела? —Нет. Она меня мигом на Гриффиндор определила. Я даже удивилась. Мне же все пророчили Слизерин. А тут я села, и она сказала: «Шепард.». А потом как заорала «ГРИФФИНДОР». У Снейпа, кстати, ахтунг тот ещё был. Я заметила.—она заулыбалась, как чеширский кот. Мужчина засмеялся. —Да он мне говорил, что ты на вид – чистая Дени… А вообще Грегор должен был на Пуффендуе учиться, но он настоял на Гриффиндоре. Мы потом смеялись с его формы анимагической. —Мол, хотели на Пуффендуй льва определить? —Это ещё что. Шляпа хотела Сева на Гриффиндор отправить. Вот с этого я выпал. —Что? —Катрина в это не поверила. —И я о том же. Но, что стоит отметить – Сев храбрый. Очень даже храбрый. Скорее всего из-за этого шляпа его на Гриффиндор и хотела распределить. Вроде, он настоял на Слизерине. —Почему? —Его мама из «наших». Милая была женщина. —он отхлебнул чаю. —Интересно, что её с Тобиасом свело. —Профессор сказал мне, что она, вроде, чистокровной волшебницей была, а отец магл и алкаш. Ужасное сочетание. —О, мы имели «честь» познакомиться с его отцом. —не без ненависти в голосе начал Руфус. —Кроме Грегора никто и не знал о том, в какой жопе Снейп живёт. То, что у них безденежье, конечно, видно было, но не то, что Тобиас пиздил и Сева и его маму. —Он их бил?! —Ага. Прямо при нас поднял руку на Сева, на вокзале. Тогда потасовка произошла между нами и его отцом, между нами и Мародёрами, которым стало смешно. Занимательное начало года. Правда я курс не помню, то ли пятый, то ли шестой. Начало седьмого – не помню. Мы нажрались в честь начала последнего года, а как в школу я попал – не помню. Конечно, Катрина всегда была рада узнать получше профессора, но, от этой истории стало не по себе. Пьющий отец, издевки в школе, один раз вообще чуть не убили – просто какой-то снежный ком и нигде не было того райского уголка, где человек всегда будет чувствовать себя в безопасности. Катрина сейчас ломается под такими, на фоне того, при каких обстоятельствах рос Снейп, незначительными вещами. Ей всё хотелось верить, что Снейп ведёт двойную жизнь: большую часть года здесь, в школе, а остальное время с какой-нибудь рыжей девушкой отжигает на морях. Или не на морях. Глупая мысль, но, должно же быть у каждого хоть какое-то счастье в жизни. Да, она сильно расстроится, если узнает про то, что у Снейпа есть женщина. Но, это будет от гормонального всплеска, а не здравого рассуждения. Сейчас их отношения – штука презабавная. То одно, то другое, но в целом – не так плохо, как могло бы быть. Он не перестал её донимать, и разочарованные взгляды, от который у неё мурашки по спине бегают – Снейп бросает только так. Катрина стала чаще вспоминать боггарта и от этого становилось страшнее и страшнее. Она действительно боялась, что он выскажет своё недовольство ею, что, упаси Мерлин, он возненавидит её. Её мысли прервала ещё одна неожиданная новость. Профессор Снейп шёл вместе с Каркаровым, очевидно из Хогсмида. В последние пару месяцев Каркаров не отлипает от её профессора. И удивил её не факт нахождения директора Дурмстранга и Снейпа вместе, а факт того, что Снейп шёл и курил. —Он курит? С каких пор? —Я не знаю… —Руфус вскочил с места и подбежал к профессору. —Мне надо у него кое-что спросить! Пять минут! Девушка кивнула. На компанию разговаривающих мужчин она не смотрела, устремив взгляд в небо. С каждым днём ей становилось всё сложнее НЕ думать о Снейпе. Конечно же, этому поспособствовал факт того, что он, как ей рассказали, носился по школе и искал её, чтобы помочь. И факт того, что когда профессор обнаружил её живой, он обнял её. Кэт вспоминала это постоянно. Это была искренняя радость, что отметила Гермиона, которая наблюдала за той сценой. Тепло его тела, то, с какой заботой он держал её. Определённо, она бы предпочла снова пройти через тот ад, лишь бы снова оказаться в этих объятиях, которые заставили её сердце трепетать, даже в том плачевном состоянии. Он отнёс её в больничное крыло и не отходил, хотя мог бы. Даже остался после её просьбы, и не вырывал руку из её, до появления бабушки. Кстати, за руку она схватила его машинально, ею всё ещё руководил страх. Но и чувства, само собой. Да она даже хотела ему признаться, благо, голова слабенько, но работала. Катрина опустила голову и посмотрела на него. Да, он ведёт себя странно. Даже не беря во внимание его придирки, его поведение было не таким, как обычно. Он только выкурил сигарету и сейчас принялся за другую. Каркаров и Руфус что-то обсуждали, очень бурно, но не громко, а Снейп думал о чём-то своём, но и собеседников слушал, иногда что-то говоря. Обычно профессор всегда холодный и отстранённый, но последние недели он стал задумчивым. Рон даже пошутил, что он разрабатывает план по снятию с Гриффиндора всех призовых очков. Невооружённым глазом этой перемены нельзя заметить, но Катрина то следит за каждым его вздохом, и такое заметить вполне в состоянии. Ей была крайне интересна причина, по которой у профессора, очевидно, немного едет крыша. У Кэт курящая бабушка, и она знала, что при сильном стрессе – потребление сигарет увеличивается. А при стрессе всегда едет крыша, ей ли не знать. Руфус вернулся к ней и спросил. —Кэт, вы там оборотное не варите? —он плюхнулся на лавку. —Что? —она не обратила на вопрос крёстного никакого внимания, и смотрела на Снейпа. Который тоже смотрел на неё, до того, пока не пошёл прямо в школу. От этого взгляда её сердце пропустило удар. —Вы там оборотное не варите? —усмехаясь, глядя на Кэт, снова спросил Руфус. —Нет. Я точно нет. А что? —пришла в себя Катрина, слегка мотнув головой. —Сева обкрадывают. Он свято верит, что это Гарри. —усмехнулся Руфус. —Ну да, Гарри рассказывал. О чём вы разговаривали? —Что-то нечистое наш враг замышляет. —Руфус сделал паузу. —В общем, метка на руках Каркарова и Сева начала подавать знаки, что говорит о том, что Волан-де-Морт возвращает себе мощь. —Погоди. Он вернулся? Уже?! —Не думаю. Денебола считает, что он, как только вернётся, захочет поквитаться со своими приспешниками. Почему не искали его, и так далее. Именно с теми, кто не в Азкабане, как Лестрейнджи и Крауч. —он помолчал, а затем понял, что сказал. —Ой. —Крауч? В смысле? —Его сын. Ладно. —сдался Руфус под взглядом Катрины. —Ты с Невиллом общаешься же? —Да, ты и сам знаешь. Я ему, как могу, на зельях помогаю. А что? —И ты знаешь, что он живёт с бабушкой? —Катрина кивнула. —Его родители… Ох, они были потрясающими волшебниками. Фрэнк один из лучших авроров из всех, что я знаю, а Алиса очень хорошая девушка, правда. Когда Гарри отбил лбом Аваду, несколько пожирателей отправились в дом Долгопупсов и замучили супругов с помощью Круцио. Супруги Лестрейнджи, Беллатриса и Родольфус, его брат Рабастан и Барти Крауч младший. Думали, что те, что-то с Реддлом сделали. Они… они уже никогда не оправятся, Кэт. По крайней мере, я узнавал пол года назад, никакого прогресса в лечении нет. —Боже… Бедный Невилл. Это…—Катрина не находила слов. —Грюм зная об этом, демонстрировал Круцио при нём?! Он же знал! —Грюм, вполне себе, мог сойти с ума и потерять границы. Он… Он безжалостный. Да, так лучше всего будет сказать. —Ты же знаешь, что Крауч пропал? —Да. Джейкоба твоя мать запрягла его искать. Ей история с Винки не понравилась. Что она задумала – не знаю. —Мама решила от себя работать? Не полагаясь на Дамблдора? —Она ему не доверяет. —тихо ответил Руфус. —Денебола – стратег, как и Дамблдор. И она считает, что директор ведёт свою игру, которая ничего хорошего не сулит НАМ. Думаю, тебя стоит в это немного посвятить. Мы играем по его правилам, при этом, придумывая свои, да так, чтобы он не пронюхал. А он не знает об этом. —С каких пор вы слушаетесь маму? —не понимала Катрина. —Всегда. —усмехнулся Руфус. —Мы всегда её слушали. Нехотя, но, тягаться с умом твоей матери – дохлый номер. Как ты успела заметить, она даже Снейпа способна задавить в словесной перепалке. Орион её выдрессировал, ещё как. —Да. Заметила. —без эмоционально ответила девушка. Ей не нравилась сложившаяся ситуация. Круч старший пропал, его сын Пожиратель смерти и обитает в Азкабане, Волан-де-Морт что-то затеял (и у неё есть верная версия, сути которой она не понимает), а её мать меряется херами с Дамблдором. Если Денеболу заинтересовал Крауч, значит, она что-то про него вынюхала, не иначе. Дело пахло керосином. —Пошли в школу. Я поговорю с Гарри. —О чем? —Обо всём. Руфус, дело принимает хреновый оборот. Мама что-то знает. —уверенно заявила девушка. —В плане? —Она что-то знает про Крауча, раз обеспокоена из-за его исчезновения, а Крауч – судья, который и убедил Дамблдора в том, что Гарри обязан участвовать. Что если… Не знаю, но, мне не нравится сложившаяся ситуация. —Катрина ринулась с места в школу.

***

На счастье, или же несчастье, как на это посмотреть, Гарри сидел один в гостиной у камина. Их любимое место. Она не знала, как начать этот разговор. Кэт было безумно стыдно перед другом, за такое долгое молчание и утаивание правды. А ведь, в больничном крыле, в конце того года, она пообещала себе, что никогда не будет скрывать нечто особой важности от друзей. А уж от Гарри, и такое… Что ж, она знала, что рано или поздно он узнает, и, в данном случае, чем раньше – тем лучше. Она давно уже хочет ему открыться, ведь Гарри первый, кто должен был знать о её снах. Он же в них фигурирует. Но духу ей не хватало, да и фактов тоже. Вот будет то-то, но когда, где, как и зачем – не ясно. —Гарри? —неуверенно позвала друга Катрина. Парень обернулся. —Кэт! Вы уже закончили? Как успехи? Катрина подошла к дивану и села. —Я уже лучше контролирую себя. Пока что, одна не рискну обращаться, но и без Руфуса рядом справляюсь. А ты что… —Пытаюсь найти способ пройти испытание. Гермиона сильно устала, она сейчас отдыхает. —он приподнял фолиант из запретной секции. —Хорошо. Значит поговорим наедине без неё. Она и так уже в курсе. —В курсе чего? — настороженно спросил Гарри. —Гарри… Ты же, помнишь, что мой дар очень редок? —Конечно. —Из-за этого, мои способности… иногда неконтролируемы и не ясны. В ту ночь, когда произошла атака Пожирателей смерти на чемпионате мне приснился сон определённого содержания. —она заламывала пальцы на руках и без конца трогала волосы. — В этом сне я увидела, как Хвост убивает Седрика. —глаза Гарри округлились от удивления и ужаса. Он попытался было что-то спросить, но Катрина не дала. —Дослушай! Я видела не только Седрика, но и тебя. Видение, или что это, шло отрывками, из которых я поняла, что вы оба попадёте на какое-то кладбище, где Седрик умрёт, а ты будешь сражать с живым и здравствующим Тёмным лордом. —Ты рассказала об этом отцу, Руфусу или Снейпу?! —он вскочил с места.—Дамблдору?! —Да. В тот же день Снейп приехал к нам домой, чтобы расспросить меня. Он сразу сказал, что мои сны нельзя списывать на обычные кошмары. И это не всё… Я не контролирую эту хрень, совсем. Я пыталась «проникнуть» в это, собственное, воспоминание, но… безуспешно. Мне это снилось ещё пару раз и ничего толкового это не дало. Я, вроде как, вижу приближающуюся смерть людей. Такой дар имеет место быть у Сновидцев. Гарри долго молчал прежде чем спросить. —Подожди, так ты знала, что я буду участвовать в Турнире? —он был дьявольски спокоен, но Катрина знала, что если Гарри спокоен, так ещё и губы поджимает – это значит он зол. —Что моё имя бросят в Кубок огня?! —Я…—она набрала полные лёгкие воздуха и громко выдохнула. —Гарри, я была в шоке… Пойми, я не видела целостной картины. Мой сон всерьёз восприняли пару человек и то, никто, само собой не понимал в чём дело. Все, в том числе и я, убедились лишь на отборе участников. Руфус добивался того, чтобы тебя не допускали до участия, но… Дамблдор ничего не предпримет до третьего этапа. Он быстро закивал головой, покусывая губы. —Нападение на нас… Это взаимосвязано? —Да. Тёмный лорд обо мне знает. Ему кто-то доложил о моём сне. —немного помолчав она дополнила. —Гарри, на мою семью напали, чтобы сделать меня Сновидцем. Он знает про меня, так что он сразу поверил в это. —она не рассказывала друзьям правды о той ночи. Принять действительность было тяжело, даже ей самой. Она прекрасно понимала, как чувствовал себя друг сейчас. —Что… —Он, откуда то, выяснил, каким образом «распределяется» этот дар. Мне не повезло быть чистокровной волшебницей родившейся как раз в «удобное» время. Меня бы, как сиротку, забрала к себе родственница моей мамы. Его ближайшая сторонница. И я бы, была выращена Пожирательницей с опасным даром. —Он знает? —Да. Это значит, что тот, кто кинул твоё имя – знает всё и про меня. И я, из приятного приобретения – превратилась в угрозу. Тебя… Тебя, вроде как, не должны были убивать. Не сразу. А меня на месте прибить. —Гарри не знал всех подробностей. Сириус настоял на этом. Гарри всё ещё злился, но продолжил расспрашивать. —А Дамблдор? —Он до третьего этапа ничего делать не собирается, я же уже сказала. Вроде… Ты, вроде как, погибнешь, если не выполнишь условия Турнира. Это распространяется на всех участников, а ты под вопросом, поэтому тебя и выпустили участвовать. Чтобы не рисковать. Но, несмотря на это, существует риск другого рода. —Ладно они, но ты то? Почему ты ничего не предприняла?! —он сорвался на крик. —Кэт, я сейчас… —Я… Гарри, я даже не понимаю, как вы, блять, окажетесь там! Не понимаю! И Гермиона, Снейп, моя мама… То, что третий этап будет на территории школы – факт. Как вы окажетесь на кладбище, вдвоем – вопрос на миллион долларов! Я хочу саботировать третий этап. —А если… если я не буду участвовать, ничего ведь не случится, верно? И Седрик будет жить и… Не знаю… Что вообще тут можно сделать?!—Гарри начал ходить из стороны в сторону, хватаясь за голову. —Не знаю… Пойми же, я не понимаю, что конкретно происходит там. —Катрина начала объяснять подробнее. —Сначала я вижу тебя, Седрика и Кубок турнира, на кладбище. —Гарри кивнул, давая понять, что внимательно слушает подругу. —Затем, Хвост убивает Седрика, по приказу Волан-де-Морта. Дальше пропуск и уже я вижу как Реддл расхаживает уже в добром здравии, а вокруг него его сторонники. Там были Малфой и Макнейр, они единственные кого я узнала. А дальше… вообще каша. Отрывками твоя битва с ним, а что потом… я не знаю. —И ты не знаешь выживу ли? —она кивнула. —И никто ничего с этим не делает? Почему?! —Моя мама занимается вопросом твоего спасения. Я попросила её помочь. Руфус здесь для нашей охраны. Снейп ищет информацию с помощью которой я бы… не знаю… смогла это разобрать. Прошу, прости, но я не могла что-либо утверждать, а сейчас запахло жаренным! Гарри… Я не находила в себе силы, да и… Я не понимаю толком, что могу сделать… —Для начала ты могла бы не скрывать этого! Мне надоели эти вечные тайны, ты же сама это знаешь! Дамблдор не отвечает толком на мои вопросы, Сириус вечно пропадает невесть где, теперь и ты не поставила меня в известность о том, что меня, оказывается, ждёт битва с Волан-де-Мортом! Один на один! И Седрик… —Гарри, я…—она еле подбирала слова. — Я просто прошу твоего понимания. Я не знаю, как разобраться в этом, как это контролировать! Осознание того, что ты станешь участником не пришло ко мне с бухты Барахты! —Всё просто! Я не буду участвовать! —уверенно заявил он. —Так нельзя! —ДА ПОЧЕМУ?! Кэт никогда не видела его настолько злым. Даже когда он узнал «правду» про Сириуса. Он был вправе злиться, но Катрина еле находила ответы на его вопросы. —Заключён магический контракт, Гарри. Его нельзя разорвать и на кону твоя жизнь. Честно тебе скажу: неизвестно распространяется ли он на тебя, но… Ты считаешься участником, а это весомый аргумент в пользу существования и твоего контракта. Он немного под успокоился. —Ясно. —Гарри сел обратно на диван. —Значит, на третьем этапе? —Я так думаю. Гарри, правда, я клянусь, я не знаю подробностей. Только в общих чертах. Прости меня, пожалуйста, если сможешь. —девушка присела рядом. —Гарри, я… Я знаю, как ты ненавидишь тайны и недомолвки. Но я не хотела тебе говорить по множеству веских причин. А разбрасываться неясными сведениями – это глупо. —И что это за причины? —Как банальный пример - ты всегда найдёшь приключений на жопу, а зная о том, что тебе уготовлено ты несознательно нырнёшь в это с головой. Сколько раз это проходили… И твои сны, когда у тебя шрам начинает болеть – мне кажется это взаимосвязано. Он набирает мощь, а Дамблдор говорил, что между вами связь, и ты это чувствуешь. —Набирает мощь? —Руфус разговаривал с Каркаровым. Его метка на руке подаёт странную активность, которой не было все годы, после исчезновения Тёмного лорда. И это значит, что он набирает силы или же готовит что-то… К тому же нападение на нас – это его рук дело, не в буквальном смысле, конечно. —Почему Каркаров разговаривал с твоим крёстным? —Он боится. —соврала Катрина. —Руфус сказал мне, что Каркаров сдал Пожирателей, а ты и сам знаешь, что делают с предателями. Ещё, ты же знаешь, что Крауч пропал, а моя мама решила вести отдельные дела от Дамблдора и дала Джейку указание его искать. И Руфус рассказал мне, что сын Крауча – Пожиратель смерти. Я предполагаю, что Крауч пропал не просто так, а через Тёмного лорда хочет вернуть сына из Азкабана. Он имел доступ к Кубку огня и мог незаметно привести его в негодность и кинуть твоё имя и остаться вне подозрений. —То есть на Снейпа ты не думаешь, а Крауч сразу в списке подозреваемых? —ещё в тот день, когда имя Гарри выпало из кубка, само собой начали перебирать всевозможных виновников случившегося. Конечно же, в списке подозреваемых мелькал и Снейп, как главный подозреваемый, уже после Каркарова, про которого ребята знают, что он Пожиратель смерти. Катрине было страшно представить, что начнётся, когда правда всплывёт наружу. —Снейп, будь он при делах, не стал бы носиться по школе и мешать убийце прибить меня. Ведь это воля Волан-де-Морта. И про Крауча просто предположение – не более того, но его странное исчезновение, история с сыном, твоё участие и похождения по школе ночью будучи незамеченным – вяжутся в целостную картину. У нас только парочка предположений: Каркаров, Снейп, по-вашему с Роном мнению и, по моей – Крауч. —Это ничего не даст… —Если прижать виновника к стенке – это обезопасит тебя. Я так, по крайней мере, рассчитываю. Вот тот, кто это сделал во всеуслышание признаётся в подобного рода подставе и тебя не допускают до Турнира, чтобы… Ну а с какой целью это всё – вопрос главный. —Чтобы убить меня. —ответил Гарри. —Он попытался убить меня, когда мы спасали философский камень, попытался убить в Тайной комнате и вот, на Рождество. —Слишком… мудрёно. Даже на Рождество, как я уже говорила, тебя не сразу убить хотели. —Гарри молчал и Катрина решила, что его стоит оставить один на один с самим собой. —Я пойду, потом, если захочешь, поговорим. Обида Гарри была неприятна, но ожидаема. Он разговаривал с ней, но нехотя. Конечно, ему, как и ей пол года назад, нужно время обдумать и унять бурю мыслей от, пускай, и небольшого количества сведений. Гермиона поддержала решение Кэт рассказать обо всём Гарри, но теорию на счёт Крауча – нет. Ей казалось, что такой человек как он никогда не станет поддерживать Тёмного лорда, он это ясно показал на чемпионате. Кэт, конечно сказала ей, что это всего лишь её предположение, но всё же свято начала верить в виновности судьи. Девушке не понадобилось много времени, чтобы найти способ если уж не помириться с Гарри окончательно, так немного встряхнуть его, потому что он стал ходить темнее тучи. Руфус с удовольствием согласился тренировать Поттера, да и Гарри с нескрываемым оптимизмом встретил эту затею. Теперь любопытствующий народ глядел не только на скачущую от огненных шаров Руфуса Кэт, но и на Гарри (конечно, с большим оптимизмом и заинтересованностью). Старшекурсницы и так с огромны удовольствием наблюдали за ними, из-за Руфуса, само собой. Руфус – красивый мужчина, с харизмой и, с недавних пор, с боевым ранением через всё лицо, которое ничего не портило. Кэт не то, чтобы, это раздражало. Зависело от того, чем они занимаются. Если защитные чары, то их трёп, визг и писк – сильно отвлекал, но Руфус отказывался прогонять зрительниц, обосновывая это тем, что во время сражений ты не всегда находишься один на один с соперником. Их может быть много, или же местность шумная, а поблажек никто не даст. Время на полную сосредоточенность никто не даст, соответственно нужно уметь подстраиваться под ситуацию в бою сразу и без задержек. Спорить никто не стал, разумеется. За день до второго этапа турнира, Гарри заместо того, чтобы искать способ прохождения испытаний – решил заниматься вместе с Катриной. —Мы всё перерыли, сама знаешь. —объяснял друг во время перерыва. —Если уж Гермиона ничего не нашла, то и смысла продолжать сейчас нет. Лучше полезным делом займусь. —Прошу прощения за вторжение, но вот тебе совет: забей. —предложил Руфус. —У тебя всегда всё выходит само собой – пользуйся данным преимуществом. —Что? —спросили Гарри и Кэт в один голос. —Удача тебе благоволит по жизни, на турнире тоже. Решение придёт само собой, или же, ты просто выживешь. Как по мне, идеальная концепция в твоей ситуации. —Я бы хотел победить, Руфус. Мужчина в ответ усмехнулся. —Вот это амбиции! Шансы есть, но, тебе в первую очередь стоит быть предельно аккуратным. Кто знает, что враг может выкинуть – нападение на вас лишь начало. —Победить… Хм, при Снейпе этого не говори. —поправляя волосы пошутила Кэт. —А ты то сам не знаешь как под водой выжить больше, чем за минуту? —она обратилась к Руфусу. —Знал бы – сказал бы. Могла бы у матери спросить, она, мне кажется, знает как выжить и на суше и в воде и под землёй и везде, короче. —Да, она же согласится! —саркастично отметила Кэт. —Она же Денебола-светлая душа! Гарри улыбнулся а Руфус начал, как обычно, ржать. —Да ладно. —отозвался Гарри. —Буду… импровизировать. —Ну, есть ещё вариант, в лице… того же Снейпа. Но! Я к нему ни ногой! Вчера, случайно, по пьяной дудке ему шкаф расхуячил. —Какой тонкий намёк. —смеясь сказала Катрина. —Меня пошлют туда, куда тебя вместе с этим шкафом. —А какие у вас варианты ещё есть? Я не знаю, что творится в голове у Сева, но ты Кэт – единственная, кто, хотя бы, может поговорить с ним. На счёт Гарри он даже с Грегом не разговаривает, а с тобой, хоть и на повышенных тонах, но говорит. —Ммм, лепота. А я хотела отца попросить. —раздосадовано проговорила девушка. —Ладно. Потом разберёмся. После тренировки друзья вернулись в гостиную, где была Гермиона, она делала домашние задания, и Рон, который пытался выучить параграф по истории магии. Пока Катрина переодевалась, чтобы пойти на занятия к Снейпу, Гарри рассказал друзьям об идее Руфуса. Когда Кэт присоединилась к ним, у неё было пол часа свободного времени, друзья высказали свои точки зрения. —Ну, он тебя, по крайней мере точно не убьёт. —утешил подругу Рон. —Наверное. —Рон! —вспылила Гермиона. —Это неплохой вариант, учитывая, что Снейп относится к тебе лучше, чем к любому… из всех в школе. —Катрина вскинула вопросительно бровь. —Даже не смотря на обстоятельства последних месяцев – ты исключительна во взаимоотношениях с профессором. Даже Руфус это отметил, а он знает Снейпа лучше нас. —Если не хочешь – не спрашивай. —предложил Гарри. —Ага. И пустить тебя в озеро – плыви сосиска и не захлебнись, испытание пройди и Волан-де-морта замочи. Я-то не против спросить, но, блин… Он тебя терпеть не может и так, а с мыслишкой о том, что ты пиздишь ингредиенты для оборотного – эта затея тухлая. —Да откуда у него такая уверенность? —возмутился Рон. —Почему сразу Гарри? Может это кто-то со Слизерина. —Руфус проболтался, что я на втором курсе варила оборотное. Снейп меня ни о чём не спрашивал, но он определённо догадался кто мог спиздить у него парочку ингредиентов. —Гермиона покраснела после слов подруги. —А почему не ты? —Я дочь Грегора Шепарда. —Кэт развела руками. —Иммунитет. А на счёт Гарри… Надо аккуратнее ночные вылазки устраивать: то в запретной секции светильник ёбнет, то яйца с картами теряет. Гарри нервно усмехнулся. —Да с картой хреново вышло. Если бы не Грюм, то Снейп понял бы, что это я. Он меня уже ловил с Картой. —Пфф, будто он не догадался. Кто ещё мог незаметно для всех бродить по школе ночью с Золотым яйцом и знакомым профессору пергаментом? —саркастично спросила Кэт. —Я могла бы прочитать мысли других участников, но, я слабо представляю ситуацию, когда могла бы находиться в паре шагов от них, так ещё минут на пять задержаться. Может только если Гарри удержит Седрика. —Это нечестно! —вскрикнула Гермиона. —Гарри должен сам найти способ пройти испытание и воровать методы других участников подобным образом – это низость! Да и неужели ты думаешь, что если Гарри, пройдёт испытание, как, допустим, Виктор – Дамблдор не догадается, что ты могла добыть эту информацию? —Ага, я же «честно» участвую! —Ну… Всё равно – это нечестно и рискованно, потому что все твои труды – могут пройти зря, из-за того, что другие могут догадаться, что Катрина добыла информацию подобным образом. Дамблдор или тот же Снейп – точно догадаются, и из-за этого у Кэт буду проблемы. —Ага. Каркаров же не снизит баллы просто так, как на первом испытании. —припомнил поступок директора Дурмстранга Рон. —А Дамблдору, мне кажется, всё равно как и что делает Гарри на турнире. Живой и на том спасибо. —Будто мне не всё равно на эти «проблемы». В правилах нигде не сказано, что Сновидец не может помогать одному из участников. —сказала Кэт. —И… В гостиную вошла профессор МакГонагалл. —О, отлично вы все здесь. Мисс Грейнджер, мисс Шепард – можно вас на разговор? —подруги переглянулись и кивнули. Гермиона положила книжку на диван, и они вместе с Катриной подошли к декану. —То, что я вам сейчас расскажу – строжайший секрет! Я, полагаю, и Вы, мисс Шепард посвящены в суть завтрашнего испытания? —Да, мэм. —Отлично. Для того, чтобы Чемпион проходил испытание мы должны погрузить в озеро родственника или же близкого человека для участника испытания. Я знаю, что вы обе имеете определённого рода отношения с двумя чемпионами. —Катрина нервно усмехнулась, а Гермиона снова залилась краской. —Можете не беспокоиться, на счёт собственной безопасности. Все необходимые манипуляции проведёт сам профессор Дамблдор и в случае неудачи вашего чемпиона – судьи и преподаватели вытащат вас на сушу. Если вы обе не против принять в этом участие, то вам следует пройти за мной прямо сейчас, чтобы вас подготовили к испытанию. Катрина, само собой, была не против, но тогда Гарри останется без маломальского шанса на возможность победить в этом испытании. —Профессор МакГонагалл, мне надо поговорить с профессором Снейпом. Небольшая задержка не смертельна? —Боюсь, мисс Шепард, вы пригодитесь именно сейчас. Приготовления не ждут отлагательств. —Чёрт! — потом Катрине пришла идея. —О, тогда пригласите Рона. Он, я уверена полетит вместе с Вами! Он же очень хотел участвовать в турнире, а это прекрасная возможность! А Гарри не обидится, я уверенна. —Хорошо, мисс Шепард. —профессор обошла девушек. —Мистер Уизли, можно Вас? —Кэт, а что если Снейп ничего не даст? —Тогда меня и Гарри ждёт занимательная ночка среди книжек, от которых толку, —Гермиона грозно посмотрела на Кэт. —В данном конкретном случае – ноль. Останется мама. —Почему ты сразу у неё не спросила? —возмущённо поинтересовалась Гермиона. —Катрина, Гарри бы… —Гермиона, я не хочу показаться маме неспособной девчонкой! Она требовательнее моей бабушки! А это… В общем это непосильная для меня задача – выезжать за счёт требований их обеих. Я и так дрочу домашку, потому что мне мозги компостируют, а не из-за личных пожеланий. Ладно. Я к Снейпу, а то вдруг ему сказали, что я в озеро залечу. — Кэт не стала слушать ответ подруги, на её небольшую речь об обязательствах. Страх разочаровать маму поселился после одного из писем матери. В нём она выражала надежду, что Кэт способна и учёбу затащить и поднять дуэльные навыки. Перевод таких просьб один – «Ты должна!». Она, сколько себя помнит, должна быть лучшей во всём. Отец и Руфус защищают её как могут: первый не позволяет грузить дочь, а второй выступает за то, чтобы Катрина уже сама решала, что и как лучше для неё. В школе Кэт чувствует себя лучше всего – про обязанности она слышит, разве что от МакГонагалл, и то, это распространяется на каждого студента, а на её магические способности смотрят лишь преподаватели. Она не жалуется, особо. Бросать вызовы самой себе – это ей по нраву. Вытянуть учёбу – дополнительный плюсик к самооценке. А навык дуэли – это уже действительно острая необходимость. Быть помехой Тёмному лорду равносильно сидеть в клетке с бешеными тиграми. Если имеется автомат – ты выживешь. В данной ситуации этот автомат – её собственная магия. Они с Руфусом обсуждали возможность использования дара Кэт в полевых испытаниях, но номер дохлый. Пока она не научится контролировать свои способности – использование их в битве не грозит ничем плохим противнику, только лишь самой девушке. Катрина быстро добежала до подземелий и постучалась в столь заветную дверь. Резко девушка начала нервничать и поправлять постоянно волосы. Дверь резко распахнулась, чуть не прибив Кэт, и на неё смотрел Снейп, не скрывая своего недоумения. —Катрина? Тебя разве не забрали на подготовку… —Мне надо с Вами поговорить, а на испытание будет готовиться Рональд! —перебив профессора затараторила Кэт. —Ну и позаниматься важнее, чем протусить на дне озера. —Проходи. —Снейп немного отошёл, чтобы девушка смогла пройти внутрь. —И о чём же ты хочешь поговорить? Катрина уселась на уже привычное место и начала. Из-за серьёзности сложившейся ситуации она смогла говорить без заиканий. —Ладно, не буду ходить вокруг, да около. Профессор, Вы знаете способ, с помощью которого Гарри сможет, хотя бы, пройти испытание? Ну, чтобы не сдохнуть… Профессор усмехнулся и подошёл поближе к Кэт. Это была та самая издевательская усмешка, которая не сулила ничего хорошего. —С чего бы я стану помогать… Поттеру? —он, очевидно, хотел как-то иначе обозначить Гарри. —Не знаю. —честно ответила Катрина. —Но спросить больше некого. Не маму, же, прости Господи. Катрина ожидала, что сейчас Снейп как-то кольнёт её за глупую надежду, возможно скудоумие, начнёт над Гарри потешаться за его неспособность самому найти способ для прохождения испытания, но вместо этого он лишь спросил. —Так почему ты отказалась быть «утопленником»? —он склонил на бок голову в вопросительном жесте. —Чтобы с Вами поговорить, да и… Какая разница я или Рон? Рон то горел желанием участвовать в Турнире, и тут такая возможность…—после вопроса профессора, Катрину снова накатила волна волнения. Она и так, в последние недели, начала заикаться, когда находилась с профессором тет-а-тет. Всё из-за снов, где она с любимым то за ручку гуляет, то целуется, то детей воспитывает. Сны с её очень глупыми и наивными мечтами: кто ей может запретить помечтать о том, что могло бы быть будь она старше, красивее, умнее и вообще будь абсолютно всё по-другому, кроме самого Снейпа? Он подошёл ещё ближе, от чего сердце Катрины начало ещё быстрее биться, отдаваясь стуком в ушах. —Твой дружок имеет наглость воровать мои…— она просто молилась, лишь бы он не слышал этого биения. —Он этого не делает! Профессор, он, блин, не сможет сварить оборотное! —мысли путались и она приводила в качестве аргументов всё, что только приходило в голову. —Вы же сами видите его «успехи» в зельях! —В ночь, когда я обнаружил кражу Поттер бродил по школе. Думаю, тебе и без меня известно, что он потерял свои карту и Золотое яйцо. —он скрестил руки на груди. —Интересное совпадение, не находишь? —Да, он ходил по школе, но… —Не надо придумывать отмазок. —прошипел профессор. —Да не отмазка это! —вспылила девушка. — Он в ванне старост погружался с яйцом, чтобы узнать, где второй этап будет проходить! А у вас в кабинете был Крауч! —Снейп скептически поднял бровь. —Звучит как бред, но это показала карта. А яйцо… Он не умеет незаметно проходить где бы то ни было… Профессор долго молчал прежде чем сделал неожиданное предложение. —Расскажи про карту, тогда, может, я расскажу тебе о способе пройти испытание. —Вы, разве, в Хижине не слышали? —целесообразнее было бы спросить профессора о правдивости его слов, но возможность Катрины целесообразно размышлять пропадает каждый раз, когда входит в этот кабинет. Да и что она теряет? Карты ему не видать, как ей взаимности с его стороны. В ответ профессор закатил глаза. — Я бы тебя об этом не спрашивал. —А, логично. Да рассказывать нечего: создали Карту отец Гарри, Сириус, профессор Люпин и… —она скривилась—Вы поняли, кто четвёртый. На карте показаны весь замок, ходы-выходы, окрестности Хогвартса. В общем, всё. И обитатели. —И ты сейчас утверждаешь, что на карте Поттер увидел Крауча? —Именно. Здесь у Вас. И после этого, Вы сообщили о краже Филчу. —немного помявшись она дополнила. —Я и сама слабо верю, что мистер Крауч мог пробраться в замок и незаметно для всех украсть у Вас ингредиенты, но… Карта не врёт… Профессор почесал подбородок. —Интересно… Картинка, конечно, складная. Но я прекрасно знаю, что лгунья ты хорошая. —Я защищала Сириуса! —оскорблённо ответила девушка. —Сейчас мне нет резона защищать Гарри, если это действительно он бы крал. Ему Поцелуй дементора с Азкабаном не грозят! —Ага, а вся школа обсуждает «отсутствие» этих мотивов. —скептично проговорил он. —Буду иметь ввиду, о личности неизвестного мне воришки. Он ей, конечно же, не поверил. Катрина даже уточнять ничего не стала. Чтобы Снейп поверил в невиновность Гарри нужно поймать этого самого воришку, и то, доказать потом, что Гарри не при делах. Девушка поникла, опустила голову и стала ожидать, когда начнётся их обыденное занятие. В голове начали мелькать варианты, как ещё добыть необходимые сведение, как вдруг, прохладные пальцы оказались у неё перед глазами и убрали небольшую прядку за ухо, задевая лоб. Это было до дрожи в коленках приятное прикосновение. Когда до мозга Катрины дошло, КТО это сделал, она в мгновение ока покраснела, как, возможно, никогда. —П-профессор? —она не смотрела на него и после этого вопроса он поднял её лицо за подбородок. Девушка даже перестала дышать на несколько секунд, от того, насколько этот жест был… нежен. —И чего ты поникла? —она давно не видела его таким внимательным по отношению к ней. Примерно с конца октября, как раз после пощёчины. Собравшись с мыслями Кэт ответила. —Вы… Вы мне не поверили, сэр. Но я не лгала… —Неужели моё мнение настолько важно для тебя? —в его голосе слышалось неверие. —Очень…—тихо, но так, чтобы профессор услышал ответила девушка. —Я тебе верю, Mi Ardilla. —Катрина заметно расслабилась и слабо улыбнулась. Было интересно, что значит это «Mi Ardilla», но почему-то ей казалось, что это нечто особенное. —Я не верю твоему дружку. Ты очень легковерна и запутать тебя не составит особой трудности, тем, кому ты беспрекословно доверяешь. Он отошёл к полке с различными зельями, вернулся и вручил уже привычное зелье. Катрина сразу же выпила его и стал ожидать когда ей повяжут руки. На кистях уже остались следы, которые даже настойки и мази не выводят, и Катрине нужно привыкать к мысли, что следы останутся навсегда. Непонятно почему, но в этот раз её разморило сильнее обычного. Она даже не почувствовала, как профессор связал её. —Ты меня слышишь? —Угу. —только и смогла вымолвить Катрина. —Это новый состав, поэтому эффект более быстрый. Пока не сможем пробраться к твоим видениям мне придётся их менять. Времени мало, а выяснить подробности необходимо. —Угу. И она уснула, очень резко. «Первое что увидела Кэт – был склеп. Девушка отпрыгнула подальше, испугавшись от столь неожиданной картины. Она начала озираться по сторонам и поняла, что находится на кладбище. На тёмном, мрачном, заброшенном кладбище. Такая перспектива мало радовала. Не зная, что ей делать, Катрина прошла вперёд и оказалась на небольшой поляне, окружённая одними сплошными крестами и надгробиями. Так как ничего примечательного не происходило, она решила осмотреть надгробия. Ничего знакомого она не увидела, кое-где и не было опознавательных знаков, пока не дошла до, относительно, свежего захоронения (на надгробиях были вполне ясно написанные имена), где было написано знакомое имя: Том Реддл (1905г.-1943г.). Рядом с ним было ещё под два надгробия с данной фамилией и той же датой смерти. —Реддл? —промолвила девушка. —Это не может быть простым совпадением. Катрина прошла поодаль, пока возле неё, откуда ни возьмись не появились два парня. От неожиданности, она даже подпрыгнула. Посмотрев внимательнее на «гостей», она поняла, что это Гарри и Седрик. —Гарри! —позвала Катрина друга. —ГАРРИ! Но Гарри никак не реагировал. Они её не видели, а лишь озирались по сторонам, как и она до этого. Катрина приметила кубок у их ног. —Получилось! —она стала оглядываться по сторонам, игнорируя мальчиков, ища глазами Петтигрю, которые не заставил себя ждать. Откуда он вышел было не понятно, очень темно. Он шёл в каком-то балахоне, неся на руках, что-то наподобие младенца. Только у младенца был до тошноты мерзкий, злой голос, отдавший команду. —Убей мальчишку! Хвосту не надо было повторять дважды. Кэт отвернулась, чтобы не увидеть снова, эту разрывающую душу и сердце сцену. Когда она услышала крик Гарри и развернулась, он стоял над бездыханным телом Седрика. Девушка решила, что у него шок. Впрочем, и она застыла на месте, смотря на Седрика. До этого момента у неё ни разу не предоставлялось случая увидеть его, после нападения Петтигрю. Он будто спал. Лежал и спал. Глаза закрыты, поза расслабленная: он будто просто лежал на траве прикрыв глаза. Её мысли прервал голос Волан-де-Морта. Да, этот «младенец», определённо был им. Этот голос изначально показался ей знакомым, прямо как тогда, возле зеркала «Еиналеж», когда они спасали философский камень. Что он сказал, она не расслышала, но Петтигрю с помощью заклинания связал, совершенно несопротивляющегося, Гарри. Поттер понял, что происходит, лишь когда оказался лежащим на земле. Петтигрю пошёл в глубь кладбища, таща за собой Гарри, и в этот момент, у Катрины адски разболелась голова. Эта боль была абсолютно невыносима, будто её голову сжимают в тисках. В глазах всё начало расплываться и всё происходящее начало смешиваться: какие-то искры, люди, свет… Совершенно неясно, что творится: ни с ней, ни с окружением. Девушка упала на землю и пыталась взять под контроль видение: нужно узнать всё, она просто обязана досмотреть всё до конца. Но ничего не получилось. Катрину вырвали из видений.»

***

Год начался совсем не так, как Северус ожидал. Мужчине надоело, за последние лет тринадцать, наблюдать одно и то же: студенты, хвала Мерлину, отчаливают по домам, в школе наступает заветная тишина, но обыденность рано или поздно наскучивает. Прошлое Рождество было иным из-за возвращения из «мёртвых» Грегора, этот мог стать иным из-за возвращения, черти бы её драли, Денеболы. Бал уже стал определённым нововведением в обыденные Рождественские деньки, но ночное происшествие поделило жизнь на до и после. В ту ночь он так и не уснул. Сначала Снейп всеми силами это скидывал на впечатления от действий Денеболы в сторону преступников, такого даже он не ожидал. В тот момент в его голове ярко всплыл образ Беллатрисы, которая на его глазах хладнокровно убила парочку маглов, в качестве «показательного примера». Только вот действия Беллы были милосерднее действий Дени: маглы не мучались, а умерли очень быстро. Да и, по правде говоря, они и внешне очень похожи, и данное сравнение не удивительно. Северус предполагал, что скорее всего, годы вынужденного одиночества (пускай и не полного, с кузиной то она общалась), практика тёмной магии, потеря былой красоты и инвалидность – сделали своё дело и женщина просто сошла с ума. Но она не сумасшедшая, она просто стала жестокой, беспощадной тварью. То, что она так долго пыталась в себе сдержать – вырвалось наружу, благо, она не на стороне того-кого-нельзя-называть. Но, хоть он и был под впечатлением от увиденного, всю ту оставшуюся ночь он просидел в кресле у камина, потягивая огневиски и смотрел на ленту в своей руке. Все его мысли возвращались к одной единственной персоне, как бы он не пытался выкинуть её образ из головы. Какое-то странное ощущение не покидает Снейпа последние пол года. Смотря на Катрину у него внутри всё, будто, сжимается от чувства ревности и страха, в то же время в груди появляется странное тёплое чувство... Это чувство ему было знакомо, очень даже знакомо. Он такое ощущал при виде Лили. Каждый грёбаный раз, вплоть до их ссоры. После ссоры осталось лишь чувство потери. И да, он боялся потерять и Катрину, только вот этот страх был сильнее, чем когда бы то ни было. Когда это началось? Северус и сам не мог толком ответить. Обдумывая свои чувства он всегда возвращался в тот день, когда выставил себя перед ней самым настоящим ублюдком. Оскорбив Грейнджер, исключительно из-за плохого расположения духа, Снейп точно не ожидал, что Катрина начнёт отчитывать его. С таким гонором она впервые защищала кого-то. И что ему подсказала сделать его гордость? Правильно, сказать то, что первое придёт в голову, чтобы кольнуть оппонента за живое. Он же не слепец, чтобы называть её уродиной абсолютно серьёзно. Северус просто хотел, чтобы она замолчала и не нарывалась. Но она ведь Шепард, при этом дочь Грегора, а значит, что гордости там хватит на весь львиный факультет. Ещё девчушка привыкла решать проблемы, если не словами, то кулаками – итогом стала пощёчина. Это привело его в ярость. Давно он не чувствовал себя униженным, а уж соплячкой и подавно. Только вот эта соплячка, как разозлила, так и быстро заставила его сменить гнев на милость. Легко и просто. Как и всегда. Что её прогулки ночные, когда он через силу снимал эти баллы, и то, в конечном итоге они не были вычтены, что её якшанья с Блэком, что вечные матюки на всю школу и драки с Малфоем. Он на всё закрывал глаза. Почему? Тоже вопрос хороший. Причина, скорее всего, очень банальная – она видела в нём хорошее. Северуса всегда, непроизвольно, тянуло к тем, кто не видел в нём «кошмар подземелий», «Нюниуса», «летучую мышь», в общем кто не видел в нём просто ничтожество. Сначала это была Лили, потом Грег и им на замену в его жизнь ворвалась Катрина. Не такого он ожидал, определённо. Вот уже четыре месяца, как Снейп не смотрит на неё как прежде. Сначала он всё сваливал на эту неcчастную пощёчину, после которой он не может забыть нотки её парфюма и везде начал просто по запаху узнавать её. После его начал раздражать Поттер пуще обыденного, просто потому что стоит рядом с ней. Снейпа злили собственные чувства и непонимание, а кто отдувался? Правильно – единственная живая душа в этой школе, которая не считает его последней мразью. После нападения он окончательно осознал, что его ученица, дочь близкого друга, которая ко всему прочему младше на девятнадцать лет – ему стала небезразлична. И далеко не в невинном дружеском ключе. Северусу было противно от самого себя. После такого он ещё злится, когда добрая половина школы называет его мразью, тварью, чудовищем? Забавно. Они все как будто в шары Треллони заглядывали и предвидели данное стечение обстоятельств. Хотя, предугадай это кто-то, Снейп был бы уже мёртв, скорее всего. Денебола его бы прибила на месте. И он не стал бы противиться. Это стало более явным, после того, как Северус заметил за собой, что глаз с не сводит с Катрины на уроках, дополнительных, в коридорах. Везде, где только видит её. Он долго не осознавал, что именно творится у него в душе. Привыкший к одиночеству, вечной ноющей боли, пустоте в душе, если от неё вообще что-то осталось, никак не мог понять, почему его настолько волнует Катрина Шепард. Северус ненавидел не понимать, что происходит, он привык держать любую ситуацию под контролем, или, хотя бы, давать отчёт происходящему. Но здесь Снейп завёл в тупик самого себя. Злость, отрицание, попытки «заглушить» в себе эти чувства, но всё бесполезно. Конечно дело не только, стоит признать, в её яркой внешности. Она для него как маяк, для моряка в шторм. Никто к нему не относится с такой добротой. Что бы он ни сказал, ни сделал, Катрина всегда прощала его, относилась с пониманием. Даже, абсолютно серьёзно, думала, что это её вина в нападках Снейпа и просила прощения. Милое, излишне наивное, невероятно доброе и светлое создание. Снейп хотел прекратить их занятия, чтобы ни себе, ни ей не терзать душу, но он не смог. Во-первых ей нужна помощь, смотреть как она терзается из-за этого злополучного дара Северус не может, во-вторых он без Катрины не может. Не видеть её каждую возможную секунду становится пыткой. Единственной поблажкой, которую сам себе делал Снейп – это то, что Катрина выглядит гораздо старше своего возраста. Конечно, не как женщина, но лет на пять старше, определённо. И высокая, и поведение, по большей части, соответствующее. Грегор плешь проел Северусу, пока плакался из-за опасений касательно того, что дочь пойдёт по его стопам и загуляет, найдёт на свою голову взрослого придурка, который помешается на ней, да мало ли, что может случиться из-за такого взрослого вида девочки. Что ж, кто ж знал, что этим великовозрастным придурком окажется Снейп. Вся эта ситуация напоминала ему главу из его собственной жизни. Именно ту, которую он бы предпочёл забыть, но которая волочится за ним как тень, продолжая нагнетать. Тогда он влюбился в заведомо недоступную, яркую, добрую Лили. Правда, тогда он ещё питал призрачные надежды на взаимность. Всё испортил он сам: сначала решил показаться крутым, как Джеймс и вписался в компанию к будущим Пожирателей смерти, так ещё и Грегора за собой притащил. Лили этого не одобрила, и Северус решил, что этого мало, чтобы впечатлить её. Впечатлил. То, в сердцах брошенное «грязнокровка» и глупое решение вступить в армию Волан-де-Морта испортило всё окончательно. Но глупая надежда всё теплилась, теплилась, пока Джеймс и Лили не вошли в большой зал вместе за ручку. Было противно от них, от друзей, которые сразу кинулись «поддержать». Но он не стал ничего предпринимать и просто отпустил Лили. Раз она решила, что он не тот человек, с которым она хочет продолжать свой жизненный путь, значит так тому и быть. Но, было больно, адски больно. Когда он нёсся на всех порах к Тёмному лорду доложить о пророчестве – в его «светлую» голову не пришла мысль вспомнить о том, что Лили была беременна. Он знал, что она беременна, Грегор рассказал, только не знал сроки. Вспомнил бы – промолчал. Когда родился этот мальчишка, а Тёмный лорд объявил о своём решении убить именно этого младенца – Северуса будто окатило холодной водой. Он знал Лили, знал, что она не отступится, пока не спасёт своё дитя. Снейп долго не знал, что ему сделать, идти или не идти к Грегору. Снейп просто боялся потерять друга. И он потерял, на долгие тринадцать лет. Всё покатилось к чёрту, и его единственным шансом спасти Лили – был Альбус Дамблдор. Он перешёл на сторону Ордена Феникса. После, когда Тёмный лорд узнал о месте нахождения Поттеров, Северус умолял оставить её в живых. Чего греха таить – на мальчика и его папашу ему было наплевать. Все просьбы, мольбы, жертвы – всё было зря. А винил Северус всех, но больше всего себя. Дамблдор убедил его, что единственное, что он может сделать правильно – это помочь осиротевшему Гарри одолеть тёмного волшебника. Старик молодец, хорошо сыграл на его состоянии в тот момент. Любовь к подруге детства прошла, но оставила после себя огромную дыру и всепоглощающе чувство вины. Долгие годы Северус ненавидел себя за содеянное, каждый раз возвращаясь к тому дню, когда побежал сломя голову, довольный как сытый питон, докладывать о пророчестве. Именно из-за этого, профессор всегда искал способ забить голову: эссе студентов, дополнительные часы, беседы с Руфусом или иной досуг. Досуг профессора, последний год, состоит в основном в способах развития дара Катрины. Очень занимательная загадка – ищи то, никто не знает чего и разберись как с этим работать. Работёнка, которую может подкинуть только Альбус Дамблдор. Будь это какой-то другой студент – он бы давно всё послал куда подальше. Единственным источником информации была книжка, на которую их всех навела Денебола. Но сведений там, не так уж и много, как хотелось бы, к тому же у Катрины самый редкие из возможных способностей. Особенно занимательна – предвидение смерти, которое ограничивается парочкой отрезков, которые надо собрать в цельную картинку. Северус перебрал всевозможные составы, которые смогли бы, как и раньше, вводить девушку в нужное состояние. Правда, до одного момента он и не думал, что получится, сразу же, ввести её в нужное состояние. В тот день он был адски зол, из-за слов МакГонагалл про «Мисс Шепард определённо захочет поддержать мистера Поттера. ОНИ ЖЕ ПАРА.». Его до трясучки раздражало любое упоминание отношений Катрины с этим тупым, безответственным хамлом. Не могла себе, что ли кого получше найти? Красивая, умная, весёлая и достаточно очаровательная для более успешной партии. Грейнджер же охмурила целого Крама, такое себе, но уж точно лучше… Поттера. Ещё это происшествие со шкафом: Руфусу нельзя пить. Не то, чтобы Снейп осуждал факт алкоголизма друга – жизнь у него не слаще жизни Северуса: прожить столько лет с тварью, которая желала смерти маленькой девочке – конечно же Руфус запил. Но это не значит, что можно приходить, орать и валить его шкаф, благо, не с зельями. Усыпив друга, Северус до поздней ночи сортировал всё обратно, а на утро отчитал Руфуса. Вечер Северус планировал провести за разработкой антидота от яда, над которым он работает через чур долго, как услышал стук в дверь. Из-за нервного дня, он слишком резко раскрыл дверь, и застыл. Она. Поговорить ей надо. Что ж, Снейп всегда к её услугам. Особенно, когда она надевает этот свитер с вырезом. Просьба девушки огорошила его сразу же: помочь Поттеру. Знала бы она, что он занимается этим неблагодарным, бессмысленным делом уже почти четыре года. Но и отказать ей Северус не может – он уже почти пол года трепет ей нервы, а переживания за любимого… мало ли, нервный срыв заработает. Замаскировав всё под просьбу о сведениях о Карте, пропаже ингредиентов, он согласился помочь. Запасов жаброслей у него хватает. Когда они закончили разговор, сразу стало заметно, как она поникла. Обычно, когда он задевал её за живое – Снейп уходил. Сейчас ему никуда не деться от расстроенной, им же девушки. Давно он не испытывал неловкость от своего поведения, а в последнее время прямо за милую душу. Что его сподвигло дотронуться до неё – не ясно. Ясно лишь одно: он бы вечно хотел смотреть на эти глаза, на эту улыбку. И неизвестными силами Снейп назвал её своей. «Mi Ardilla». Его тайные желания начали играть в очень странную и опасную игру и Северус решил отойти от неё и заняться делом. Снадобье вышло странным: Северус, конечно, и до всего происходящего экспериментировал с составами зелий, но на этот раз происходило что-то новенькое. За то время, что он приготовил данный образец – он успел поменять цвет раза три, не меньше. У некоторых зелий наблюдается подобные явления, но у зелий с подобными свойства – не должно. Так как это эксперимент – внимания он не обратил. Позже профессор корил себя за то, что не обратил внимание на данный факт. Во время обыденного сеанса сразу стало понятно, что что-то идёт не так. Катрина его не слышала, хотя должна была. Снейп различными заклинаниями пытался дозваться до девушки, и раньше это помогало, но сейчас – нет. Она не двигалась, не царапалась, не крутила головой из стороны в сторону – всё было иначе. Можно было бы предположить, что Катрина, непонятным чудом, смогла овладеть даром с помощью одного «особенного» пузырька, но это бред. Северус принялся развязывать ученицу, как вдруг она резко распахнула глаза, закашлялась и застонала от боли. —Больно… Мне больно… —Где? —Голова…—Катрина попыталась встать с места, но она осела обратно, ухватившись за нос, из которого хлынула кровь, как вода из-под крана. —Что… Яд. Снейпа будто холодной водой окатило. В голове крутились вопросы: кто и как умудрился её отравить? Неужели кто-то смог пробраться в его покои и отравить котёл со снадобьем? Но этот кто-то должен был точно знать, что зелье готовится именно для Катрины, а не для кого-нибудь ещё. Или же её отравили раньше? За завтраком, обедом, ужином? Профессор стал рыться на полках, перебирая варианты, какой именно яд использовали. Судя по свойствам – яд змеиный. У Северуса был нейтрализатор для множества ядов, и просто молясь, что он подходит – влил всё в полуживую девушку до последней капли. —Катрина? —он придерживал её за плечи, внимательно всматриваясь в лицо. —Ты меня слышишь? —девушка слабо кивнула. —Плохо дело… На счастье всех, неожиданно в кабинет вошёл Руфус. —Сев, ты когда… Твою мать! —мужчина кинулся к ним. —Какого чёрта? —Руфус оттолкнул Снейпа и стал трясти Катрину за плечи. —КЭТ! —Она отравлена. Её нужно доставить в Мунго. —Да… Камин. Дамблдор. —Руфус взял крестницу на руки. —Только держись! Очень прошу тебя, держись! —Руфус выскочил из кабинета. Северус схватив пузырёк и вернувшись в свои покои, черпнул образец зелья и побежал в след за другом в кабинет директора. Только он отправится не в Мунго, а к Денеболе. Она спец по ядам и сможет быстро выяснить, чем именно была отравлена её дочь. В кабинете, помимо Дамблдора, был и Аластор Грюм. Руфуса он не видел. —Северус, как это произошло? —беспокойным тоном спросил директор. —Не имею ни малейшего понятия. По свойствам яд змеиный, но мой нейтрализатор не сработал. Нужно к Денеболе. —Снейп подошёл к камину. —Как интересно получается, Снейп. Уже второй раз девчонка при смерти и ты единственный свидетель данного факта. Снейпа привело в ярость подозрение Грюма, но решил отложить разбирательства и взяв летучий порох, переместился в дом Шепардов.