весна

весной везде и у всех очень красиво - мир вокруг оживает; дышать становится легче; мартовские коты поют песни под окнами во всё ещё прохладные ночи, что все парочки проводят вместе. но неужели два лучших друга не могут повеселиться в открытом поле, вопреки всем тем влюблённым голубкам? * чонгук бежит, задыхаясь, в сторону заката, кричит что-то невнятное и по-детски во весь рот улыбается, глядя на небо. его волосы прилипли ко лбу, рубашка насквозь промокла, а джинсы в тёмно-синюю крапинку из-за влаги на высокой траве, сквозь которую они с тэхёном пробирались сюда. в кроссовках стельки хлюпают, а белая подошва сплошь покрыта грязью. чон весь липкий и мокрый, но сейчас это последнее, что волнует его, ведь рядом бежит такой же грязный и мокрый ким тэхён, который, так же, как и он, полной грудью вдыхает холодный воздух и в попытках забыться преследует садящееся солнце * — чонгук! – срывающимся голосом кричит тэхён, равняясь с младшим – у меня сейчас ноги отвалятся! лови меня, чонгук! и чонгук ловит кима, разворачиваясь и падая спиной в мокрую траву, обнимая его и всеми силами прижимая к себе они тяжело дышат, не двигаясь ни на сантиметр, неотрывно смотря друг на друга полными счастья и азарта глазами, в которых отражается, казалось, вся галактика. но для тэхёна галактика на самом деле сопрятана в глазах чона, а для чонгука все звёзды мира ярко сверкают в глазах кима * — друзья точно так лежат, хён? в обнимку, в грязи и смотрят на закат? – тихо интересуется чонгук, всё ещё не отрывая от кима взгляд. он тонет в медовых омутах, так красиво отражающих медленно уходящее за горизонт солнце — ты не смотришь на закат, – так же тихо произносит тэхён – ты смотришь на меня. разве друзья так делают? * заросшая камышом река тихо журчит у подножия небольшого холма, с которого, громко кряхтя, спускаются чонгук с тэхёном, по-дружески, конечно, держась за руки. это чтобы не упасть, честно. ким сбегает с пригорка первым и, с жадностью зачерпнув чистую воду, плескает её прямо себе в лицо. ледяная жидкость обжигает разгорячённую после бега кожу, стекает по щекам на подбородок, где, скапливаясь, капает за полурастёгнутую рубашку. тэхён не останавливается, снова и снова окуная руки в воду, поднося их к лицу и умываясь, а чонгук молча наблюдает, желая эти капли с его подбородка своим же языком слизать * они снова лежат на траве, обсуждая все прелести ночных прогулок - то, как ярко светятся звёзды над их головами; то, как приятно холодный ветер обдувает их со всех сторон; то, как могущественно и свободно они чувствуют себя в открытом поле под ночным небом; то, как хорошо, что они могут находиться здесь вдвоём чонгук приподнимается на локтях, поворачивая голову влево и сталкиваясь своим носом с носом тэхёна. он чувствует его горячее дыхание на своих губах и почти шёпотом, так же тихо, как и в прошлый раз, спрашивает – друзья точно так делают, хён? ким долго молчит, сведя брови к переносице, задержав дыхание, словно боясь спугнуть им чона, и, оставляя вопрос младшего без ответа, нежно того целует, зарываясь рукой с его влажные на затылке волосы * почти полная луна поднялась над полем, освещая всё холодным белым светом. ветер свистел меж травинок, камышей и ветвей деревьев в лесополосе неподалёку, обдавая ледяной свежестью. будь чонгук здесь один, без тэхёна - он бы замёрз и никогда бы не вернулся домой. но ким рядом, согревает его поцелуями явно не дружескими, да и руки его вездесущие тоже не по-дружески хозяйничают у чона под рубашкой. а тот и не против согреться, обменявшись с тэхёном всем теплом, накопившимся за то время, что они друг от друга его скрывали