Осмелься, сделай шаг вперёд!

      Прошло пару недель с поездки ребят на Чеджу и новых страстей между Джином и Наён. За это время практически ничего не изменилось: по крайней мере, девушки так думали, даже не осознавая, какие обороты набирает их новый трек. Одни лишь просмотры видеоклипа на YouTube перевалили за триста миллионов. В начале своего пути девчонки и представить себе такого не могли, тогда как сейчас они сидят в кабинете директора, где он и собирается рассказать им приятную, ещё и шокирующую новость.       Наён слушает все поручения, время от времени кивая головой, а после собирается встать со стула, стоящего перед рабочим столом Шихёка. Однако старший её останавливает, предупреждая о том, что он ещё не закончил, отчего другие две девушки, Сара и Элла, заострили своё внимание на том, что он собирается сказать.       — У вас есть возможность отправиться в мировой тур, — произносит уверенно Бан, глядя на реакцию каждой из них. Поначалу те не верят, думают, что директор имеет в виду тур спустя некий долгосрочный период, но все их предположения разлетелись в пух и прах, как только он произнёс следующую фразу. — Со следующей недели у вас начнётся тур, — вновь начал Бан, перебирая бумаги, — Первый концерт пройдет в Сеуле, а далее уже по списку: Япония, Нью-Йорк, Новая Зеландия, Австралия, Франция и Тайланд. Всего тур займёт два месяца.       — Невероятно… — шепчет Наён, прикрывая рот рукой.       — Всю остальную дополнительную информацию я передам через Доёна, — мужчина поднял на девушек свой взгляд, — Приступайте к тренировкам, не стоит терять времени.       Тот легонько улыбнулся, всем видом показывая, что девушки свободны. Они не стали медлить и шустро покинули кабинет директора, прямиком направляясь в зал, чтобы в очередной раз прогнать все хореографии и песни. Конечно, такая новость повергла их в приятный шок, но это лишь значит, что тренировок станет раза в три больше.       Спустя несколько часов, когда время уже перевалило за десять, девушки принялись переодеваться. У Сары и Эллы со лба обильно стекал пот, а лица были красные, чего не скажешь о Наён: казалось бы, уровень нагрузки был для всех одинаковый, а факт её тренировок можно понять только по быстро вздымающейся груди и тяжелому дыханию. Закончив все дела в зале, они спустились на первый этаж и сели в черную машину, наконец направляясь домой. По дороге девочки не проронили ни слова, будто они поссорились, но так лишь казалось. Всё-таки, их усталость как-никак давала о себе знать и проявлялась нежеланием разговаривать.       Зайдя в дом, каждая занялась своим делом без каких-либо задних мыслей: Наён сразу приняла душ, а Сара, ожидая освобождения ванной, прошла на кухню, подумав, что было бы неплохо под вечер съесть лёгкий салат. Эванс не стала спрашивать у других, будут ли те есть её стрепню; она и так знала, что девочки голодны и будут только рады скушать салат.       Выйдя из ванной, Наён принялась из коридора высматривать действия шатенки на кухне. Что-что, но салаты — её фаворит. Она не медля проходит в помещение, завязывая мягкий халат чёрного цвета, и усаживается за стол, куда Сара уже разложила порции. Шатенка кидает пару фраз, после чего уже направляется в ванную принимать долгожданный душ.       Весьма уместен вопрос: где же Элла? Всё досконально просто: она сидит у себя в комнате, болтая с кем-то по телефону, а чтобы догадаться с кем — напрягаться не нужно. Это Чон Чонгук, с которым она ежедневно делится чем-то новым из своей жизни и которому в первую очередь рассказывает о той самой хорошей новости.       Элла слышит, как тяжело вздыхает Чонгук после слов о мировом туре, но ничего не смеет ему возразить. Они оба держат телефон у своего уха, в ожидании услышать хоть какие-то фразы друг от друга, но следует только молчание. Через пару секунд Гук прерывает тишину:       — Мы с ребятами тоже улетаем, — грустно выдавил из себя Чон, — Через три дня, то есть, гораздо раньше, чем у вас начнется тур.       Эллу такая новость повергает в шок. Ей казалось, что всё вернулось на круги своя и что теперь они наконец смогут чаще быть вместе, однако она совсем позабыла, что и Чонгук, и она своей персоной, — медийные личности. Она не учла их плотный график. Брюнетка не издает ни звука, лишь опуская голову вниз и прикрывая глаза.       — Эл, может рискнем?       — Что? ***       На следующий вечер Чонгук и Элла отправляются вместе в ресторан, который молодой парень забронировал на сутки, лишь для того, чтобы избежать сторонних глаз. С владельцами ресторана у него отличные отношения, так что Чону ему доверять не в первый раз; хоть тот и владеет крупной сетью ресторанов, человек он простой: сказал — сделал. Именно он обеспечит сегодня им полную конфиденциальность и защиту как от публики, так и от папарацци. Так как Чон заявляется сюда не впервые, он прекрасно осведомлён обо всех возможных основных и чёрных выходах.       Парень в чёрном смокинге, снизу которого надета белая футболка, проходит в зал, где яркими лучами освещается каждый угол. Он видит где-то в углу своего хорошо знакомого друга, улыбается и сразу пожимает руку, всем своим видом показывая, как он рад тому.       — Ты всё подготовил? — задал вопрос Чон, поправив свой костюм.       — Да, всё как и требовалось, — владелец одарил Гука теплой улыбку и указал на стол в самом конце зала, — Вот там ваше место.       — Спасибо, дружище, — Чон похлопал мужчину по плечу, — Знал, что ты меня не подведёшь.       После этой фразу они одарили друг друга улыбками и разошлись. Чонгук уверенно зашагал в сторону их стола, попутно поглядывая в наручные часы. Она явится сюда с минуты на минуту. Казалось бы, обычное свидание, но сердце так колотится, будто выпрыгнет сейчас из груди. Он слышит звук открывающейся двери и резко оборачивается.       Он замер. Ему не описать те чувства, которые он испытал в тот момент, когда взгляд его пал на девушку, зашедшую в зал ресторана. Чёрное облегающее платье так подчёркивало её изгибы, что любой бы не смог проигнорировать, а красная помада на губах стала вишенкой на торте. По крайней мере, Чонгук так думал, пока не отодвинул стул, чтобы Элла села: его рот приоткрылся при виде оголенной спины аж до поясницы. Чон по привычке чмокнул девушку в ключицу и сел напротив. Официанты не медля подошли к паре и раздали меню.       — Шикарно выглядишь, — с легкой улыбкой на лице произнес Гук.       — Ты тоже ничего, — глядя точно в глаза, Элла подразнила парня этой фразой, — Я рада, что ты это всё затеял. Нас снова ждет разлука на несколько месяцев.       Чонгук ничего не ответил. Он всем своим видом показывал, что не хочет ни думать об этом, ни говорить. Парень лишь посмотрел в меню и быстро выбрал, что заказать.       — Можно вас? — чуть приподняв руку, брюнет подозвал к себе официанта, — Мне, пожалуйста, салат цезарь, стейк из говядины и карбонару.       — Мне то же самое, — глядя на официанта, добавила Элла, — но без стейка, пожалуйста.       Работник пропал из их поля зрения, и они снова заполнили мир друг друга. Пока им не принесли блюда, они обсуждали всё на свете: и перелёт, и отношения Эллы с мамой, и успехи в работе. Чонгук заинтересованно слушал девушку и не смел оторвать взгляд ни на секунду, но ему пришлось, когда официанты вынесли все заказанные позиции и разложили на стол. Последнее, что они положили на стол, — это вино высшего сорта и два бокала. Элла в непонимании посмотрела на возлюбленного, пока официант с хлопком открыл бутылку и налил им по пол бокала.       — Ты разве заказывал вино? — спросила в недоумении Грэй, кривя брови.       — Да, до твоего прихода.       — Чонгук, ты каждый раз меня споить пытаешься?       — Да нет же, хотя в прошлый раз я надеялся, что ночь будет горячей, — вздохнул Чон, — а ты так и не отдалась. Вот подумал, может нужно вино еще покрепче?       На такие слова Элла лишь ухмыльнулась и сделала короткий глоток из бокала, ощущая на губах вкус вина.       — Может, сегодня я бы отдалась и без вина?       Кажется, Чон растерялся. Он с трудом сглотнул слюну, которая встала у него комом в горле, ведь пошлые мысли никак не прекращали посещать его голову.

***

      После окончания трапезы, Элла аккуратно протерла рот салфеткой и снова сделала глоток из бокала, глядя парню в глаза. Он обезоружен, а она это прекрасно видит и понимает, не жалея его ни грамма.       — Что дальше? — с вызовом бросает Грэй, зная, что их вечер в ресторане подходит к концу.       — Дальше я покажу тебе свои умения, — по-лисьи ухмыльнулся парень и отпил вина, — но у меня дома.       Чон встает из-за стола и подходит сзади к девушке, отодвигая её стул и по-джентльменски подавая ей руку, чтобы она встала. Пара уверенно направилась к чёрному выходу, чтобы уж наверняка, и сразу выйдя на улицу увидели перед выходом чёрную затонированную машину, куда они сразу забрались. Тачка двинулась с места, Чон кинул водителю короткое «Сразу ко мне» и перевёл свой взгляд на восхитительную девушку, сидящую рядом с ним. Брюнет откинулся на сиденье и уложил руку на бедро девушки, аккуратными движениями водя то вниз, то вверх. По телу Эллы пробежалась мурашки, как только парень переместил свою руку ко внутренней части бёдер, вызывая просто невероятные ощущения.       За счёт позднего времени и пустых дорого спустя десять минут они уже оказались в многоэтажном дома с закрытой территорией. Пара выбралась из машины, поблагодарила водителя и направилась прямиком в подъезд, который выглядел скорее как музей. Чон не стесняясь уложил свою руку на оголённую спину Эллы и провел по линии позвоночника до самой поясницы, отчего у девушки вновь пробежался табун мурашек по коже.       — Уже жаждешь, вижу, — с ухмылкой произносит брюнетка, проходя в лифтовой холл и нажимая на кнопку вызова.       — Брюки жмут.       Двери открываются, и они проходят в просторный лифт с крупным зеркалом и подсветкой. Чон смотрит на девушку, а она, кажется, считывает его мысли и первая тянется к чужим губам, жадно зацеловывая. Гук не медлит: он прижимает её к тому самому зеркалу и приподнимает ей ногу, оказываясь между её бёдер. Руки девушки блуждают по выпирающему бугорку в его брюках, отчего парень тяжелее дышит и отрывает поцелуй, когда слышит, что двери лифта отварились.       Они заходят в его квартиру и без желания ждать сразу накидываются друг на друга. Парень поднимает девушку на руки, а ладони укладывает на упругих ягодицах, жадно сжимая их. Он целует её губы, кусает, наслаждается.       Пара оказывается в просторной кухне, которую спустя мгновенье заполоняют звуки их поцелуев. Чон уложил возлюбленную прямо на кухонную тумбу и взглядом прошёлся по её телу, желая взять её прямо здесь и сейчас: он нетерпеливо стянул с брюнетки платье, и его взгляд пал на черные стринги. Уж что-что, но узреть Эллу в них «с заднего ракурса» он обязан. Та видит его взгляд и, сползая с тумбочки, поворачивается к парню спиной, встав во всем известную позу «раком». Сердце Чона бешено бьётся, а желание с каждый секундой нарастает всё больше и больше: он резко шлёпает девчонку по ягодице, на которой мгновенно остается красный след.       Его терпение на пределе: он наконец стягивает с себя пиджак, а затем футболку, позволяя девушке узреть столь красивое мужское тело. Чонгук вдруг удивляется, когда Элла встаёт перед ним на колени и тут же принимается расстёгивать мужские брюки. — Ты… айщ, — тяжело вздыхает парень, когда ощущает чужой язык на своём достоинстве, — Удивляешь с каждым днем.       Элла лишь ухмыляется его словам и жадно проходится языком по всей длине его полового члена, обильно смазывает головку своей слюной и берёт его в рот, позволяя коснуться аж самой глотки. Она слышит его стоны и ощущает, как он двигает тазом, желая получить ещё больше. Его левая рука оказываются на её длинных волосах, а правая аккуратно высовывает половой орган изо рта и водит им по губам. Как же она хороша и с каким же взглядом она смотрит на него, сидя на коленях…       — Давай, повернись ко мне задом, — ухмыляясь, произносит Чон, сжимая в руках ствол.       Элла послушно становится в прежнюю позу, ощущая, как влажно сейчас у неё между ног. Парень пальцем проходится по половым губам, размазывая всю влагу из влагалища, а после вводит головку члена, отчего девушка выгибается в пояснице и издает тихий стон.       — О, боже… — Чон наклоняется вперед и шепчет ей в шею, затем оставляет поцелуй на плече.       Он резко входит в девушку, из-за чего та издает протяжный и очень звонкий стон-крик, привстав на локти от столь внезапного действия парня. Гук буквально начинает ее трахать, а пошлый звук шлепков их тела разлетается по всей квартире. Как же им сейчас хорошо, что даже не описать словами. Ей нравится ощущать его в себе, а ему нравится чувствовать тепло внутри неё.       Чонгук вдруг замедляется и грубо поворачивает девушку к себе, в ту же секунду поднимая её на руки и направляясь в спальню. Гук не упускает момента по дороге в комнату, одной рукой удерживает женское тело, а второй умудряется вставить свой немало габаритный член в узкое влагалище. Годы тренировок в зале дают о себе знать.       — Сука, — тот впечатывает девушку в стену, всё еще держа ее в руках, — я так не дойду до спальни.       — Трахай здесь, — с усмешкой произносит Элла и обвивает своими руками его шеюч все еще оставаясь «на весу».       Брюнет принял эти слова как вызов и снова резко вошёл, отчего девушка чуть не упала, но тот успел её удержать. Нет, не удобно — подумал он, сделал пару толчков и наконец оказался в спальне.       Он грубо кинул ее на кровать, раздвинул ноги и без всяких колебаний вновь почувствовал тепло и узость внутри. Его темп нарастал с каждой секундой, а движения становились всё грубее и грубее. Мужские губы зацеловывали женскую шею, оставляя следы и пару укусов на ключице. Её стоны заполнили каждый угол этой комнаты, отчего у парня просто-напросто сносило крышу.       Гук вдруг лёг рядом и приказным тоном произнёс «Садись», на что девушка даже не смела отказать. Она послушно насаживалась на его ствол, в глубине души понимая, что такой покорной, как с ним, она больше ни с кем не была. Вдруг его руки оказываются на её бедрах: даже в такой позе Чон хочет доминировать. Элла ставит руки с обеих стороны от его головы и принимается скакать на парне, издавая протяжные стоны. Да и он хорош, не бездействует: удерживая в руках её бедра, он двигает своим тазом ей навстречу, то приподнимая её, то опуская.       В один момент он крепче хватает за женские бёдра, буквально приказывая остановиться. Гук снимает её со своего члена, берёт его в руки и крепко сжимает, позволяя ей узреть то, как изливается сперма прямо ему в руки.       — Ты умничка, — прошептал Чонгук и поцеловал Эллу в губы, поочерёдно сминая их.       — И ты тоже ничего, — отрываясь, произнесла девушка в надежде подразнить.