Я ... тебя.

Раннее утро всегда несло особенную атмосферу. Сотни лучиков нежного солнца будто благословляют тебя и твой день на новое чудесное начало, а вид просыпающейся ото сна природы только сильнее завораживает одурманенного красотой зрителя. И всё же, таких зрителей немного. Мало кто из жителей долины поднимается с первыми лучами солнца, а те немногие, кто это делают, сразу преступают к работе, не успев полюбоваться столь дивными чудесами природы. И, уподобившись этим несчастным, мастер Шифу отправился по дороге к казармам для учеников. Гонг уже прозвонил, а Тигрица до сих пор не пришла к площадке для тренировок. Прошло довольно много времени с того момента, как она попала во дворец, но детский организм всё ещё не привык к суровому режиму дня, время от времени не просыпаясь даже от оглушительного удара в гонг. К тому же, недавно красная панда увеличил нагрузку на тренировках, а также её продолжительность. И если раньше, когда Тигрица слышала упрекающий голос мастера, она мгновенно подскакивала, то сейчас, бедная девочка едва может поднять своё тельце с кровати, одаривая своего учителя чудесным видом заспанных слипшихся глаз и торчащей во все стороны шерсти. Поэтому, Шифу нужно было приходить к Тигрице каждый день лично и поднимать её сонную мордашку с подушки, отправляя умыть лицо, а следом на тренировку, что, разумеется, злило немолодого мастера, для которого передвигаться по дворцу и так было нелегко. Мастер Шифу подошёл к началу коридора и встал в проёме. — Тигрица! — ответа не последовало, как и какой либо реакции или хотя бы звука. Малый панда глубоко вздохнул и покачал головой, с каждым движением опуская её всё ближе к своей груди. Но вдруг из комнаты послышался грохот. Тигрёнок, видимо, не до конца проснувшись, упала с кровати, пытаясь слезть, но тут же поднялась и выскочила за дверь комнаты. — Доброе утро, мастер! — девочка стояла по стойке смирно, смешно приподнимая плечи, а шерсть её всё так же топорщилась во все стороны и Шифу даже мысленно усмехнулся этому неотёсанному ребёнку, но тут же отругал себя за это. — У тебя есть минута, чтобы умыться и прийти на площадку. — сказал панда, — Время пошло. — Да, мастер! — и Тигрица пулей промчалась мимо учителя, оставляя за собой лишь потоки воздуха, обдающие лицо Шифу. Он вышел вслед за ней, направляясь прямиком на место встречи. Дойдя до него, он увидел, что его пытающаяся отдышаться ученица уже находится там, как и мастер Угвэй, по своеобразной традиции наблюдавший за занятиями. — Доброго дня тебе, Шифу, — как всегда добродушно улыбнулся он, когда маленький мастер поравнялся с ним, — и тебе, Тигрица. — Доброго дня, мастер Угвэй. — склонившись в приветственном поклоне, сказала она. Но ответа от Шифу не последовало. Напротив, панда намеренно игнорировал приветствия, сверля взглядом одну точку где-то над головой Тигрицы. Черепаху очень заинтересовало подобное поведение и он постарался проследить за взглядом своего ученика, а когда он нашёл объект, столь заинтересовавший малого панду, то невольно рассмеялся. Оказывается, внимание Шифу привлёк один небольшой пучок, непослушно стоящий на голове девочки, среди приглаженной водой шерсти. Он настолько пристально смотрел на него, что Тигрица заёрзала на месте, не зная куда деться от этого взгляда. В конце концов, мастер Шифу не выдержал это издевательство, подошел и провёл рукой по голове тигрёнка, приглаживая прядь, но, увы, это не помогло, и через секунду она снова вскочила посередине головы, словно её и не прижимали. Тогда, малый панда нахмурился: он решил применить тяжёлую артиллерию. Мастер поднёс большой палец руки к своему языку, прижал, тем самым смочив его, а затем, провёл им по уже надоевшей пряди. Это сработало и мастер довольно ухмыльнулся своей маленькой победе. — Начнём с десяти кругов. — Шифу скомандовал настолько резко, что опешившая от только что произошедшего Тигрица не сразу успела среагировать и ещё несколько мгновений стояла, молча смотря на своего учителя, — Всё понятно? — А? — сказала она, словно очнувшись, — То есть, да, мастер Шифу. И девочка незамедлительно приступила к выполнению первого на сегодняшний день задания, а старшие мастера переместились на крыльцо зала для тренировок. Всё это время с лица мастера Угвэя не сходила улыбка, и этот факт заставлял Шифу напрячься, поскольку его предчувствие говорило о приближающемся новом уроке от мудрейшего. Внутреннее чутьё и в этот раз не подвело панду: — Шифу, — неспеша начал Угвэй, — ты помнишь какой сегодня праздник? — Не помню, чтобы сегодня что-то отмечали. — ответил он. — Разве ты не заметил украшений когда был в деревне? — Нет, я не обратил внимания, мастер. — сегодня малый панда почему-то отвечал особенно сухо. — И зря, ведь это чудесный праздник — день цисицзе*. — черепаха взглянул на ясное небо, — Думал ли ты когда-нибудь сколько существует способов сказать "Я тебя люблю"? — Один, полагаю. — сардонически заметил Шифу. — Интересно. — улыбнулся Угвэй, поворачиваясь к ученику, — В таком случае, Шифу, ты только что продемонстрировал второй. Малый панда лишь в недоумении посмотрел на своего мастера, искренне не понимая, что именно тот имел в виду, и только Шифу захотел открыть рот, чтобы уточнить, в его поле зрения попала Тигрица. Осознание, словно лампочка загорелось у него в глазах и в этот же момент он отвернулся от весёлого, но пристального взгляда Угвэя, нахмурив седые брови.