Про марионеток, Кукловода и прочие радости жизни

      Я уже минуты две ползала на коленях по всей гостиной, пытаясь найти туфлю. Две минуты - невероятнейшее расточительство на один-единственный предмет, хоть он и был последним в списке.       - Туфля. Туфля. Туфля. Да, где же эта сраная туфля?!       Я недовольно зарычала. Сверху послышался смешок. Я подняла голову и посмотрела на камеру. Та ответила равнодушным миганием красного огонька. Взгляд мой скользнул немного левее, и я не смогла сдержать возмущенного вопля. Туфля висела на карнизе. Я вскочила, едва не стукнувшись головой о кофейный столик.       - И как я буду ее оттуда снимать?       - Хахаха!       - Очень смешно! Сейчас вырву камеру из стены и кину в нее!       - Это будет излишним расточительством, ты так не считаешь?       Я возмущённо фыркнула. Кукловод снова расхохотался. Я начала оглядываться в поисках того, чем можно эту самую туфлю сбить. На глаза мне попались диванные подушки. Я взяла одну и, прицелившись, кинула. Подушка и не подумала сбивать нужный мне предмет. Напротив, она даже заняла место рядом с ним. Смех Кукловода стал громче. Я, проигнорировав его, наклонилась за тапочкой. В запасе еще полторы минуты. Успею.       - Ты хоть штаны подтяни. - Я не обратила на него внимания. Тогда он продолжил. - У тебя такие милые мишки на попе.       Я зарделась и рывком повернулась к камере над дверью, поддергивая джинсы. Мой мучитель снова рассмеялся. Я поджала губы.       - Может, ты мне так ее засчитаешь? Я ее нашла - вон она, на карнизе висит.       - Не, доставай.       Я снова фыркнула. Ежели ее не сбить, применим другую тактику. Я залезла на пуфик, с него - на рояль и потянулась. Смех замолк. Я цепанула пальцем острый носок. В следующую секунду мои пальцы соскользнули с гладкой поверхности рояля, и я полетела вниз. Падать было больно. А после того, как мне на голову прилетела проклятая туфля, стало еще больнее. Кукловод расхохотался еще громче. Я вскочила на ноги.       - Кому пришло в голову вешать сраную туфлю на сраный карниз в сраной гостиной? Кто тут страсти такие крутил?       - Мне почем знать? - ответил маньяк сквозь смех.       Я рассвирепела и кинула туфлей в камеру. Но я ведь забыла, что была снайпером. Коричневая обувь прилетела в стену примерно в полуметре от камеры. Раздался уже даже не смех - грохот и сдавленное хрюканье.       - Хватит ржать! Да, твою мать!       В комнату заглянул Джим.       - Ты чего тут буянишь?       Он с удивлением посмотрел на меня, а затем перевел взгляд на камеру, со стороны которой слышалось сдавленное сипение.       - Ничего! - я отпихнула его плечом и помчалась вверх по лестнице.       - А у тебя прикольные трусы. Надевай их почаще, - донеся до моего слуха осипший Кукловодов голос.       Я вспыхнула и, закрыв мягкое место найденным альбомом, понеслась в свою комнату.