Про марионеток, Кукловода и прочие радости жизни

      Ночью в коридорах темно. Вообще, свет выключен тут всегда, но днем кое-какие лучи солнца проникают сквозь окна. По ночам же приходится довольствоваться фонарями.       Я осторожно прокралась на Кухню и прислушалась. Дженни не было слышно. Это хорошо. Значит, никто не будет ворчать по поводу ночных перекусов. Я открыла дверь. Тут же щелкнул счетчик, и под ноги мне слетела бумажка с названиями предметов. Только сейчас на ней были изображены нечеткие силуэты. Я возмущённо вскрикнула. Еще и тайник проходить! Но времени бунтовать не было. Я начала судорожно метаться по кухне. Последним в списке был паук. Я, превозмогая свою арахнофобию, протянула к нему руку, как вдруг он сорвался с места и куда-то убежал. Я завизжала и запрыгнула на кресло.       - Что? Что такое? - послышался заспанный голос.       - Паук сбежал!       - Так поймай его.       Я, теряя последние капли самообладания, совершила самый глупый поступок, который можно совершить в данной ситуации: я кинула в паука фонарем. Раздался грохот. Включился свет. Паука не было видно. Я встала с кресла и неуверенным шагом подошла к фонарю.       - Мне кажется, ты его убила.       Я осторожно повернулась фонарь, и да - на нем были останки безвременно почившего паука. Я взяла салфетку и, кривясь от отвращения, почистила фонарь.       - Теперь сюда нужен новый. Иди в Подвал и принеси его сюда.       - Не надо!       - Ладно, Джек принесет.       Тем временем я подошла к столу и посмотрела на свои трофеи. Окорок, апельсин и пирог. Оглядевшись в поисках ножа, я обнаружила его воткнутым в потолочные балки. Залезла на стул и вытащила его оттуда.       - А кто-то говорил, что не ест пироги.       - Я не говорила, что я их не ем. Я говорила, что не хочу таскать их в свою комнату.       Внезапно за дверью я услышала какой-то странный шум. На цыпочках я подошла к ней и прислушалась. Все тихо.       - Говори, пожалуйста, потише. Иначе, если Дженни узнает, что я ем по ночам, она меня закопает.       - Где, интересно?       - Она специально для этого взломает дверь.       Кукловод замолчал. Было слышно, как он стучит пальцами по столу.       - Хорошо, - сказал он, наконец. - Но учти, я делаю это только по той причине, что, если она узнает, что я позволил тебе есть в два часа ночи, она найдет меня и закопает рядом с тобой.       Я благодарно улыбнулась и начала резать пирог.       - Сюда спуститься не хочешь?       - Нет, мне и у себя хорошо.       - Ну, как знаешь.       Некоторое время мы молчали. Я отстукивала ногой ритм какой-то песни, попутно жуя пирог. Хоть я и не люблю вишни, но вишневые пироги - это святое.       - Слушай, а почему ты постоянно ешь?       Я чуть не поперхнулась.       - Что значит "постоянно"?       - То и значит. В комнате ты ешь печенье, в Гостиной - апельсины, в Подвале - апельсины, в Кухне - вообще все подряд. Ты не ешь только в Прихожей. И то только по той причине, что притаскиваешь печенье в комнату.       - Еда - это очень важно.       - А когда ты жила одна, ты тоже так делала?       - Я так делала всю жизнь.       - Сумасшедший человек.       - И это говорит мне тот, кто запер в доме несколько десятков людей и заставляет их проходить непонятные испытания.       - Я пытаюсь объяснить вам, что значит свобода.       Я фыркнула.       - Хорошо хоть кормишь.       Кукловод не ответил. Снова повисло молчание. Внезапно маньяк произнес:       - Мы с тобой слишком увлеклись, - в голосе его слышалось опасение.       - В смысле?       В следующую секунду открылась дверь. На пороге стояла Дженни. Глаза девушки метали молнии. Волосы едва ли не змеились, как у Медузы Горгоны.       - Что здесь происходит?       - Привет, Дженни.       - Почему ты ешь по ночам? Тем более мучное? - она двинулась в мою сторону, но внезапно остановилась и повернулась к камере. - А ты почему не сказал ей, что это вредно? - девушка протянула к аппарату руки и явной решимостью вырвать его из стены.       - Нет! Не трогай камеру!       Но Дженни проигнорировала его слова. Внезапно что-то запищало, и на наши головы полилась вода. Девушка замерла в непонимании. Я попятилась к двери, надеясь свалить под шумок. Но она это заметила.       - Джаннет!       Я сорвалась с места и побежала в свою комнату. * * *       Я проследил весь путь девушек до комнаты Джаннет. Марионетка захлопнула дверь, заперла ее на ключ и, схватив один из кактусов, воинственно выставила его перед собой. Я перекрестился. Никогда не был религиозным человеком, но сейчас руки сами потянулись.       - Как хорошо, что они не знают, где находится моя комната.