крыло бабочки

      — Ну что, расскажешь мне, что случилось? — Тэхён ставит на стол две кружки с какао и садиться на корточки рядом с Чонгуком.       И где-то в глубине души Тэхён понимает, что по большому счёту его совершенно не должно волновать состояние парня, но к Чонгуку он так сильно привязался, что теперь не думать о нем становится невозможным.       — Честно говоря, я сам не особо понимаю, что со мной случилось. Ночью снились кошмары, а наутро плохо себя чувствовал. Не стоило, наверное, ехать на учёбу в таком состоянии, — предполагает Чонгук, отпивая немного какао.       — Почему же ты сразу не сказал? — Тэхён говорит мягко, не отчитывает, как сделала бы это мать.       — Не думал, что это так далеко зайдёт, — устало выдохнул Чонгук, прикрывая глаза и прижимая к себе колени. И вот, пожалуй, только сейчас Тэхён заметил, насколько Чон на самом деле маленький.       — Тебе нужно отдохнуть. Твоя мама дома?       — Нет, не думаю, — даже если и так, Чонгук не хочет встречаться с ней. Он ненавидит, когда мать приходит домой пьяная. Эти случаи участились, и Чонгук последние несколько недель живёт в напряжении.       — Ладно, тогда оставайся здесь сколько захочешь, — Тэхён наконец поднялся, окинув кухню беглым взглядом. — Может, ты хочешь чем-то заняться? Ох, но сначала мне нужно помыть посуду.       — Я посижу здесь, спасибо, — Чонгук робко улыбается, наблюдая за тем, как Ким завязывает салатовой фартук с цветами.       — Где-то в комодах должен лежать DVD проигрыватель, у меня на сегодня больше нет дел, так что можем что-нибудь посмотреть, — его голос слегка приглушён льющейся из крана водой.       — Я не против.       Тэхён быстро домывает посуду, снимая тот ужасный фартук, и жестом приглашает Чонгука в гостиную.       Они смотрят фильмы весь вечер, и, на удивление, Чонгук впервые за день чувствует себя абсолютно спокойно. Он уходит к себе примерно в одиннадцать.       — Завтра верну одежду, — кидает он на прощание.       — Не горит, — Тэхён сигаретный дым, взглядом провожая Чонгука.       Чонгук всё же возвращает одежду на следующий день. Чистую и глаженую, пахнущую какими-то полевыми цветами. Тэхён долго стоит на крыльце собственного дома с бумажным пакетом в руках, не понимая, как настолько быстро смог доверять Чонгуку. Он буквально пустил Чонгука в свой дом, приехал за ним в колледж, как только тот попросил...       Да, они якобы друзья, но можно ли начать доверять фактически незнакомому человеку и стать с ним настолько близкими за такой короткий промежуток? Тэхёна это пугало. Мальчишка практически всегда вертется где-то рядом. Ким настолько привык, что сейчас, проводя законный выходной в тишине и одиночестве, чувствует себя странно. Он сидит в кресле, читая книгу, совершенно не вникая в сюжет. Его голова забита другим.       Чонгук появляется на пороге его дома около девяти вечера. Тэхён открывает дверь, застывая на месте, смотря на синяки на лице Чонгука.       — Прости, что так поздно. И не предупредил, я... я не хотел приходить и беспокоить тебя сегодня, но я просто... — Чонгук не может подобрать слова, Ким, не дожидаясь продолжения, хватает его за руку, толкая в дом.       — Боже мой, что произошло, — Тэхён сажает парня на диван и, давая ему немного времени собраться с мыслями, идёт на кухню за пакетом с замороженными овощами, чтобы прикладывать его к синякам.       — Мать снова напилась, — тихо начинает Чонгук, когда немного расслабляется, — она ударила меня. Она никогда раньше так не делала, я не знаю, что на неё нашло, я просто, — его голос дрожит.       — Тише, — старший свободной рукой погладил парня по волосам. — Не говори, если не можешь. Успокойся немного, я тебя не тороплю.       Возможно, ещё месяц назад думал, что проблемы и переживания Чонгука — это не его дело. И вообще всё, что касается Чонгука — не его дело Сейчас, глядя на его лицо в синяках, он понимает: кажется, дело всё-таки его.       Ненависть к матери Чонгука появляется за ситанные секунды.       — Возможно она была зла, потому что вчера я вернулся поздно, я правда не знаю, что произошло.       — Я мог бы поговорить с ней, если ты, конечно, не против, — предложил Тэхён, хмуро сведя брови к переносице.       — Нет, нет, не надо! Всё нормально, не стоит, — Чонгук растерянно смотрит старшему в глаза.       — Нет, Чонгук, это не нормально. Если она ударила тебя, неважно, просто так или нет, это уже не входит в понятие "нормально", — серьёзно говорит Тэхён, аккуратно убирая пакет от одного синяка, прикладывая к другому. Синяки ещё не особо яркие, но он уверен, что завтра утром пол-лица парня будет синее.       — Всё равно не нужно. Ты и так много для меня делаешь. Даже сейчас, я пришёл к тебе так поздно, но ты не выгнал меня, — Чонгук не может выразить словами свою благодарность просто потому, что не знает, что говорить друзьям в таких ситуациях.       — Эй, Чонгук, — Тэхён приподнял его за подбородок, заставляя посмотреть прямо себе в глаза, отчего у Чонгука на мгновение замирает сердце. От неожиданности или от того, как на него смотрит Ким. — Я не буду с ней говорить, если ты этого не хочешь. И как я могу выгнать тебя? Я никогда не выгоню тебя из своего дома (и из своей головы).       — Спасибо тебе. Правда, большое спасибо, — еле слышно шепчет Чонгук, но Тэхён его слышит. Он мягко улыбается, когда Чонгук подаётся вперед, обнимая его за талию и утыкаясь носом в чужую грудь.       Они сидят так несколько минут, после чего Тэхён отстраняется от Чонгука, чтобы вернуть уже почти растаявшие овощи в морозилку. Конечно же, Тэхён парня домой возвращать не собирался, точно не сегодня и не сейчас, настаивая на том, чтобы тот остался, буквально силой удерживая его.       Впервые за последние месяцы Чонгук спит спокойно.

чонгук.

      Когда мать бьёт его впервый раз, он чувсвует далеко не физическую боль. Мать не говрит ни слова, с презрением смотря на единственного сына. Чонгук видит её мутные от алкоголя глаза, её шатает, но она всё равно умудряется ударить его во второй раз. Она валится на пол, пытаясь утащить Чонгука за собой, тот почти успевает оттолкнуть её, но она схватила за ногу, лишь бы тот не ушёл. Чонгуку было страшно. Он резко дёрнулся, так что женщине пришлось отпустить его ногу. Он выбежвл из дома во двор, вдыхая прохлаадный воздух, пытаясь прийти в себя.       Чонгук искрене не понимает, чем заслужил такое отношение. Ему больно. Родная мать только что ударила его. Хотя Чонгук говорит всем богам в этом мире спасибо за то, что это произшло в коридоре, а не на кухне, где полно ножей.       Чонгук потерян и напуган, поэтому идёт туда, где всегда помогут. В соседнем доме, хозяин которого сейчас сидит в кресле, читая книгу, всегда спокойно.       Утыкаясь Тэхёну в грудь, вдыхая слабоватый запах лаванды, Чонгук думает о том, что хотел бы навсегда остаться с ним, потому что только так он может чувствовать себя в безопасности.       Впервые в жизни Чонгук встречает человека, который готов заботиться о нём.