Красотка. Версия Марисса/Пабло

Проснуться утром с любимым человеком — что может быть лучше? Но, протянув руку на правую сторону кровати, Пабло никого кроме себя не обнаружил. Стремительно сев, он выдохнул. Его счастье, его Мари в его рубашке и его наушниках, что-то негромко подпевая себе под нос и пританцовывая, готовила завтрак. Пабло улыбнулся и плюхнулся назад на подушку. Через секунду нахмурился, в нос ударил жуткий запах гари. — Господи, Марисса! Мы горим, слышишь? Он подлетел к плите и голыми руками начал убирать сковородку с конфорки. Марисса от неожиданности вскрикнула, но, увидев, что делает продюсер, вытащила наушники. — Мари, скажи мне, что это был не наш завтрак?! — Именно он, Паблито, именно он, — она виновато опустила глаза, но, быстро взяв себя в руки, с вызовом посмотрела на продюсера. — Да, я не умею готовить! И если тебе что-то не нравится, можешь проваливать. Пабло разочарованно покачал головой и, заливая подгоревшее яичное месиво водой, вздрогнул. Посмотрел на правую руку — всё же обжегся. Марисса сразу полезла за аптечкой. И, усадив своего рыцаря на стул, стала обрабатывать «боевые раны». Пабло внимательно следил за ней. И когда она нежно дула на его правую ладонь, левой он осторожно провёл по её щеке. Марисса подняла на него свои глаза цвета осени. — Тебе говорили, что ты безумно красивая? — Пабло, ты можешь не шевелиться, больно же сделаю?! Ей-богу, как ребёнок. — Жить-то буду, о спасительница? — Будешь-будешь, до свадьбы точно заживёт, — она собрала лекарства назад в бокс и пошла колдовать над кофе. — До нашей? — не упустил возможности продюсер. — До Бласа и Лухан! Кстати, может, ты расскажешь, что ты пообещал Эредия? — Ты о чём? — конечно, он понял о чём она, но раскрывать секретов Пабло совсем не хотелось. — Паблито, если ты сейчас же всё не расскажешь, то будешь гулять до своего BMW в своих семейниках с железным человеком! — Они не семейники, а боксеры! И да, я люблю вселенную Марвел! — Марисса закатила глаза, встала в позу «руки в боки» и посмотрела на продюсера взглядом «я жду», — не надо на меня так смотреть! Я не могу тебе рассказать. Всё, что тебе нужно знать, это то, что у вас будет девичник. — Ладно-ладно, Бустаманте, этот раунд твой, но мы ещё посмотрим кто кого. У нашей выдумщицы уже созрел план как выудить у своего мужчины всю необходимую ей информацию. Через час Марисса и Пабло сидели в гримёрной. — Пабло, а когда этой гадю… Ой, пересоленной швабре дадут свой трейлер? — Мари, ребята стараются, через день-два, может. А ты что, от меня устала уже? — Нет, мне просто нужно личное пространство. — Я заметил, что ты поделила гримёрную на две части, надо заметить, неравноправные. — Продюсер, может, ты вообще на площадке хочешь готовиться? В дверь постучали, показалась голова ассистента, он предупредил, что у ребят десять минут. — Пабло, а что-то давно твоего друга не видно. Он уволился? — Нет, он на фирме, ты же не думаешь, что у нас только один проект? А так как я тут, то там кому-то тоже нужно работать. — Ты ему так сильно доверяешь? — Да, Томми меня никогда не подводил, а у тебя что, есть сомнения? — Не нравится он мне, не нравится. Будь с ним осторожнее. — Мари, он мой друг! Я доверяю ему, как себе! И на этом мы, пожалуй, закончим разговор. Теперь в проёме показался сам Августо, сегодня на нём был очаровательный берет. — Ну, и долго мне вас ждать? — Августо, какой у тебя очаровательный головной убор, тебе очень идёт, — Андраде удивила всех присутствующих. — Что? Тебе действительно идёт! — Спасибо, лапуля, я рад, что ты оценила, но вам пора уже быть на площадке. Если вы забыли, то напомню — вре… — Время — деньги, — в один голос произнесли актёры, — мы помним. — Вы ж мои Бустамантики! — Как, как он меня назвал? — Марисса дальше бы возмущалась, но Пабло подхватил её за руку и повёл на съёмочную площадку. Имитация крыши захватывала дух. Множество гирлянд, плед, вино в бокалах и фрукты. Возможно, это и пошло, даже вызывающе, но, каждой девушке иногда хочется чуточку романтики. Марисса громко вздохнула. Пабло, увидев её реакцию, шепнул ей на ухо: «Я устрою нам такой вечер, даже лучше». Раздался голос: «Камера! Мотор! Поехали!» Милли и Иво сидели на крыше и любовались звёздами. Он был рад, что она согласилась прийти, а она ругала себя, что пришла. Каждый из них волновался, но в беседе никак это не проявлял. Милагрос рассказывала забавный случай, произошедший с её кошкой, и когда они рассмеялись, Иво случайно опрокинул на себя бокал вина. — Чёрт, моя счастливая рубашка, — возмущался директор компании. — Я сейчас всё исправлю, у тебя дома есть соль? — он утвердительно кивнул, — тащи её сюда. Иво быстро сбегал туда-обратно. — А теперь снимай рубашку, — приказала Милли, — снимай-снимай, я же не буду на тебе пятно оттирать. Голубоглазый медленно расстегивал пуговицы, два карих глаза внимательно следили за тем, как он это делает. Как только хлопчатобумажная вещь была снята, Пабло передал её Мариссе. Их руки соприкоснулись, глаза загорелись. Он перехватил её за кисть и притянул к себе. Ещё раз посмотрел в глаза цвета горького шоколада и нежно поцеловал. — Как я давно этого ждал, — выдохнул он в губы Милагрос. Он покрывал её шею поцелуями и медленно снимал её кардиган. Марисса водила руками по мышцам на спине Пабло и чувствовала, как он начинает расслабляться. — Пабло, я всё чувствую, — шепнула она ему на ухо так, чтобы никто не слышал, глазами показывая на выпуклость в штанах. — Я не могу с собой ничего поделать, когда ты рядом. По сценарию в этом моменте планировалась перераскадровка и должна была зазвучать команда: «Стоп, снято!» Но движения «Бустамантиков» так завораживали присутствующих на съёмочной площадке, что работали за всех только операторы. С Мариссы уже успела слететь футболка, с Пабло брюки. Он уложил её на плед и снял так мешающий ему бюстгальтер. — Я боюсь, — полушёпотом произнесла Милли/Марисса. — Не бойся, представь, что вокруг нас никого нет, — камера начала отъезжать, доказывая, что влюблённые на крыше одни. Накрывшись пледом, они продолжали целоваться и на миг им действительно показалось, что сейчас здесь только они и звёздное небо. Рыжий вулкан, взяв инициативу в свои руки, перекатилась, оказавшись сверху. Она ласково целовала своего продюсера в шею, в губы и грудь. — Мой мозг сейчас действительно подумает, что мы только вдвоём, — шепнул Пабло. — А если вот так, — стервозина испытывала терпение продюсера и всячески его изводила. На камеру она продолжала ровно на нём двигаться, не забывая постанывать. Пабло же под пледом всячески сжимал ягодицы Мариссы. «А вот теперь пора», — подумала Андраде. Она провела языком от шеи к мочке уха и прикусила её, Бустаманте тяжело вздохнул. — Ма… Милли! — он поцеловал её. Мари приняла это действие, как вызов. — Ты же всё сделаешь ради меня? — Да, — только и смог выдавить затуманенный мозг Пабло. — Тогда расскажи, что ты пообещал Бласу?! — Что отведу их в лучший стрип-клуб, там такие девочки, а что они вытворяют на колен…- и тут он понял, что сказал! Фурия завелась с пол-оборота! — Какие девочки, какие колени? — разбушевавшись, она вскочила, оставив Пабло лежать с его неприкрытым срамом. Женская половина тут же оживилась, — Бустаманте, ты совсем страх потерял? — и кинув в него бокалом, бутылкой, фруктами, Андраде покинула площадку. — Марисса, постой! Но вы же тоже собираетесь не чай пить с тортиком, а? — взяв с неё пример, перешёл в наступление Пабло. — С чего ты это взял? То, что мы обсуждали в пьяном угаре стриптизёров, а Линарес потом нас сдала, не говорит о том, что мы собираемся это делать! В гримёрную можешь не заходить, — и, швырнув к его ногам плед, гордо прошагала до своего трейлера топлес и скрылась за дверью. Со спины к продюсеру подошёл Августо. — Паблито, тебя не учили фильтровать информацию? — Да она же подобрала самый неподходящий момент, я вообще о другом думал, а она. — Мальчик мой, женщины коварны, — похлопал его по спине режиссёр, — и прикрой уже свой стыд. И пока сеньор Перер давал распоряжения и шёл проверить, можно ли спасти постельную сцену или ребятам переигрывать по новой, Пабло сел на ступеньки трейлера и стал обдумывать, как же теперь ему спасти свое бедственное положение.