Красотка. Версия Марисса/Пабло

Буэнос-Айрес только начал просыпаться, а один блондин даже ещё и не думал поднимать голову с подушки. Но писклявый рингтон на телефоне всё же заставил его открыть хотя бы один глаз. — Алло, Марисса, что-то случилось? — Паблито, ты спишь? А ну, вставай, уже семь утра, а тебе ещё за мной надо заехать. — В смысле за тобой заехать? У тебя же сегодня выходной, — моментально проснулся продюсер. — Ну, вот я и говорю, что хочу провести его с тобой. — Я, если ты забыла, вообще-то сегодня работаю. У нас сцены с Сол. — Так я, как твоя девушка, посижу тихонько в уголочке и посмотрю, как ты работаешь. Пабло стоило больших усилий, чтобы не рассмеяться. Его действительно забавляла поистине искренняя и такая детская ревность Андраде. — Вместе пообедаем, а потом и поужинаем, — предложила сеньорита. — Ладно, ладно, встаю. И советую тебе собираться, ждать не буду! У тебя ровно час. Не успел Бустаманте положить свой телефон и встать с кровати, как снова раздался звонок. — Ну, что ещё, Марисса? — Привет, Пабло, вообще-то это Мануэль. — Привет, не ожидал тебя услышать. У вас у всех мания звонить людям в самую рань? — Нормальные люди так-то на работу в это время собираются. Ну, не суть. Слушай, чего звоню, скоро у Бласа мальчишник намечается, а так как ты теперь бойфренд подружки невесты, то мы хотим тебя попросить помочь нам в организации. — И причина только в том, что я парень Мариссы? — хитро поинтересовался Пабло. — Не только, просто мы все прекрасно знаем, какую разгульную жизнь ты вёл, да и подумали, что ты нам поможешь в выборе клуба и девочек, да и всего остального, — неуверенно промямлил мексиканец. — Ладно, Ману, как чего надумаю, сообщу. Мне пора собираться. Пока. Положив трубку, блондин отправился в ванную, причитая, что он влюбился в самую сумасшедшую девушку на этой планете, так ещё и её друзья оказались под стать ей. Ровно через час Паблито стоял у дома Мариссы, но, естественно, его возлюбленной ещё не было, да и спускаться, по всей видимости, она не собиралась. Постучав костяшками пальцев по рулю, продюсер вышел из машины и решительно направился в сторону дома рыжей. Звонок, ещё звонок, Пабло уже начинал раздражаться, он теперь из-за сеньориты опоздает на съёмочную площадку. Но как только дверь распахнулась, голубоглазик забыл про всё на свете. Марисса стояла напротив с мокрыми волосами, в одном носке, но — провалиться ему сквозь землю! — он этого даже не заметил. Его внимание приковало ажурное чёрное белье, которое так выгодно подчёркивало все прелести рыжей. — Продюсер, извини, я совсем потерялась во времени, ничего не успеваю, дай мне двадцать минут. Пабло молчал и продолжал пялиться. Марисса пощёлкала пальцами возле его лица. — А, да? Хорошо, — на автомате кивнул Бустаманте. — А ты поздороваться со мной не хочешь? — Я же уже сказала «привет», — крикнула Марисса с кухни. — А поцеловать? Марисса, надевая на ходу второй носок, вновь вернулась в коридор. Чмокнув Пабло в губы, хотела уже вернуться назад в комнату, но продюсер задержал её за талию и нежно провёл левой рукой по её ключице. Затем, ласково поцеловав в шею, снова вернулся к губам. Попутно разуваясь, Бустаманте проталкивал сеньориту в глубь комнаты, не отрываясь от сладких губ рыжего урагана. — Пабло, — пыталась остановить его Марисса, — ты же опоздаешь на работу. — Плевать, — шепнул блондин. — Бустаманте, мне потом по новой собираться. — Я тебе помогу. — Августо опять скажет, что это я во всём виновата, что ты опоздал, — не унималась бестия. — Я его уволю. Поняв, что спорить с Пабло бесполезно, рыжее пламя отдалось воле чувств. Уже не думая ни о чём, Марисса начала срывать одежду с заведённого продюсера. Пабло дошёл до заветных крючочков на ажурном бюстгальтере, как они услышали звонок. — Марисса, прошу, не поднимай, — томно протянул Паблито. — А вдруг там что-то важное и срочное, прости, — и, отскочив, как горная лань, Марисса в два прыжка оказалась у своего телефона. — Алло, да, Лухи, что-то случилось? Что? В смысле Блас запретил устраивать тебе девичник? А ты ему запретила? Как нет?! А с чего он вообще так решил? Какой Коко? Чёрт, — выругавшись ещё, Марисса успокоила подругу и, сказав, что вечером они с Пабло заедут к ней и всё решат, отключила телефон. — Представляешь, Блас отказал Лухан в… — Мари, я лежу на кровати в одной комнате с тобой, я всё слышал, — разочарованно пробормотал Пабло, — собирайся, я жду тебя внизу. Момент был окончательно испорчен и Бустаманте вернулся в машину, проклиная всё и вся. Марисса же, выругавшись про себя, вернулась к процессу собирания. Ехали молча, только музыка фоном мешала каждому углубиться в свои мысли. — Пабло, я… — Марисса, я… Одновременно начали влюблённые, но продолжить никто не решился. Опять молчание. Рыжая отвернулась и, наблюдая в окне за тем, как бедные кварталы сменяются богатыми, заговорила: — Я тяжело схожусь с людьми, но я думаю, ты это и так понял. Но с мужчинами ещё сложнее… 5 лет назад, когда я ходила на курсы для будущих юристов, я познакомилась с парнем. Его звали Хоакин, я влюбилась с первого взгляда… Он красиво ухаживал, дарил цветы, водил в кино, да и на различные светские рауты. Он из обеспеченной семьи, его папа какой-то там бизнесмен. То ли обувной магнат, то ли мясной… — Я знаю семью Паррондо, — он взял её за руку, — если тебе трудно говорить, не рассказывай, я понимаю… — Нет-нет, всё нормально. Словом всё было, как в сказке «Золушка». Простушка и принц, только моя туфелька разбилась. Наши серьёзные отношения, которые стремительно развивались, стали мешать его семье. А Хоакин привык всюду подчиняться папочке. Так я впала в немилость, и меня вышвырнули, как какую-то ненужную вещь, а я его любила, он был первым моим мужчиной, — рыжая начала взахлёб рыдать. Пабло остановил машину и крепко обнял свою сумасшедшую любовь. Он не ожидал от Мариссы, что даже такие стойкие на первый взгляд люди, как она, могут быть хрупкими, беззащитными и слабыми. Он гладил её по голове и вытирал её слёзы. — Мари, родная, я не такой. Я не обижу тебя. Да, Господи, если у меня такая мысль даже в голове проскочит, я сделаю себе харакири. — Обещаешь? — Пабло показалось или он действительно увидел надежду в её глазах? — Ты так хочешь посмотреть, как я буду вспарывать себе живот? — Глупый, я не об этом, — улыбнулась бестия. — Я понял, обещаю! — тихо ответил, продюсер. Естественно, на съёмочную площадку сумасбродная парочка опоздала. И, конечно, Августо всё повесил на рыжую голову. Отсняв пару сцен с Иво и Андреа, режиссёр решил на сегодня закончить. Просто Пабло из ряда вон плохо отыгрывал своего персонажа. С Мариссой у него не так. Поэтому Августо понял, что это дохлый номер, дал всем выходной, но с расчётом, что отрабатывать дальше придётся вдвойне. — А теперь к Лухан и Бласу, — плюхнувшись на соседнее от места водителя сиденье, безапелляционно заявила стервозина, — И да, продюсер, ты не думай, что я такая дура. Я раскусила твой план, сыграть плохо, чтобы я не ревновала, — при этом она всё равно обиженно высунула язык и отвернулась. Ох уж эти женщины, ни одному мужчине их никогда не понять: делаешь — плохо, не делаешь — тоже ничего хорошего. Пробыли у будущей семьи Эредия до вечера и уговорили всё же Бласа устроить девичник. Правда, согласился он только после разговора с Пабло, какой он рычаг применил, подруги так и не узнали. Но ему всё удалось. Довольная тем, что у неё такой убедительный мужчина, Марисса попросила отвезти её домой. — Спокойной ночи, Марисса, — Пабло потянулся к ней за поцелуем. Марисса отодвинулась и подозрительно посмотрела на продюсера. — А ты зайти не хочешь? — Я думаю, сегодня был трудный день для нас двоих, нам лучше отдохнуть. — Пойдём хоть ненадолго, сериал какой посмотрим или фильм? — канючила актриса. Пабло долго уговаривать не пришлось. Пока они поднимались до её квартиры, волнение в сердцах двоих не давало им покоя. Марисса пыталась попасть ключом в замочную скважину, но её руки так тряслись, что она не могла попасть в заветный разъём. — Давай я помогу, — пришёл на выручку Пабло и, беря у Андраде ключ, столкнулся с её взглядом. Дальше произошёл щелчок, но не в дверном замке, а в душах двух стихий: воды и огня. Уже наспех пытаясь вставить ключ, Марисса и Пабло судорожно целовались и стягивали друг с друга одежду. В конце концов проклятая дверь поддалась, двое сумасшедших ввалились в сумеречный коридор. — Марисса, больше нам никто не помешает: ни твоя мама, ни подруга, ни чей кот, ни даже если на нас нападут инопланетяне, никто! — А я и не позволю кому-то нам помешать! И, захлопнув дверь ногой, Пабло и Марисса скрылись в квартире под номером 113.