Will you be my savior?

С той встречи со старыми обидчиками прошла ровно неделя. Азуми до сих пор вздрагивала и пугалась с резких звуков, и, несмотря на это, уже начинала привыкать и отходить от произошедшего, как сегодня утром по пути в школу снова наткнулась на них. Ещё и как назло Сакуса ушёл пораньше, ведь ему нужно было на тренировку, а Накамуре сказали подходить ко второму уроку, так как учитель истории немножко приболел, а заменить его некем. — Ну что, Накамура, давно не виделись, правда ведь? - на лице Эрики заиграла далеко не добрая улыбка, пробравшая Азу до дрожи. — Вижу, что сегодня так называемых защитничков нет, не так ли? - провела рукой по волосам, тем самым откидывая их назад. — Думала, что всё уже, отвертелась от нас? Как бы не так, - растянулся в довольной ухмылке Мика, оскалившись. — Сейчас тебе никто не поможет. Накамура испытала сильный страх, от которого выворачивало наизнанку, сердце билось в бешеном ритме, а дыхание перехватывало, что, казалось, она и вовсе забыла, как дышать. Колени задрожали и уже не удерживали девушку, отчего ей пришлось упасть на твёрдую землю, чья поверхность была чуть шероховатой, что прослужило получению раны в виде стёртой кожи. Азуми, как не странно, боли не чувствовала. Видимо, из-за страха, что она сейчас испытывает. И эти двое это прекрасно понимали, поэтому сейчас стояли и довольно улыбались, наблюдая за внутренними страданиями старой знакомой из средней школы, с помощью которой они снимали стресс, издеваясь. Даже сейчас, в старшей школе, Эрика и Мика не изменились. Всё такие же пугающие и отталкивающие личности. — Ой, наша принцесса испугалась, что уже на ногах устоять не может, - с наигранной жалостью протянула Эрика, чуть надув губы и смотря на парня, стоящего справа от неё. — Как думаешь, что с ней можно сделать? Может поиграем в докторов? Рану на коленках надо залечить, - губы брюнетки тронула ухмылка. — Хо-о? Докторов? Почему бы и нет? - улыбнулся Мика, вздёрнув подбородок выше. — Ты ведь хочешь поиграть в докторов, не так ли, Накамура-чан? Паника охватила Азуми. Сейчас она не могла ни думать, ни слышать, ни шевелиться. В памятью лишь всплывали обрывки воспоминаний об этой игре, когда она чуть не лишилась руки из-за того, что Эрика приложила к ране какого-то червя, найденного в ботаническом саду школы. Ещё случай, когда Мика, пытаясь чуть-чуть прижечь синяк на плече, оставил сильный ожог, от которого, слава богу, шрама не осталось. Было ещё куча таких ситуаций, когда Азуми чуть ли не теряла свои конечности. Самая ужасная игра, придуманная во втором году средней школы, которую Накамура не любит всем сердцем и боится... Куда же смотрели учителя? А им было плевать. Школа-то была самой обычной, большинство учеников являлись хулиганами, так что никто не обращал внимания на издевательства. Полиция же была не в силах помочь из-за влиятельного директора школы, у которого были связи с верхушкой. Все должны были унести этот секрет в могилу. Азуми тоже должны была. Но сейчас всё повторяется, хоть и времена средней школы закончились. — Кажется я видел где-то лечебных гусениц и жуков! Голос Мики заставил Азуми вернуться на землю. Девушка боялась жуков и гусениц. Страх появился ещё с первого дня начала издевательств. Фобия, которую Накамуре никак не перебороть, уже стала психической. На глаза шатенки навернулись слёзы, а в горле застрял крик, который остался немым. Было страшно. Очень страшно. Азу не знала, что ей делать и как быть в данной ситуации. Но, что больше пугало, так это бешеный взгляд Мики. Эрика же просто наблюдала со стороны. — Ах, да, если расскажешь кому-нибудь, то тебе не поздоровится, - приложив палец к губам, проговорила Эрика.

***

Колени сильно ныли от боли. Азуми не решалась сходить в медпункт, ведь там будут допрашивать, как это случилось и как в рану попала инфекция. Девушка просто боялась, что её отругают и правда всплывёт наружу. Никто из одноклассников не обращал внимания на страдающую Накамуру, ведь она даже и признаков никаких не подавала, лишь продолжала сидеть за партой, уткнувшись в тетрадь. Но никто не знает, как сейчас на самом деле ей больно... — Выйдем? Поговорить надо, - раздался мягкий девичий голос. Азу подняла голову и встретилась со взглядом голубых глаз, в которых отчётливо читалось непонимание и раздражение. Каори, красавица класса, умничка и просто активистка, зачем-то позвала её поговорить. Накамура не знала точной причины, но отказывать в просьбе не стала. Несмотря на сильную боль, она, как ни в чем не бывало, поднялась из-за парты и последовала за одноклассницей.       «Терпи. Терпи. Мне не больно. Совсем не больно. Терпи. Просто терпи», - повторяла в голове шатенка раз за разом, пытаясь самовнушить себе, что всё и правда в порядке, когда в действительности всё совсем наоборот. Многие кидали взгляды на Ишикаву, которая шла с гордо поднятой головой и чуть виляя пятой точкой. Все парни смотрели на красавицу класса два и четыре. Даже Азуми восхищалась такой харизме одноклассницы и в какой-то степени завидовала тому, что она легко могла заговорить с кем угодно, могла выразить свою точку зрения, сказать, что ей нравится, а что нет. Но здраво мыслить не давала боль в коленях, которая при каждом движении ноги лишь усиливалась, а Накамура повторяла себе, что всё хорошо, что всё в порядке и ей ни капли не больно.       Бедное дитя. Наконец дойдя до нужного места, коим оказалась спортивная площадка на улице, где сейчас проходила тренировка волейболистов. Азуми тут же нашла знакомую чёрную макушку. Ей и секунды не потребовалось, пока Каори же искала Сакусу ровно три минуты. — Ты говорила, что Сакуса тебе не нравится, что он просто знакомый, и я тебе поверила. Но, - резко обернулась к Азуми, — ты соврала мне, - поймала удивлённый и недоумевающий взгляд девушки. — Вот только не строй из себя такую святошу, ладно? Я ведь всё видела и знаю, как вы обжимались, пока никто не видит, что на прошлой неделе, что тогда. Ты такая эгоистка, Накамура, - немного злым и раздражённым голосом проговорила Каори, сжав кулаки. — Разве было так сложно сказать, что тебе он тоже нравится и что ты не собираешься отступать? А я, как дура, верила тебе и продолжала добиваться внимания Киёми, когда он так легко обнимает тебя. Это так несправедливо, - стиснула зубы, словно пыталась сдержать слёзы, которые бы вот-вот подступили к глазам. Азуми не понимала ничего из сказанного Ишикавой. Ведь слова «нравишься» и «любовь» чужды ей. Вот бы нашёлся человек, который бы объяснил ей, что к чему, тогда всё было бы иначе. Мысли о боли отступили на второй план, а на замену пришли раздумья над словами одноклассницы.       «Я снова что-то сделала не так? Почему Ишикава так злится на меня? Я соврала ей? В чём? Я не понимаю. И что значит, нравишься? Я ничего не понимаю», - голова разрывалась от вопросов. — Можешь не отвечать. Я лишь хотела сказать, что не собираюсь отступать и отдавать Сакусу тебе, - гордо заявила Каори, задрав нос и громко хмыкнув. Накамура же осталась стоять возле спортивной площадки, утонув в своих мыслях ровно до тех пор, пока не прозвенел звонок на урок, на который она, конечно же, опоздала, из-за чего ей сделали небольшое замечание. Хоть и не намного, но Азуми смогла отвлечься от боли.