Мой учитель - бета?!

До приезда Валеры оставалось около часа. Я готовила ужин, но поднимающаяся температура давала о себе знать. После возвращения из больницы я проспала весь день. Три часа назад мне позвонила Юля и поинтересовалась, как у меня дела. Проговорив с ней на протяжении часа, я поднялась и отправилась на кухню. Тогда и позвонил Валера, чтобы сообщить, что приедет ко мне через пару часов. Рядом с ним я чувствовала себя максимально комфортно. И, уж чего греха таить, своей заботой он медленно, но верно подбирался к моему сердцу. Если первое время после нашего знакомства у меня была к нему просто симпатия, то сейчас я понимала, что Валера мне нравится не только как друг. И возможно, где-то на периферии сознания я точно знала, что у меня есть к нему чувства. Хоть я и была скептиком в плане любви, но отрицать того, что могу влюбиться в кого-то попросту не могла. После ухода отца из семьи я перестала верить в то, что любящие друг друга люди могут быть вместе до самой смерти. Когда отец уходил от матери, он совершенно не думал обо мне и о том, что будет после его ухода. Мать, будучи слабой духом женщиной не смогла оправиться от этого и начала сильно пить. Ей было плевать на мою учёбу, достижения, да и вообще в целом на меня. Чтобы не выслушивать ежедневную брань из уст матери о том, что я похожа на своего отца и только и делаю, что отравляю ей жизнь, я собрала вещи и переехала в квартиру, которую мне завещала бабушка. Там, в первый раз я проколола «лабрет», покрасила волосы и набила тату у мастера. А вскоре узнала, что мать умерла. Приехала тётя, были похороны. И прочие приготовления. На них отец даже не соизволил прийти. Разве этого они оба хотели, когда создавали семью? Оставить своего ребёнка брошенным? В возрасте четырнадцати лет я осталась совершенно одна и никому не нужная, кроме как Чарскому — Василиса Цветкова. Мои размышления прервал звонок в дверь. Выключив конфорку, на которой готовился суп, я отправилась в прихожую. Открыв дверь, и пропустив Валерку внутрь, я крепко его обняла. — Ты чего, Вась? — удивился парень. — Валер, спасибо тебе за то, что ты был со мной с самого начала. Ты — единственная причина, по которой я просыпаюсь по утрам. — Солнце моё, — сказал парень и опустил поцелуй мне на лоб. — Ты в курсе, что у тебя температура? — Да. Ничего, пройдёт. Пойдём, я тебе покушать приготовила. — Спасибо конечно, но тебе нужно отдыхать. — А как же занятие? — Я что-то не подумал, что первые несколько дней тебе тяжело будет. Поэтому пока у тебя температура не пройдёт, мы не будем заниматься. — Хорошо. Но я тебя всё равно покормлю! Зря готовила что ли? — Ладно, хозяюшка, пойдём. Только руки помою. Пока я накрывала на стол, парень был в ванной. Температура стремительно росла вверх, поэтому накрыв на стол, я села на место и тут же обмякла. На кухне появился Валерка и сел напротив меня. — Эй, ты что-то совсем разболелась. Давай я тебя отведу в кровать? — Нет, сначала поешь. А потом пойдём, — вытерев ладонью испарину, ответила я. — Эх, Васька. Хорошо. Наблюдая за тем, как Валера уплетает за обе щеки мой кулинарный шедевр, я расплывалась в улыбке. Усталость и температура брали своё, поэтому, оперевшись на руку, моя персона медленно засыпала прямо на кухонном столе. Сильные руки опустились мне на талию, а потом подняли. Приоткрыв глаза, я посмотрела на Валеру. Парень направлялся в мою комнату. Уткнувшись ему в грудь, я почувствовала тот самый запах. Стало так приятно на душе. Опустив меня на кровать, парень накрыл меня одеялом и собирался покинуть комнату, но я удержала его за руку. — Валер, не уходи. — Никуда я не денусь. Сейчас на кухне свет выключу и вернусь. — Хорошо. За окнами слишком быстро стемнело, меня начинал бить озноб, и я накрылась одеялом с головой. Мне вдруг показалось, что осенняя тьма выдавит стёкла, вольётся в комнату, и я захлебнусь в ней, как в чернилах, но моим спасательным кругом стал Валера. Разместившись рядом со мной и притянув к себе, он крепко обнял меня. Стало в разы теплее, но недостаточно для того, чтобы озноб прекратился. Высунув голову из-под одеяла, я накрыла им же парня и прижалась ещё крепче. Его объятия были для меня самым лучшим лекарством. Он сам был как лекарство от всех болезней. — Валер… — прошептала я. — Что такое? — Ты не боишься заразиться? — Нет. У меня крепкий иммунитет. Я болею раз в год. — Ты уверен? А если я на тебя чихну? — Боже, — рассмеялся парень, а потом перевёл взгляд зелёных глаз на меня, — чихай. Я больше скажу, если я сделаю так, то тоже не заболею. Наклонившись как можно ближе, парень нежно поцеловал меня в губы. По телу как будто пустили электрический ток, а в кожу впивалось множество крохотных иголок. Слегка коснувшись щеки Валеры, я отодвинулась и заглянула в его глаза. Внутри всё трепетало от волнения и от новых ощущений. Этот поцелуй казался мне как никогда правильным. — Если ты заболеешь, я тебя лечить не буду, дурашка. — То есть, тебя совсем ничего не удивляет? — поинтересовался Валера. — Удивляет. Но мне кажется, что ты всё правильно делаешь. — А не так давно ты говорила, чтобы мы не торопились. И даже пыталась избегать меня. — Вот обязательно это припоминать? — уткнувшись парню в грудь, сказала я, чтобы спрятать выступивший на щеках румянец. — Ладно, разберёмся, — погладив по плечу, сказал парень. — Ты у меня останешься или домой поедешь? — Да простит меня Кокос, но сегодня я опять останусь у тебя. Ты же не против? — Только за. — Тогда мне нужно постелиться в зале и переодеться. — Я ничего не убирала, всё так и лежит на месте. — Я сейчас. Подождёшь? — Угу, — согласилась я и выпустила парня из объятий. Пока я пыталась разобраться в собственных чувствах, Валерка вернулся в комнату в моей одежде и улёгся рядом со мной. — Давай, засыпай. И я пойду в зал. — Только попробуй уйти от меня ночью, — буркнула я и положила голову на грудь Валере. — О как заговорила! — Ну, а вдруг я пить посреди ночи захочу, не орать же мне из комнаты. — Ах, ты маленькая аферистка! — Давай спать. Тебе же завтра не нужно на работу? — Нет. У меня выходной. — Вот и замечательно. Доброй ночи. — Доброй, Василиса.