Эйфория

— А теперь пошла вон, — негромко проговорил он. И даже не скажи он последней фразы, меня бы и так как ветром сдуло из этой чертовой комнаты, подальше от этого психа. Вздохнуть свободнее я смогла только тогда, когда захлопнулась за мной дверь. Сползла вниз, дыша словно после скоростного забега в пять километров. Рыдания рвались наружу, и я зажала рот рукой — не хватало еще, чтобы другие сотрудники услышали. На негнущихся ногах добрела до дома. Упала лицом в подушку, уже не сдерживая слез. Удивительно, как человеку может быть больно без всяких физических причин. Да что со мной происходит? Что вообще это было? Еще никто и никогда не обращался так со мной, и тем обиднее, что я сама же нарвалась. Я всего лишь хотела сблизиться, а он… «Бестолочь» Обидное слово жгло в памяти, а еще этот горящий взгляд, полный ненависти. Такого унижения я еще не испытывала. И моя растоптанная гордость в его сжатом кулаке на моем горле. «Кивни, если поняла, бестолочь» Единственным желанием было сейчас — упороться и забыться. В прочем, что меня останавливает? Кто он такой, чтобы запрещать мне что-либо? Вскочив с кровати, быстро выудила из сумки таблетки. С обидой и злостью заглотив одну, направилась в кухню. Открыла сервант, где стоял отцовский коньяк, моего года рождения, без колебания сделала несколько больших глотков. И хоть здравый смысл кричал мне: «Остановись, плохо будет!» Я упрямо игнорировала его. Хуже, чем сегодня, все равно уже не может быть. Лучше пускай меня рвет и пульсирует между висков, нежели я буду глотать собственную боль и отчаяние, от расколотых чувств. Ненавижу его! Так сильно ненавижу… Я свернулась в клубок и забылась тревожным, болезненным сном, даже не надеясь, что пробуждение принесет облегчение.

***

Проснулась от душераздирающего треля моего мобильника. Нащупала его рукой, сонными глазами, взглянула на кран и тут же отбросила его от себя подальше. Звонил Акутагава. Я перевела взгляд на часы. О, Боже! Половина двенадцатого! Резко подскочив с постели, тут же рухнула на нее обратно. Голова жутко раскалывалась, а на лице будто посидел медведь. Медленно нагнувшись к тумбочке, параллельно застонав от раздражения, достала оттуда бутылку воды и таблетку. Хотелось поскорее избавиться от неприятного ощущения сдавливания висков и звона в ушах. Лучше пока не становилось, но я знаю, что это всего лишь вопрос времени, поэтому долго не заморачиваясь, принялась приводить себя в порядок. Когда-то раньше я по утрам постоянно бегала, но и это время прошло. Я давно заменила спорт и здоровье на гиблые вещи, и меня абсолютно это не заботит. Сегодня ты ловишь кайф, а завтра создается впечатление, что ты умираешь. Тебе очень плохо, и ты ничего не можешь с этим поделать, разве что словить кайф еще раз. И так изо дня в день. Но зачем думать о завтрашнем дне, если можно насладиться настоящим моментом? В квартире по-прежнему раздавался рингтон моего телефона, вынуждая меня ответить на звонок. И только я нажала на кнопку принятия вызова, как тут же из динамика повалился крик моего начальника, заставляя отвести телефон от уха. — Где тебя носит, черт возьми?! — Я… — все что смогла ответить. Я пыталась найти оправдание, но мозг отказывался работать. — Какого хрена я должен бегать по всему офису, искать тебя, бестолочь?! — вновь обрушилась бравада на меня. И снова это слово, которое, по непонятным причинам, задевало меня. Хотя как меня только ни называли, но именно на это слово я обижалась, словно пятилетний ребенок. А может, дело в том, кто произносил его? — Извини…те, я отлучалась за пирожными, — первое, что на ум пришло, сморозила я. — Я уже скоро буду, — протараторила, я, одевшись, хватаю сумку. Акутагава бросил трубку. Чертыхнувшись, сбегаю по лестнице к машине и, забивая на правила, выжимаю газ на полную. По пути до офиса заезжаю в кондитерскую за теми самыми пирожными, про которые наврала Акутагаве, для правдоподобности. Беру те, на которые первым упал глаз, и расплачиваюсь. Оставшийся путь преодолеваю за три минуты, еще две уходит на то, чтобы подняться на нужный этаж, где находился кабинет, и отдышку. Только я схватилась за ручку, дабы открыть дверь, как она резко передо мной распахивается, являя мне разъяренного парня. От его холодного взгляда непроизвольно вжимаю голову в плечи, стараясь смотреть куда угодно, только не на него. — Я дико извиняюсь за задержку… в-вот, — протягиваю ему коробочку с пирожными, которые, к слову, оказались со вкусом инжира. Парень по-прежнему молча сверлил меня гневным взглядом, затем схватил за локоть и завел внутрь. — Еще я бы хотела извиниться за вчерашнее, — скоропостижно добавила я, пытаясь смягчить свою участь. — Забудь об этом, — отрезал он. — Чтобы такого больше не повторялось, ты меня поняла?! — я интенсивно закивала головой, не совсем понимая про что конкретно он сказал: про поцелуй, или опоздание? Я поставила коробку к нему на стол и прошла к своему. На удивление обнаружила на нем свой аквариум с моей рыбкой! Многозначительно посмотрела на Акутагаву, который сделал вид, что увлеченно разглядывает какие-то бумаги. Говорить я ничего не стала, однако довольной улыбки сдержать не смогла. Возможно не такой он жестокий, каким хочет казаться. — Ты сегодня принимала? — тихо спросил он, по-прежнему уткнувшись в документы. — Еще нет, — последовал мой ответ. Акутагава с подозрением уставился на меня. — Правда, — добавила. — Скоро тебе предстоит ответственная миссия, — перевел тему парень. — Ты говорила, что умеешь хорошо стрелять. Значит с винтовкой должна справиться. — Я должна буду кого-то убить? — Тупой вопрос, бестолочь, — огрызнулся он. — твоя цель Рэйден Сугияма. Вот по нему досье, — он кинул папку мне на стол и направился к выходу. — Тщательно изучи его до завтра. Через двадцать минут жду тебя в тренировочном зале. Продемонстрируешь мне свои навыки, — произнес Акутагава, и дверь за ним закрылась. Времени у меня, конечно, немного, но этого хватит на несколько затяжек. Туалет считался прекрасным для этого местом, поэтому я хватаю вещи и мчусь вдоль по коридору, ловко лавируя между другими работниками. Быстро юркнув в дверной проем женского туалета, решаясь не усложнять себе жизнь, распахнула свою сумку, покопалась там еще несколько секунд, а после задумалась. Всего один косячок или обычные сигареты? Голос Акутагавы зазвучал где-то в дальнем углу подсознания, поэтому рука машинально потянулась к пачке, а пальцы ловко выудили одну и щелкнули розовой зажигалкой. Никотин резво проходился по стенкам легких, и также резво выходил, заполняя пространство дымом, который спустя секунды несся вверх к вытяжке. Размышляя о предстоящем задании, с ухмылкой подметила: у пули и сигареты цель одна, но скорость разная. Я стояла в одной из кабинок, опираясь на косяк двери, и зажимала между пальцами уже скорее бычок. Наконец, рука разжалась и окурок полетел в унитаз. Возле умывальников стоял один из членов «Черных ящериц». Тот самый загадочный темноволосый парень в маске, который косо глянул на меня. — Это вообще-то женский туалет, — парень на мое замечание просто фыркнул и поспешил удалиться. Постояв еще немного, я направилась на тренировочную площадку, что находилась в подвале, чтобы найти Акутагаву. Он оказался там: разговаривал по телефону, смотря куда-то вдаль. Пока он был занят, я разглядывала помещение. Вдалеке стояли мишени, такие как в фильмах, а на деревянном столе лежало оружие. Разное. Винтовки, пистолеты, ружья… Холодок пробежал по коже от этого зрелища, и я попятилась, но наткнулась на кого-то большого. Руки Акутагавы тут же легли мне на плечи. — Выбирай любое, — коротко произнес он, подталкивая меня к столу с оружием. Я никогда в жизни не видела столько оружия. — Я не знаю… — прошептала я, но тут же ощутила холодное железо в руке — Акутагава вложил пистолет мне в руки. — Так пробуй. — Гнев в его голосе сделал свое дело, и от страха я прицелилась в одну из мишеней, чувствуя, как его рука нажала что-то на моем пистолете. — Предохранитель. Я стояла рядом с ним с настоящим оружием в руках, целясь и не веря в происходящее. Да, безусловно я все это время носила с собой выданный мне, на оружейном складе, пистолет, однако стрелять мне до этого момента не приходилось. На вдохе нажала на курок, и прогремел оглушительный выстрел, закладывая уши, а руку тут же повело в сторону. Я опустила пистолет, в надежде, что теперь меня отпустят. Но разрешения уйти не последовало, лишь мягкий баритон скомандовал: — Еще. Стреляй еще. Я посмотрела на Акутагаву, но взгляд парня был устремлен куда-то вдаль. Я вновь подняла пистолет — рука слегка дрожала — и стала спускать курок раз за разом, пока не закончились пули. Мои мышцы болели от напряжения, когда, наконец, я услышала позади себя: — Неплохо. Я ожидал меньшего, — прокомментировал парень. — Однако это мало о чем говорит. — То есть? — Ты сейчас выстрелишь и попадешь в мишень, а завтра твоя рука дрогнет перед живым человеком. Или придется стрелять на ходу — это гораздо сложнее, чем стоя. А стрелять из двух пистолетов сразу не пробовала? Я удивленно смотрела на него, отрицательно качая головой: — Нет. — Стрелять из винтовки и стрелять из пистолета — две разные вещи, — произнес он, протягивая мне винтовку и забирая пистолет.

***

Тренироваться стрельбе из винтовки мы приехали на дикое поле, вдалеке от посторонних глаз. Я целилась в мишени, расположенные, как мне казалось, на не слишком далеком расстоянии, и раз за разом промахивалась. — Приклад винтовки следует упирать в плечо однообразно, не меняя его положения в плече, — Акутагава все время был рядом. И сейчас, когда я лежала на животе, целясь из винтовки, он положил руку мне на спину, вызвая этим по всему телу электрический разряд. — Сделай несколько глубоких спокойных вдохов и выдохов, чтобы обогатить организм кислородом. Стреляй только при выдохе, именно тогда ты расслабленна больше всего. Это и есть отличие от стрельбы из пистолета. Он лег рядом и смотрел, как я прицеливаюсь: — Ты должна уметь задерживать дыхание. Снайпер обязан уметь держать винтовку в одной позе, и твоя рука не имеет право дрогнуть. Меня рядом не будет. — Как я пойму, когда стрелять? — я взглянула ему в глаза. — Очень просто. — Он встал и помог подняться мне. — На свое место ты прибудешь за час до начала задания. У тебя будет время приготовить оружие и найти для себя оптимальное расположение. Затем на сделку прибудет один человек, — парень вынул из кармана фото с изображением молодого шатена в бежевом пальто. — Его зовут Дазай Осаму. Он один из членов Детективного агентства, — выплюнул с пренебрежением. — Он наш союзник на время миссии. Запомни, он идёт к ним, ты берешь на мушку Рэйдена. Дазай поднимает руки, его проверяют на наличие оружия. — Он поднял руки расставив ноги на ширине плеч. — Руки, Хигучи, смотри на руки, они будут сигналом, — он сжал три последних пальца и остались только два, создавая эффект «пистолета», — этого никто не заметит, но для тебя это будет сигналом стрелять. Незамедлительно. Одним выстрелом ты убираешь Рэйдена, дальше ты спокойно собираешься и уходишь к машине. Но ты будешь одна. Я опустилась на землю, пытаясь осмыслить новую информацию. Не сложно, но очень страшно. А если я промахнусь? Их убьют? Где будет Акутагава? И кто, черт возьми, такой этот Рэйден Сугияма?