Глава 6
23 августа 2020 г., 16:49
Канкуро как вкопанный остановился в дверном проеме, смотря немного ошалевшим взглядом.
— Зови медиков! — громкий голос сестры вернул ниндзя-кукольника в реальность, после чего он быстро проморгался и, отступив назад, ринулся по коридору резиденции. — Не умирай, не умирай...
По телу, окаменевшему от испуга, разливался страх. Она просила так, как никогда и ни о чём в жизни ещё не просила. Сама мысль о происходящем натягивала нервы до предела, медленно сводя с ума. Воображение рисовало ужасные сцены, которые хотелось вырвать из сознания и выбросить как можно скорее.
— Так, сначала расстегнуть жилет, — словно молитву шептали губы, движения были быстрыми, однако руки предательски дрожали, не позволяя уцепиться за язычок молнии. Наконец, молния поддалась, резкий рывок и зелёный жилет больше не закрывал грудную клетку. Трясущиеся руки сквозь кофту нащупали нижнюю часть грудины. — Пятнадцать надавливаний. Один, два, три... Ну же! Дыши!
Необходима была искусственная вентиляция лёгких, Темари сделала глубокий вдох и, зажав пальцами нос Шикамару, плотно прислонилась своими губами к его рту, после чего сделала выдох.
«Два вдувания в легкие. Пятнадцать надавливаний. Два вдувания. Пятнадцать надавливаний... Не оставляй меня, прошу! Два вдувания. Умер? Не может быть...» — внутренний беззвучный вопль не утихал, а разум содрогался от ужасных мыслей. Объём лёгких девушки был недостаточным, ей не хватало сил вдуть необходимое количества воздуха в лёгкие Шикамару, однако, несмотря на это, она продолжала оказывать первую помощь.
Что значит смерть и часто ли человек задается подобным вопросом? Быть может она извещает о том, что голос дорогого человека навсегда утихнет, оставшись лишь воспоминанием. А может быть смерть означает то, что взгляд родных глаз продолжит жить в сердце, которое будет трепетно хранить память об ушедшем.
Темари сидела на коленях около Шикамару, отчаянно пытаясь вернуть его к жизни. Искусственное дыхание и массаж сердца не помогали, признаков жизни все ещё не было, по щеке медленно скатилась слеза... Боль терзала сознание, хотелось кричать, беспомощность и ненависть, перемешивались с солеными каплями и падали на кофту молодого человека.
Больше не будет запаха парфюма и лёгкого табака. Навсегда исчезнет взгляд темных глаз, а вдалеке больше не замелькает чёрная униформа с зелёным жилетом. Хотя, нет. Чёрных униформ с зелёными жилетами существует несметное количество, но все они будут лишь обычными шиноби Конохи. Темная макушка, с собранными в хвост волосами, впредь не склонится над свитком на очередном собрании представителей деревень. Его не станет, будто никогда и не было, словно все было сном.
«Я не отпущу тебя»
— Нара, очнись! — маленький кулак занесся над молодым человеком, который лежал на спине. Девушка зажмурила глаза, из которых текли слёзы, после чего с силой ударила Шикамару в область грудной клетки. Раздался глухой звук, она замерла, боясь пошевелиться и даже вздохнуть. Удар собрал в себе все отчаяние Принцессы Песка.
В побледневших и потухших чертах лица появилось почти незаметное судорожное движение, громкий вздох вырвался из груди. Глаза открылись, а после сразу же закрылись, но грудная клетка продолжала подниматься и опускаться, что свидетельствовало о наличии дыхания.
Темари сидела склонившись над Шикамару, глаза его были закрыты, но девушка сумела разглядеть под опущенными веками мятежность зрачков, отчего ресницы молодого человека слабо вздрагивали. Она не могла пошевелиться под влиянием только что испытанного потрясения, словно разом потеряла всю жизненную энергию и чакру одновременно, ничего не слыша, она пустым взглядом смотрела на того, кого ещё недавно молила выжить.
В кабинет ворвался Канкуро, следом за ним появились ниндзя-медики.
— Он н-не дышал, я делала массаж и искусственное дыхание, но он не дышал и я ударила, в сердце... — Темари хотела еще что-то сказать, но голос сорвался.
Девушка уже не плакала, слёзы остановились в тот момент, когда Нара сделал первый вздох. Сейчас ее голос немного дрожал, а руки искали что-то рядом и, не найдя ничего, бессильно опустились на колени. Она все ещё сидела на холодном каменном полу, наблюдая как бригада сначала осмотрела, а после, переложив Шикамару на носилки, быстро унесла.
— Темари, вставай, — ниндзя-кукольник подошёл к сестре и, взяв ее под локоть, потянул вверх. Неуверенно встав на ноги, она увидела как за дверью скрылись медики, Канкуро все ещё не отпускал сестру.
— Произошла анафилактическая реакция в тяжёлой форме, — заговорил врач, который осматривал Шикамару, на лицах Канкуро и Темари читалось непонимание, — иными словами аллергия на какой-то возбудитель. Именно он привел к нарушению работы сердца и спазму дыхательных путей, из-за этого возникло удушье и потеря сознания. Если бы не оказанная вовремя первая медицинская помощь, то наступила бы смерть.
И снова больничные стены, они всегда ввергали в глубокое отчаяние сестру Казекаге, которая сейчас сидела у двери больничной палаты. В последнее время зеленоглазая слишком часто видела людей в белых халатах, слишком часто ощущала запах медикаментов. Истинная жизнь шиноби являла свою нелицеприятную данность, обратную сторону медали, о которой знал каждый ниндзя с самого детства, и каждый надеялся избежать ужасной участи.
***
— Появилась возможность поспать и сразу показалась ленивая натура. Жёлтые стены больничной палаты освещал яркий свет, Темари стояла у небольшого круглого окна, за которым просачивался рассвет. — Где я? — молодой человек приподнялся и сел на кровати, устало потерев лицо, его взгляд блуждал по помещению в поисках источника звука. — Стоило меньше спать, — она стояла полубоком, скрестив руки на груди, и смотрела в окно. — Канкуро забрал свитки, что случилось потом? — Сильная аллергическая реакция на военную пилюлю, — Темари перевела взгляд от окна и увидела, что Шикамару смотрел на неё в упор, ее выражение лица изменилось, в нем появилось нечто новое, — ты потерял сознание, а медики тебя откачали. Второй этап чуунина начался, вы с Канкуро сделали большую работу, спасибо тебе, что помог нашей деревне. Молодой человек попытался встать с кровати, но не удержался на ногах и схватился за прикроватную тумбу, чтобы не упасть. Голова кружилась, а вокруг все плыло, он откинул голову назад и закатил глаза. В воздухе повисла тишина. — Не поднимайся, — она быстро подошла к нему и взяла за локоть, чтобы не дать упасть. — Посиди хотя бы десять минут, потом пойдём. Нара стоял очень близко, девушка почти физически ощущала как широки его плечи и торс, обтянутые тонкой футболкой. Трудно было смотреть в его глаза, но ещё сложнее было понять его мысли. — Я сам пойду. — Особой радости и я не испытываю, но придётся потерпеть мое присутствие, — холодно произнесённые слова поставили точку в разговоре и сестра Казекаге покинула палату, закрыв за собой дверь, после чего остановилась, ожидая выхода Шикамару. Во время рассвета солнце затопляло всё внутреннее пространство, наполняя жизнью ночные улицы Суны. Темно-коричневые здания, возведённые из песчаника и казавшиеся ещё недавно совершенно чёрными, в лучах солнца приобрели красивый золотистый оттенок. Шикамару и Темари шли молча, никого не встречая на своём пути, пока их не остановил громкий окрик стоящего невдалеке шиноби. — Темари-сан, ваши документы для миссии готовы, после подписи господина Казекаге вы сможете убыть. — Хорошо, спасибо. По мере приближения к резиденции, песок под ногами постепенно сменился каменной породой и дорога, то сужаясь, то расширяясь, медленно вела к месту назначения. Нара был одет в чёрную свободную водолазку и такого же цвета брюки, руки, как и всегда, были спрятаны в карманах. Дойдя до резиденции, он открыл дверь, а затем отошёл в сторону, чтобы пропустить Темари вперед. Девушка мельком взглянула на Нара, который рассматривал вывеску «Резиденция Сунагакуре», после чего сразу отвела глаза и смотря прямо перед собой, вошла в здание. — Шикамару, как ты? — на лице Казекаге, сидящего за рабочим столом, отразилось удивление, когда он увидел вошедшего в кабинет шиноби. — В порядке. — Он решил не оставаться в больнице, Гаара, я могу идти и готовиться к миссии? — вмешалась в разговор Темари, желая как можно скорее выйти из кабинета. — Ситуация очень сложная, если ты покинешь экзаменаторский состав, то попытка сорвать экзамен может повториться. Девушка замолчала и склонила голову, ее взгляд остановился на большом количестве документов, разбросанных по всему столу Казекаге. Он озвучил именно ту мысль, которую зеленоглазая так яро отгоняла от себя с того момента, как увидела ястреба-посланника, доставившего то злосчастное письмо из Суны. Умом она понимала, что иначе нельзя никак, любое «иначе» погубит всех, но сердце желало сорваться и убежать очень далеко, исчезнуть в беспросветных песках пустыни... В душе боролись друг с другом два противоположных чувства, первое отчаянно кричало, признавая любовь, но вторая неведомая сила напоминала об оскорбленной гордости. Самолюбие сестры Казекаге требовало реванша с последующим оглушительным поражением первого стратега Конохи. По затянувшейся паузе было понятно, что девушке дают время и возможность принять единственное верное решение. Она не имела права ответить «нет», как и всегда. — Раз уж я снова главный куратор от Суны, то нужно сказать Канкуро об этом, пусть возглавит мой отряд на миссии. Шикамару, когда ты убудешь с генинами в Коноху? — Как только закончится второй этап и подведут итоги. — У меня есть идея, с помощью которой мы сможем вычислить предателя, — продолжил разговор Казекаге. — Мы создадим мнимый документ, от которого якобы будет зависеть договор между нами и деревней Скрытого Тумана, в качестве посла отправим опытного члена АНБУ. Предатель попытается выкрасть документ. — Мы не можем доверять никому, даже в АНБУ могут быть шпионы, — заметила Темари. — У нас нет выбора, — глава Суны говорил спокойно и твёрдо, и это спокойствие лишь подчёркивало серьёзность сообщаемого. — Я являюсь послом, будет подозрительно отправлять кого-то вместо меня. — Нет, я не позволю. — Гаара, тогда пострадает вся деревня, все люди которые безоговорочно верят и идут за тобой. Со мной ничего не случится. — На собрание в Скрытый Туман должны прибыть представители всех стран, — вмешался Шикамару, который до этого молча слушал разговор, — Коноха не допустит возникновения нового конфликта. Я буду оказывать всякое содействие в обеспечении защиты вашего посла. — Я полагаюсь на тебя, Шикамару, и как глава селения, хочу поблагодарить тебя за оказанную помощь. — Тогда я убуду в Коноху за день до начала третьего этапа чуунина, не вижу смысла идти раньше с генинами, у них итак будет сопровождение, — сказав это, она открыла дверь и не попрощавшись вышла из кабинета. Время пролетело быстро и привычная рабочая рутина закружила, не оставляя времени на раздумья о постороннем. Темари и Шикамару больше не виделись в Суне, участники, успешно преодолевшие второй этап, выдвинулись в Деревню Скрытого Листа вместе с Нара для участия в заключительном этапе экзамена. Однако, теперь покой сменился бессонницей, сестра Казекаге узнала что такое хронический недосып, каждую ночь ей снился один и тот же сон. Она просыпалась задолго до рассвета, совсем разбитой, обессиленной и раздраженной. Снова и снова она делала массаж сердца, и каждый раз сон обрывался, она просыпалась в холодном поту от произнесённых медиком слов: «К сожалению, его не спасти...»***
Темари благополучно добралась до Конохи и после разговора с Хокаге, решила прогуляться по деревне. До начала третьего этапа оставался один день, который девушка хотела потратить на отдых. Каждый раз, видя знакомые улицы и дома, она погружалась в вихрь воспоминаний. Здесь она впервые его увидела, а здесь, спустя несколько лет, он проводил для неё экскурсию по деревне, улица ведущая к центральной больнице, была свидетелем ее почти удавшегося пьяного падения. Сердце сжалось от мысли о том, что все это воспоминания. Неужели она проиграла? Он выбрал самый лёгкий путь без обязательств, а она осталась собирать осколки разбитого сердца. Так, от дома к дому, она брела, внимательно смотря себе под ноги, чтобы куда-нибудь не угодить, как вдруг чуть не столкнулась с фигурой, внезапно появившейся из-за угла. Маленькая девочка лет четырех, с темными волосами, торчащими в разные стороны, и красными глазами, пыталась схватить маленький мячик, не замечая никого на своём пути. Темари остановилась, наблюдая за ребёнком, беспечно смеющимся и направляющимся прямо на неё, после чего наклонилась и поймала игрушку. Девчушка, увидев это, остановилась, после чего развернулась и побежала обратно, скрывшись за углом. Зеленоглазая сидела на корточках с протянутой рукой, в которой держала резиновый мячик и ждала, когда ребенок, преодолев стеснение, покажется из-за угла и заберёт предмет обожания. Спустя пару минут из-за здания сначала показалась маленькая ножка, а после и вся фигура, облачённая в жёлтое платьице, на этот раз она была не одна. К Темари направлялся Шикамару, ведя за руку малышку. — Привет, — девушка опешила, когда к ней приблизился Нара. — Привет. Мираи, можешь забрать свой мячик. Девочка сделала неуверенный шаг, после чего потянула маленькие ручки к мячу, но в последний момент, не решившись дотронуться до него, спрятала их за спину. Необычного цвета глаза смотрели внимательно, изучая Темари. — Возьми, — девушка придвинулась чуть ближе и слегка улыбнулась ребёнку. Несмотря на то, что опыта в общении с детьми она не имела, да и не питала к ним особой любви, что-то в наивном детском взгляде заставило улыбнуться. Мираи осторожно протянула сначала одну руку, затем вторую, и, получив своё сокровище, спряталась за Шикамару, стеснительно выглядывая и рассматривая сестру Казекаге. Девушка встала и выпрямившись посмотрела на Нара. — Давно прибыла? — Только от Хокаге, решила прогуляться. — Гулять, идём гулять! — малышка, видимо привыкнув к новой знакомой, весело заулыбалась. — Я в гостиницу, пока, — девушка, обойдя Нара, направилась прямо по улице. Мираи грустными глазами взглянула на Шикамару, а затем на Темари, после чего заплакала, демонстрируя обиду. На всю улицу разразились детские рыдания. — Мы проводим тебя, Темари.
