Madness is contagious

      «Завтра вы умрете, лорд Болтон»       Леди Старк сидела в своих покоях около холодного окна. Её взгляд был устремлен куда-то в пустоту и не выражал абсолютно никаких эмоций. Эта фраза, сказанная вчера, вертелась у неё на языке, отравляя все внутренности похуже любого из ядов. Зимний ветер врывался в её покои, моментально заполняя все помещение и пробирая до самых костей. Но он не приносил с собой ничего хорошего. Лишь ужасный запах трупов и крови. Запах смерти… Юная особа уже успела привыкнуть к нему, ведь именно так пах её самый страшный кошмар. Собственный муж.       Подумать только, а ведь когда-то в далеком детстве все казалось таким беззаботным. Ежедневные уроки вышивания и вежливости, мечты о принце и счастливой женитьбе, после которой по сюжету должна была последовать такая же сказочная жизнь, достойная настоящей благородной леди. Но все это разбилось об острые камни суровой реальности, разлетевшись на тысячи мелких осколков. Сейчас миледи не могла допустить даже намека на подобные мысли. Её принц оказался настоящим чудовищем, от которого ей едва удалось спастись. И для чего? Чтобы попасть в лапы к другому чудовищу, которое даже не могло притвориться принцем, поскольку им никогда не являлось. Чудище это захватило не только отчий дом, но и всю жизнь Сансы, безжалостно разворотив все её внутренности, и обратив их в глубокую кровавую рану. Бастард ворвался в непорочный Винтерфелл, заполонив все вокруг гнилью, которая переполняла его изнутри. Он навсегда уничтожил прежний облик ледяного дворца, сделав его совершенно чужим, даже для рыжеволосой хозяйки.       Благодаря россказням старших дев, северная принцесса знала каким должен быть настоящий любящий муж. Он должен был являть собой честного рыцаря, бережно оберегающего её сон от дурных кошмаров, а тело от холода. Но Рамси Болтон не был таким. Он подобно голодному дикому псу хищно клацал уродливой пастью, готовясь разорвать очередную жертву своими гнилыми зубами. Любовь этого мужчины не была похожа на ту, что рассказывали сказки. Она отражалась на белоснежном девичьем теле ужасными кровоподтеками, гематомами и невыносимой болью. А в особенно темные ночи вселялась в побледневшие губы, напрасно шептавшие о незримой пощаде.       В какой-то момент в душе волчицы зародилась надежда на то, что она в силах изменить свою собственную судьбу. Вцепившись в худощавую руку Теона, она спрыгнула с огромной стены, канув в глубочайшее море снега. Но это решение, которое на какое-то время помутнило разум, оказалось очень грубой ошибкой, повлекшей за собой ужасные последствия. Благодаря своей собственной глупости она погубила двоих Старков, и скорее всего осталась последней из них, поскольку о двух других не было никаких известий. Чувство вины гложило юную леди изнутри, словно ржавчина, и единственное, что ей оставалось — это надеяться на скорую смерть, ведь её горестная судьба не приносила никакой радости, доставляя лишь одну горькую боль.       Женские пальцы перебирали подол платья в жалких попытках сдержать истошный крик, зародившийся где-то глубоко внутри и нарастающий с каждым днем подобно снежному кому. И сейчас он рвался наружу из-за нахлынувших воспоминаний.

***

      Огромное поле битвы до сих пор стояло перед глазами Сансы. В тот момент она чувствовала свое превосходство. Сладкий привкус победы уже омывал её губы, опьяняя куда сильнее любого спиртного. Девушка крепко сжимала поводья своей гнедой лошади, рассматривая воинов брата. Именно она стала их спасением, а не кто-то другой. Она привела с собой многотысячную подмогу, тем самым сохранив жизни многим солдатам. Старк не утруждала себя мыслями о том, что воины шли отнюдь не за ней, а за Бейлишом. Желанная победа застилала её глаза густой пеленой, ослепляя похуже летнего солнца.       Пока милорды отсиживали свои задницы на конских седлах, измученные солдаты ступали по крови, что уже не впитывала земля. Люди того, кто не собирался биться за них, устроили западню, окружив сторонников Старков. Они сжались вокруг их горстки плотным кольцом, будто стервятники над тлеющей плотью. Конец битвы был давно уже ясен, несмотря на сопротивление Белого Волка. Удушающий капкан затягивал его на самое дно, опрокидывая под ноги союзников. Но сквозь весь этот шум прогремел неожиданный топот нескольких сотен копыт. Армия, на щитах которой красовались белые соколы, смело ворвалась в бой, уничтожая на своем пути самых гнусных противников. А Джон… Милый Джон, выбравшийся из толпы обезумевших воинов, смотрел на свою сестрицу с огромным восхищением. Теперь никто не мог вымолвить ни слова о том, что Санса — глупая пташка. В особенности болтонский выродок, что в тот момент наверняка пускал в неё молнии гнева. Ради его проигрыша, миледи была готова на многое.       «Как тебе такое, грязный бастард?»       Переведя свой взгляд в сторону Рамси, девушка увидела лишь хищный оскал дикого зверя, который пробирал до самых костей. В ту же секунду действия на поле сменились. Воины Долины сокрушали вовсе не противников, а одичалых. Всё это мимолетное счастье оказалось богатой девичьей фантазией, разыгравшейся в неподходящий момент. Боги в очередной раз сыграли с её судьбой злую шутку, вновь приведя девчонку прямиком в лапы чудовища. Она попалась в его сети, которые он плел вокруг всего севера, продумывая свой план на три шага вперед. Она была действительно глупа, раз думала, что сможет обхитрить своего собственного мужа.       От осознания происходящего, сердце волчицы забилось в ужасной истерике, казалось, что оно вот-вот вырвется из маленькой грудки, покинув её навсегда. Женский взгляд упал на стоящего рядом Петира Бейлиша, будто ища в нём хоть какой-то поддержки, но на лице мужчины не было ни капли сожаления, лишь одна самодовольная улыбка, пронзающая все на своем пути. Сансу вновь выставили маленькой несмышленой голубкой в этой чертовой игре престолов. Она доверилась человеку, посчитав его своим союзником, но позабыла самое главное правило. Верить нельзя никому. Эти три слова повторялись в красивой головке с неимоверной скоростью, а по её позвоночнику безжалостно водили кинжалом. Не выдержав такого давления, Старк пришпорила свою кобылу, погнав куда-то вперед. Лишь бы ускакать подальше от всего этого кошмара.       Лошади, чьи морды пенились от напряжения, топтали несчастных людей, отправившихся на верную смерть. Душераздирающие крики смешались с треском костей, ломающихся под тяжестью конницы. Все то, что должно было стать великим освобождением севера от тирана, превратилось в настоящее крошево, покрытое мраком. Таким же черным, как тьма прогнившей душонки Болтона. Тьма эта была непроглядная, густая, смердящая жутким запахом трупов. Как и все вокруг. Она поглотила всех выживших жертв, включая отчаявшуюся рыжеволосую деву.       Пробуждение не казалось столь сладким, как прежде. Боль сковывала все тело, смешиваясь с неимоверным холодом и предательской слабостью. Свежий морозный воздух бился в лицо, кусая его за нежные черты, в то время как над самым ухом раздавался вкрадчивый голос. — А вот и моя дражайшая супруга очнулась, весьма вовремя. Я как раз собирался сдирать кожу с твоего братца. Я безумно счастлив, что ты присоединилась к нам. — от этих омерзительных слов к женскому горлу подступила тошнота. Пушистые ресницы затрепетали, а глаза невольно наполнились солоноватой жидкостью. Это все из-за неё… Она повела брата в эту войну, она понадеялась на помощь пересмешника, доверясь ему, и она собственноручно погубила их дом.       Собственная наивность рвала душу на части, окончательно пробуждая хрупкое тело от своеобразного сна. В порыве нахлынувшей злости Санса даже попыталась подняться, но тут же свалилась обратно на холодную землю. Вид собственных рук устрашал. В некогда нежную кожу беспощадно впивались тугие веревки, пережимая все запястья, отчего синевато-красные конечности висли плетнями. Не трудно было догадаться, что коленки тоже сбились в кровавое месиво, орошая снег соответствующим цветом. Но вся эта боль даже не стояла рядом с той, что поселилась внутри зимней принцессы, воздвигнув там свой грозный замок.       — Молодец, Рамси. — Санса оскалилась, не поднимая своего взора на Болтона. — Выиграл битву у наивной девчонки и её полукровного брата с горсткой одичалых. —  голос немного дрожал, то ли от холода, то ли от подступающего страха.— Браво, великий воитель. — вторая попытка приподняться не увенчалась успехом, зато цепкий взор глаз заметил небольшой ножичек, что валялся неподалеку.       Услышав надменный тон женушки, Болтон расплылся в наигранной улыбке, — А ты искренне надеялась на то, что я сдохну? — он шагнул в сторону измученного Джона Сноу. — Или на то, что твой братик не окажется таким глупцом и выиграет битву? — грубые ладони скользнули по плечам длинноволосого юноши, которого усиленно сдерживали солдаты. Если бы не они, то он бы давно разукрасил лицо своего врага. — Кажется, ты предлагал поединок один на один? Может устроим сейчас? — дредфортский бастард знал, что теперь Белый Волк не причинит ему никакого вреда. Его вид был настолько жалок, что он навряд-ли бы смог удержать меч в руках. И осознание этого заводило, подогревая азарт.       Пока нынешний Хранитель Севера играл с её братом, развлекая своих солдат, волчица, собравшись с последними силами, незаметно подцепила тот самый небольшой ножик. Чтобы разрезать тугие веревки, ей пришлось изворачиваться змеёй, тихо поскуливая от жгучей боли. Тем не менее, оковы пали. Расправив раненные лапы, она кинулась к ближайшему столу, на котором расположилось остальное оружие. Меч в неумелых девичьих руках не имел никакой пользы, зато лук мог вполне пригодиться. Раньше зимняя принцесса много раз видела, как её ненавистный муж пользовался этой вещицей. — Не трогай его, мерзавец. Обещаю, я выпущу стрелу прежде, чем ты сумеешь сообразить, что произошло. — тетива натянулась, а наконечник стрелы направился на улыбающегося ублюдка.       Такой поворот событий обрадовал Рамси, но никак не Джона. Длинноволосый юноша прекрасно понимал, что может произойти, выполни сестрица свою угрозу. — Санса, не надо… — нет, бывший главнокомандующий Ночного Дозора не собирался сдаваться, но видеть очередную смерть родного человека он никак не хотел.       — Милая, послушай нашего полукровку. — владыка Севера поднял руки вверх, жестом предотвратив нападение своих подчиненных на Старк, и продолжая крепко сжимать кинжал в одной из них. Столь острая вещь в его руках всегда обращалась в опасный инструмент искусного музыканта, что играл на нем, вонзая под самую кожу. Как правило, после таких музыкальных концертов тела зрителей становились похожими на куски свежего мяса, истекающие излюбленной багровой краской. — Не делай глупостей, — с этими словами он резко наклонился к Сноу, что стоял на коленях, и проникнул своим клиноком между кожей щеки и тканями под ней. Благодаря парочке аккуратных движений, в его руку упал кусочек еще теплой плоти.       Крик. Звон в ушах. Стрела отправилась в путь, но пролетела над головой узурпатора. Боль вновь сковала все женское тело, и юная леди упала, не в силах оказывать дальнейшее сопротивление.       Что может быть хуже, чем видеть смерть близких собственными глазами? И кто как не Рамси мог умело пользоваться этой человеческой слабостью, наслаждаясь страданиями своих врагов? Ему нравилось поглощать чужой страх. Нравилось смотреть на тела, распятые точь-в-точь как на его гербе. Истошные крики жертв являлись сладкой музыкой для его ушей, а вид алой крови возбуждал до предела. В тот час монстр сломал рыжеволосую Старк окончательно, заставив смотреть на ужасное зрелище. Он заживо сдирал кожу с её полукровного брата, резал и издевался самыми различными способами, какие только могли посетить его воспаленную черепную коробку. Миледи не могла отвести взгляд в сторону, хотя очень хотела этого. Тяжесть в мышцах разлилась по всему женскому телу, превращая дитя в неподвижную статую. Ей оставалось лишь молиться всем богам, старым и новым, чтобы Джон не сломался и не проронил ни звука на потеху этому больному ублюдку. Тогда девчонка окончательно поняла, что в своих кошмарах она будет видеть эту картину до конца своих дней.

***

      Сейчас же волчица была заперта в собственной клетке. Ей казалось, что стены вокруг неё сближались, а воздух постепенно покидал её легкие. И она не смогла сдержать свой крик, который нагло подступил к её горлу огромным колющим комом. Этот крик, полный страдания, вырвался наружу, вероятней всего оглушив всех вокруг. Казалось, еще чуть-чуть и всему этому придет конец. Старк покинет этот мир, запомнив в последние минуты своей жизни лишь темноту, холод и запах смерти. Но голодный пес не мог отпустить свою жертву вот так вот просто. Именно поэтому в следующее мгновение давящую тишину нарушили ровные шаги. Этот звук Санса могла узнать из тысячи. Он слышался ей в самых дурных снах, а в реальной жизни заставлял её сердце неустанно биться, словно пташка, что попалась в силки опытного охотника. За всю совместную жизнь с садистом она успела хорошо запомнить его походку. Это был он… Он здесь.       Юная леди была готова поспорить, что в данную секунду он улыбался своей безумной улыбкой, ведь она чувствовала это каждой клеточкой собственного тела, даже не смотря на него. Прежде она никогда не встречала такого зверя. Нет, человеком его назвать уж точно было нельзя. Его нутро было настолько протухшим, что в нем не осталось ничего человеческого. Он обладал взглядом, который насквозь прожигал холодом, а его улыбка была столь безумна, что ты сам начинал потихоньку сходить с ума. И сейчас Болтон пришел сюда за ней. Чтобы в очередной раз вонзить свои гнилые зубы в мягкую шкуру благородного волка…