The lines of their lives

Уже восемь ночей подряд Гарри Поттер выскальзывал из своей спальни после полуночи. Вот и сегодня, накинув на себя мантию-невидимку, вооружившись палочкой и картой он собирался отправиться к месту его еженочных “свиданий” с Драко Малфоем. Хотя эти шпионские посиделки вряд ли можно было охарактеризовать даже как встречи, ведь никто никого не приглашал. Или, всё же, тот взгляд Малфоя что-то значил, и можно было расценивать его как знак? Не ясно. Гарри все же был уверен, что если бы слизеринец узнал, что на него каждый вечер пялится Поттер из под мантии - невидимки, то был бы, мягко говоря, не в восторге. По крайней мере так думал сам брюнет. Он честно собирался поговорить с Малфоем, правда. Просто искал подходящего момента. Не может же он просто так выпрыгнуть из под своего “укрытия”, или же вовсе прийти к гостиной слизерина просто так. Это, как минимум, будет выглядеть странно, не говоря о том, что глупо. Можно, конечно, попробовать соврать, якобы гриффиндорец ходит во сне, но это звучит даже жалко. Дошел во сне от Гриффиндорской башни до подземелья? Очень смешно. Единственным достойным вариантом было бы соврать, что Гарри увидел что-то подозрительное, из разряда: профессор Флитвик бежал из кабинета Дамблдора в сторону подземелий. Над версией, что именно видел Гарри на карте стоило еще поработать, определенно. Этим он займется завтра. А сегодня он снова просто понаблюдает за платиновым блондином в лучах лунного света. От чего-то Гарри казалось, что его присутствие рядом с Малфоем по ночам оказывает положительное влияние на обоих. По крайней мере самого Поттера перестали мучать дурацкие мысли перед сном. А синяки под глазами у “его-злейшего-врага” становились менее заметными с каждым днем. Гарри усмехнулся: прямо сейчас он направляется на “ночное свидание” со “своим злейшим врагом”. И делал он это ради того самого человека, который насмехался над ним и его друзьями, язвил и пытался выставить его посмешищем. Но разве мог брюнет отказать тому безмолвному крику о помощи, который он прочитал в тех серых умоляющих глазах? Не мог. Конечно же не мог. Он будет уже не Гарри Поттер, если оставит нуждающегося в беде. И он двинулся вниз по лестнице, ведущей прочь из спален . Проходя через гриффиндорскую гостиную, на диване, возле камина, он наткнулся на Фреда, который гладил по волосам Гермиону, лежавшую головой у парня на коленях. Парочка счастливо улыбалась, Гермиона рассказывала какие-то забавные истории из ее детства в магловском мире,в то время, как Фред нежно целовал тыльную сторону правой руки девушки и иногда тихо смеялся. Гарри улыбнулся своим мыслям. Он давно подозревал, что между Фредом и Гермионой что-то большее, чем дружба. И был очень рад за друзей. Поттеру казалось, что сейчас самое время обзавестись человеком, который будет поддержкой и опорой для тебя. Счастье можно найти даже в самые темные времена, - сказал однажды Дамблдор, - если не забывать обращаться к свету. И, по мнению Гарри, любовь была именно тем светом, к которому стоило обращаться. Вообще, многим могло показаться, что у этой парочки не может быть ничего общего: редкостный небезызвестный проказник и шутник, и тихая, до невозможности правильная заучка. Но это было вовсе не так. Как минимум потому, что мало кто знал их по-настоящему. Хоть Фред и не был слишком успешен в учебе, это не отменяло того факта, что он был потрясающе умён. Ну конечно, придумывать такие проделки - непростая задача. Про то, что Фред, с братом на пару, были одними из добрейших и воистину храбрых людей на гриффиндоре, а возможно и во всем Хогвартсе даже говорить не стоит. На самом деле Фред, в действительности обладал огромным количеством лучших качеств, которые почему-то мало кто видел за образом безбашенного озорника. Что насчет Гермионы, многие считали, что она была зубрилкой, влюбленной исключительно в книжки, не знающей, что такое веселье. Но было бы наглой ложью сказать, что это действительно так. Ее близкие отлично знали о ее потрясающем чувстве юмора, которому многие могли бы позавидовать. Да и вряд ли кто-то из учеников мог поверить, что сама Гермиона Грейнджер успела нарушить почти все возможные правила школы. Хотя мы и знаем, что в этом аспекте она преуспела почти на уровне близнецов Уизли. Просто у нее очень качественно получалось не оставлять за собой никаких следов. И это одни из множества вещей, которые объединяли эту парочку. Но об этом позже. Гарри обсудит все со своей лучшей подругой в ближайший выходной. Как и всегда, покинув гостиную своего факультета, золотой мальчик сверился с картой. Путь чист. А Малфой, уже по обыкновению, расхаживает возле входа в собственную спальню. Прошу заметить, что слизеринец уже не беспокойно нарезал круги, а буквально переплывал от одной стороны коридора к противоположной. Гарри снова улыбнулся. Парень быстро добрался до своей “обзорной площадки” и стал разглядывать блондина напротив. Драко был невероятно грациозен: длинные стройные ноги плавно передвигали такое же стройное тело от одной стены прохода к другой, спавшие на аккуратный, слегка нахмуренный лоб пряди серебристо-белых волос покачивались в такт шагам, иногда задевая длинные черные ресницы и заставляя Малфоя-младшего часто моргать, широко раскрывая красивые серые глаза. Взгляд блондина больше не был таким тревожным, как при первой их ночной встрече. Губы брюнета тронула мягкая улыбка. Он почувствовал небольшое облегчение внутри: Драко лучше. Гарри вдруг стало очень тепло на душе. Он почему-то сделался уверенным, что его завтрашний разговор со слизеринцем пройдет гладко. Как раз завтра у них общая пара зельеварения последним уроком. А это означало, что ему нужно будет работать в паре с Малфоем. Вдруг тишину разрезал голос старосты слизерина. “Что ж, до завтра” - прозвучало из уст блондина и мягкая улыбка распласталась на его розовых губах. После чего светловолосый поспешно скрылся в своей спальне. Гарри так бы и сидел ошарашенный словами Драко до самого рассвета, если бы его не привел в чувство порыв холодного ветра. Парень спрыгнул со своего “зрительского места” и погруженный в раздумья направился в направлении своей спальни. Перед сном он еще долго думал, были ли слова слизеринского принца направлены именно ему, или же… Или что? Гарри не знал. Он уснул в попытках понять, что имел в виду Малфой. Но так и не понял. Проснувшись, он полный решимости собрался и направился на завтрак. По дороге к большому залу, еще в коридоре он встретил Гермиону, о чем-то мило болтающую с Джинни, которая нежно поглаживала руку стоящей рядом с ней Полумны. Решив не отвлекать подруг он просто улыбнулся им и зашагал на завтрак. Первое, с чем он встретился в большом зале - ищущий взгляд Малфоя, который замедлился на Гарри и вдруг стал спокойным. Поттер не стал придавать этому большого значения и направился к своему столу. Встав в проходе возле гриффиндорского стола парень вдруг заметил ту же улыбку, что видел прошлой ночью. Сначала брюнета посетила мысль, что эта улыбка не сулит ничего хорошего, но когда Гарри вдруг понял, что этот жест выглядел искренне, а не язвительно, он совсем запутался. Они точно поговорят сегодня.