Отпуск без предупреждения

— Глава 9. «Дело о похищение» — Итого три раза «Фейра» и два «Шпионка» — лучезарно улыбнулась светловолосая. — И зачем ты считаешь? — поинтересовалась Василиса. — Чтобы соизмерить насколько Василёк превышает фейру, шпионку и темноту-у-у, — попыталась протянуть она в манере Фэша. — И происходит ли это вообще? — Я начинаю, — предупредил Данила, строго посмотрев на девочек. Огромные деревянные двери тяжело распахнулись, пропуская троих ребят. Лазурная зала оказалась круглой и невероятно огромной, а еще имела куполообразный потолок, уходящий далеко ввысь, в темноту. Василиса тут же подумала: куда делся второй этаж? Ведь высота лестницы между первым и вторым этажом была равна восьми-десяти метрам, а потолок залы уходил вверх на добрую сотню… Надо бы расспросить у Ника, как такое может быть? Неужели то самое чародейство, вернее, часодейство, дающее возможность расширять помещения неким хитрым образом? Ведь часовщики могут повелевать не только временем, но и пространством… Василиса вспомнила увеличившуюся на время праздника гостиную в отцовском доме. Наверное, тут что-то в этом роде. — Как же ты быстро обрабатываешь информацию, — похвалила Чёрная Королева. — Обработать, оценить, воспользоваться этой информацией, когда нужно. Практика — это хорошо. — Ведь сколько книг ты бы не прочитал, они бесполезны, если полученные данные не использовать, — закончил Нортон-старший. — О, ты соизволил всё же запомнить это, — ехидно прищурилась мать. — Не запомнишь тут, когда на протяжении двадцати лет повторяют это. Все трое остановились возле книжного шкафа. Его полки с книгами ровными рядами простирались далеко-далеко вперед. — Книжный рай, — одновременно протянули Василиса с Эйми и весело переглянулись. — Мы должны здесь подождать, — сказал Василисе Ник. — Пока за нами кто-нибудь придет и проведет в Лазорь. — Если бы знали кто придёт, — огорчённо выдал Фэш. — То, что бы изменилось, малыш? — осклабился Марк. — Ничего бы ты не сделал. — Это вряд ли, — пробурчал парень, но всё же принял правоту неприятеля. — Так значит главный надзиратель снова появится! — воскликнула Захарра. — А я надеялась тебя больше не лицезреть в этой книге… Главный надзиратель. — Куда? — Лазурная зала состоит из библиотеки и круга для совещаний, — начал пояснять Ник. — Мы сейчас пойдем вдоль длинных шкафов с книгами. Видишь, все шкафы располагаются лучами, сходясь в центре зала и образовывая Лазорь — ровный очерченный круг, окруженный несколькими ярусами лоджий. В Лазоре проходят общие советы, когда мастера и часовщики должны принять совместные решения… Сама же Лазурная зала имеет удивительную волшебную историю. — Волшебную? — Часодейную, — тут же поправил Фэш. — А разницы как выяснили почти никакой, — развёл руки Лёша. — Часодейство всего лишь конкретика и говорить волшебство не является ошибкой. — Но мало кто поймёт, что ты говоришь не про волшебные сказки, — ответил Драгоций. — Мы будем это исправлять. — Да-да, — кивнул Ник, и глаза его заблестели от гордости. — Ратушу построили очень давно, еще до Эпохи Часов. Здесь до сих пор таится древнее часодейство. Говорят, еще первые часодеи строили… Те самые, что первыми разгадали секрет Времени. — Да, в Лазоре очень хорошо это чувствуется, — кивнула Лисса. — Там приятно находится. — Благодарю, — кивнул Константин. — Мы сделаем всё, чтобы пребывание там стало ещё комфортнее. — Рекламное агентство, — хмыкнул Адриан. — Что же ты там хочешь сделать, Лазарев? — закатил глаза Нортон. — Но там точно лучше, чем в Рубиновом Шпиле, — прокомментировала Василиса. — Каждому свой уровень, — усмехнулась Елена, окинув девочку снисходительным взглядом. — Вы правы, — не растерялась Черноключница, и улыбка её стала ещё шире. — Великому часодею намного лучше приходится в древних зданиях, где сохранилось часодейство, где мало чего меняют, где Время сохранило дух, а не в новомодных и пустых. — Давай, Лёш, — только произнесла Эйми. — Гучи флип флап! Мортинова непроницательным лицом посмотрела на всех троих. — Потрясающе здесь, — кивнула Василиса. — И книг столько… Фэш хмыкнул. — Если бы ты действительно была часовщицей, — снисходительно проговорил он, — то увидела бы, сколько же здесь в пространстве букв, слов и цифр… Иногда мелькают целые ленты фраз. Лазурная зала — это особенное место, источник большой жизненной силы, где оживают вещи и предметы… Некоторым книгам более двух тысяч лет, и все они стремятся рассказать свою историю. — Эх, Фэш, ты же и сам ничего не видел, — посмотрела на него Диана. — Кто-то решил выпендриться, — показала язык куцехвостая. — Буквы, слова и цифры и правда там летают, — остановил Василису с Ником Родион Хардиус. — Но даже не каждому высшему часовщику дано их увидеть. Может если Время позволит, мы с вами соизволим созерцать этот незабываемый и великолепный феномен. — Только потом не забудьте попросить об этом у Времени, — добавила Ли, усмехнувшись. Николь быстро записала себе это. Она начнёт новую рубрику. — Ох, — потоптала бы ногами Захарра от нетерпения, если бы не сидела. — Ещё ждать несколько недель прежде мы узнаем, кто это. — Я бы хотела с ним поговорить, — кивнула рыжеволосая. «Я бы посмотрела на это» — подумала волшебница. — «Биполярка» Ник глубоко вздохнул. Как видно, ему очень хотелось стать часовщиком и увидеть заветные буквы, а Василиса подумала, что Фэш наверняка привирает. Однако прищурилась, пытаясь разглядеть что-нибудь в пространстве над шкафами. — Вот и опять встретились, фейра, — — Главный надзиратель! — вновь воскликнула Захарра, подпрыгивая. — Успокойся, кенгурёнок, — взяв её за футболку, Маар потянул на пол девочку. — Поубавь свою энергию. — Как ты меня назвал? — мигом возмутилась она и повернулась в его сторону. — А что мартышка лучше? Драгоций схватила подушку и начала душить блондина, лишь бы убрать эту нахальную улыбку. — Я так понимаю, — наклонился к светловолосой Хардиус. — Фэш и Василиса, Ник и Диана, Маар и Захарра. — Вы всё верно поняли, — осклабилась девушка, подсматривая на будущую пару. — Умер, — тем временем прохрипел Броннер. — Никто оплакивать не будет, — пожал плечами Фэш. — Какие вы злые, Драгоции. — Что есть, — подал голос Примаро. Маар сглотнул. — Меня так напрягает его взгляд, — прошептал он всё той же Захарре. Девочка согласна покивала. В этом она солидарна. раздался тихий и донельзя нахальный голос прямо у нее над ухом. Голос, плохо скрывавший торжество. Василиса оторвала взгляд от бесконечного потолка и увидела знакомые черные глаза на узком лице. Она не смогла сдержать удивленного восклицания: это же Марк! А он как здесь очутился?! — It is a magic, — опять чуть ли не создала радугу Эймилара. Теперь мальчишка был одет в такую же широкую черную рубашку и штаны, как у Фэша, а на ногах имел точно такие же остроносые туфли. — Форма, она на то и форма, — сказал Ляхтич, откидывая чёлку. Пепельные вьющиеся волосы были зачесаны назад и собраны в небольшой хвостик. Марк держал в руке странный жезл, похожий на длинную стрелку от громадных часов или маленькое копье. Василиса уже набрала в грудь воздуха, чтобы обрушиться на Марка гневной тирадой, — Но Фэш тебя опередил, — догадалась Диана. как Фэш опередил ее: — Кто бы сомневался. — Ты что забыл здесь? — Голубые глаза смотрели презрительно и настороженно. Василиса изумилась: они что, друг друга знают?! — К великому сожалению, — одновременно протянули они. — Не твое дело, Драгоций. — Губы Марка расплылись в ухмылке. — Скажу лишь — твоего дружка ремесленника ждет большой сюрприз… Следуйте за мной. — С какой это стати? — процедил Фэш. — Мне поручено встретить вас и провести на заседание РадоСвета. — Марк сощурился. — По приказу господина Мандигора. Вас ждут в Лазоре. — Так ты на побегушках у высокого часовщика? — не унимался Фэш. — У Мандигора? Или нет, дай-ка угадаю… наверняка у госпожи Мортиновой! Марк на секунду замер и резко повернулся в сторону Фэша. — Устраивают перепалку из ничего, — недовольно произнёс Нортон. — Скажите это себе, — издала смешок Эйми. — Вы все сами из ничего устраиваете ссоры. Взрослые промолчали. — Тебе не дает покоя моя победа, Драгоций? — свистящим шепотом произнес он. — Что я, а не ты назван лучшим учеником темночасов! Ты провалил испытание, и с этим уже ничего не поделаешь, малыш… — Ты прекрасно знаешь, почему я провалил испытание! — Глаза Фэша полыхнули недобрым огоньком. — Кто-то подставил меня, и не надо долго думать, кому это было выгодно. Василиса с изумлением увидела, как за его спиной шевельнулись, быстро проявляясь, две крылатые тени. — Давайте только без драки, — высказалась Диана, хлопнув по полу. — Как дети малые. — Прошлое не изменить, фея, — сказала Маришка. — В школе плохо училась? — Хочешь посмотреть насколько хорошо я усвоила уроки? — все своим видом показала бесстрашие Фрезер. — Больно надо. — Ты проиграл, потому что водишься со всяким сбродом, — процедил Марк. — И как это связано? — спросил Маар. — С кем поведёшься, от того и наберёшься, — процитировала Дейла остальскую поговорку. За его спиной также заклубился воздух, обретая очертания больших черных крыльев. — На самом деле, я думаю, — вмешалась Эймилара. — Что если бы они и правда хотели подраться, то они бы не медлили, потому что крылья могут появиться за раз, и ты даже не заметишь, как заклубится воздух. Нет, я не говорю, что вы не хотели ударить друг друга, — поправилась девушка. — Но я имею виду, что вы осознавали, где находитесь. А голос Ника просто подействовал, как сигнал, что можно перестать. Потому что если бы это сделал кто-то из вас, то в глазах соперника это выглядело, как слабость. Вот, — закончила она. На несколько секунд затаилась тишина. — А-ха-ха, — засмеялся Фэш, а за ним и Марк улыбнулся. — Ты настолько фанатеешь по этим книгам, что разбираешь каждую мелочь, каждую сцену? Эйми невозмутимо растянула губы в улыбке. — Точно не помню, о чём я тогда думал, — вмешался Ляхтич. — Но вроде да, так всё и было. — Ага, — согласился с ним Фэш. Их взгляды на секунду встретились, но в тот же миг улыбки с их лиц пропали, и они скривились, отворачиваясь друг от друга. — А ещё я думаю, — вновь заговорила девушка. — Что лучше не говорить тебе так больше, Марк. Потому что теперь это и твоя компания. Юное поколение, как по команде, сделало вид, что их сейчас стошнит. — Такое даже в кошмарах не снилось, — скривил лицо Норт. — Такова жизнь, — только произнесла Эйми. — Не время унывать. Василиса успела заметить, что по краю Марковых крыльев вырисовывается кроваво-фиолетовая кайма. Но тут вмешался Ник. — Вы что, собрались драться в Лазурной зале?! — в отчаянии воскликнул он. — Фэш, нас всех арестуют! Его крик возымел действие: черные крылья обоих разом начали бледнеть, быстро растворяясь в воздухе. — Ну, и Слава Времени, — кивнула Диана. — Молодец, Ник, — посмотрела она на него и мгновенно нахмурилась. — Твой дружок ремесленник прав, — медленно произнес Марк. — После продолжим… — Всё нормально? — задев друга за плечо, очень тихо спросила фея, чтобы любопытные уши не услышали их. — Всё хорошо, — хмыкнул Лазарев, понимая иронию ситуации. — Ник, — вновь повторила она, видя его состояние. — Ты помнишь наш разговор? — Как-нибудь, — процедил Фэш. — Мне неприятно вспоминать эту ситуацию. — Всё это в прошлом, — Диана очень захотела обнять его, но прекрасно поняла, что смутила бы друга при всех, и он бы только оттолкнул её. — Прошу следовать за мной, — сухо отчеканил Марк и пошел вперед быстрым шагом. Ребятам ничего не оставалось, как последовать за ним. — Да, конечно, — ответил Ник, глубоко вздохнув. — Может уже перестанете шептаться? — возмутилась Маришка, недовольно смерив взглядом. — Или что-то интересное обсуждаете? — Не твоё дело, — одновременно рявкнули они, и сама Резникова, и чуть ли не все дёрнулись от неожиданности. — Какие вы злюки, — повела плечом Хрустальная ключница. Ноги Василису еле слушались. Честно говоря, она порядком испугалась, и Фэшу пришлось раза два немного подтолкнуть ее в спину. — Чтобы подцепить жучка. — Прости, — мягко улыбнулся Фэш, услышав шёпот Василисы. — Дураком был. Их действительно ждали. Как только они вошли через небольшую арку в освещенный круг Лазоря, воцарилось всеобщее молчание. Василиса удивленно огляделась. Казалось, будто они вчетвером попали на арену цирка. По кругу шли трибуны, очевидно скрывавшие ряды со скамейками. — Цирк и не больше, — согласилась Чёрная Королева. На скамейках располагались люди, много людей. Их лица выделялись в полумраке лоджий неяркими бело-серыми пятнами. Неожиданно зал осветился голубоватым сиянием, и Василиса смогла получше разглядеть присутствующих. Они различались по одежде: были тут и черные длинные одеяния, похожие на монашеские рясы, и кроваво-красные мантии, и даже пестрые наряды дам с широкополыми шляпами или узкими колпаками со шлейфами. Некоторые были одеты, как Фэш с Марком: в длинные рубашки с широкими белыми манжетами и черные брюки — причем и мужчины, и женщины. Но одна из трибун резко отличалась на общем фоне: цвет одежды людей, расположившихся в ней, был идеально белым. Прямо над ними располагалась высокая и длинная лоджия из белого дерева. Василиса не заметила рядом лесенки или другой какой-либо возможности забраться туда. Там, на стульях с высокими спинками, восседали особенные люди: на их головах сверкали серебристые или золотые обручи. — Ангелы, — недовольно фыркнула девочка, подправляя прядь. — Где-то Дино с Сэми поперхнулись чаем, — засмеялся Лёша. — А Сэми-то зачем вспоминать? — печальным тоном спросила Эйми. — Извини, не подумал, — приложил правую руку к сердцу осталец. «Наверное, это самые главные», — подумала девочка. От количества пристальных взглядов, обращенных к ней, Василиса смутилась и, уставившись в пол, принялась рассматривать узорные прожилки голубоватых каменных плиток. Между тем Марк отвесил низкий поклон и, злорадно оглянувшись на ребят, отошел в сторону. — Прихвостень, — бросил Фэш, но услышали его только рядом сидящие Диана и Василиса. — Как тебя зовут, девочка? Один из белоснежных поднялся и вышел к ним, на середину круга. Василиса сразу узнала его, несмотря на новую белую одежду — Мандигор. Правда, глаза его как-то странно бегали, а руки нервно сжимали белый жезл — такой же, как у Марка, но подлиннее, да и побольше в размерах. «Он же знает, как меня зовут», — подумала девочка, но тем не менее ответила: — Василиса Огнева. — Формальности, всё формальности, — произнесла Селена. — Они были и будут всегда. Люди на скамейках зашевелились, зашумели, кое-где раздались удивленные и гневные восклицания. — Господин Лазарев, вы обвиняетесь в похищении малолетней дочери господина Нортона Огнева, — сухо отчеканил Мандигор. — Ваше слово для оправдания? — Что? — непонимающе взглянули Маар с Захаррой на экран, а Диаман с Селеной хлопали глазами, думая, может им послышалось. — Вот до чего ты дошёл, Нортон, — вздохнула Нерейва. — Хотя можно было ожидать и ещё более подлого поступка. — Вот какое похищение, — провёл рукой по подбородку Рок. — Занятное дело. — Никакого сочувствия в тебе, Рок, — ухмыльнулся Примаро, показывая чашкой в сторону брата. — Мы видим господина Лазарева перед нами в здравии, значит, всё обошлось и закончилось более-менее хорошо. Жалели бы, если бы сейчас господина Лазарева сейчас не было с нами. — По факту. Василиса растерялась. — Тут бы каждый растерялся. Такие неожиданные слова предъявляют, — сложила руки у рта Селена. — За что ты так, Нортон? — Селен, — мягко начал мужчина. — Прошло много времени, многое изменилось. — Угу, — подавленно согласилась Драгоций. Диаман аккуратно обнял жену, положив голову на плечо и прошептал: — Но мы здесь же как раз собрались для того, чтобы всё исправить. Теперь мы понимаем от чего. Милая, не расстраивайся. — Да, действительно, — слегка приободрилась она, но всё же неприятно это видеть, когда помнишь какими они всеми были друзьями. — Конечно. — Я продолжу, — сказал Данила, увидев, что родители Фэша замолчали. — Замечательно. Итак. Из толпы белоснежных людей поднялся еще один человек, сидевший на самом первом ряду, его руки тоже крепко сжимали длинный белый жезл. Мужчина был смугл, и у него были такие же веселые темно-карие глаза, как у Ника. — Папа, — прошептал Ник, порываясь подойти к отцу, но тот остановил его быстрым движением. — Я первый раз вижу эту девочку! — сообщил старший Лазарев, с большим любопытством разглядывая Василису. — Ты просто очень похожа на маму, — улыбнулся Константин. — Сложно не обратить на это внимание. — И характер схож, — скрестил руки Нортон-старший. — Поверь мне. — Это сложно сделать. — Вообще-то говорят, что Василиса пошла в вас характером, господин Огнев, — заметила Эймилара. — Кто так говорит? — Все, кто знает вас обоих, — развела она руки. — А вы сожалеете? Вы же сами хотели, чтобы так было. Разве не так? — И правда был такой момент, — слабо хмыкнула Лисса. — Откуда же вы это всё знаете? — недовольно спросил мужчина. — Шестая книга? — Она самая. — И я в первый раз вижу этого человека, — громко заверила Василиса. — Расскажи, как ты совершила переход на Эфлару, девочка? — ласково попросил Мандигор. — На этой… — Василиса мучительно покраснела под перекрестием взглядов. — На огненной лестнице. С помощью таких маленьких часиков, которые дал мне… — Нет, точно. Лучше бы меня Фэш в подземелье запер, чтобы это не произошло, — заявила Черная ключница. — Не думаю, — попыталась опровергнуть Диана, но увидела, что подруга почему-то была уверена в своих словах. — Если бы тебя заперли где-нибудь, Василиса, то, по их словам, я не только бы похитил тебя, так ещё и запер. Лазорь всё же под моей ответственности, — пояснил мастер. — Но должен был способ этого избежать. Путь есть всегда, надо только его найти, — Василиса задумалась, а что она тогда могла сделать. — Давайте все дружно признаем, что господин Огнев тогда поступил подло, и быстро докончим главу, — предложила Эйми. — Нет, я говорю, что подло, — продолжила она, заметив, как Норт хотел возразить. — Для некоторых это не плохо с моральной точки зрения, но то, что это подло — мы все признаем. — Твой переход на Эфлару был зафиксирован по адресу инерциоида, записанного на имя Ника Лазарева, — перебил Мандигор. — Ник дал мне свой пароль… — пролепетала несчастная Василиса. — Дело в том, что я… что мне угрожали… — Лазарев тебе угрожал, девочка? — тут же переспросил Мандигор. — Да нет же! — Лучше бы я молчала, — прикрыла лицо руками Огнева, начиная винить себя ещё сильней. Какая же она глупая. — Когда обвиняют невиновных, ты не можешь молчать, — заговорил Лёша. — Ни разу на моей памяти такого не было. — Это должно меня успокоить? — Возможно. — Да ладно, Василёк. Давай забудем об этом, а то по твоим действиям я точно должен уже сотый раз просить прощения, — наклонился к ней Фэш под строгий взгляд господина Нортона-старшего и любопытные других. — Нет, я же сказала, что это всё в прошлом и я простила тебя. Всё нормально, — повернулась к нему девочка, и они чуть не столкнулись носами. Где-то на заднем фоне послышался писк Эйми и щелчок от камеры Лёши, но ключники на это не обратили внимание. «Кто-нибудь подтолкните их» — раздался голос Захарры, однако и это осталось незамеченным. Василиса и Фэш остановились на глазах друг друга, медленно тонув, и только где-то глубоко в сознании старались не забывать, что они не одни. — Тогда почему ты не придерживаешься своих же слов? — прокашлялся Фэш, садясь прямо. Он точно не понял сколько времени прошло, но вроде господин Огнев сидит на своём месте, значит не так уж много. Возможно, только секунда, хотя парню так не казалось. Драгоций боковым зрением заметил разочарованную сестру, которая быстро отодвинула руку, поджимая губы от того, что она немного затупила и замедлилась. — Всё в прошлом, никто тебя не винит. Василиса посмотрела на пол, стараясь скрыть красное лицо, прекрасно понимая, что ещё пару секунд и она бы сама подалась вперёд для поцелуя. — С ней всё хорошо? — спросил Маар, как только «шоу» закончилось. — У неё такое часто бывает, — пожала плечами Адриан, косясь на Эйми, которая вроде кричала в подушку, а вроде пыталась задушить себя. Кто знает. — Василиса совсем запуталась. — Мне надо было срочно убежать из дома! Ее щеки густо залились красным: «Вот прямо как сейчас» — подметила девочка. Василиса вдруг подумала, что на самом деле ей никто не угрожал. Одни слова, загадочные фразы, полунамеки… Но прямой угрозы для её жизни не было! В освещенный круг вышло еще двое: мужчина в темном плаще Который сейчас точно бы испепелил юного Фэшиара Драгоция, если бы имел такую способность. и женщина в узком и длинном, идеально белом платье. У Василисы упало сердце: к ним приближались Нортон-старший и госпожа Мортинова. Последняя улыбалась, не скрывая победного торжества. Лисса закатила глаза. Вот надо им появляться. «Так ещё и вдвоём» — предательски мелькнула мысль. Но что же происходит?! Василиса в замешательстве отступила на шаг и наступила на ногу Фэшу. — Я еще доберусь до тебя, шпионка! — прошептал он ей в ухо, больно схватив за руку. — Ты подставила Ника! Твой отец подослал тебя, проклятая фейра… — Один вопрос как? — теперь и Рок задался этим вопросом, переводя взгляд с экрана на настоящих будущих правителей Времени. («настоящих будущих»? What?) — Подослал, — кивнула Диана, наконец-то соглашаясь с этим. — Но виноват во всём этом только господин Огнев. — Неправда! — Я обвиняю господина Лазарева в похищении моей дочери Василисы, — проговорил Огнев безжизненным голосом. — И зачем мне это? — поразился старший Лазарев. — Что ты затеял, Огнев? Если ты уберешь меня из РадоСвета, не факт, что тебя возьмут на мое место… Елена осклабилась. — Я подтверждаю, — сказала она, — что Василиса Огнева была похищена из дома сразу после посвящения. Очень высокого, между прочим, посвящения. — Вот именно. То, что уже у Василисы высокая степень могло позволить вам быть в РадоСвете. Зачем подставлять Константина Лазарева, я не понимаю, — прервала чтеца Эйми. — Кто же знал, что у неё будет высшая степень. А план уже был готов, — ответил господин Огнев. — То есть, если бы ты знал заранее, каким-то неизвестным способом, — сразу подметил Константин. — То, не стал бы даже придумывать план? — Возможно. — Точно какое-то волшебство, леди Эймилара, — удивился мужчина. Елена повернулась к Василисе, голубые глаза ее светились нежностью и теплотой. — Девочка прожила всю жизнь на Остале, вдали от часодейства, — проговорила Елена, искрясь сочувствием. — Она очень плохо перенесла посвящение, и мы вынуждены были отвести ее в комнату, чтобы она отдохнула. Младшая Огнева была так напугана… И тут ее похищают! И все ради политики, своих ужасных, хитромерзких игр вмешать ребенка… Переход мог убить девочку! Голос Елены звенел праведным гневом. — Актриса вы хорошая, госпожа Мортинова. Никто с этим не спорит, — сказала Эйми без капли ехидства. — Почему вы не пошли на актёрский? — Не знаю, — честно призналась часовщица. — Никогда даже такой мысли не возникало. — Мне кажется, вам всё же надо попробовать, — мягко улыбнулась волшебница. Елена слегка нахмурилась. Она не поняла это был сарказм или совет? — Господин Огнев, — обратился к отцу Василисы Мандигор, — подтверждаете ли вы тот факт, что ваша дочь была похищена тридцать первого мая этого года в десять часов вечера? — Да, она сама себя похитила, — кивнула Николь. — Да, подтверждаю, — кивнул старший Огнев. — Василиса Огнева, — обратился Мандигор к девочке, — подтверждаете ли вы, что в ночь с тридцать первого мая на первое июня совершили вынужденный переход с Осталы на Эфлару, доселе незнакомую вам? — Вот надо же так сформулировать вопрос! — то ли возмутилась, то ли восхитилась Фрезер. — А запоминайте такой приём, — теперь обратилась к юному поколению Эйми. — Очень хороший приём, хоть и не совсем честный. Но признаюсь, сама им не редко пользую на работе. — А кем ты работаешь — спросила Василиса. Волшебница только шире улыбнулась, отпивая яблочного сока. — Да, наверное… — озадаченно проговорила Василиса. — Но все было не так! Ник, он встретил меня и… — Лазарев подговорил собственного ребенка, чтобы совершить сие непростительное злодеяние! — вскричала Елена. — Позор для часового мастера! Ник побледнел, а Фэш одарил Василису полным ненависти взглядом. Сейчас же были взгляды лишь смущённые. Интересный поворот событий, однако. — Нет, я сама попросила его дать пароль! — в отчаянии выкрикнула Василиса. — Сейчас начнётся галдёж, — понял Адриан. Но ее крик утонул в общем галдеже: люди качали головами, возмущенно перешептывались, некоторые выкрикивали что-то злобное и оскорбительное в адрес старшего Лазарева. — Мне кажется, здесь прекрасно подходит фраза Элизабет и капитана Джека Воробья, — произнесла рыжеволосая. — «Это безумие… — Это политика» — одновременно закончили Лёша с Эйми. — А кто это такие: Элизабет и Джек Воробей? — спросила Диана. — Опять что-то ваше остальское? — Капитан Джек Воробей, — поправили фею смотревшие этот фильм. (Да, да, читатели. Вы тоже должны были её поправить) — «Пираты карибского моря» — одна из самых известный франшиз на Остале, — кивнула Василиса. — Можно будет посмотреть. — За уже за сегодня наберём список того, что будем лицезреть каждый вечер, — усмехнулась Эйми. — Я всё же предлагаю что-нибудь из Диснеевских мультфильмов: Холодное Сердце, Зверополис, Тайно Коко… — У нас целый месяц впереди, — показал «Окей» Лёша. — Каждый вечер по одному фильму и штук тридцать они уже будут знать. — Я требую справедливого суда, — ровным голосом произнес Константин Лазарев. — Требую созвать Особый Совет. — Знаете, так и не скажешь, что вас каким-то образом шокирует происходящее, — высказалась Эймилара. — Надо уметь держать себя в руках, особенно, когда состоишь в политике, — лишь пожал плечами мужчина. — Там, наверное, когда ещё господин Огнев заходит, начинаешь креститься и понимать, что сейчас что-то будет. По крайней мере, у нас было так. Конечно, с учётом того, что мы всегда что-то творили, но это мелочи. — А разве сейчас мы не на Особом Совете? — Елена плавным движением руки обвела зал. — Да какая же тут справедливость! — гневно воскликнула черноволосая женщина, — О, Диара, ты теперь тоже появилась в этом цирке, — рассмеялся Миракл. — Сейчас Нортону потрепают нервы. также сидевшая в первом ряду белоснежной лоджии. Она резко поднялась во весь рост и оказалась очень высокой и довольно крепкого телосложения. Толстые, волнистые пряди волос великанши рассыпались по широким плечам, словно черные змеи, а большие темные глаза пылали великим гневом. — Зачем Лазареву красть ребенка у Огнева?! — яростно продолжила она речь. — Лазарев — член РадоСвета, а Огнев — лишь жалкий преступник! Обвинение советнику имеет право выдвигать лишь равный… — Господин Огнев — свободный человек, и с него полностью сняты все обвинения. — Мандигор перевел дух и продолжил: — Дерзну напомнить Совету, что три великих Ключа, за изъятие которых Огнев был осужден, — За изъятие? — нахмурилась Лисса. — Кража и только кража. дают часовщикам право решать судьбу нашего мира наравне с феями. Которые, кстати, даже не соизволили прийти на переговоры… — Кстати, а почему вы не решили посетить это собрание? Лисса, Чёрная Королева? — поинтересовалась у них волшебница. — Если бы мы знали, что там затевается, — начала Нерейва. — То непременно бы прилетели, а так… — Были дела и поважнее, — кивнула Лисса. — То, что Нортон решит устроить какое-то шоу, подключив в это дело нашу дочь, даже в мыслях не возникало у меня. — Какой я хороший у тебя в глазах, — съязвил Огнев. — Давно уже нет. Кроме того, сегодня утром господину Огневу было назначено место в Совете. — Мандигор обвел присутствующих довольным взглядом. — И еще… господин Огнев теперь имеет право предложить свою кандидатуру в главный РадоСвет. — Это какое же такое право? — тут же возмутилась великанша. — Каким образом преступник… — Согласно древнему закону, уважаемая госпожа Дэлш, — перебил ее Мандигор, — если у часовщика есть ребенок, получивший высшую степень на посвящении, он может войти в состав РадоСвета без голосования. — И вот случится так, что родитель — безумный больной, а ребёнок — гений с высшей степенью. И захочет родитель, согласно этому закону войти в РадоСвет, и что же вы будете делать? — обвёл всех эфларцев взглядом Лёша. — Какие странные законы. Место в парламенте ещё заслужить надо. — И правда, — согласился Родион Хардиус. — Давно пора пересмотреть своды законов. — И великий Зодчий Круг поручит это дело Новому Времени, — прыснула Эйми. — Справедливо. — Пусть учатся, — улыбнулся часовщик. — Вы хотели сказать «мучаются». — Возможно. Стало очень тихо. — Среди твоих детей есть высокорожденный часовщик, Огнев? — нервно спросила госпожа Дэлш. — И кто же это? — Моя дочь, присутствующая здесь, — равнодушно произнес Нортон-старший. — Хоть бы что, хоть бы что, а в мою сторону как обычно равнодушие, — развела рукой Василиса, другой подперев подбородок. Ли мигом вспомнила одну ситуацию, но промолчала. Ладно, сами должны разбираться. Всё же в каждый диалог не хорошо вмешиваться. — Именно так, — кивнул Мандигор. — Василиса Огнева получила высшую степень — стрелки ее часов остановились ровно на двенадцати. Я лично имел честь присутствовать на этом знаменательном посвящении. — Значит ли это, — подал голос седой старик с длинной бородой, восседавший рядом с госпожой Дэлш, — что Лазарев имел вескую причину для злодеяния — похитить дочь Огнева, чтобы помешать тому войти в РадоСвет? Господин Огнев, вы предъявляете обвинение господину Лазареву? — Да, — сказал отец Василисы. — Я предъявляю обвинение ремесленнику Лазареву. Последние слова Огнев произнес резко, с издевкой, выделяя слово «ремесленник». — Господин Лазарев, сдайте жезл, — сухо сказал Мандигор. — Четко сработано, Огнев, — тихо произнес старший Лазарев. Так тихо, что его услышали только стоящие в круге. — Ты очень ловко воспользовался отсутствием высокоуважаемого Астариуса и провернул ложное обвинение, но не думай, что ты победил… — А я думаю, что победил, — произнес Нортон-старший без тени улыбки на лице. — Приятно было тебя повидать, Лазарев. Жаль, больше не увидимся. — Мечты, мечты, — безэмоционально выдал Огнев. — Как жаль. — Смиритесь, господин Огнев. Как только вы подружились, ваши нити жизни тоже переплелись до конца. — Древние часы, можно это как-то отменить? — потёр переносицу мужчина. — Нет. Многие засмеялись с лица «бедного, съевшего что-то не то» Нортона. — А что вы смеётесь? — все тут убрали улыбки, чуть ли не сглотнув, из-за того, что Эйми переключилась на них. — Вы все здесь сидите, значит все вы будете до конца жизни связаны друг с другом. — Как будто приговор вынесли, — заметил Маар. — Для кого как. За спиной отца Ника неслышно возникли двое людей. Они были одеты в длинные тускло-серебристые плащи, а их руки сжимали крепкие копья с тонкими стальными остриями. Старший Лазарев молча отдал жезл Мандигору. — Я готов, — сказал он и ободряюще кивнул Нику. Тот тихо застонал, закрыв лицо руками. Фэш успокаивающе стиснул ему локоть. Василиса ничего не понимала, но почувствовала всеобщее напряжение. Обстановка в комнате мгновенно утяжелилась. Все поняли, что будет через пару секунд. Мандигор поднял белое копье и направил его на Константина Лазарева. — Старение! Пятьдесят лет. Диара с Лиссой скривились. Внезапно лицо Лазарева покрылось сеткой мелких морщин, словно старый, потрескавшийся от времени алебастр, а волосы его начали стремительно седеть. Ник, не контролируя себя, дёрнулся, и Диана тут же ласково накрыла его ладонь своею. Василиса стояла рядом и все видела очень отчетливо. «Нет, лучше бы не видела» — подумала она сейчас, прижимая колени к себе. Спина осужденного сильно сгорбилась, руки вытянулись вперед и покрылись темными пятнами, под враз побледневшей кожей резче проступили вены. Селена вжалась в мужа, вообще не смотря на происходившее. «Ужас, ужас, какой ужас» — отчётливо билась мысль в её голове, и только сердцебиение Диамана не давало ей пустить слёзы. Не в силах смотреть на это, Василиса перевела взгляд на своего отца и ужаснулась: Нортон-старший явно наслаждался сценой, его лицо светилось довольством. Эймилара скомкала подол платья, слегка прикусывая губу. Сколько бы она не перечитывала книги, она никогда не привыкнет к такому и будет всегда переживать будто в первый раз. Вскоре на месте крепкого и здорового мужчины стоял немощный старик, еле держащийся на ногах. Дейла повела плечами. Она ещё тогда слышала о том, что у отца свершился план. Но чтобы так, и так жестоко. «Эфер старения» — жуткий. Девушка помнит, как наткнулась на него в учебнике. Тогда она вся покрылась мурашками от описания того, как преобразуется организм человека, на которого накладывают его. Огнева нашла руку брата и сжала её покрепче. Норт посмотрел на сестру и придвинулся ближе, погладив девушку по волосам. — Константин Лазарев, вы пробудете в таком виде до выяснения обстоятельств по вашему делу. Вас вернут к нормальному облику, если вы окажетесь невиновны. Вы принимаете это? — Если вы окажитесь невиновны, — передразнила Захарра, хмуро наблюдая за действием. Теперь понятно, почему друзья не рассказывали ей об этом, почему Фэш об этом только пару слов написал в письме. Никто не хотел вспоминать. — Да, принимаю. Услышав старческий, дребезжащий голос, Ник, не сдержавшись, всхлипнул. Маришка на мгновение зажмурилась, желая забыть эту картину. И пусть жертва этого всего лишь ремесленник Лазарев. Само действие оставляет отпечаток в сознании. — И куда теперь, Мандигор? — осведомился Лазарев. — Вас отведут домой под стражей… — Домой? — усмехнулся Лазарев. — Я уже дома. — Язвить пытаетесь, господин Лазарев? — приподнял бровь Адриан. — Нет, что вы, — развёл руки мужчина и широко улыбнулся, и всем стало легче от того, что сам Константин Лазарев не принимает эту ситуацию глубоко к сердцу. — Просто подмечаю очевидное. — На второй этаж Ратуши, — уточнил Мандигор. — До выяснения обстоятельств, способствующих успешному решению дела. Лазарев, неопределенно пожав поникшими плечами, кивнул. Стражники молча встали по бокам, и вся троица вышла из круга. За ними поплелся бледный как полотно, Ник, он даже не взглянул на Василису. — Тогда я подумал, что ты и правда шпионка, — пояснил парень. — Я тебя найду, фейра, — процедил вместо него Фэш и кинулся догонять процессию. — Никто в тебе и не сомневался, братик, — заверила Захарра. — Тем более есть на что опираться, — вновь напомнила Василиса про жучка. — Откуда он вообще взялся у тебя? — Нашёл на улице. Шучу, — усмехнулся Фэш, видя недоверчивый взгляд девочки. — Изобрёл сам, откуда же ему ещё взяться. — Отец Ника ни в чем не виноват! — изо всех выкрикнула Василиса, бросаясь за ними, но Елена быстро преградила ей дорогу. — Я сама совершила переход! Старший Лазарев услышал это и остановился. — Хоть кто-то меня слушает и слышит. — Не старайся, Василиса, — сказал он, обратив к ней все те же веселые карие глаза, казавшиеся чужими на старческом, морщинистом лице. — Глаза — зеркало души. Через них всё всегда понятно, — грустно вздохнула Эйми, медленно проводя по шёрстке Аки. — Ты ничего не сможешь изменить. Конечно, ты ни в чём не виновата. — Ник с Фэшем такие просто: «Что, простите?» — верно догадался Лёша. Ник удивленно взглянул на отца, лицо Фэша приняло нахмуренно-недоумевающее выражение. Но старший Лазарев больше ничего не сказал, повернулся сгорбленной спиной, и шествие возобновило прерванный путь. В Лазоре воцарилось молчание. В освещенном круге остались хмурый Мандигор, невозмутимый Огнев, торжествующая Елена и сама Василиса — напуганная и расстроенная. — Не самый хороший набор, — заметила Лисса. — Было бы лучше, если бы ты была там? — слегка повернулся к ней Нортон. — Как минимум, — поджала она губы. — Как минимум, я. — Ну что ж, если дело разъяснилось… — нарушил молчание Мандигор. — Господин Огнев, вы можете занять свое законное место в РадоСвете. — Сейчас будет опять мини-представление, — кивнул Миракл, думая может кое-что заявить другу, а может не стоит. Нортон-старший кивнул и выпрямился. Внезапно его одежда с черной начала медленно меняться на белую, будто покрывалась иголочками инея. Вскоре он уже стоял в белоснежной мантии с воротничком-стойкой, глухо закрывающем горло, как и у остальных членов РадоСвета. На ногах же его остались черные остроносые туфли: наверное, здесь была такая мода на обувь. Мандигор почтительно поднес белый жезл Огневу и тот принял его надменным жестом. Озадаченная метаморфозой отца, Василиса и не заметила, как чья-то цепкая рука ухватила ее за плечо. — Надо быть настороже, особенно в такой компании, — сообщила Чёрная Королева. — Там же не просто рука могла ухватить за плечо. Да, Елена? — О, уверенна, вы смогли бы защитить свою маленькую внучку. — Не сомневайтесь. — Я позабочусь о девочке, — произнесла Елена сладким голосом. — Она должна отдохнуть после таких ужасных, таких невероятных приключений… В замке Черновод, семейном поместье Огневых, уже приготовлена для нее Зеленая комната. — Где практически всё зелёных оттенков, — вклинилась девочка. — Не отрицаю, что красиво, но лучше какое-нибудь разнообразие в цветах. — А ещё плакаты, — добавила Эйми. — И фигурки. — Книги, — продолжил Лёша. — Ноутбук с интернетом. — Неоновые гирлянды и декоративные украшения. — Это если бы я жила там на постоянной основе, — рассмеялась девочка. — А так ни к чему это всё. — Значит надо тебе найти постоянное место жительства. — Оно будет, — заверила волшебница — Замок Фэша, — вмешалась Захарра, щёлкая пальцами, мол смотрите, как я завернула. — Бд-дышь, — словно сыграл на барабане Рознев. Орден Дружбы вместе с Ли засмеялся. — А что ему одному жить в целом замке? — поинтересовался Марк, снова сверля смутившееся Будущее Время. — Почему бы нет, — буркнул Фэш, хотя он не против жить с Василисой. Правда, сначала надо узнать какая та в быту. Парень остановил поток мыслей. «Не против жить с Василисой». Это как бы всегда? Он действительно так подумал? Будь Фэш сейчас один в комнате, точно бы стукнулся головой об стену. Он искренне иногда жалел, что эти чувства существуют. С ними так сложно. И вообще, чтобы жить с кем-то всегда, надо его очень хорошо узнать. Драгоций скосил взгляд на Василису. Им бы сначала начать встречаться. Фэш покраснел от своих мыслей ещё больше. Ну, к чёрту их. На чём они остановились? — Погодите, — воскликнула темноволосая женщина, все это время хранившая угрюмое молчание, — я не видела имя девочки в списках первочасников! Неужели высокочтимый Огнев не желает обучить дочь часодейству? — Только если она сама захочет, — невозмутимо ответил Огнев. — Она прожила всю жизнь на Остале, и учеба может повредить ее ослабленному здоровью. — Ведь у нас Остала такая токсичная, — покивал Алексей. — Как мы вообще уживаемся на ней? Наверное, мы все давно стали мутированными существами. И еще… Неужели у Совета нет вопросов поважнее, чем забота о будущем моей дочери? — Может, мы у нее спросим, желает ли она учиться? — продолжала настаивать госпожа Дэлш. — Верно, право голоса должно быть, — вновь прервал Данилу Лёша. — Нет! — выкрикнула Елена. — Девочка не готова, — добавила она более спокойным тоном, — ей нужно лечение и покой… — Мне не нужно лечение! — возмутилась Василиса, пытаясь высвободиться, но Елена крепко держала ее, будто бы опасаясь, что она вновь сбежит. — Я знаю, вы меня ненавидите… Отпустите меня! — Все это очень странно, Огнев. — Госпожа Дэлш прищурилась, внимательно следя за выражением лица Нортона-старшего. — Почему ты не хочешь включать свою дочь в списки? Двое других твоих детей, как я слышала, давно заявлены. — Кто бы сомневался, — взяла себе вкусняшек Василиса. — Она не будет учиться в Школе светлых часов! — В этом правильно сказал. В Школе светлых часов учиться не хочу. — А если бы тебе предложили учиться или в Змиулане, или в Школе светлых часов, что бы ты выбрала? — спросила Захарра, немножко наклонившись вперёд. — Я бы попросила господина Миракла забрать меня, — лишь на секунду задумалась часовщица и посмотрела на зодчего. — Будь моя воля только у него и обучалась бы. — Благодарю, — приложил руку к сердцу мужчина. Они друг друга поняли. — Устрою, что смогу. Девочка кивнула и вновь принялась за вкусняшки. — громко и четко произнес Нортон Огнев. — Хотя бы потому, что я не провел для нее посвящения. По залу пронеслись изумленные вздохи и восклицания. — Ты не собираешься проводить посвящение для своей дочери? — Госпожа Дэлш не скрывала возмущения. — Но это же бессердечно! Сила может иссякнуть, если не давать ей выход… С такой высокой степенью твоя дочь более чем кто-либо имеет право быть часовщицей! — Сила столько времени была под замком, зато теперь какие финты выдает Василиса, — позитивно заметила Эйми. — Но всё равно, если посвящения не было, мог случиться плохой исход событий. — Но оно же было. — Я и не предполагала, что оно пройдёт у нас, — недовольно произнесла Диара, кося взгляд на подругу, которая всем своим видом показывала, что она здесь ни при чём. — Жизнь так непредсказуема. Люди на скамейках как будто пробудились ото сна. Черные и белые фигуры зашевелились, зашумели, удивленно перешептываясь, словно рой пчел пронесся по залу. — Нет, почему же, — медленно произнес Огнев. — Когда-нибудь, через год, через два… Когда она выздоровеет, оправится от пережитого, от свалившегося на ее голову чужого мира… — Пф, — фыркнула Эйми. — Если бы Василисе так и не провели это посвящение, то уже бы через год Эфлары точно не было. — Я же не мог сказать, что она пойдёт к своей матери, чтобы стать полноценной часовщицей. — То же верно. — Ты не имеешь права забирать у нее столь высокий дар, — перебила госпожа Дэлш. — Но я знаю, почему ты хочешь так поступить! — Ещё бы ты не знала, — закатил глаза мужчина. — Ты тоже всё рассказываешь Мираклу. Не надо ничего нам предъявлять, — прекрасно поняла о чём он говорит Диара. — А потом вы обдумываете сложившуюся ситуацию между собой и приходите к выводу, какие же у вас друзья… — светловолосая вовремя прервалась и рассмеялась. Диара и Миракл переглянулись. — Ну, вообще было дело, — подтвердил зодчий. Рука Елены так сильно вцепилась Василисе в плечо, что девочка вскрикнула. Нортон-старший молчал, однако над белым воротничком по его шее пошли красные пятна. — Гневаешься, Огнев, — усмехнулась Лисса. — Тебя теперь несколькими словами можно вывести. — Да просто училась она понятно у кого, — вернул Нортон, сохраняя внутреннее спокойствие. — Ты намекаешь, что я… — Говорю прямо, а не намекаю. — Да пошёл ты! Огневы услышали цоканье и повернулись к детям. Василиса полезла за второй порцией конфет и чая. Друзья её смотрели осуждающе на них. — Молодцы, — только прошептала Нерейва, и Данила решил продолжить. Пора заканчивать с этой главой. — По какому такому праву ты смеешь судить о моих решениях, госпожа советница? — обратился он к темноволосой, повышая голос с каждым словом. — И все же я отвечу тебе: моя дочь не хочет быть часовщицей. Не правда ли? — И отец повернулся к Василисе. Светло-серые глаза окинули ее насмешливым, презрительным взглядом: отец и все присутствующие в Лазоре замерли, ожидая ответа. — А вот к чёрту, мне надо было отвечать, если меня все равно не собираются слушать? — сердито бросила девочка. Василиса размышляла. Она совершенно растерялась и не знала, что же ей делать дальше. Кажется, у отца Ника случились из-за нее большие неприятности… Ему надо помочь! Но что делать, если она действительно не желает оставаться на Эфларе? — Девочке надо отдохнуть, — вновь пропела Елена сладким голосом. — Она растеряна, подавлена и не совсем здорова… — У меня отличное здоровье! — возмутилась Василиса, резко высвобождаясь из цепких пальцев Елены. — И я хочу быть часовщицей! Последнюю фразу Василиса выкрикнула не задумываясь. Вот как-то неожиданно вырвалось, и все. — Как говорится, от души… — заговорил Лёшка. — Душевно в душу, — закончила Эймилара и беззвучно засмеялась. — А я тут поняла, что вот это «вырвалось и всё» очень схоже с… — волшебница призвала шестую книгу и начал искать нужный момент, хотя Адриан был уверен, что вот эту книгу, она должна наизусть знать. — «Она сама удивилась, как легко смогла произнести, то» что-то что-то, говорить не буду. Спойлер. И ещё вот это, — теперь в руках появилась вторая книга. — «И сама удивилась, как просто это вышло». — Теперь стало ещё интересней, — прикрыла руками голову Захарра. — Да вы издеваетесь. — Если уж так легко и не задумываясь, значит от всего сердца, — сказал Родион, ухмыляясь. — Никто и не сомневался. Летний лагерь, лица Лешки и строгой, но добродушной тренерши Ольги Михайловны начали таять, уплывая куда-то далеко-далеко под гром аплодисментов: трибуна, где стояла госпожа Дэлш, взорвалась овациями. — Я здесь и никуда ты от меня не денешься, — помахала руками Лёша. — Даже улетела на другую планету, и то не спасло. — Я тебя в гробу найду, если надо будет. — Давайте до гроба не доходить, — прервала их Диана. — Не надо. Елена же была готова испепелить Василису взглядом. А вот отец, как ни странно, усмехался. — Раз Василиса Огнева выразила согласие, — медленно произнесла госпожа Дэлш, — я имею право включить ее в списки. — Как угодно, — сухо заключил старший Огнев. — А теперь, когда, надеюсь, вопросов к моей дочери больше нет, разрешите ей отправиться домой. Где ее давно и с нетерпением ожидают брат и сестра. — Прям ждём не дождёмся, — съязвил Норт. — Тортик приготовили даже. — Только что-то сами съели, — вспомнила Дейла. — Клубничный был. — Ну, и Слава Времени, а то, чувствую, торт бы оказался у кого-то на лице. Близнецы с ней согласились. Отец, больше не глядя на Василису, коротко кивнул Елене. Госпожа Мортинова легко поклонилась белоснежной лоджии. После чего резко шагнула к Василисе, обхватив девочку за плечи. Вокруг них вспыхнуло кольцо серебристого огня, закрывая их от окружающих… И они исчезли. — Не подготовленным лицам противопоказано аппарация, вы что творите?! — воскликнул Лёша. — Её же могло стошнить. — Я рассчитывала на это, — холодно улыбнулась Елена. — А теперь, когда все поняли, что всё это был план господина Огнева, я спрошу, — поддала голос Эймилара. — Откуда у вас этот переход? Вряд ли на улице валялся. — А мне, кажется, — вместо Нортона, начал отвечать Константин. — Это тот переход, который я тебе давал в детстве, — и вдруг Лазарев усмехнулся и посмотрел на блондина. — А я-то думал, что ты все вещи, связанные со мной, сразу выкинул. А этот оставил. Вряд ли ты планировал за столько лет воспользоваться им в этом «похищение». Значит, всё это время этот переход лежал у тебя. Нортон сидел с беспристрастным лицом, но вот знающие его люди всё поняли. — Значит, наша старая дружба всё же что-то значит для тебя, — довольно улыбнулся Константин. — А ты так и не разорвал этот портал, — не остался в долгу Огнев. Константин благоразумно замолчал, но видно, что застали его врасплох. — Как дети малые, — обречённо вздохнула Диара, приложив руку к лицу. — Теперь я, — заговорил Норт. — Глава 10. Черновод.

***

Итак, дорогие мои. У меня для вас очень серьёзная тема. Немного отходим от главы, и если хотите прочтите, следующее: На днях я наткнулась на видео в ТикТоке, где одна девочка, которая снимает по Часодеям, прокомментировала, что Фэш использует абьюз в четвёртой книге, так называемые «эмоциональные качели». Теперь это у меня не выходит из головы. Что вы думаете по этому поводу? Сейчас я попытаюсь высказать свои мысли. Это даже не точка зрения, а просто мысли. Хотя может и точка зрения. В общем… Во-первых, надо сказать, что Наталья Щерба на процентов девяносто семь, точно не хотела затрагивать в своей истории абьюз, но тем не менее. Во-вторых, даже если абьюз был (в котором я не очень хорошо разбираюсь. Может, каким-то чудом, здесь есть люди, которые шарят в этом? Углублялись в эту тему?), мне кажется, что Фэш это использовал неосознанно, он сам этого не понимал. Его эмоции… *нервный смех* Сейчас я буду оправдывать Фэша, потому что он один из любимых персонажей. *Глубокий вздох* Хорошо, что я не записываю вам голосовую, а пишу это текстом, иначе бы было слишком много пауз. Его эмоции были для него непонятны, для него это тоже всё в новинку. Он заревновал, здесь сказались его характер, его воспитание. Если абьюз был, значит, я Фэша оправдываю, если не было, так зачем мы начали эту тему? Почему я пишу «абьюз был». Потому что в шестой книге у Фэша с Василисой всё хорошо происходит. Они сами поняли, что влюбились в друг друга, и вроде начинают принимать это. И всё хорошо складывается в конце концов. (Следующие два абзаца не про абьюз, а про мою историю в фандоме Часодеи. Если вам интересно, хотите немного лучше узнать меня, прочитайте. Если нет, то просто пропустите) Происходящее в четвёртой книге… Я уже знаю, как они это будут обсуждать, где это произойдёт, по какому поводу, какие причины этому последствуют, но мне нужно знать, был ли у них абьюз. Не для фанфика (хотя может и для него немного), а для себя. Потому что когда я об этом думала, ещё в пятницу (то есть два дня назад), я вспомнила, что когда я только-только прочитала Часодеев, только-только вступила в фандом, я увидела сообщение, что Фэш — плохой (там было написано слово похуже), он использует Василису, он не ценит, не бережёт её, и что Маар лучше в сто, тысяч раз. Короче, это был человек, который шипперил Маар и Василису. Тогда я взбунтовалась. Мол: «Как вы можете ругать Фэша? Он прекрасен» Короче, была дурочкой и не понимала, что надо уважать другие пейринги. (Из-за этого комментария, я возненавидела (это сильное словно. Отрицательно относилась) Маара, и только начиная писать свой фанфик, я такая: «Даш, он вообще интересный парень. Главное, чтобы не лез к Василисе, и всё будет замечательно). Но тому комментатору я не ответила, потому что была человеком скромным и тихим, и даже поставить какой-то смайлик, было для меня что-то заооблочным. Про целый бамбёж даже говорить не будем. Поэтому это всё сохранилось во мне, и осталось таким следом, что я почти не могу читать фанфики по Часодеям, потому что мне очень страшно и больно становится от того, когда я уже вижу в описание (в описание! Камон!), что у Фэша и Василисы что-то плохо идёт. И это только в описании. Я даже сам фанфик не открывала. Вот такие дела. Меня просто начинает триггерить от того, что я прочитала фразу «Василиса ушла в другую параллель». У меня сразу начинается: «Что? Зачем? Почему? А! Истерика». У меня просто слёзы сразу наворачиваются, у меня просто какой-то барьер стоит, и я нормально не могу воспринимать то, что Фэшалиса могут быть не вместе. *И тут я застыла на пять минут, откуда эти барьеры взялись? Я нормальная? * Наверное, здесь сказывается ещё и то, что во многих пабликах по Часодеям (и не только в них), говорилось, что Наталья Щерба прокомментировала, что Фэш и Василиса не будут в будущем вместе. Типо: «С чего вы решили это?» А то, что они на протяжении шести книг шли к этому, вообще ничего не значит? Это всё пустышка? Тогда я проплакала весь вечер и мне было настолько ху… плохо от этой информации, я себя настолько опустошённой чувствовала, и, наверное, этот случай тоже какой-то барьер поставил к фанфиком по Часодеям. Я их читала не больше десяти (это не считая фанфики «Часодеи читают». Вот их я обожаю. Хотя некоторые тоже читать тяжело. Был один из самых первых фанфиков по «часодеи читают», и автор там так хорошо это всё описывал, но дошли до одного момента по Фэшалисе, и меня прорвало, и я просто перестала читать, из-за того, что мне больно. Фанфик закончен и, скорее всего, там всё хорошо закончилось. Но я не могу его закончить (как много слово закончить) читать, потому что, когда я его открываю у меня просто сразу наворачиваются слёзы.) *Я сейчас сижу, вижу, что у меня глаза намокли* Я могу перечислить фанфики, которые я читала: «Шалость удалась?» (тогда я ещё не знала, что это фраза из ГП), «Огонь, который никогда не потухнет», «Они любят», «Ignis"(просто шикарный фф), «Sed quaestio est?» и вторая часть «Oculus quia de infinito"(конечно, по началу мне было страшно читать, но там всё шло к Фэшалисе, поэтому на свой страх и риск я прочитала, и мне понравилось, «Ну примета, такая», «Добро пожаловать на новогодний бал», «Ключ от тишины» (я читала один раз, но он мне запомнился) и фанфик, который я перечитывала больше всего «Уровни удовольствия». Сразу понятно про что он. Вот их ровно десять. У меня есть ещё много фанфиков, которые я хочу прочитать, но просто страшно начинать. Хотя по фандому «Сверхов», «Гарри Поттера» и разных аниме (их долго перечислять), я спокойно (ну, как спокойно. Не спокойно, через слёзы) могу читать стекло. Я его прохожу. Но в фандоме Часодеев это просто не работает. Хотя может так было раньше, а сейчас у меня только осталась рана. Я не знаю, потому что я не читала новые фанфики по часодеям больше полугода. Всё. Это вообще было не в тему. Но мне резко захотелось высказаться. Спасибо, если вы это прочли. Продолжаем. И вот, на одной стороне у нас шестая книга и неосознанность абьюза, а с другой что этот абьюз всё же был — и это ужасно. Я не говорю, что задумалась над этим только, когда увидела этот ТикТок, но вот именно из-за него, я почему-то до сих пор думаю об этом. А вообще это всё начало всплывать, ещё когда тема абьюза начала становится популярной. Популярной в плане того, что это ужасно и надо от этого избавляться. Как-то так. Знаете, эта глава получилась такая милая (не во всех местах, конечно) и после неё затрагивать такую тему. Просто смотря на моего Фэша *Секундная заминка. Время, не убивайте меня* На мой образ Фэша. Абьюз? ЧтО эТо? Великий Мерлин *тяжкий вздох*, почему я не могу просто писать их реакции, почему мне надо было придумывать для этого причину, цель, другие действия. Они просто могли читать книги в Расколотом Замке. Зачем я в это втянулась? Зачем мне узнавать про психологию человека? Но благодаря этому вопросу, я всё же точно поняла, что мне надо перечитать книги. Мне нужно освежить в голове детали того, что у них было. Поэтому, дорогие мои, на следующей неделе главы не будет. Я возьму себе выходной, и постараюсь за это время прочесть Часодеев *И тут мне на глаза падает список дел. Ну да, ну да* Мне надо перезагрузиться, потому что в последнее время у меня всё чаще возникает мысль того, что весь фанфик надо переписать. Мне кажется, надо что-то изменить в нём, но я не знаю что. Читая ваши комментария, я понимаю, что всё отлично и просто супер-пупер. Но для меня самой чего-то не хватает, ну вот что-то не то. Надеюсь, мы найдём эту золотую середину. Чтобы и вам было интересно, и мне хорошо. Огромное спасибо, что прочитали лишние полторы страницы. Я высказалась, мне стало легче. Благодарю. Напишите, пожалуйста, что вы думаете по этому поводу, и, конечно, не забываем про вопросы.