Поломанные

*** Трехлетняя Рита с самого первого дня появления на свет совершенно не желала спать в специально оборудованной для нее спальне и спала в родительской постели, пришлось даже сменить кровать на более широкую, чтобы большому семейству не было слишком тесно. Женя любила эти утренние часы, когда Илья уходил на работу, предоставляя их шикарную постель в полное распоряжение своих девчонок. Хорошо зная свою дочь, она с уверенностью могла заявить, что в ее распоряжении есть еще пара часов спокойного сна. Однако сегодня, как только отец семейства покинул пределы спальни, Женя поспешила за ним. Заботливо укрыв дочь одеялом, она тихонько сползла с постели. Вчера Илья допоздна был на кафедре, поговорить они не успели, а ведь этот разговор был так для нее важен. Все эти годы она постоянно твердила себе, что они семья и все решения должны принимать вместе, что было для нее совсем не просто после стольких лет абсолютной самостоятельности. Прислушиваясь к звукам льющейся воды в ванной, Женя вскипятила чайник, сделала несколько незамысловатых бутербродов. Откровенно говоря, она немного нервничала, заранее предугадывая реакцию мужа. — Жень, ты чего так рано встала? — она вздрогнула толи от неожиданности, толи от того, что внутренне все еще не была готова к предстоящему разговору. — Хотела с тобой кое-что обсудить, — обернувшись, женщина обхватила плечи мужа. — Мм, о чем? — притягивая ее за талию еще ближе, ласково произнес он. — Вчера пришло письмо, Рите дают место в садике. Нам нужно в кратчайшие сроки принять решение и подготовить все документы. — А зачем? — улыбка быстро сошла с его лица. — Жень, мы ведь уже обсуждали, что дома ей лучше. С этими садиками сплошные больничные, всякие пагубные словечки, непонятно от кого услышанные. Если ты хочешь немного отдохнуть, давай наймем няню, я давно тебе предлагал. — Дело не в отдыхе, — тяжело вздохнув, она освободилась от его объятий. — Через месяц заканчивается мой декретный, я должна решить увольняюсь я или выхожу на работу. — Ах, вон оно, в чем дело, — ухмыльнулся он. — По-моему, этот вопрос мы тоже обсуждали и решили, что из приемника ты уходишь. — Во-первых, мы ничего не решили! Во-вторых… — А во-вторых, я уже опаздываю, — перебив ее, сердито пробормотал он. — Давай вечером все спокойно обсудим. Пока, — сухо поцеловав ее в щеку, он спешно покинул кухню, так и не притронувшись к заботливо приготовленному для него завтраку. Она знала, что Илья всегда мечтал о большой дружной семье, теплом семейном очаге и уюте. Ему нравилось приходить абсолютно вымотанным, помогать ей купать или укладывать спать Риточку, а потом за поздним ужином обсуждать все-все, что произошло за этот бесконечно длинный день. Она и сама понимала, что ребенок не должен большую часть времени проводить в компании няни или воспитателя, а с родителями видеться по очереди в зависимости от графика их дежурств, но и сидеть дома она уже тоже не могла. Илья постоянно пропадал в больнице и на кафедре, она видела, как горели его глаза, в то время как ее собственные потихоньку затухали. Приемному отделению была отдана почти половина жизни, там все родное, близкое, знакомое. Уйти означало бросить, забыть, перечеркнуть собственные желания и амбиции, неужели Илья этого не видит?! В какой момент они настолько внутренне отдалились, что перестали понимать друг друга? Почему в жизни так происходит: еще буквально месяц назад ты не могла жить без человека, не представляла, как без него дышать, как можно без него заснуть или проснуться, а сегодня вдруг просыпаешься с полным ощущением, что будешь только рада, если он вдруг не позвонит. Еще полгода назад для тебя он был всем, казалось, мир рухнет, если он вдруг исчезнет из твоей жизни. А сейчас смотришь в его глаза и понимаешь, что этот мужчина незнакомый и совершенно чужой. А самое неприятное, что он чувствует примерно тоже. Нет, их отношения пока не настолько плохи, но если они вновь не начнут друг друга слушать, а самое главное слышать, пытаться что-либо спасти будет уже поздно. «Обсудим вечером», — мысленно повторила она, когда в коридоре раздался топот маленьких ножек. Рита кулачком потирала заспанные глазки, попутно решая, стоит ли испугаться и заплакать или мама все же где-то рядом. К обоюдной радости обеих девчонок их встреча произошла, тем самым предотвратив горькие девичьи слезы. Смотря на свою маленькую копию (Рита была безумно похожа на маму, от Ильи ей достался только цвет глаз), Женя окончательно пришла к выводу, что слушать она должна исключительно свое сердце и свой разум, ведь это самый верный способ принять единственно верное решение. Сейчас она умоет и покормит Риточку, потом позвонит Ольге, которая в отличие от нее самой не рвалась на работу и всегда с удовольствием готова была выручить подругу. Ее младший сын Егор был не намного старше Риты, а потому вместе детям было максимально комфортно и интересно. Потом Женя встретится с потенциальной няней, которую ей порекомендовали хорошие знакомые. Еще неизвестно как Рита пойдет в садик, необходимо подстраховаться. И, конечно же заедет в родную городскую больницу, чтобы встретиться с главным и обсудить перспективы дальнейшего сотрудничества. С Ильей она поговорит вечером, он обязательно поймет и примет ее решение, ведь он как никто другой знает, насколько важна для нее врачебная практика.