Вы, я... И шведский?

      Ну, день, проведенный в кровати — лучший день. Это я поняла, когда уснула, как убитая, стоило мне только лечь. Нильсен был прав. Мне нужно было поспать. Выспаться. Открыв глаза и чувствуя себя совсем неважно, я повернулась в другую сторону, посмотрев в окно. Уже начинался закат.       Черт, Нильсен!       Схватив телефон с тумбочки, я посмотрела на время, а после — на сообщения. Пары уже давно закончились, интересно, он действительно приехал? Мне хватило минуты, чтобы вскочить с кровати, но, не найдя халата, я потянулась за одеялом и укуталась в него, спускаясь на первый этаж. Возле двери, облокотившись о перила, стоял мой учитель.       — Здравствуйте, мистер Нильсен, — открыв дверь и неловко улыбаясь, я смотрю на него. Заметив краем глаза свое отражение в окне, я мысленно стукнулась несколько раз об стекло. Господи, какая я лохматая, словно Чубакка, хотя даже он выглядит лучше.       — Привет, Харрис. Как себя чувствуешь? — посмотрев на меня, спросил Александр. Он выпрямился, поправляя пиджак и встав перед дверью. Отшагнув в сторону, я пропускаю его вперед, и он неспешно проходит, окидывая взглядом дом. Ух, оторвать бы тебе нос любопытный!       — Вполне нормально. Долго ждали?       — А выглядишь так, будто по тебе каток проехался, — усмехнулся учитель, из-за чего я раздраженно хмыкнула.       — Нет, всего лишь Вы, мистер Нильсен, — язвить в ответ? Ха, могу, умею, практикую. Особенно, когда эти слова бьют по больному.       Сильнее укутавшись в одеяло, я побежала на второй этаж и начала искать в сумке задания, которые должна была сдать сегодня утром. Спустившись с ними вниз, я поймала Алекса за рассмотрением работ профессиональных фотографов.       — Вот все задания, можете пока посмотреть, а я приведу себя в божеский вид, — показав бумаги Нильсену, я положила их на стол, а сама ушла в комнату. Итак, у меня очень мало времени, чтобы снова стать похожей на человека.       Скинув одеяло и оставшись в одном белье, я залезла в шкаф. Нарнии там не оказалось, а вот чертовски классный наряд в клуб — да. Выудив оттуда брюки и боди с красными розами на бретельках, я быстро переодеваюсь. На волосы уходит чуть дольше времени, чтобы превратиться из Чубакки, если не в принцессу Лею, то хотя бы в Скайуокера. Легкими волнами кудри лежали на оголенной спине, а несколько прядей спереди. Подкрасив глаза и губы, я еще раз оценила весь образ в зеркало и, удовлетворенная своим апгрейдом, спустилась на первый этаж с телефоном.       Нильсен проверял работу, что-то вычеркивая или обводя черной ручкой. Подойдя ближе, я посмотрела из-за спины на листы бумаги, а мужчина повернулся ко мне.       — Четверка устроит? — спросил он, показывая неправильные ответы, которых, хоть и было мало, но достаточно, чтобы снизить на один балл.       — Я иду на красный, мне четверка не нужна.       — Ты знаешь максимум на три, радуйся, что хотя бы четыре ставлю, — хмыкнул Нильсен, подняв голову впервые за это время. Я видела, как его глаза забегали по моим ногам, обтянутым брюками, поднимаясь выше к шнурованному верху с розами, ну, и наконец, добравшись до моих глаз. Мистер Нильсен, какие-то откровенные разглядывания, Вам не кажется? Когда он повернулся к заданиям, на секунду мне показалось, что я произнесла свои последние слова вслух, но это только мои догадки.       — Я не хочу четыре, мне нужно «отлично». Спросите устно, если это исправит положение, — не унималась я, сев напротив Александра. Он откинулся на спинке стула и стал стучать ручкой по столу, что уже даже не раздражало. Он всегда так делает на уроках, когда задумывается, не обращая на это внимание.       — Хорошо, давай так: будем вести диалог на шведском. Начнем с самого простого — знакомство, из какого города, и тому подобное, — наконец, ответил учитель, выпрямив спину.       Первый этап знакомства был пройден почти идеально, а вот чем дальше шло, казалось бы, обычное общение, тем сложнее становилось. Он был урожденным шведом, говорил на нем так же просто, как дышал, в отличие от меня. Так легко и просто у меня получилось разговаривать на итальянском, потому что я очень часто бываю в Италии, мне нравится эта страна, поэтому было бы греховной участью, не выучи я любимый итальянский. К сожалению, этого предмета не было в нашем университете, а из двух зол, между шведским и немецким, я выбрала первый вариант.       Минут через тридцать Нильсен начал медленно собирать бумаги со стола, молча о чем-то размышляя.       — Агата, все очень плохо. В письменном виде, конечно, получше, но разговорный оставляет желать лучшего. Молись, чтобы тебе никогда не пришлось оказаться в Швеции, иначе вместо дороги к отелю, узнаешь дорогу к курятнику, — усмехнулся Александр, вставая с места, а я семеню следом за ним.       — Мистер Нильсен, прошу. Может, есть альтернативы?       — Можешь попытаться перевестись на факультет немецкого в середине семестра, вдруг там повезет.       — А что насчет репетитора? — сложив руки в замочек, я поднесла их к груди и уперлась в подбородок, посмотрев на мистера Нильсена. Он замолчал, закидывая свою сумку на плечо, и чуть усмехнувшись.       — Не прошло и жизни, и сама Агата Харрис не может сдать на «отлично», — с усмешкой произнес Александр, из-за чего я раздраженно закатила глаза, скрестив руки на груди, но он продолжил: — Но идея с репетитором может увенчаться успехом, если не откладывать в долгий ящик. Я мог бы быть твоим репетитором.       Забыв, как дышать и разговаривать, я начинаю тупо открывать и закрывать рот. Когда я говорила про репетитора, то думала, что мне придется бегать и искать его, или попрошу из одногруппников кого-то, чтобы подтянули, но сам Нильсен? Я же не выдержу столько времени с ним один на один. И тут два варианта развития событий: либо я его убью, либо пересплю с ним. За убийство светит срок, а вот второй вариант будет совсем неправильным, хоть и желанным.       — То есть… Вы, я… И шведский?       — Ну, можем и физкультурой заняться, — усмехнувшись, ответил он и подошел на шаг ближе, от чего я непроизвольно напряглась, но с интересом продолжила смотреть на него. Ни одной приличной мысли из-за Вас, мистер Нильсен. — Будешь бегать штрафные круги за неправильные ответы. В итоге ты получишь, либо знания шведского и свою пятерку в зачетку, либо подтянутые ноги и хорошую дыхалку.       — Я не люблю бегать.       — Отлично, тогда ты точно за учебу возьмешься, — он улыбнулся во все тридцать два и пошел к двери. Нет, ну, нормально? Наглость-то какая у этого самовлюбленного индюка! Направляясь следом за ним, я обуваюсь и беру куртку, закинув ее на плечо. Выходя из дома вместе с ним, я запираю дверь, когда слышу голос учителя:       — Тебя подвезти?       — А Вы знаете куда? — убирая ключи в карман, я смотрю на него с легкой ухмылкой.       — Судя по-твоему наряду, два варианта.       — Свои похотливые фантазии оставьте при себе, мистер Нильсен, — проходя мимо, я специально задеваю его плечом, и он идет следом.       — У меня-то похотливые? — тихо смеется, заставляя посмотреть на него. — Это, между прочим, ты и твои одногруппницы мечтаете оказаться в моей постели, — кидает он, открывая передо мной дверь машины, а я делаю шаг и поворачиваюсь.       — Смею Вас разочаровать, но для Вас нет места в моих фантазиях, поэтому можете и не надеяться, что я когда-нибудь пересплю с Вами.       Ну, вот. Пути обратно нет. Я смотрю на него с вызовом, чувствуя раздражение от одной лишь самодовольной ухмылки, но этот мудак даже не меняется в лице. Не верит.       — Ну-ну, я учту.       — Хотите нарушить правила, уйти с позором из университета и оказаться в черном списке всех учебных заведений Англии за соблазнение студентки? — вскинув брови, я с такой же ухмылкой падаю на переднее сиденье, а Нильсен идет за руль. Он заводит машину, кинув сумку на заднее сиденье, и смотрит на меня.       — Так к какому клубу тебя?       — «Семь грехов».       — Как пошло, — состроив какую-то гримасу, произнес мужчина, из-за чего я рассмеялась. Мы выехали от дома и под моим чутким руководством минут через десять мы доехали до клуба, где было уже прилично народу. Это был не какой-то гадкий бар, куда приходят, чтобы напиться и забыть дрянные мысли. Скорее, это место, чтобы потанцевать и развлечься под классную музыку в свете неоновых прожекторов.       — Завтра будет первое занятие, поэтому не надирайся в стельку, — усмехнулся Александр, остановив машину почти возле входа. Все-таки плюсы в молодом учителе были. Не сильный языковой барьер и нет лишнего официоза.       — А сами не хотите пойти в клуб? Завтра суббота, в этом клубе не часто бывает кто-то из универа. Вам же не сорок, чтобы идти домой и ложиться спать в десять, — повернувшись к нему, у меня хватило наглости спросить это и даже улыбнуться.       — Уже приглашаешь на свидание? Учти, это не поможет получить тебе «отлично» у меня.       — Вы меня… — подаваясь вперед, я чуть наклоняю голову в сторону, заглядывая в его голубые глаза. — Не интересуете.       — Тогда к чему весь этот цирк?       — Я хочу в клуб, выпить и оторваться, а такую красотку и украсть могут, между прочим, — активно закивав, я заставила его смеяться и он вытащил ключи из машины. Вот и отлично. У кого-нибудь еще из одногруппниц получилось затащить учителя в клуб? Нет. Ха, выкусите, сучки.       Мы вышли из машины, и Алекс скинул свой пиджак на кресло, расстегнув несколько верхних пуговиц и подвернув рукава до локтя. Чертов Нильсен, он умудряется делать классическую одежду до жути сексуальной, так ведь нельзя.       — Ну, пока ты будешь напиваться, не буду же я стоять в стороне, — усмехнулся Александр, закрыв машину и подходя ко мне.       — Главное, не переусердствуйте, мистер Нильсен, — подходя с ним ко входу, мы прошли внутрь и я почувствовала его руки на своей талии. Через секунду он отодвинул меня в сторону, чтобы пьяные друзья прошли мимо нас, и вот, его рук снова нет. Верни их обратно! Они должны быть на моей талии, а не в твоих карманах!       Мы направились к бару и я заказала коктейль, а Нильсен — кофе. Ох, он же за рулем. Как жестоко, упс.       — Вообще не пьете или только потому что за рулем?       — За рулем, — ответил Алекс, чуть наклонившись ко мне. Дождавшись свой коктейль, я делаю первый глоток и замечаю взгляд Александра за свою спину. Чуть повернувшись, я увидела блондинку, похожую на стерву, которая, скорее твой кошелек украдет, чем с ней что-то получится. В голове пробегает мысль, что она совсем не его типаж, но я тут же забываю об этом, когда начинает играть новая музыка.       Допив первый коктейль, оставляю Александра одного, а сама ухожу в центр. Я люблю шум города, толпы, тусовки. Сидеть дома в одиночестве и в полной тишине для меня было адски сложно, поэтому я почти не была дома, но и особой тусовщицей меня не назвать, если честно. Я просто любила быть среди людей, чтобы не чувствовать одиночество во всей его красе.       Отдавшись полностью танцам, я не заметила, как быстро шло время, а в горле уже пересохло. Пытаясь выйти из толпы, я увидела знакомые голубые глаза, и улыбнулась, добравшись до барной стойки.       — Абсент и текилу, — сказала я бармену, а сама повернулась к Александру. — Так и собираетесь стоять здесь?       — Ну, я слежу за тем, чтобы тебя не украли. Выходит успешно, разве нет?       — Вы до ужаса скучный и нудный зануда, — закатив глаза, я взяла первую рюмку с текилой и залпом выпила, закусив лимоном. Нильсен смотрел с легкой усмешкой, но без тени осуждения. Нет, ну, лучший учитель.       — Не перестарайся, Харрис.       — В отличие от Вас, я пришла веселиться, — допив и абсент следом, я потянула его за руку в самый центр толпы. — И я не хочу делать это в одиночку! — перекрикивая музыку, я посмотрела на Александра.       К большому удивлению, через какое-то время он все же влился в танец и я улыбнулась. Между нами было расстояние, но с каждой минутой оно не ощущалось. Нет, мы не подходили ближе, просто он уже танцевал не так сковано, а я и вовсе прыгала. Грация? Сексуальность? Нет, сейчас я хотела веселья и только, даже находясь рядом с ним. Он не критиковал, не осуждал, не прогонял. Просто был рядом и двигался под громкие басы вместе с толпой.       Когда ноги уже совсем не держали, я направилась к бару и села на стул, а Алекс остался там, облепленный девушками со всех сторон. В этот раз я заказала себе просто воды, чтобы освежиться, и продолжила наблюдать со стороны за учителем.       — Девушка, можно Вас угостить?       Я повернулась на голос, разглядывая парня перед собой. Высокий, светловолосый, слегка взмокший после танцев. Страшно представить, в каком сейчас виде я.       — Нет, спасибо, — улыбнувшись, я повернулась к бармену, продолжая пить воду, но этот парень, кажется, был упертым. Ну, или просто пьяным.       — Ну, Вы такая красивая, сидите здесь и пьете просто воду. Такая девушка заслуживает куда большего… — сказал мне почти на ушко, и я параллельно ощутила его руку на своем бедре. После резкого разворота недопитая вода летит прямо на его лицо, и я сжимаю стакан, готовясь нанести удар.       — Проблемы? — передо мной появилась спина, обтянутая белой рубашкой и загородившая собой от настырного хама. Я выглянула из-за спины Алекса, посмотрев на парня, но тот лишь молча вытирал лицо.       — Никаких проблем, — ответил блондинчик, и ушел в другую сторону.       — Спасибо, папочка Алекс, — похлопав его по плечу, улыбнулась я. Нильсен повернулся, беглым взглядом осмотрев снизу-вверх.       — Стоило отвлечься, а тебя уже чуть не украли, — усмехнулся мужчина, подходя чуть ближе. — Может, лучше домой уже?       — Не, ну, точно как папочка. У вас детей случайно нет?       — Которых бы я знал — нет, — с прищуром посмотрев на меня, он ухмыляется.       — А жена? Или муж? — на последнем я сделала акцент, из-за чего Алекс даже растерялся, но все с той же ухмылкой ответил:       — Нет, и нет. Когда в мире столько красивых девушек, грешно переходить на мужчин.       — Ну, да, вдруг не всем успели деток оставить, — громко засмеявшись, я встаю с места и, оплатив свои коктейли, иду к выходу. Нильсен двигался за мной, придерживая под руку, чтобы я не упала или не потерялась — я не знаю, но он был похож действительно на папочку со своей заботой.       Сев в машину, я приоткрыла окно и кинула взгляд на время. Полтретьего. Время так быстро пролетело, что я не успела даже устать. Обратно мы ехали в абсолютной тишине, и, честно говоря, это было намного лучше, чем что-то обсуждать, особенно, инцидент с тем парнем. Выпила я не так много, но все же в сон клонило. Хотя, может, это не из-за алкоголя, а я просто устала.       — Приехали, — чуть потрясся мое плечо, сказал Александр. Я открыла глаза и посмотрела сначала на свой дом, а потом — на учителя, пытаясь подобрать слова, но он опережает меня: — Сама дойдешь или, может, помочь?       — Я не настолько пьяна, мистер Нильсен. Спасибо, что не позволили меня украсть, — усмехнувшись, я выхожу из машины, поправляя куртку на плечах.       Оказавшись в доме, я снимаю обувь и иду в спальню, начав раздеваться. Надо бы в душ сходить, но сил еле хватило дойти до кровати, не говоря уже о ванной. Да, денек вышел безумным, но интересным. Особенно Нильсен, танцующий прямо напротив, как обычный парень, а не нудный учитель. Интересно, как он будет вести себя завтра?