Король Альбиона

- Томас! Беда, - говорит Мерлину Кэт Эшли, которую ему сложно не называть Гиневрой: тот же взгляд похожих на спелые каштаны глаз, та же улыбка. И здесь они тоже друзья. Кэт, подобрав пышные юбки и присев на сундук, говорит ему взволнованным шёпотом, что в Лондоне слишком много крыс. Это не к добру. - Надо бы увезти леди Елизавету подальше, - прибавляет она. Это совершенно точно решает не он. Но король Генрих солидарен с Кэт Эшли. Мерлин несёт заснувшую Елизавету до кареты – пальцы малышки крепко сжимают тряпичную куклу в красном платье. Они направляются в деревню Бисли, в поместье Оверкорт. «Все были так напуганы – не уберегли наследника… Его похоронили там, на кладбище… Только имя на камне – моё…». Мерлин сжимает виски, чтобы не закричать. Ей даже имени не достанется. Никто не будет знать, что Елизавета Тюдор лежит здесь, под окном собственной спальни. Маленькие бледные пальчики крепко сжимают тряпичную куколку в красном платье. Платье самой принцессы тоже красное. Её любимый цвет. Его самый страшный кошмар повторяется в третий раз. Странно, да? Или нет. Наследного принца назвали Артуром в честь того великого короля Артура, который, по правде сказать, был королевой Артурией. Он ничем не походил на неё - ту женщину, которой Мерлин поклялся служить. Которую любил. Не та внешность. Не тот голос. Не та стать. Принц Артур рос слишком серьёзным и болезненным. Но Мерлин не задавался вопросами. Он служил Британии. И тому, что для него значило имя «Артур». Он был простым слугой по имени Томас Перри. А потом – сыном Томаса Перри. Который продолжил служить уже юной принцессе Елизавете. - Томас, Томас, что нам теперь делать? Кэт прижимает к губам платочек, пока они делают то, что делают – укладывают в каменный гроб хрупкое девичье тело, прикрывают плитой. Мерлин думает. Даже имени не осталось ей. Ребёнку, которого он поклялся оберегать. Гнев короля Генриха будет страшен. Но Мерлин знает, что делать. Артурия сказала ему тогда. - Я пойду в Бисли, - говорит он. – Никого не впускай в дом. Скажи, что принцессе неможется. Он бросает последний виноватый взгляд на место, где упокоилась Елизавета Тюдор, и уходит. У него лишь один шанс из миллиона. Светлые волосы, непокорными вихрами падающие на лоб. А какого цвета глаза, Мерлин не знает. Мальчик так похож на неё очертаниями лица. - Он подходит. - Его зовут Невилл, - шёпотом говорит женщина. – Королевское семя. Мерлин вскидывает на неё взгляд. - Думаете, я не знаю, господин, для чего он вам нужен? Вся деревня болтает о том, что госпоже Елизавете совсем худо. - Что нужно тебе? – сквозь зубы цедит Мерлин. Тёмные ресницы женщины опускаются вниз, на ярких губах играет полуулыбка. - Возьмите меня замуж, господин. Кто сможет позаботиться о племяннике лучше родной тётки? - Я возьму, - слышит он словно издалека свой голос. Женщина удовлетворённо кивает. - Бланш, добрый сэр. Меня зовут Бланш. Он кивает. Трогает мальчика за плечо. - Проснись, Невилл! И Невилл распахивает серые, как у Артурии, глаза.