JoJo Bizzare Adventure: Miami Shadows

      ⸺ Да это бред какой-то, не может этого быть. Ладно в той вселенной, но в этой. Мне доводилось работать с разными стандами, но это? Тебе случайно в голову ничего не рекошетнуло?       Недоверие всего одного человека, сидящего за столиком, вызывало неприятное нервное покалывание даже у Гуарина, однако его слова, как это было не странно, исключать было нельзя. Он хотел было высказать своё предположение, но мужчина напротив опередил его       ⸺ А хрень, которая кидает на тебя сотню-другую атмосфер это не бред, да? ⸺ возразил немец, опуская наполовину опустошённую кружку с пенным.       ⸺ В Майами я не знаю ни одного из стандюзеров, которые могли бы так укрывать вещи, тем более от других владельцев. А поверь, я знаю их немало.       ⸺ Мне кажется, он работает как какой-то механизм, ⸺ спокойно высказался хирург, прерывая назревающий спор, ⸺ Может, у них есть какие-то предметы, которые пускают их в эту территорию, или ритуал?       ⸺ Хорошо, а каким образом самолеты там садятся? Мы бы их уже сколько раз зафиксировали, а у нас инфы как волос у Хэлфорда на башке. Или по-твоему эти пропуска работают на таком расстоянии?       Старший Джови аккуратно достал мундштук из внутреннего кармана, разложил его на столе и начал нащупывать свой портсигар, однако почти сразу был остановлен.       ⸺ Гуарин, тут не курят, ⸺ тоном настоящего лектора сказал немец, ⸺ мы на территории университета.       ⸺ Это может быть как чемодан с двойным дном, ⸺ на грустном выдохе сказал он,⸺ прикрытием может быть чей-то частный авиадром. Их в Майами не мало, и отслеживать их без причины трудно.       ⸺ Думаешь, что у нас в полиции работают настолько тупые? Мы проверяли все гребанные авиаклубы и этих частников. Один раз даже пришлось в одиночку рыскать по всей Опа-Локе и к парочке владельцев ангаров. Пусто. Да и вообще, какой им смысл везти наркоту откуда-то?       ⸺ А что если там и нет прикрытия, а просто лес, как камуфляж? Возможно, в этой вселенной он находится не совсем тут, но я уверен, что какой-то аналог этого укрытия у них определенно есть.       ⸺ Или эти les tox хотят, чтобы мы так думали.       Все взгляды направились на работника полиции, и даже руки Чарли опустили стакан с мартини, оставив его недопитым.       ⸺ И на кой черт им делать приманку? Если бы они хотели нас поймать, то сделали бы что-то намного более явное и простое.       Улыбка растянулась на всем нежном лице Чарли, и удивительно белые зубы, без толстенного налета никотина, который у них должен быть, показались из-под тонких губ. Смех, громкий и звонкий, на секунду заполнил все помещение, но самообладание быстро вернулось к человеку закона.       ⸺ Вот же сукины дети. Этот гребанный Принц все организовывает слишком умно, и такой секретный павильон – лишь отвлекающий маневр. Он может захлопнуть ловушку, запереть нас там, пригнать своих людей и…       ⸺ Слушай, это слишком, даже для тебя, ⸺ перебил его Гуарин, ⸺ Место и так секретное, ему проще было бы такое устроить в Тамайами.       ⸺ Да куда уж там, его контора наверняка отстроило это место, чтобы в случае разоблачения через сошек дать нам ложный след сюда.       ⸺ Так, ладно, мы в никуда теряем время. Нам нужно отправляться туда и смотреть уже на месте. Если даже это ловушка, то Рафаэль не успел её зарядить.       Люпен, в знак согласия со словами своего товарища покачал головой, направив взгляд на брата, словно ожидая сходной реакции.       ⸺ Ну а каким образом ты туда попадешь? С трамплина на коляске собрался залететь? Или мне в Кеннеди позвонить, чтобы тебе чего-нибудь новенького выделили?       Острое, но точное возражение повисло в воздухе. Этюрн, к своему сожалению, ничего высказать не мог, и лишь до конца опустошил бокал с хмельным напитком. Каждый из присутствующих занялся трудным мыслительным процессом, перебирая всевозможные идеи, как бы проникнуть через защиту, которую даже не можешь увидеть.       Солнце начинало медленно подготавливаться к передаче смены другой своей небесной коллеге. И, как и всегда, это ежедневное событие, словно по какому-то механизму, запускало прибытие студентов в паб. Вместе с новыми людьми повышался и уровень шума, который не мог положительно сказать на их мозговом штурме.       Первый бастион в лице Чарли пал. Нога с досадой топнула по линолеуму, и этот звук от такой миниатюрной ножки с неожиданной силой разошелся по полу.       ⸺ Да ну нахрен, это бред какой-то. С Дэном Купером и то более понятно, чем со всей этой фигней. Забери то, не знаю что, найди тех, не знаю кого, и проникни туда, не знаю куда.       Взрыв мыслей как сверхновой вмиг озарил Люпена, и свет, как новая материя, заглушил перед собой все другие внешние раздражители. Внутри головы, на белой доске стали возникать образы, соединённые стрелочками путей. Эти слияния превращались в мысли, а они – в план.       ⸺ Эй, все нормально? ⸺ обратился Гуарин к телу, напоминавшему скульптуру.       Люпен машинально покачал головой, посмотрел на всех присутствующих, и на его безупречном лице показалась улыбка. Гуарин отвел глаза в сторону, прекрасно зная, что будет дальше, и, словно жалея о том, что вообще вывел его из стазиса.       ⸺ Господа, у меня есть идея, но она явно никому не понравиться. ***       Нога в плотных кроссовках, словно позаимствованных с какого-то армейского склада, перебралась через порог автомобиля и вступила на ровнейший асфальт. Затем вышло и само тело, одетое совершенно не привычной для себя – свободный спортивный костюм едва ли давал ощущение той привычной защищенности от внешней среды, которое он получал от своих рубашек и брюк.       Передав водителю оплату, парень спешно, чуть ли не бегом выдвинулся в сторону большого кирпичного здания с двумя флагами – страны и штата. Одним прыжком он перебрался через несколько ступеней, ведущих вверх, и чуть ли не на лету открыл дверь. Мужчина в полицейской форме, собиравшийся выходить оттуда, отпрянул, что-то негромко сказал и вышел. Как ураган юноша залетел в участок, мигом подбежал к информационной стойке, и, чтобы не поддаться инерции, схватился за её выступающую часть.       Мужчина средних лет упитанной комплекции с легкой залысиной удивленно хлопнул глазами и чуть ли не сразу схватился за рацию, висевшую у него на плече. Однако первые же слова молодого человека остановили его от этого.       ⸺ Я Люпен Джови. Меня должен ждать вертолет. Куда мне пройти?       Пальцы отпрянули от средства связи, глаза посмотрели на ворох записок на столе, и рука нерешительно показали назад, себе за спину. Француз кивком отблагодарил служителя закона и также спешно направился в указанном направлении. Вот только новая преграда вновь остановила его – сзади было сразу несколько коридоров, и неизвестные развилки могли вести куда угодно. Интуиция подсказывала, что необходимо было идти направо, логика – что нужно спросить кого-то, и для француза выбор был очевиден. Несколько поплутав по проходу справа, он пронесся обратно к развилке, с которой начинал проход, и выбрал другую сторону. Извилистый путь заканчивался одной широкой дверью, словно сделанной из большого куска железа, поделенного надвое. Он скрывал за собой вид небольшой взлетной полосы, где едва ли могло разместиться более нескольких вертолетов.       По мере приближения к транспортному средству француз заметил молодого мужчину, телосложение и вид которого больше походили на какого-то вышибалу в элитном клубе, чем служителем закона. Черная кожаная куртка, бывшая частью их рабочей одежды, была небрежно накинута на мощные смуглые плечи, а под ней красовалась синяя рубашка, которая не могла быть закрыта на шее пуговицей, и поэтому галстук также свободно висел. Встретив такого полицейского во время массовых беспорядков, люди, пожалуй, сами бы разошлись оттуда, понимая, что теперь им тут ничего не светит, кроме разве что синяки и переломы.       Задерживаться ещё дольше было бы крайне неуважительно. Ноги напряглись, и придали французу немалое ускорение. За секунду сократив дистанцию, парень добежал до пилота, но тут же остановился чтобы перевести дух.       ⸺ Ну ты и выдал. Не стоило так спешить, движок только прогревается, ⸺ с добродушным лицом выпалил полицейский, ⸺ Хосе Дикинсон, рад знакомству.       Без своих авиаторов его лицо выглядело совершенно не таким серьёзным. Бегающий, веселый взгляд карих глаз приветствовал его, как и протянутая рука. Отдышавшись, Люпен, как и положено, выпрямился и подобающе ответил.       ⸺ Я надеюсь, Вы тут не так долго стоите?       ⸺ Не-не, все нормально, недавно вывел из ангара, и только поставил прогреваться. Думал встать раньше, но после сегодняшней ночи…ух, как хорошо погуляли, до сих пор сосчитать пальцы не могу.       Француз бросил одновременно удивленный и вопросительный взгляд на человека, на всем лицо которого распласталась улыбка. Предчувствие, что этот полет пройдет далеко не гладко, сразу же забрались в его голову, что несколько сконфузило его физиономию. Однако, не выдержав, пилот разразился громким смехом, и лишь спустя почти пол минуты наконец взял себя в руки.       ⸺ Ты бы видел своё лицо. Я стекл как трезвышко, ой, ну ты понял. Ладно, залезаем, а то сейчас к чертям все топливо уйдет.       Хирург похлопал глазами, без злостно улыбнулся, быстро взобрался на борт транспорта с другой стороны от пилота. Хосе удивительно резво, как заправский водитель на родной машине, справлялся с приборами, будто он уже с самого утра выполняет различные перелеты.       ⸺ Ну что, куда едем?       ⸺ Куда-нибудь за город, а там уже посмотрим шеф, ⸺ решил подыграть француз       С улыбкой пилот сымитировал включение счетчика, потянул рычаг на себя и машина плавно, даже почти не покачиваясь, поднялась вверх.       Полет на лопастной транспорте прилично отличался от того, что ему приходилось ощущать. Плавное движение совершенно никак не могло устранить давление, которое с первых же секунд он не мог перестать чувствовать. Оно прижимало его к спинке, подобно космонавту. Заложило в ушах, а шум, раздающийся даже за закрытыми дверями, гасил собственные мысли. Пришлось сразу же надевать на голову наушники.       Пару минут одновинтовая железная птица, чей корпус наспех был закрыт какой-то тряпкой, поднялась на нужную высоту и направилась прямо, в сторону своей будущей добычи. Давление выровнялось, заложенность несколько прошла, но общее состояние лучше от этого не становилось. Не сказать, что француз боялся высоты, однако вид внизу заставлял если и не испугаться, то относиться с большим уважением. Почти полторы мили под ногами заставляли чувствовать себя гигантом, каким представляются детские фигурки по сравнению с пластиковыми домиками в воображении любого ребенка. На секунду, ради интереса посмотрев назад, французу представилось насколько красиво с такой высоты может выглядеть центр города.       — Не понимаю, как эту операцию вообще одобрили. Не, я против неë ничего не имею, но нам даже по 11-99 их почти не дают, а тут…да ещë и позакрывать все, и специалиста со стороны привлечь.       Француз сочувственно посмотрел да покачал головой. То, что пилоту предстоит узнать о другой части плана, даже не могло подлежать какому-либо разговору, не говоря о согласовании с начальство, но только будущий маневр мог бы помочь добиться цели.       — Мне сказали что это какое-то дело, в котором они не могут открыто привлекать своих людей.       — А я уже не свой что-ли, — с наигранной обидой сказал Хосе, — ну мала мне эта форма, не могу я носить еë, так что же теперь, под удар подставлять меня?       Динамики микрофонов затрещали, как частички костра, пойманного в стеклянную бутылку. Звук с непривычки обжог оба уха, оставив француза на несколько секунд с волдырями шума.       — Hialeah Gardens, код 10-13, Трипл-Альфа ответьте. Повторяю, код 10-13, Трипл-Альфа ответьте, прием.       Хриплый и высокий голос, который нельзя было ни с чем другим, стал звучит неожиданно исполнительно и твердо. Выражение лица Дикинсона в секунду изменилось - с него пропал даже намек на улыбку.       — Кто говорит?       — Немедленно выдвигайтесь к указанному квадрату. Цель уже приближается, мы отвлечем и задержим еë. По прибытию требую немедленного подтверждения. Прием.       ⸺ Назовите себя, иначе я сажаю транспорт, ⸺ не меняя свой позиции затребовал пилот.       ⸺ Это Макинбёрд, требую немедленного подтверждения.       Полицейский удивился, и сразу же неодобрительно цокнул языком, не сильно горя желанием выполнять задание этого человека.       ⸺ Трипл-альф Вас понял. Конец связи.       Пилот одним щелчком выключил все средства связи с внешним миром, совершенно не желая, чтобы любой звук был слышен в общую частоту.       ⸺ Да чтоб черт там всех побрал. Ну конечно, кого могли ещё поставить руководить этим всем, нет чтобы толкового кого-то, поставили вот…вот это       Хоть француз и слышал через букву, но общий посыл можно было понять даже глухонемому по выражению лица и сбившейся плавности хода.       ⸺ От всего этого отдела добра не жди Люпен. У них вечно какие-то тайны, вечно вот что-то скрывают. А их командир, Чарли…а, нахрен, мне кажется, нас уже заждались.       Словно ничего и не было, пилот выжал рычаг управления вперед, не снижая скорости сделал поворот, и, выжимая все возможное из этой машины, направил её в сторону лесопосадок.       Если французу раньше казалось, что Этюрн ездит безбашенно, то по сравнению с Хосе он был всего лишь обычным практикантом на тренировочной площадке автошколы. Железной птице удавалось развивать такие скорости, от которых вестибулярный аппарат начинал бить тревогу, а легкие покачивая из стороны в сторону для придания ускорения лишь способствовали этому. Всего за пару минут сменились все виды, которыми могла удивить это прибрежная жемчужина, и вокруг них остались деревья, больше походившие на кусты, поля да несколько дорог, уходивших далеко за горизонт.       На одну из таких и решил обратить внимания Джови. Он повернул голову в сторону, опустил вниз и с некоторой радостью для себя обнаружил, что план идет в точности с тем, как они и обсуждали.       ⸺ Макинбёрд, мы прибыли, прием.       ⸺ Трипл-Альфа, пикируйте на первую машину и снижайте высоту до трехсот футов, и ради Бога не угробьте вертолет. Прием.       Пилот словно на секунду выпал из реальности. То, что ему сейчас сказали, совершенно не могло укладываться в рамках нормальной логики, не говоря даже о самой технике исполнения. Приказ спокойно можно было выполнить по частям, но все вместе…это было задачей уже даже не со звездочкой, а целым созвездием. Если им, конечно, необходимо при этом выжить.       ⸺ Трипл-Альфа, как меня поняли, прием       ⸺ Как эту хрень я должен сделать? Вы там головами когда-нибудь думаете или нет? Я свои яйца на винты быстрее пораскидаю, чем смогу выйти из такого потока воздуха.       ⸺ Трипл-Альфа, я жду подтверждения, прием.       ⸺ Я подтверждаю только то, что сваливаю отсюда, это бред сумасшедшего, а не приказ.       Француз вздрогнул. План, конечно же, был плох, но зайдя так далеко они уже не могли повернуть назад. Голова вновь посмотрела вниз, и все, что было у него внутри, сжалось в судорожном напряжении. Две машины перегоняли друг друга, толкались, сбивали с дороги и вот-вот норовились перевернуть одна другу. С такого расстояния француз ощущал всего лишь доли от того, что творится внизу, но даже их хватило, чтобы все нервы преобразовались в иглы, со злобой впивающиеся в мышцы. Руки, не выдерживая это, нервно задрожали, и сами по себе стали искать прядь волос, обматывая её вокруг пальца.        Слова пилота не были простым сотрясанием воздуха. Транспорт медленно повернулся в сторону и начал набирать скорость. В секунду мышцы француза прекратили трястись. Нет, так быть не могло. Уходить, когда снизу уже во всю кипит сражение, когда они были так близки к своей цели. Он был близок к своей цели.       Рука француза быстро сняла наушники с полицейского и схватила за мясистое плечо, заставив его обернуться.       ⸺ Хосе, я знаю, это звучит как самоубийство, но мы должны это сделать. Сейчас рискуют все – и мужчина, что едет за машиной, и Чарли как командир операции, и я - мне нужно прыгнуть на эту машину.       Теперь даже шум лопастей не мешал расслышать каждое слово француза, совершенно твердо и четко произнесенное им, и как же пилоту хотелось, чтобы что все было неправдой, злой шуткой и ничем большим.       — Да ты под кайфом. Ты хоть понимаешь, с таким креном мы пробурим землю и носом и лопастями, и в лучшем случае просто ушатаем это вертолет. Мне ещë и транспорт, и твоя, и своя жизнь дорога.       Француз не отпускал пилота, и тот машинально попытался убрать его руку, чтобы снова заняться управлением. Но хватка оказалась несвойственно крепкой для его телосложения. Уже собираясь другой рукой схватить его, полицейский на секунду обратил внимание на его лицо и не отвел взгляд. Блеск в бездонных голубых глазах, будто вырезанный из затвердевших волн Атлантики лишал любых мыслей, заставлял на секунду выпасть из реальности и забыться обо всем.        ⸺ Это вопрос не только моей жизни, а всего города – не поймаем их сейчас – не поймаем никогда. Вы ведь не хотите жить в городе наркоманов?       У людей профессии Хосе была небольшая, но удивительная способность – свои чувства они могли выражать матом даже без открытия рта, одним лишь взглядом, и сейчас как никогда она проявляла себя. Рука потянулась обратно к штурвалу, наушники заняли свое положенное место на голове.       ⸺ Макинберд, начинаю входить в клин.       Нос машины направился точно в то место, где через несколько десятков секунд должны были оказаться две машины. Нисколько не проявляя паники, пилот аккуратно усиливал ускорение, так искусно, что тело даже не чувствовало оказываемой на него силы.       Что-то белое мелькнуло из-под низу, как будто кто-то решил отправить сигнальную ракету о помощи прямо в будний день. В пару мгновений этот объект достиг их транспорта, и теперь помощь была явно необходимо тем, кто находился в нем. Как сквозь пенопласт, что-то, напоминающее стрелу, прошло через толстое стекло вертолета, и врезалось позади них. Калейдоскопом осколков все, что было спереди, посыпалось на пассажиров. Француз машинально отвернулся, подставив руку как щит. Небольшие стекляшки впивались в неё, подобно тончайшим шипам розы. Однако даже пугали не они, а то, что было после.       Пилот не потерял управление, но то, как стремительно приближалась земля, заставляло произвести во всем теле выброс такого количества стрессорных гормонов, что ничего больше, кроме реальности этого застывшего в плавленой вечности момента и не чувствовалось.       Вдох. Выдох. Конечно, было страшно, но страх делает людей живыми. Даже больше, чем живыми. Оставалось чуть больше трехсот пятидесяти футов. Конечности застыли, боясь любых движений, глаза смотрели прямо на пыльную дорогу не моргая, и только мозг давал последний отчет для старта.       Un. Deux. Trois. Quatre. Allez       Рука отцепила ремень, дав телу пространство для маневров. Ноги, оттолкнувшись от железа кабины, отправили француза в полет прямо через лобовое стекло. Сжав все свои мышцы, он стал подобно пушечному ядру, собиравшейся окончательно поразить противника. Потоки воздуха обволакивали каждую складку, придавая ускорение. Впрочем, он уже давно знал, что и когда нужно было сделать. Осталось просто дождаться момента и расправить свои крылья.       *       Металлический шар с силой пули вылетел куда-то за территорию сада заднего двора, и, как показалось по звонкому звуку удара, сломал часть чего-то имущества       ⸺ Молодец Этюрн, хорошо. Броски в движении стали получше, но вот точность до сих пор хромает. Твои руки не пистолет, и шар будет иметь инерцию от любого твоего движения. Выставляй руку немного на опережение траектории       Немец вытер потную шею совершенно сухой ладонью, мозоли на которой, казалось, впитают любую влагу. Ручеек капель падал с головы прямо на выстриженный газон, обильно орошая его.       ⸺ И как же мне определить это опережение? Да и после все равно будет инерция от качания на коляске, затормозить мгновенно я не смогу       Француз задумчиво посмотрел на него, на его коляску и руки, и в конце пришел к неутешительному выводу:       ⸺ Да, с тобой ситуация посложнее. Нужно в голове рассчитывать влияние этих факторов, но если сказать приблизительно, то это должно происходить в момент сокращения мышц для поворота. Но ты сам должен прочувствовать.       Француз достал ещё один железный шар из кармана, кинул его немцу, и тот, нисколько не теряя хватки, поймал его.       ⸺ Идея с подшипниками была хороша. Они немного похуже чем те шары, которыми я привык пользоваться, но для тренировок тоже подойдут.       ⸺ А ты сам их можешь сделать? Или у вас — это какой-то семейный секрет.       ⸺ Сплав металлов и внутреннюю структуру знает только глава семьи и старший наследник, да и увы, мои навыки в металлообработке намного хуже чем у Ренарда.       Немец понимающе покивал головой, и, устало вздохнув, вновь принял позицию чуть в стороне от импровизированной мишени, представляющей собой кусок ДПС с отрисованной на ней человеческой фигурой.       Этюрн сжал колеса коляски и мгновенно набрал большую скорость, не собираясь на ней останавливаться. Хищный взгляд был направлен прямо на цель, и рука, как взвинченная винтовка, была готова в любой момент выпустить пробивной снаряд. Математический склад ума позволял высчитать все до градуса. В этот раз все прошло успешно. Стоило лишь немного скорректировать курс полета от его руки, как пробивной эффект предмета, направленный на фигуру, пробил её насквозь к центру груди.       Люпен одобрительно кивнул и незамедлительно направился за снарядом.       ⸺ Вот сейчас было просто отлично, а учитывая то, что ты ещё и коляской управлял, так вообще почти идеально. Может, все-таки стоит призвать ста…       ⸺ Я не буду вызывать своего хранителя. Я не такой беспомощный, и могу прекрасно справиться сам.       Тон, сопровождавший его слова, заставил самого француза почувствовать себя в неловком положении, будто он произнес что-то совершенно оскорбительное.       — Прости, я не это имел ввиду.       — Ладно, хрен с ним. Что там у нас ещё по плану? Тренировка силы вращения на теле?       — А как же заминка? — ехидно вопросил француз       — Да иди ты. У меня времени в туалете посидеть нет, скоро опять за эти расчеты садиться, а ты тут со своей заминкой.       Француз театрально пожал плечами, слегка склонил голову на бок и развел руками в стороны.       — Ну не хочешь как хочешь. Когда опять растяжение кисти получишь, можешь не просить показать тебе ошибки. Кстати говоря…       Люпен спешно отошел к небольшому раскидистому кустарнику, стоявшему возле крытой беседки, поднял свой чемодан и достал из него кусок черной материи, который кинул Этюрну.       ⸺ Мне кажется, ты меня с какой-то из своих пациенток спутал.       Легкая улыбка появилась на лице Люпена, и вместе с несколькими шарами он вернулся к инвалиду       ⸺ Для овладения вращением необходимо уметь ориентироваться не только по изображению, но и по звукам, а то и по запаху. Так усиливаются все остальные наши чувства, в том числе ощущения положения конечностей в пространстве и мышц. Надевай это на глаза.       Немец туго перевязал повязку, выставил руки с шаром вперед, ограждая ими себя от остального, невидимого мира.       ⸺ Ладно, ног и так не чувствую, пришла очередь зрения. Что делать то?       ⸺ Все просто. Тебе нужно попасть по мишени сначала сидя, а затем в движении.       ⸺ Да ты прикалываешься. Я что-ли на Доминго похож?       ⸺ По началу все кажется сложным, но поверь, даже у мастеров прошлого, что создали все эти практики и развивали их, ушла не одна сотня попыток для этого. Главное сосредоточься, ощути цель по звуку, вращением почувствуй изменения ветра и стреляй.       Известно, что человек получает почти две трети информации от зрения, и другие органы лишь помогают составить полную картину. И когда человек лишается главного источника восприятия объектов, мир начинает играть совершенно новыми красками, такими, которые даже представить – задача обычным людям непосильная. Шум ветра, колышашего траву, рисует в голове мелкие, щетинистые бесцветные газоны, расстилающиеся под ногами, сила запах ближайших цветов дает возможность оценить примерное расстояние до них, а нервы от мышц под командами мозга начинают передавать импульсы все сильнее, не давая шокировать последний.       Ручной вихрь разразился среди этого потока звуков, и, разрезая его, направился прямо к цели. Попадание было достаточно близким – рядом с кистью осталась круглая вмятина. Немец спешно снял повязку и стал вглядываться в свой результат, что не вызвало радости на его лице       ⸺ Mein Gott, ну и дела конечно. Но руки чувствовал намного лучше, это да, аж до самых кончиков. Только я так и не понял, что ты имел ввиду под этими потоками воздуха.       ⸺ Ничего сложного. Дай пожалуйста повязку и следи за руками.       Пришла очередь француза становиться слепым метателем. Такая темнота когда-то была привычна для него, но за некоторое время он успел отвыкнуть от неё, отчего несколько секунд ушло на то, чтобы почувствовать себя и окружение. Шар на вытянутой вперед руке закрутился, и, словно магнитом, стал притягивать к себе воздушные потоки спереди, при столкновении с телом расходившиеся в разные стороны.       ⸺ При должной концентрации и правильной работе спин дает возможность управлять воздухом. Можно создавать оптические иллюзии или подобие линз, но для нас главное то, что, концентрируя потоки ветра, можно чувствовать предметы рядом. Следи за моим вращением.       Картина, словно небрежными, белыми штрихами художника вырисовывалась на черном фоне. От легкой ротации руки менялся и угол обзора, давая ему больше информации. Снаряд пробил середину груди мишени, пройдя насквозь и аккуратно остановился из-за удара об живую изгородь, заменяющую собой забор.       ⸺ Как-то так.       Немец взглянул на француза, затем на мишень, и потом на себя, и ничего, кроме усталого выдоха, из себя извлечь не смог. Он двинул в сторону оставленных за предыдущие попытки снаряды. Заметив это, француз решил не отставать, и, поравнявшись с инвалидом, наклонился для сбора металлических осадков.       — Я вот все никак понять не могу. Ты ведь вроде столько знаешь и умеешь, но говоришь, что ещё даже не полноценно мастер? Для этого тебе нужно какую-то степень защитить или третий глаз открыть?       Француз не смог сдержать несколько грустную улыбку. Отряхнувшись, убрал все снаряды в небольшой мешок к остальным припасам.       — Да уж, это было бы намного проще. Мастерство спина передавалось людям от одного мастера к одному ученику, редко когда двум или трем, да и критерии никто толком никаких не оставил. Однако я знаю одно – чтобы перейти на следующую ступень, нужно оказаться в такой ситуации, чтобы твои возможности вышли за пределы умений.       *       В его голове эта сцена была рассчитана бесчисленное количество раз, во сне и наяву. Каждое движение руки было рассчитано с высочайшей точностью, а бросок своим филигранным исполнением должен завершать композицию. И в этот раз без своего помощника. Сейчас своими силами он должен был пройти этот порог, все никак не дававший оказаться на другом уровне.       Тело стремительно приближалось к машине. Оно само выбрало для себя более удобную позу, чего француз даже и не заметил. В потоке разума его волновала совсем другая вещь – летящая прямо в него стрела, выпущенная точно в область между двумя бровями. Уклоняться было немыслимо, защищаться – бессмысленно. Для того, чтобы остаться в живых, необходимо было сделать только лишь одно.       Ветер единым потоком нес его тело вниз, сделав частью себя. Оно очистилось от зарослей мыслей, оставив единственно реальное чувство - чувство собственных мышц. Разогнанный шар набрал аномальную, даже для него, скорость. Как искры при сварке металла, сотни тысяч цветных огоньков отскакивали от руки, превращая Джови в невероятно яркую падающую звезду. Предохранитель мышечного механизма был спущен, и снаряд с неимоверной лёгкостью, будто пролетая через пластилин, вдребезги разбил летящий на него предмет       — Shiiiine A Light, act 2! — в радостном воинском порыве выкрикнул француз, как некогда кричал великий де Баярд, ведя солдат в бой       Таинственное существо, быстрое и проворное, напоминавшее близкого обезьяньего родственника человека, забралось на его спину. Хвост, словно легкий шарф, охватил его горло, а длинные пальцы на пятипалой ладони показывали только единственное возможное направление – вперед.       Расстояние падения в сто пятьдесят футов для любого человека без снаряжения превращалось в последнее в его жизни. Однако и француз был далеко не любым.       Второй шар уже ложился в его ладонь. Словно испытывая свои новые силы, Люпен обхватил его двумя руками, перенаправил вращение на ладони и подошву обуви, образуя вокруг себя обратный поток воздуха.       Времени на уклонение от второй стрелы было не намного больше, и как на зло, лишних снарядов не оказалось. Пришлось импровизировать. Маневры на высоте меньше, чем тройка домов Османа не входили в его планы, и были совершенно опасны. Наконечник пролетел сквозь воздушную оболочку насквозь, нарушив её целостность. Тело неслабо тряхнуло и заставило на доли секунд потерять контроль над ситуацией. Реагировать пришлось ещё быстрее, ведь ещё несколько снарядов было на подходе. Джови ничего не оставалось, кроме как нырнуть под них, набрав ещё большее ускорение.       При падении с тридцати футов есть небольшой шанс остаться живым, отделавшись лишь парой переломов позвоночника, почти всех ребер и обоих ног, однако, проще выиграть в France Loto, да и от силы ускорения эти шансы пропорционально уменьшались. У Люпена они были слишком близки к нулю.       Крыша автомобиля вырастала на его глазах, и когда её размер стал вдвое меньше от обычного, пришло время действовать.       — Этюрн, дави! ⸺ что есть мочи выкрикнул француз       Мощный толчок внедорожника сбоку заставил F-класс пошатнуться, а золотистая вспышка света от удара кулаком его хранителя и вовсе уничтожила любой шанс на нормальное управление. Идеальный момент.       Воспользовавшись замешательством, хирург направил весь поток воздуха под себя, а шар, словно предвестник, легкой подачей был пущен вниз, циркулируя поток воздуха. Пара тройка футов - и его ноги уже соприкоснуться с металлом. Оставалось только перегруппироваться, согнуть колени и молиться Господу о том, чтобы он отделался малой кровью.       Хруст суставов резонировал с ударом ботинок об металл, но даже эта грубая симфония не смогла перебить планирование вертолета на землю, который спасался от падения только волей и навыками пилота. Замешательство водителя выиграло ему пару секунд на проверку состояния. Ноги едва ли могли вновь разогнуться, ступни от вращения нещадно пекло, а голову качало, будто он приземлился именно на неё. Но, в любом случае, он выжил и надо было действовать дальше.       Машину неслабо тряхнуло, чуть не выкинув его на повороте. Тело плашмя упало на крышу, и из-за постоянных виляний едва ли могло подняться. Белая энергетическая стрела прошла по касательной рядом с щекой, открыв кровоточащую рану, заливавшую все вокруг. Ситуация хуже некуда, и волна страха вновь накатывала к Джови. Но мог ли он остановится после всего пройденного пути?       Нет. Однозначно нет, иначе как он бы смог потом смотреть в глаза всем остальным, кто уже рискнул своим положением и жизнями, как бы он мог стать мастером вращения? Смог бы он вновь взглянуть в глаза ей?       Вращение было универсальной силой. Оно могло как и собирать ветер в единый поток, так и разгонять его , создавая подобие вакуума, дающий возможность противостоять работе сразу 225 лошадиных сил. Идея была безусловно безумной, однако единственная, которая давала хоть какие-то шансы       Небольшой толчок ногами дался с трудом, но мышцы бедер, живота и спины помогли довести дела до конца. Ноги оказались над головой, оставалось лишь перенести своё тело поближе к краю автомобиля. Однако, сконцентрировав свое внимание на этом, он упустил другую вещь, которая мигом аукнулась болью по всему телу. Очередная стрела насквозь пронзила ногу чуть выше Ахиллова сухожилия, отчего все тело сразу же согнулась. Её пробивающая сила была в разы больше пули, и он не знал, благодаря какому чуду он ему ещё не оторвало конечность.       Зубы прикусили губу, толстой струйкой изо рта полилась кровь. Нужно было перебить боль хотя бы на секунду. Ему было достаточно и этого времени. Очередной резкий поворот не заставил себя ждать. Пассажир и водитель с надеждой думали, что сейчас то он упадет на землю. Но они просчитались.       Стиснутый крик боли пронзил округу. Ноги мгновенно поднялись вверх, и со всей силой, усиленной инерцией поворота и вращением Люпен откинул их и с размахом ударил по стеклу со стороны водителя. Последствий он видеть не мог, прижатые к крыше руки не позволяли, но хруст стекла и костей он даже на такой скорости слышал более чем отчетливо. Машину резко повело в совершенно противоположную сторону, и резкий съезд с проторенной дорожки только способствовал перевороту автомобилю. Новые силы нашлись моментально. Ноги с такой же акробатической изящностью поднялись наверх, руки успели открепиться от железа крыши, и тело на скорости сползло с автомобиля за считанные секунды до непоправимой аварии.       Тело прокатилось по земляной насыпи, разодрав олимпийку до состояния накидки. Руки и лицо покорежило не меньше - тысячи маленьких огоньков боли раздирали кожи. Когда его голова, рефлекторно закрытая ладонями, поднялась, то стала свидетелем ужасно картины, от которой даже у хирурга, повидавшего разные травмы, застрял ком испуганного крика. Машина, не замедляясь, сделала несколько переворотов, пока не достигла препятствия в виде крупного ствола дерева, пожертвовавшего собой ради остановки.       Счет их жизни шел ни на минуты, а на секунды, если они в принципе могли выжить после такого. Жгучие чувство неправильности горьким ядом выплеснулось в сердце, едва не парализовав его самого. Но оставшись потакать ему, он сделал бы ещё хуже. Уставшие ноги почувствовали в себе новую силу. Люпен подбежал к ним, раскрыл двери и по одному вытаскивал из цепких объятий ремней безопасности.       Водитель был без сознания, сердцебиение, пульс, дыхание отсутствовали, зрачки не реагировали на свет, что указывало на самый плачевный исход. Второй пассажир был в более лучшем состоянии. Нитевидный пульс ещё теплил в нем жизнь, но вот надолго ли?       Взяв их за ноги, француз потащил подальше от транспорта, который в любой момент был способен взорваться. Пуговицы от пиджаков послужили средством реанимации для пассажира. Сняв в него верхнюю одежду, он раскрыл ему грудь, и, приложив одну из них в область сердца, заставил вращаться. Вторая же должна перенимать силу вращения на себя, осуществляя подобие выдоха. Примитивная, не самая лучшая техника, едва ли заменявшая СЛР, но другому пациенту требовалось его непосредственное вмешательство       Руки автоматически освободили его от удушающей одежды, с точным ритмом сердца началась осуществляться компрессия, но не было совершенно никаких намеков на то, что этот человек может очнуться. Вентиляция легких дала точно такие же результаты. Подняв руку со лба, он заметил, чего, несомненно, очень сильно боялся. Размазанная, ярко красная кровь оказалась на его руке и запястье. Тихой струйкой она вытекала из левой ноздри, расплываясь по нижней половине лица. Незамедлительно француз повернул его голову в сторону, аккуратно ощупал голову сбоку. Крупный мягкий сгусток уже немного начинал выпирать из-под кожи.       ⸺ Черт, черт, черт, ⸺ сквозь зубы прошипел француз.       Сделать он ничего не мог. Не тут. Не сейчас. Но ни одна скорая не успеет в такую даль. Весь опыт Джови сжался до одного пациента. Ноющая нога неровным стуком забила по почве, окровавленная рука с силой, способной без труда выдрать волосы вместе со скальпом, сжала свисающий локон. Нужно было незамедлительно проводить операцию, но как?       Совершенно сумасшедшая идея, которая могла прийти либо человеку, не сведущему в профессии, либо безрассудному, самоуверенному глупцу. Но других вариантов у него банально не было. Француз быстро свернул валик, положи его под голову, а сам сел сбоку. Станд наложил на всю ладонь вращение, дав возможность сбрить волосы с места ранения. Сконцентрировав энергию на кончиках пальцев, она стала подобием острого скальпеля, которым нужно было работать на приделе возможностей человеческих рук. Импровизированное острие заканчивалось на паре миллиметров от пальцев, и зайдя чуть глубже, вращение с легкостью превратит все оболочки черепа и его внутреннее содержимое в неравномерную кашицу. Из всех приборов у него оставались только тактильные ощущения и интуиция. Они не были лучше рентгена, КТ или МРТ, но в такой ситуации он был благодарен Господу за то, что после всех сегодняшних приключений он остался в состоянии чувствовать свои пальцы.       Расчерчивать примерное место проведения пришлось кровью пациента, обезболивать и обездвиживать не общим наркозом, а вращением камней, наложенных на спину, для сохранения кожного лоскута он использовал самое чистое, что было рядом – внутреннюю часть подкладки собственного костюма. Нет, это были даже не полевые условия. Совершенная дикость, похожая больше на древнейший обряд истязания трупа поверженного противника, чем на оказание профессиональной помощи в 20 веке.       Обильная гематома, неприятный чернеющий сгусток комком вылилсч рядом с ним, стоило хоть немного разрезать ткани. Вновь обнажился поток крови из вдавленных отверстий, и даже закрыть его было нечем. Срочным порядком места разреза пришлось прижимать друг к другу и накладывать первую попавшуюся чистую тряпку. Наверняка какие-то функции мозга будут повреждены, но после его действий шансы на выживание резко возрастали.       ⸺ Люпен, ты как?       Похоже, эта задача настолько увлекла враса, что он даже не расслышал звук подъехавшего автомобиля. Неудивительно, раз он даже не чувствовал усталость в своих ладонях.       ⸺Тут двое, оба в крайне тяжелом состоянии, их нужно прямо сейчас в больницу.       ⸺ А как их вести? И кто повезет? Мы не можем – нам нужно сейчас проникнуть на эту гребанную базу. Ты ведь сам предложил этот план.       ⸺ Да, но…черт, я не думал, что все так произойдет. Им нужна срочная госпитализация.       ⸺ Было бы ещё неплохо и вертолет забрать. Точнее то, что от него осталось.       Пилот, казалось, до сих пор не отошел от такой срочной посадки. Его глаза безрассудно бегали по всему, что могли увидеть, руки пробирала нервная дрожь, хоть он и пытался скрыть это, положив их одна на другую.       ⸺ Да мне все равно, что там с этим вертолетом и ответренностью за него! Если эти двое сейчас же не попадут на операционный стол МЫ будем нести ответственность за две смерти.       Удивительно, даже для самого себя, как француз мог так ответить. Чувство вины и профессионального долга преобладали вверх над чувством такта, оставив необходимое врачебное хладнокровие. Отвратительное чувство, в корне не соответствующее с его взглядами       — Прошу меня извинить, я…       — Нет Люпен, ты правильно все сказал. Я совершенно не туда расставил приоритеты. Мистер, вы не могли бы одолжить машину?       — Можешь забирать, ключи внутри. Это не моя машина, а ваша, из какого-то запаса.       Втроем перенести пару тел не было никакой проблемы. Француз, как и подобает по правилам, максимально закрепил их положение, однако даже так ему оставалось только надеяться на то, что они случайно не подавятся собственной кровью.       ⸺ Поезжай в ближайшую больницу, скажи, что было проведено СЛР и трепанацию для удаления гематомы.        Машина незамедлительно отправилась в путь, оставив их двоих для дальнейшего выполнения плана.       — Что же, сейчас идем проверять барьер?       Люпен тихо прошипел. Все происходящее заставило его совершенно забыть о том главном, зачем они все это устроили, но будучи честным с собой, он не жалел ни об одной секунде промедления.       — Да, не будем заставлять нас ждать       Стряхнув грязь и пыль, он аккуратно размял ноги и ступни, которые скрипели от напряжения, и, подобрав метательные шары, аккуратно пошел в сторону тянущейся вдаль насыпи. Однако, как бы аккуратно он не шел, с каждым метром по этой дороге внутренние силы вместе со следами оставались позади. В голову начинали пробираться странные, но казавшиеся ему логичные мысли – а может, все-таки не стоит продолжать это дело? Слишком много сил было потрачено всего лишь на одну машину, и неизвестно, что ждало их дальше. Уже сейчас он был несколько потрепан. Да и мог ли он в принципе оставлять пациентов в таком состоянии? Надо было возвращаться назад, вместе с пилотом       ⸺ Люпен, все нормально?       Люпен резко зажмурил глаза, помахал головой. Нет, определенно не в норме. Его решимость не могла вот так просто начать исчезать.       ⸺ Что-то не так. Похоже, на меня уже начал действовать чей-то станд.       Ноги стали словно частью камней на дороге, по которой он шел, и двигаться не было ни желания, ни сил. Благо, он хотя бы это осознавал, а значит, в какой-то степени мог и контролировать. Если ему не удавалось идти на двух ногах, то это значило, что нужно было идти на четвереньках, что он и сделал. Однако, хватило его на пару шагов. Дальше нужно было переходить на ползок.       Рука схватилась за ближайший клочок земли, испытывая в себе такой уровень оттока сил, будто в нем самом сделали огромную скважину. Сокращения мышц, вялые, слабые, длились очень долго, но все же тело подошло продвинулось на очередной фут. Нет, идти никуда больше не хотелось, и все его желание было сосредоточено на нахождении посреди такой уютной гальки.       ⸺ Люпен, твою мать, ⸺ прокричал немец, направляясь к своему товарищу, ⸺ позли обратно.       Бюрн, как и всегда, был прав. Руки потянулись назад, отодвигая дальше от непроходимой границы, и сразу же часть сил, словно запрятанная от него самого, возвратилось в тело. Нет, конец пути был близок и осталось совсем немного. Ещё один волевой рывок вперед - и рука уперлась в невидимый барьер       Рой невообразимо ужасных слов пронесся в голове француза. Все, что он сделал, оказалось совершенно зря. Чувство злости на свою неосмотрительность и глупость наполнило все тело, сливая в изрешеченное тело новые силы. Их было достаточно для того, чтобы с рыком отжаться от земли и нанести полный злости удар по этой стенке.       ⸺ Я доберусь до тебя, чего бы этого не стоило!       За ним последовал второй отчаянный удар. Но на этот раз он не почувствовал сопротивления. Конечность прошла сквозь прозрачный барьер, наполнилась жизненными силами, из-за чего в голове возникал сильный диссонанс. Всего одно движение – и стало настолько легко, что казалось, один взмах руками – и тело вознесется всем городом. Мгновенно нашлись силы преодолеть этот барьер полностью, и в пару движений оказаться за отделяющей от цели стеной. С неимоверной гибкостью мышцы тянулись в разные стороны, приводя телесное состояние в равновесие с мысленным       ⸺ Этюрн, этот станд можно пробить, иди за мной       Француз обернулся, но сзади никого не было – ни немца, не пилота, ни машины, только уходящий в бесконечность стройный ряд деревьев с каменистой насыпью. Очередная уловка. Было интересно, сколько всего их ещё будет. Люпен сделал шаг назад, и картина прошедшего боя предстала перед ним.       Он и не думал, что со стороны это выглядит настолько ужасно. Тело не метафорически, а в самом деле покрывалось пробоинами и растекалось по дороге как бензинная пленка.       Джови протянул руку Бюрну, чуть ли не поднырнув под него. Приходилось держать его крепче, чем скальпель при первой операции. До границы нести тело не было проблемой, однако, когда рука уперлась в предел, тело не поддавалось совершенно никаким манипуляциям.       ⸺ Приподними вторую руку, только так мы сможем попасть.       ⸺ Да впизду. Нахрен нам этот аэропорт сдался, у нас уже два языка есть.       Француз неодобрительно кивнул, и без его разрешения схватил полусубстанцию за руки и потащил, но вход так и оставался открытым только для него. Люпен недовольно выдохнул, посмотрел по сторонам, попытался восстановить события. Что же конкретно он сделал, чтобы барьер пропустил его?       ⸺ Этюрн, попробуй ударить по этому барьеру.       ⸺ А смысл? На кой черт ты меня вообще туда тянешь, я и так чуть Богу душу не отдал.       Было бы странно, если бы этот вариант сразу прошел успешно. Нужен был какой-нибудь конкретный стимул, который бы заставил его расшевелиться. Вот только какой? Было ли у него хоть что-то, что могло вызвать сильный эмоциональный отклик, заставивший оставить эту слабость?       ⸺ Хорошо, я тебя понял. Если ты не можешь просто ударить по воздуху, то не знаю, как ты будешь восстанавливать свои ноги. Не знаю, зачем оно тебе сдалось, но с таким подходом чего-то дельного и ожидать не стоит, только зря время потратили.       Немец глубоко вздохнул и медленно выдохнул, словно не воспринимая его слова в серьез. Вот только тело перестало плавиться, и, казалось, жидкость по каплям стала собираться обратно. Мощный удар по земле поднял столб пыли выше самого хирурга и заставил его немного отшатнуться. Вот только это было всего лишь отскоком, чтобы набрать ускорение. Костяшки руки врезались по стене, но ничего так и не произошло. Уже с меньшей силой вторая рука вновь ударила, но эффект был тот же.       — Я же говорил, херня это все.       Странно, но проявление ярости также не сильно способствовало его прохождению. Врач ничего не понимал, на всякий случай и сам ещё раз ударил, едва не упав от инерции. Значит, дело было в чем-то другом.       Склизкая рука, явно не успевшая отчиститься от всего, с чем прикасалась, машинально прислонилась к подбородку, и только через пару секунд француз заметил, в каком неприглядном состоянии она была. Грязь перемешивалась с какой-то прозрачной, неприятной слизью, и все это дополнялось красивыми вкраплениями пятен крови…Кровь! Действительно, что же могло стать его пропуском, кроме другой биологической жидкости?       Едва перебирающее руками тело немца стремилось уйти назад, и с каждым движением это получалось у него все лучше и лучше. Француз вздохнул, закатал полупорванные рукава и потащил тело обратно       — Может тебе стоит самому остаться там? Внутри никого не будет, а я на работу поеду, а то и так выговоров до одного места.       — Неа, не угадал, мы пойдем туда вместе.       — Mein Gott, мне это совершенно не нравится       Внимательный осмотр дал понять, что кровь от людей Рафаэля была у него на ногах, а точнее между коленом и тазом. Не самое удачное место, но пришлось работать с тем, что имелось. И идея реализации этой работы несколько расстраивала его, но другого, более быстрого и легкого метода в такой ситуации он найти не мог.       Обойдя инвалида, он взялся за коляску сзади, уперся ботинками в землю, на что тут же получил совершенно негодующий взгляд немца.       ⸺ Мать твою, убери от моей коляски руки. Дай мне уехать обратно.       ⸺ Прости Этюрн, но другого варианта у меня нет. Кровь не попала более удобный участок.       Прямо перед его лицом возникла угрожающая фигура рыцаря, и это не могло значить ничего хорошего.       ⸺ Сейчас же поверни меня обратно или мне придется это сделать самому.       Плохо дело. Станд заставлял раскрывать темные черты попавших под его воздействие тем сильнее, сколь долго они тут находился не по своей воле. Необходимо было это решить прямо сейчас, иначе бой будет неизбежен. Француз демонстративно убрал руки вниз, и незаметными движениями Shine A Light начертил на них символы вращения. На всякий случай он сделал шаг назад.       ⸺ Хорошо, я тебя понял. Спасибо что отвлекал их машину, дальше я сам справлюсь       Одного его полуоборота хватило. Станд Джови пробрался по земле, перекинулся через подлокотник и сел на то место, где должны были быть колени. Конечно это не могло остаться незамеченным, и рыцарь в мгновение ока перешел в атаку. Вот только это отвлекло его от самого француза. Нырнув вниз, он со всей силой ударил по дну транспорта, заставив и его, и владельца подскочить на несколько метров прямо. Правда, и ему самому досталось. Ловкость Shine A Light нейтрализовалась массивность площади удара, заставившего и самого француза отлететь в сторону.       Проскользив почти с десяток футов, парень рефлекторно затормозил, отдышался, оперся на локти и поднялся. Держась за подбитое плечо, он аккуратно шел в сторону, где приблизительно должен был упасть немец. Опасаясь второго подобного случая, он держался в боевой готовности, но, благо, это не понадобилось.       Частицы собирались в единое тело, и немец, держась за голову, пытался сообразить, что вообще произошло.       ⸺ Прости Люпен, этот гребанный станд. Я не специально       ⸺ Ничего страшного, ⸺ с улыбкой ответил француз, подавая руку, ⸺ кто знает, что было бы если ты пошел за мной пока я не попал вовнутрь       Немец схватился за коляской, да так, что Люпен чуть сам не упал на землю, подтянул к себе транспорт и сел на него. Осмотревшись по сторонам, они не увидели ничего выделяющегося, и, по памяти Люпена, решили отправиться вперед.       ⸺ Хосе уехал в больницу?       ⸺ Да, сразу как ты сказал он вызвал по рации скорую и помчался в участок.       ⸺ Мда уж, я слишком переусердствовал. Да и с ним как-то грубы вышло. Надеюсь, с ними все будет хорошо.       — Если бы ты знал, что однажды твой скальпель будет орудием убийства, ты бы когда-нибудь стал заниматься медициной?       Молчаливым кивком поблагодарил Люпен товарища за поддержку, и, подождав когда он полностью соберется, двинулся по прямой       В том измерении французу эта дорога казалась намного более короткой, но все-таки, спустя длительное время, перед ними начало вырисовываться строение, сходное с ангаром. Идти внутри посадки больше не имело смысла – все пространство рядом было абсолютно пустым, отчего было принято решение пройти остаток пути по дороге. Кроме легкого дуновения ветра, шума листиков и травы, который он двигал, рядом с ними не было никого и ничего. Или, по крайней мере, им двоим так казалось.       Француз напрягся, надеясь хоть так подготовить своё тело к обороне. Он посмотрел на немца, и, казалось, он ощутил точно такое же чувство скрытой опасности.       ⸺ Ты не забыл взять с собой шары?       ⸺ Обижаешь.       Чуть задрав футболку, из под неё показалась небольшая сумка, из которой немец тут же вынул два снаряда, легким броском переданные врачу. Один из них Люпен начал держать наготове.       ⸺ Я так и не спросил – твой план по эволюции удался?       ⸺ Да, мне кажется, все прошло более чем успешно.       ⸺ Тогда поздравляю, gerr учитель. Или мне тебя уже называть Ваше Сиятельство? ⸺ с улыбкой спросил немец       ⸺ Остановимся пока что на виконте, а вот когда перееду в отдельный дом – можно и о чем-то повыше подумать, ⸺ мечтательно проговорил француз       Выбора, как попасть в это здание, было немного, а точнее – два. Либо они идут через главные ворота и достойно встречают все, что находится внутри, либо они пробиваются через любую из трех оставшихся стен. Вот только тайное проникновение уже было бессмысленным и понапрасну тратило их силы, и смысла в этих действиях было прямо пропорционально глупости.       Медленно, словно крадясь, они шли прямо, и их шаги сливались с вечной мелодией ветра, являющейся будто прелюдией перед основным концертом. Скорее, они делали это инстинктивно, будто для ощущения собственной безопасности.       Мужчины подошли к воротам, но ничего так и не произошло. Беззвучно осмотрев их, напарники, договорившись лишь парой кивков, подготовились к тому, чтобы открыть её. Первичный осмотр не выявил признаков того, что она заблокирована, заминирована или другим любым способом не дала бы им пройти.       Немец схватился за одну сторону, француз за другую, и совместной силой они стали раскрывать их, давая солнцу вновь, хоть немного, разнообразить мрак пребывания вещей внутри.       ⸺ Как-то все слишком хорошо, а, Люпен?       Роковая ошибка. Говорят, что если хочешь рассмешить Вселенную, то просто расскажи ей свои мысли. Дверь начинала приоткрываться, и мощный поток электричества пронзил тело и Люпена, и Этюрна. Разряд был не такой сильный, чтобы поразить внутренние органы, но мышцы задело, и компенсировать их силой работы антагонистов было просто невозможно. И это очень дорого ему обошлось. Руку, держащую шар, в мгновение ока притянуло к воротам, зажав ладонь между двумя железными поверхностями. Немцу пришлось ещё хуже – с неимоверной скоростью его транспорт врезался в ворота, оставив на них вмятины. От скорости голова ударилась о толстенный слой краски, а ноги едва ли не оторвались от собственных держателей.       На секунду все затихло, и ему показалось, что это всего лишь автономная ловушка, и их попадание было временным, до того момента пока что-то не придумают. В то же мгновение сила притяжения магнита упала до нуля, но из-за последствий лучше бы они так и оставались висеть. Словно шарик в пинболе, от удара распахнувшимися воротами они отлетели на пару десятков метров назад. Было удивительно, как от такой силы не сломались сами железные загородки, чего нельзя было сказать о товарищах. Француз чувствовал, что неудачное приземление не особо хорошо сказалось на его ноге, ребрах и голове, а немец, как ему показалось, даже почувствовал боль в правой лодыжке. Все, что их спасло от серьёзных травм – использование стандов.       Плотным облаком завеса пыли из ближайшей земли была поднята вверх, закрыв все поле обозрения ангара. Джови быстро вскочил на ноги, занял оборонительную позицию, и закрыл собой и Shine A Light ученого, пока тот залезал на коляску.       ⸺ Твою мать, вам в выходные что ли заняться больше нечем?       ⸺ И не говори братец. В воскресенье все приличные господа находятся или с семьей, или же с друзьями, или в компании красоток.       Две фигуры молодых людей, будто бы ожившие работы Кита Харринга, вышли из этого непроглядного облака. Почти одинаковые костюмы, что-то среднее между концом Викторианской эпохи и ревущими двадцатыми, были выполнены в синих и красных цветах, и только цвета галстуков были их первыми отличиями, которые сразу бросались в глаза. Вторым был синий гэтсби с белой окантовкой, находившийся у одного из них на голове, куда он пытался спрятать растрёпанные волосы       Белые вышивки всех четырех мастей карт матовым светом словно светились на их шелковых поверхностях, украшая и лацкан, и борты, и мелкоц вышивкой, идя вдоль шлиц рукава.       ⸺ Arschlöcher, какого хрена вы творите? ⸺ зарычал немец, направив своего хранителя в их сторону.       ⸺ Господа, у меня и моего брата к Вам точно такой же вопрос.       ⸺ Вы хранители этого места? ⸺ вступил в диалог Джови, надеясь немного снять напряжение       ⸺ А этот парень явно сообразительнее, ⸺ подметил синий, ⸺ далеко пойдет, если не будет задавать лишних вопросов.       ⸺ Нам необходимо осмотреть это строение с целью противодействия противозаконным действиям.       Парень в головном уборе, несколько секунд сдерживаясь за маской приличия, все таки не выдержал давление смеха на своё существо, и звонко разразился им на всю окружную поляну, да так задорно, что чуть не потерял равновесие и оперся на рукой о плечо своего брата, на лице которого ни двинулась ни одна мимическая мышца       ⸺ Алан, ты слышал это?! Он так сказал, как будто мы не знаем этого.       Красный закрыл глаза, тяжело вздохнул и убрал его руку со своего плеча       ⸺ Вы каким-то чудом сюда пробраться, значит, вы убили или захватили одного из доверенных людей Рафаэля, что для него равносильно. Это место секретно, и Вам отсюда не выйти.       Немец не стал дожидаться, пока их вышвырнут и начал атаку первым. Расстояние не позволило использовать Soldier of Fortune во всем его потенциале, и оставалось лишь отвлекать для сокращения дистанции. Серия молниеносных ударов по земле подняли завесу пыли, скрыв их фигуры, что дало возможность тактично передвинуться поближе. Вот только большим эффектом это не возобладало.       Выходя из завесы, его встретило поистине противное существо. Серый призрак, поделенный на две одинаковые половины, как на лицевой стороне карт, обносками одежды, не скрывающие полуразрушенный скелет, похожей на классический костюм мафии, касался земли. Раскрыв деформированные, длинные головы, волосы на которых заменялись одним большим костным наростом, станд исторгнул из себя склизкие щупальца, чем-то напоминающее кишки такого же бетонного серого цвета. Из-под одежды на уровне живот они также оказались наружи. Разные стороны, словно переплелись между собой и вытянулись вперед.       Станд немца успел ударить по корпусу этого существа, заставив на секунду прекратить атаку, но полноценно его это так и не спасло. Щупальца обоих концов выпрямились, и, подобно антенне, направились в его сторону.       Железная коляска, его личный Буцефал, словно намагниченная, подлетела над землей и вместе с ними направилась в сторону станда, с легкостью молодого жеребца выкинув своего владельца из седла. Лишь группировка при падении не дала сломать себе шею.       Люпен, не стоявший все это время на месте, обошел завесу, прицелился и метким броском запустил вращающийся шар прямо в синего брата. Словно вечный часовой, призрак среагировал на приближающийся шар, силой магнетизма устранив приближающуюся угрозу. Вот только силу вращения так просто нейтрализовать было нельзя. Ударившись о металл коляски, шар заискрился, и волны энергии вступили в борьбу против одной из фундаментальных сил вселенной       ⸺ Что за? ⸺ только и успел проговорить парень в синем       Не дожидаясь, пока они оклемаются, Shine A Light, находясь на совершенно другом уровне ловкости, вырисовывал руны на ногах француза, придавая ему крайнее ускорение.       В секунду оклемавшись, немец, решившись своё возможности передвигаться, с одновременной горестью и великим желанием решил атаковать на расстоянии. Рука без единой запинки достала металлический шар. Усиленный хват, работа железных мышц, четкий прицел – и выбранная им цель с яростным криком должна ощутить на себе весь копившейся гнев       По касательной, пробивая ось воздух вдоль стелющихся трав, шар прободал землю прямо рядом «красным». Он сразу обратил внимание, от удивления округлил глаза и сразу же отпрыгнул, потащив за собой брата в сторону. Реакция не подвела – трещины также легко пробивали землю, как это делает бур для постройки метро. C невероятным импульсом предмет вырвался из плена земли он вышел из неё вверх       Замешательство пары дало французу прекрасную возможность для атаки. Их заминка открыла защиту в обороне станда, и отточенный ревер с разворота устремился прямо в голову синему. По звукам было понятно, что приличную часть костей лицевого черепа пришла в негодность. Недалекий полет брата заставил Алана прийти в себя, и, не секунды немедля, удивительно сильным толчком для его комплекции оттолкнуть француза. Мышцы, горящие от напряжения, пришлось освободиться от вращения, чтобы не сломать кости.       ⸺ Ублюдки, вы ответите за это. Two of Herts, электрический ток на 90%       В радиусе пары метров вокруг призрака, казалось, словно вся существующая материя cтала извергать из себя электроны. Все мышцы на теле француза, особенно ног, свело такой судорогой, что казалось, вот-вот, и каждая из костей превратиться в труху. В мгновение ока бляха, едва не вырвавшись из ремня, направилась в сторону призрака, и на скорости, которую он даже не успел ощутить, грудь поразил удар о железную коляску и тело немца.       Однако эта боль была далеко не окончательной. Вся сила магнита была в самом центре сплетений этих щупалец, и метательные шары стремились именно к нему, все сильнее прижимая тело к металлу коляски. Французу казалось, что он вот-вот потеряет сознание. Он пытался руками открыть бляху, но от судороги едва ли удавалось пошевелить пальцами. Кислород с трудом попадал в грудь, совершенно не перекрывая затраты мозга. С Этюрном ситуация была несколько не лучше. Ручка, за которую брались чтобы вести коляску, пыталась пробить его живот, и делала это довольно успешно. Частичный паралич осложнял работу стандов, не давая им нормально пошевелиться.       С легкостью, будто он вместо 4 квинталов держал всего пару футов, призрак вместе со своим хозяином последовал в сторону ангара, до которого было подать рукой. И если они ничего не придумают до этого, то их расплющенные туши даже никто не сможет найти.       Француз заметил шевеление губ, которые уже собирались что-то сказать, но вонзившийся в правый бок кусок металла мгновенно прервал его мысли. Машинально врач потянулся рукой к немцу, собирая все свои силы, но за расторопность был наказан сломанной частью металла спереди и вонзившимся куском сбоку. Резкая боль, словно всплеск адреналина, раскрыла его глаза на все, что происходит       ⸺ Спин, ⸺ отчаянно прокричал немец, ⸺ Используй спин для трения воздуха.       Трение воздуха? Идея казалась бессмысленной, однако других, более адекватных у него не было совершенно.       Лицо француза исказила гримаса напряжения, которая хоть немного перекрывала боль. Рука ни в какую не хотела менять своё положение, слабо поддаваясь контролю. Его станд был в абсолютно таком же положении, и все, что оставалось, это уповать на собственную силу. Приходилось контролировать чуть ли не каждый пучок мышц для того, чтобы подушечной пальцев достать вырывающийся шар. До него оставался всего один небольшой рывок, совсем чуть-чуть – но из-за прошлого напряжения не удавалось сделать и это. Совершенно никак       ⸺ Черт, не получается, ⸺ едва двигая челюстью выдавил из себя француз.       Фигура железного рыцаря появилась за ним, но почти ничем, по его мнению, помочь и не могла. Однако он совершенно недооценил своего товарища. Какие-либо движения для него ещё сильнее усугубили бы ситуацию, и все, что оставалось – полностью расслабить тело, подобно его же ногам. Тело повисло на штыре и провело так несколько секунд, пока одно, почти мгновенный удар не подвинул шар к Джови, за что ему пришлось поплатиться сквозным ранением. Глаза инвалида невольно закрыли, голова расслабленно повисла, и кровь, подобно дождю, начала орошать землю вокруг.       Какая-то странная эмоция смогла пробраться на его не запорченное негативом лицо и исказить в своей силе мимические мышцы. Что-то совершенно непривычное, что-то очень злое. Разгоняя внутренний мотор, она, пересилив собственное тело, разогнула руку, спину и грудь, дав обхватить металлический предмет. Железный штырь полностью прорезал молодую плоть, и кровь с напором весеннего водопада направилась вниз, а тела неумолимо приближались к металлической двери. Но больше никаких чувств он не испытывал – его ход был завершен.       Тонкая прослойка воздуха между двумя металлами заставляла поверхности искриться, вместе с ними поднимая капли конденсата с травы, усиливая потрескивания. Новое поле статического электричества исказило электромагнит станда, значительно ослабив его. Тела, как кожно-мускульные мешки, упали на землю, и в месте с ними и ноги Алана. Этот неожиданный фактор заставил его совершенно подогнуться и упасть, не успев ничего сделать. Его шанс был упущен       Глаза француза не закрывались лишь по одной причине – ему нужно было устранить опасность, но руки совершенно не слушали его. Shine A Light, бессменный помощник, начертил руну на локтевом суставе. Сил оставалась только чтобы самому открыть бляху и достать второй шар, прицелиться и отправить его в последний полет вперед.       С силой, которая обычно годится для распугивания воробьев, шар долетел до своей цели, поразив её. Вращение вывернуло кожу и мышцы в области сонной артерии, временно перекрыв доставку кислорода в мозг, выведя его из строя. Счет стал равен.       Ладонь Люпена с большой охотой закрыла его от отблеска солнца, которые словно стремились пронзить его. Как хорошо было оказаться на влажной траве, чувствовать на своем обуянном жаре теле приятную влагу и давать себе хоть немного расслабиться. Хотя бы сегодня, хотя бы сейчас.       Липкая кровь просочилась сквозь свободную руку, не убывающим ручейком все больше крася землю в ярко-красный цвет. Но ведь это не должно так быть. Ведь они выиграли эту битву, и умереть вот так – уже после конца, не оставив за собой ни зацепок, ни прохода, ни улик. Ведь это было совершенно неправильно - мириться с собственным положением. Очередной тест на прочность, и теперь не подготовка к нему равнялась смерти.       Парень сжал в кулаке кусок травы, медленно перевернулся на спину, приподнял голову, осмотрелся. Главная рана на его теле была глубока, и заставила вытечь достаточное количество главной жизненной жидкости, чтобы чувствовать слабость и головокружение. Остальные мелкие кровоподтеки, ссадины лишь усиливали её недостаток. Станд, не отходивший от своего хозяина, вяло зашагал к нему.        ⸺ Я понимаю тебя, Shine A Light. Ничего, мы сегодня с тобой отдохнем.       Ещё несколько секунд ему понадобилось, чтобы собраться с силами, перевести дыхание. Рука аккуратно сжала бока раны, рисунок вращения скрепил его сокращением мышц. Легкие едва ли могли расшириться, но воздуха, поступающего через них, должно было хватить. По крайней мере он надеялся на это.       Медленным шагом, с которым он едва мог справиться, француз зашагал к немцу. Пробивший металл остался в нем, закупоривая созданную им же рану. Каким бы хорошим хирургом его не считали люди, даже наплевав на состояние, такую операцию на брюшной полости здесь он провести просто не мог. Его тело нужно было хотя бы оттащить к ангару и найти подобие аптечки. Он сразу же метнул взгляд на двух других противников. Сознание синего ставилось под сомнение, но грудная клетка немного поднималась, а значит, все было не так уж и плохо. Куском ткани он очистил дыхательные пути, и остатки пиджака подложил под голову. На первое время должно было помочь        Но оставался ещё один человек, и дать ему помешать осуществить их миссию он никак не мог. Для надежности Джови использовал пару ремней, чтобы стянуть конечности и зафиксировать тело.       Будь у француза с собой сигарета, наверное, он в разрез своим правилам без зазрений совести полностью выкурил её, но пришлось обойтись лишь тяжелым вздохом. Первым делом он занялся немцем. Используя остаток одежды немца подобно погрузчику, довез тело до внутреннего помещения склада, но что потратил почти все накопленные силы. Благо, потом его ждала небольшая разгрузка. Аптечка оказалась прямо рядом с входом, на стене, и пришлось лишь обогнуть несколько ящиков, чтобы достать её. Набор приличный, но для серьезных действий недостаточный. Все, что он мог – это лишь оказать первую помощь.       Попытка приподнять тело успехом не увенчалась. Напряжения мышц не хватило, и рана, подобно хлебной горбушке в горячей печи раскрылась, и копившаяся кровь вновь хлынула. Пришлось действовать быстро. Ножницами, которые шли в комплекте, он разрезал одежду. Одним аккуратным и резким движением хирург установил для него полусидящее положение, а сам судорожно стал рвать остатки одежды немца, создавая хоть какое-то подобие повязки, и вновь, только с большей силой, скрепил мышцы и сосуды между собой. Рык от напряжения раздался по всему залу. Он отвлек его внимание, и все усилия пошли насмарку. Требовалось повторить это же действие.       Запасы сил, возникшие словно из неоткуда из-за угрозы жизни, бурным потоком влились в него, и зажимы мышц на некоторое время ослабили кровоток. Зашивание раны он решил оставить на самый крайний случай – требовалось слишком много времени, и металл в теле только ухудшал положение       Перекись послужила антисептиком, медицинские пластыри послужили фиксатором и для него, и для немца. Для осторожности осталось только сделать перевязку на теле товарища. Однако, только переходя с живота на спину пальцами он почувствовал что-то странное и выпирающие, несколько мешающее сделать ровный тур. Немного отклонив тело от стенки, рука хирурга дрогнула. Хоть он проработал в медицине не так много, но такие крупные, по истине варварские шрамы от крестца до лопаток, сделанных в разных плоскостях, он видел впервые. Они не были получены не в ходе сегодняшней битвы, ни даже этим летом а остались старым воспоминанием о том, что прожил этот человек. Опыт и предчувствие говорили ему, что это последствие странных манипуляций с его позвоночником, а, возможно, и вовсе были причиной его инвалидности.       Нет, не сейчас, не время думать об этом. Его задача заключалась в оказании помощи, и он с великой осторожностью продолжил её оказывать.       Люпен отдышался, посмотрел на одежду, от которой остались только лохмотья. Кровь, смешанная с потом и влагой, осела на его теле. Состояние остальных было хоть тяжелое, но стабильное, поэтому решил заняться собственной раной – в любой момент его навыки вновь могли понадобится, и если собственное состояние ухудшиться, то от такого врачевания не будет никакого толку.        Конечно же, ни иглы, ни специальных ниток у него не было. Пришлось до конца распарывать футболку, отламывать кусок железа, и, обработав все, проделывать в себе дырки. Неприятно, больно и не особ гигиенично, но как временное решение должно было сойти.       Когда обработка ран была закончена, перед ним вставал новый вопрос – как связаться с внешним миром и доставит сюда профессионалов с оборудованием. Миссия в таком режиме продолжаться не могла, и даже если его товарищ чудеснейшим образом сможет выдержать, то любое неудачное движение француза может обернуться в падение в бессознательное. И, как тяжело это не было признавать, только один человек был способен на помощь в этом деле.       Француз, насколько мог, быстро подошел к Алану. Его сознание уже вновь могло активировать работу мозга. Тело перевернулось на спину, неловко ворочалось из стороны в сторону, пытаясь хоть немного ослабить хватку. Бесполезно. Аккуратным движением он попытался стянуть ремень с его ног, но, не успев ничего сказать, получил плевок в лицо       — Пидрила, ты ответишь за то, что сделал с Аленом.       Рука устало скользнула по лице, и оттряхнула все, что на неё попало. Организм, настолько перенапряженный, что даже не мог выделить гормоны для развития агрессии, дал команду ногам опуститься на корточки, но не выдержав, неаккуратно плюхнулся на землю.       — Сейчас не время чтобы ссориться. Этюрн и твой брат в крайне плохом состоянии, я не знаю сколько они продержаться без специальной помощи. Нам нужна экстренная госпитализации       — Хуепитация. Мне достаточно призвать свой станд, и я освобожусь, и клянусь, я мудила тебе кости переломаю.       — Даже если и так, — безразлично произнес француз, — от этого будет больше вреда чем пользы.       — Конечно ты отнекиваешься, мудила. Two of Hearts       Распрыскивав щупальцы по всей земле, половина призрака использовала попеременный магнетизм, то ослабляя, от усиливая притяжение, хотя со стороны это больше напоминало судорожные конвульсии змеи.       — Алан, я врач, и в случае крайней необходимости буду проводить операцию прямо тут. Меня с Этюрном понятно что не жалко, но подумай о своем брате.       Мужчина перестал дёргаться, полностью расслабился. Разум начинал пересиливать чувство мести, и вскоре и станд растворился в глубине земли       — Вот ведь мудак. Сам пришел сюда, отхватил со своим другом пиздюлей, так ещё и нам ставишь ультиматум. Хорошо, хер с тобой, будь по твоему.       Француз быстро освободил его от ремней, поднялся, чуть вновь не упав на землю, и незамедлительно подошел к Алену, дрожащими руками взяв его за конечности.       — Его нужно перенести в ангар. Поможешь?       Вся злость парня быстро направилась в альтруистическое русло. Вскочив, он незамедлительно взял брата за ноги, забрал его подкладку под голову, и аккуратно, стараясь не изменить расположение ни одной складки одежды на теле, понес. Тело расположилось на бетонном полу, рядом со вторым раненным.       — Телефон есть?       — Мы по-твоему на Кохов похожи? Нас тут без связи держат, а даже если бы и была, то Эндрю не дал бы ей пройти.       — Эндрю? — удивленно переспросил француз, — тут есть ещё кто-то?       — Это не твое дело, визгун. Он предал Рафаэля, и за это должен своим телом расплатиться с ним.       Лицо француза исказилось совершенным недоумением. Какое наказание может быть над людьми, тем более телесное? Разве ни это есть варварство в чистом виде? Новая цель пламенем справедливости засветилась в его плане.       — Говори, где его держат.       — Я вижу, головой ты приложился хорошо, но не настолько ведь. Я тебе сказал – забудь о нем       Ненависть, неожиданная, как гром на летних парижских улочках, овладела французом. Тело, не чувствуя усталости, зверем кинулось и схватило мужчину за грудки, заставив того приподняться на носочки       — Мне начинает надоедать твое отношение. Если из-за тебя с этими людьми хоть что-то случится…       Запас организма был не долгим. Выдохшись, он упал на колени, и драгоценная жидкость ручейком начала вытекать из организма.       — Ты совсем ебнулся? Ты хочешь и меня с братом под это подвести? Я блять тебя прямо сейчас захуярю если хоть один такой трюк выкаешь.       Медленно, опираясь на все предметы окружения, он подошёл к Этюрну, проверил карманы, но не нашел рации.       — Моя рация осталась за барьером. Чтобы скорая смогла сюда прибыть, придется отключить его. Иначе никак       — Я вынесу брата через барьер, а ты уже ебись как хочешь. Это не мои проблемы       — И оставишь место без охраны? Ты и Алан его хранители, разве нет? Получается, вы повторите судьбу Эндрю?       Красный что-то тихо произнес, однако по губам читался целый ряд не самых цензурных выражений. Сомнения насчет собственных действий. А раз голос сомнений в голове стал звучать все сильней, то отвести его от неправильно выбора было вполне возможно. Оставалось всего лишь немного больше надавить.       ⸺ Либо твой брат в любую минуту задыхается от остатков черепа и крови, либо ты вместе с ним получаете за невыполнение приказов Рафаэля. Выбор за тобой       Острый, как разящий наповал клинок рыцаря взгляд карих глаз сверкнул из-под красной прически прямиком на француза, но также быстро, как и отточенный удар, сразу же направили свой внимание на человека в синим. Прошло не больше пару секунд, но ответ был понятен с самого начала.       ⸺ Пошли за мной.       Фигура быстро зашагала вглубь помещения, нисколечко не подстраиваясь под темп едва держащих на себе тело ног врача. Для придания большой опоры он передвигался рывками, отталкиваясь руками от опоры к другой        — Я все одного не могу понять - почему вы цепляетесь за Рафаэля как за манну небесную? Я думаю, что в этом городе есть работодатели и получше.       ⸺ Если бы не он, то мы бы так и остались разгружать эти чертовы контейнеры гребанными БМВ и Опелями, в которых и приплыли. Он разглядел наш потенциал, дал нам настоящую работу, обустроил в стране – мы ему обязаны жизнью.       ⸺ И вы решили, что нарушать закон — это лучше, чем даже такая работа?       ⸺ Я бы посмотрел на твою честность, когда ты уже больше недели ничего сытнее водянистой похлебки в себя не закидывал       Француз ничего не смог ответить, ведь в даже в его голове все аргументы разбивались об одно невозможно жуткое слово – голод.       Приоткрыв непримечательную дверь, Алан быстро спустился по лестнице, ведущий в низ, к крохотному коридору, оканчивающейся даже не дверью, а чем-то по массе и конструкции схожим с входом в личный бункер. Несколькими комбинациями он набрал код на электронном замке, и со звенящим лязгом конструкция распахнулась.       Ровный холодный свет, находящийся на грани между яркостью и приглушенностью, изливался с потолка. Повторяя каждый совершенно ровный, без единой ошибки выверенный контур комнаты, он прошибал крохотные ячейки между толстенными прутами решеток камер.       Красный направился в дальний угол помещения, и каждый его шаг по идеально чистому, иссиня-белому кафелю раздавался как отбойный молоток. По ту сторону от них послышались шорохи, и француз машинально перевел взгляд в сторону. Как врачу, пусть и не с самой богатой практикой, ему доводилось видеть людей с различными дефектами – как психическими, так и моральными, и даже различные их сочетания. Но состояние этих людей заставило даже его поморщиться. То, что сидело в камерах, человеком было можно назвать с натяжкой, хотя их физическое состояние было в норме, не считая отсутствия больших пальцев и мизинцев на всех конечностях и выглядывающие местами синяки и шрамы. Но их взгляд…взгляд стекла, настолько безэмоциональный, что по спине бежали мурашки. Лишь только бледные зрачки, чуть ли не на половину занимающие глазное яблоко, в недоумении суживались и расширялись от падающей над ними тени, давали понять, что эти люди живы       Тела, аморфные от изнеможения запертыми помещениями, только и желали закрыть свои уши от невыносимой громкости и вернуться обратно в безмятежную тишину. Они упирались головами в мягкие пол и стены, прятали головы в открытые туалеты, но ничего не помогало избавиться от него       ⸺ Чт-что тут происходит? ⸺ вымолвил француз, не решаясь идти дальше.       ⸺ Здесь Рафаэль заключил врагов и предателей со стендами, от которых ещё может быть польза?       Нет, это было далеко не заключение. Самая натуральная психическая пытка, направленная на слом самого сущего в человеке.       ⸺ ЗАКЛЮЧИЛ?! ОН УНИЧТОЖИЛ ЛЮДЕЙ!       Shine A Light, вскарабкавшись на руку француза, очертил на ней искуснейший узор, и француз, собравшись с силами, с небольшого разбега вломил по прутьям. Мощный электрический импульс мгновенно распространился с от кулака до плеча, заставив упасть его на колени. Сочетания от звуков удара и вырвавшегося крика, казалось, чуть не оглушили самого Джови, а про состояния заключенных было даже сложно сказать.       ⸺ Не получится. Решетка из монеля под напряжением 50 тысяч вольт. Рафаэль знает толк в строительстве.       Все мышцы руки напряженно сжались, в то же время заставив руку повиснуть, как кусок плоти. Только сжатые зубы не давали крику боли ещё больше вырваться из него. Опершись на здоровую руку, француз кое-как поднялся, и тихим шагом подошел к крайней камере.       ⸺ Э-это и есть Эндрю?       Знакомое имя пронзило слух каторжника. Судороги, которые бывают только у больных или наркоманов, заточили все его мышцы под свой неустанный контроль. Поднятая голова, с несколько секунд фокусировала взгляд на француза, словно пытаясь понять, что он такое, а затем, еле удерживая свои конечности вместе, с великим облегчением она опустилась на колени       ⸺ Как тут выключить электричество? Нам нужно вытащить этого человека. Всех людей.       ⸺ Только если подорвать все здание. Рафаэль строил это место независимым от его перебоя, водоснабжения и газа. Я ничего отключить не могу       — Он г-г-говорит правду.       Сухой голос, подобный трению осенней листвы о асфальт, прорезался из-за решетки. Едва шевелящиеся бесцветные губы выглядывали из-за небрежной бороды. Потрескивания на них густой сетью прорезались через кожный покров, с каждым словом выдавливали из себя каплю водянистой крови       — М-мы пытались. С-стены т-толстые, решетки проч-ч-чные. Даже к-когда л-ломали их, эт-тот звук из колонок…п-прямо в мозг…и откачка воздуха, д-дверь под давлением. Отсюда н-нам н-не выбраться.       Нет, не могло же все закончиться так? Чтобы он оставил этих людей в такой по истине ужасном положении, уничижительном для любого существа. Француз посмотрел по сторонам, попытался найти хоть что-то проем, где могла проходить проводка или вентиляция. Пусто. В своем нынешнем состоянии он не мог разрушить даже камень, что уж говорить толстенном кирпиче и металле.       — Алан, твой станд может сломать тут все и выпустить их, я один не смогу       — Ты издеваешься? Хочешь, чтобы я совсем в открытую пошел против своего босса?! Радуйся, что я тебя не добил после того, как узнал всю информацию. Я не присоединюсь к их числу.       — Черт.        Предметов под рукой не было, возвращаться он не стал. Все, что у него было - это только сила собственного тела – единственная, по истине его вещь. Бледный, как лица измученных заключенных, огонь пробежал по его рукам. Несколько вялых ударов по решетке лишили его ладоней той изящной красоты, которой обладал каждый хирург. От напряжения кожа лопнула, кровь парными струйками хлынула на руку, и неприятный запах опаленной плоти наполнил комнату. Вмятина, одна единственная, размером с костяшку, стала для него наградой взамен полного отказа рук с такой болью, заставившей всем телом навалиться на руки и прижать их к холодному полу       ⸺ Б-бесполезно. Все б-бесполезно.       Парень в красном, сам того не осознавая, сел на корточки и пытался выяснить, что же произошло с этим парнем. Резким движением он перевернул его, взглянул на темно-фиолетовые ожоги, заполнившие кисти и отвел взгляд.       ⸺ Ты придурок. На что ты вообще надеялся?       Дело складывалось не просто плохо, а отвратительно. Боль также быстро уходила, как и появлялась, но вот его руки не могли теперь не то, что работать, но выполнять даже самые элементарные действия. Это был его полнейший провал       — Эндрю скажи, как вы выбирались, что происходило?       ⸺ У-у н-нас были с-станды, н-но сейчас никого нет. М-мы все н-ничего не можем сделать       Всю свою жизнь Люпен знал, что выход есть абсолютно всегда, ведь даже перед смертной казнью человек был волен сам себе откусить язык и уйти на своих условиях. И не могла жизнь оставить ни одной лазейки, даже у этого гения архитектуры.       ⸺ Hearts of Two       Нижняя половина ужасающего призрака выплыла из сумрака, встав рядом со своим хозяином, пока верхняя была настолько бледной, что, казалось, стоит подуть -и она раствориться в воздухе и совсем исчезнет.       ⸺ У нас с братом один станд на двоих, мы сиамские близнецы и получили способность до разъединения. Один я не могу полностью управлять им, но магнетизм мне ещё подвластен.       Щупальца вытянулись вперед, и направленный заряд врезался в электрическое поле, вырывая из него куски электронов. Пытаясь противостоять ей, металл старался удержать заряд, заискрился, но все равно сдавал позиции и через несколько секунд упорной работы система не справилась, дав первый сбой. На секунду защита ослабла, но почти тут же восстановилась, с новой силой противостояв станду.       ⸺ Черт, если так будет с каждой, моих сил просто не хватит. Люпен, как только электричество пропадет – поднимаем решетку. У нас секунда времени       Нет-нет-нет. Они не могли остановиться на полпути, бросив людей. Все пострадали сегодня, и жизни всех были важны. Француз поднялся. Его руки были бесполезны, но поднимать их согнутыми локтями ему никто не запрещал.       — Три, два, один. Перегрузка.       Парень в красном всеми силами схватился за низ решетки, и силой ног и спины стал поднимать от неё. Люпен старался не отставать, но он едва ли мог работать хотя бы в половину своей эффективности. Железные ворота, как стражи, не ослабляли свой надзор, но и их время подошло к концу. Измученные глаза Эндрю потупились, голова опустилась, и он машинально, насколько сильно мог, зажал уши. Абсолютно правильное, но как оказалось, не эффективное решение.       Пронзающий, подобно хирургическому лазеру, звук, проникал в самый мозг, вызывая боль в черепной коробке. Простое недомогание сменялось болью, заставляющей сжаться мышцы лица в неимоверном напряжении, а то и вовсе вскрыть себе череп и достать оттуда злополучной орган. Тела, все как один, словно в бреду начали искать место, чтобы хоть немного защитить себя, но эти частоты, казалось, могли пройти через любой барьер.       ⸺ Алан, как это выключить? ⸺ во всю мощь прокричал француз       ⸺ Дверь. Нужно открыть дверь.       Двое, подскочив, как спринтеры в самом начале гонки, наперегонки со звуком помчались к заветному входу. Крик вырвался изо рта хранителя склада, помогая бороться с окружением. Магнитный импульс пронзил электрический щиток, превратив все его внутренности в сплошное месиво, и массив железа, неприступная и неподвижная глыба, открылась с легкостью консервной банки.       Колонки медленно затухли. Француз, опершись о стену, тихо выдохнул. Тремор всего тела совершенно не останавливался, одолевая все его тело в судорожной лихорадке, будто вот-вот и его побег закончиться провалом. Рука с усилием дотягивалась до лба, пытаясь стереть пот, несчастно щипавший его лицо. Что-то странное прилипло на неё, и француз украдкой перевел взгляд. Кровь сделала красным весь низ его лица. Губы скривились в подобие кривой усмешки, тут же вызвавшей боль по всей голове.       ⸺ Э-эндрю, отзови станд, нам нужна связь чтобы выбраться отсюда.       Рука прижалась к холодной плитке коридора, и немного уняла свою дрожь. Казалось, нужно подчинить себе каждый мышечный пучок на ноге, чтобы просто приподнять своё тело. Несколько циклов таких повторений – и он стоял, опершись о стену, ожидая, пока контроль вновь перейдет к нему.       Худая, жилистая фигура, как и он, едва перебирая ногами, опираясь на пятки, доковыляла до него, подхватила за плечо, и, казалось, тащила тела только на одном желании выбраться из этого места       ⸺ Нам нужно выйти на улицу. Спасибо что не оставили нас, мистер Люпен.       Парень в красном, запыхавшийся от открытия очередной решетки, полусидя повернулся в их сторону       ⸺ Ты куда собрался?       ⸺ Я на у-улицу, вызвать с-своих       Алан подскочил с места, и в мгновение ока перекрыл проход этим двоим. Его вид, который весь дышал усталостью и злостью, так и говорил, что от любого неверного слова они могли отхватить так, что остануться тут навсегда       ⸺ Ты, урод, собрался легавых вызвать чтобы нас тут всех упокавали. Сука, надо было тебя сра…       ⸺ Они приедут с их скорыми, ⸺ не давая самому себе задохнуться в глубине дыхания, проговорил Джови, ⸺ иначе потом дело уйдет из под нашего контроля. Я предупрежу, они вас не тронут       Не обращая больше внимания на преграду, он, вместе с Эндрю, пошел вперед. Бывшему хранителю пришлось уступить путь, и, не найдя, что сказать, вернулся к последней решетке.       С каждым шагом они старались уменьшать перерывы, затратить все неприкасаемые запасы, чтобы как можно быстрее позаботиться о больных. Двое вышли из ангара, и ослепительные, как 100 ваттные лампы среди подвальной темноты, лучи солнца ослепили их. Зажмурив глаза, они потеряли равновесие, и оба, словно поролоновые игрушки, потеряли равновесие и с размахом шмякнулись о землю.       Губы, в мгновение ока обветрившиеся от свежего воздуха, через кровавую пленку заблистали в широкой улыбке, перешедшей в нервный, неестественный смех, который, к своему сожалению, подхватил и француз       — А с-сотворенный мною м-мир не так уж и п-п-плох. Welcome to the Сircus, время возвращаться домой       Ничего не происходило, только, казалось небо стало неестественно черным, словно контрастным по сравнению с его обыденной белой синюшностью. Однако и воздух вокруг, и даже сама земля стала черной, а объекты превращались в простые и плоские, теряя свой цвет, оставляя только зеленый контур.       От самого места их входа до порослей деревьев окружение превратилось в то, как фантасты любили показывать компьютерные симуляции. Но в тот же миг, когда все упростилось до одних пикселей, они, словно по дуновению свежего ветра, жирными каплями начал падать на землю. Текстуры сползались друг к другу, словно живая слизь. Уплотняясь, они начинали выглядеть как какой-то чертеж, схема на котором подозрительно напоминала территорию ангара.       ⸺ Это все время была иллюзия?       ⸺ Д-да, и нет. Э-это все – генерация, и ч-чтобы войти – нужно вписать себя в к-код.       Каждое слово пленнику давалось с большим трудом. Первородная сила земли овладевала ими, забирая все мысли и силы создавать новые, давая взамен мягчайшую кровать, на которой можно было уложиться. Однако мысли о находившихся рядом больных, пусть и с сильным усердием, но все-таки заставляли добиться главной цели.       ⸺ Нам нужна моя рация. Ты поможешь мне?       Мужчина, не став тратить драгоценные силы на слова, сел на колени, потащив за собой француза. Кое-как поднявшись, они пошли в сторону выхода, туда, где, предположительно, француз и выронил свое средство коммуникации. Благо, долго искать его не пришлось – его выкинуло прямо на дорогу. С тяжким трудом, будто это был его древний протопит, француз поднял рацию. Не с первого раза ему удалось вспомнить позывной, отчего он едва и не выдал и себя, и своё начальство       ⸺ М-макинбёрд, все г-готово. Нужно несколько машин скорой, без полиции. Срочно       Цель была выполнена. Силы, яростным огненным топливом до этого момента питавшие его, в мгновение забыли дорогу из складов организма, оставив его без питания. Тело, уже без адреналина испытав всю усталость сегодняшнего дня, в бессилии упало на землю. Подошедший мужчина посмотрел на его состояние, но парень этого не увидел – его веки стягивала плотная петля усталости.       ⸺ Я-я немного отдохну, разбуди если кому-то станет хуже.       ***       ⸺ Эй, парень, не спи, очнись.       Резкий аммиачный запах, через все рецепторы врезал прямо в мозг, заставив его глаза рефлекторно раскрыться, и тут же прищуриться от света. Даже в полутьме он мог разглядеть фигуру человека в халате, стоявшего над ним, несколько трубок, идущим к нему в руку, и уже едва ли не родные очертания рабочего места с кучей бумаг.       ⸺ Где Этюрн, где Алан и Ален, где остальные?       ⸺ А голова то у него даже сейчас резво работает. Жить будет. Я поехал.       ⸺ Спасибо Алекс, ⸺ сдержанно поблагодарила фигура возле окна со знакомым хвостиком волос на затылке.       Француз, не без усилий, приподнялся на кровати, посмотрел на трубку, которая шла от катетера в вене к каким-то пакетам, напоминавшими аминозолом и дистриктазу.       Гуарин закрыл дверь за гостем, тихо обошел кровать и кучу капельниц с приборами, на которой лежало укутанное в одеяло тело немца, из которого только выглядывала только голова да волосы, и сел на край раскладного кресла, где находился брат.       ⸺ Все-таки господин Моро был совершенно прав, когда отстаивал тебя у нашего отца. Как ты вообще провел операцию на черепе без инструментов, уму непостижимо.       ⸺ Те два парня выжили? ⸺ слабым сухим голосом спросил француз, взглядом жаждущего в пустыне выискивая хоть какую-то жидкость       Словно почувствовав, полицейский без слов поднялся, посмотрел по сторонам, и, не найдя ни одной бутылки с водой, помчался на кухню, где его также ждало разочарование. Пришлось набирать из-под крана.       ⸺ Да, правда один из них останется овощем. Врачи сказали, что ты сделал чудо, но при ране и автомобильной аварии слишком сильно была задет мозг. Второй в тяжёлом состоянии, пока поставили на все искусственное. Что касается остальных…       Брат единым движением доложил в свой мундштук ещё сигарету, зажег, и, отвернувшись, пустил тонкую струю дыма.       ⸺ Этюрн в крайне плачевном состоянии. Я в медицине не сильно разбираюсь, сам знаешь, но врачи наговорили столько, что мне самому плохо стало. Они сказали, что были задеты ещё какие-то нервы, возможно паралич распространиться выше, но даже если все обойдется, на реабилитацию уйдет не меньше месяца, он столько крови потерял. Те заключенные физически целы, и их конечностями пообещали что-то придумать, но вот моральное здоровье…мы их передали белым врачам, но шансы на восстановление минимальны. Братьев мы задержали. Ален лежит в нашей реанимации, Алана сейчас допрашивают.       Стал инвалидом…В тяжелом состоянии…Паралич продолжиться. Эти слова, громогласным, бесконечным эхом повторялись в его голове. Стоила ли все, что они сделали в поисках Рафаэля, все его операции и врачебный опыт этого. Да, конечно, никто не умер, ведь теперь их судьба ещё хуже смерти. Он ведь давал клятву – не навреди. И ведь это было даже не за операционным столом       Может, и правда ему стоит прийти и отдать своё тело взамен на безопасность остальных? Даже банальная математика, самая точная наука, говорит об этом – одно тело против множества остальных.       Трясущиеся пальцы Люпена ухватились за его волосы, и сжались. Пальцы, болезненно бледные, сжались до красна, в попытках проткнуть череп и вытащить оттуда эти мысли.       Тревожность отразилась на обычно невозмутимом лице Бернарда. Подскочив, он легонько положил руку на плечо брата, наклонился к нему       ⸺ Джозу, что случилось? Тебе нужна помощь?       И в ответ было лишь бормотание.       ⸺ Твою мать-твою мать-твою мать-твою мать.       Лисьи глаза округлились, и теперь уже лицо у самого Гуарина побелело. Клок волос врача просочился сквозь пальцы, синевой упав на белоснежные пальцы. Незамедлительно он схватил его руки и попытался убрать от головы. Получилось далеко не с первого раза. Сколько же у него было сил, чтобы даже после такой тяжелой потасовки сопротивляться. Наконец врач поднял его голову и с усилием заставил себя не отводить взгляд. Тонкая струйка, пробивавшая себе дорогу из покрасневших глаз ,смешивалась с бледной кровью на углу губ.       ⸺ Чт-что же мы д-делаем? Я-я должен был поолуч-чить эти у-увечья, а-а не они. Они ни-ни в чем н-не виноваты, э-это все я. Я-я просто по-пойду к Рафаэлю.       ⸺ Джозу, посмотри мне в глаза.       Врач не сразу поднял взгляд. Пожалуй, туман переживаний хотел рассеиваться просто так, и стыд за свое поведение ещё больше закапывал его в себя       ⸺ Джозу, посмотри на меня.       Словно ожидая, что когда их взгляды пересекуться, его глаза просто превратятся в белый свет и расплавятся вместе с белком. Но этого не произошло. По семейному теплый взгляд синих глаз окутал его подобно средиземному морю в летний период, принимающему в свои воды всех страждущих, давая им очищение.       ⸺ Ты сделал все что мог, и это не твоя вина. Даже если ты уйдешь, то одна твоя жизнь ничего не изменит, но все вместе мы сможем отсечь главную голову гидре. Мне такое трудно говорить, но в нашей практике есть понятие «жертвы полицейского насилия» и нам придется за это отвечать, но это меньшее зло.       Люпен опустил голову. Струйка слез начинала пересыхать, как и фонтан сил, недавно бивший из него – глаза все чаще начинали слипаться, а тело само-собой придаваться гравитации кровати. Не желая больше утруждать брата, Гуарин опустил его руки и встал с кровати.       ⸺ Отдыхай Джозу. Я тут пробуду до утра, если что нужно зови.       Парень ничего не ответил, лишь повернулся на бок и накинул посильнее на себя одеяло. Бернард тихо вышел из дома, достал очередную сигарету, и хотел было закурить, как краем глаза заметил что-то прекрасное наверху. Он замешкался, поднял глаза, и огромная луна, как единственное око космического циклопа взглянуло на него, вместе с плеядой приспешников мелких, далеких звезд.       Ещё один огонек промелькнул на земле, и дым пошел ввысь, дополняя облака, которые через несколько секунд перекрыли всю красоту. Мужчина достал новенький телефон, набрал чей-то номер, и в ожидании прислонился к стене дома.       Женский голос на той стороне ответил быстро, но сонно, не сильно ожидая, что в такое время его кто-то потревожит       ⸺ А, кто?       ⸺ Валентайн, это Бернард. Дела обстоят хуже чем я думал. Ты нужна нам, особенно Джозу. Приезжай как-только сможешь. Встретимся под луной в Майами.